вижу сквозь закрытые глаза

Сидя на диване в гостиной с бутылкой темного нефильтрованного в руках, Сонхуну было странно посвящать воспоминание человеку, который был их частью. Хоть и находясь в одиночестве, парень не жалел ни об одном из принятых им решений.

«Говорят, любовь живёт три года, а если пара рассталась раньше, то это была простая симпатия, разгоревшаяся до костра…

Где сгорели оба»

Сохнун в это не верил, ему было всё равно и на то сколько живёт эта самая любовь, а уж тем более на химическую реакцию, которую приплетали туда же. Главное, что с человеком хорошо, остальное пристроится, приложится и так далее по списку. Он никогда не искал того самого человека, а уж тем более не строил планов на несколько лет вперёд, которые включают в себя дом, машину, собаку, семейные посиделки и оплачивание счетов за общее имущество, откладывание копейки на ближайший отпуск. Хотя признаться после того, как он расстался с Джейком, парень думал, что всё-таки какой-то смысл в этой любовной науке был. В жизни Пака появился Шим Джеюн: прекрасный парень, который любил писать каждый раз «Ты тут?», когда в его «плотом графике» было время для того, чтобы скучать по своему парню, а делал он это постоянно. Старший стал первым серьёзным шагом в жизни Сонхуна. Складывалось полное ощущение, что до их встречи единственным серьёзным поступком в жизни младшего было поступление в университет. Паку нравилось в нём буквально всё: его милые щёки, пальцы, которые так виртуозно перебегали по струнам гитары, очки, надетые во время чтения и смех. Но счастье не бывает вечным, так? Прошло полтора года с тех пор, а в носу всё стоит тот запах сваренного кофе с утра. Тогда они поругались. Крики со словами: «Мы расстаёмся!» были сказаны чёртову дюжину раз за последнюю неделю. Это стало последней каплей. Первая их ссора была самой трудной во всём пути их отношений, но ни смотря на характеры обоих они разошлись и остались неплохим друзьями. Каждый понимал — дальше дорога для обоих заканчиваются, а на перекрёстке можно найти выход, который не устроит другого. Иногда они видятся. В каждую встречу Пак ловил себя на мысли, что нельзя обнимать дольше приличного, долгие взгляды тоже лучше убрать, а уж желание поцеловать вообще следует запереть как можно дальше. Им достаточно было одарить друг друга улыбкой, а взгляд «я всё ещё помню» говорил сам за себя.

***

— Только ты можешь меня так злить, что хочется врезать. — Зло выдыхая, бормочет Пак. — Ты злишь сам себя. Невыносим. Каждый раз, каждый чёртов раз!!! Слышишь только себя, не ставя в приоритет меня. На первом месте у тебя всегда стоял только ты сам. — Переходя на крик, Шим краснеет, надрывая свой голос. — Только из-за тебя, злишь меня каждую секунду! Я не чувствую от тебя ничего. Так и скажи, что я перестал быть кем-то для тебя. — Глядя на Сонхуна, Джейк пытался прочесть в глазах ответ, которого, увы, там не находит. Прошла целая минута. Тишина. Парни смотрели друг другу в глаза, но каждый из них для себя понимал, что это последняя капля. Ругаясь сейчас или пару дней назад, они не чувствуют того, что было раньше. После очередного расставания прошла неделя. Но они слишком привязаны друг к другу, поэтому дают себе слабину каждый раз, когда встречаются где-то. Снова начинают флиртовать, пьют кофе или чай, не важно, и уверяют себя, что всё это снова не превратится в отношения. Прозвучал тяжелый вздох обоих. Пак по своей привычке, скрестив руки на груди, смотрел на то, как Джеюн небрежно скидывал свою коллекцию дорогих вещей в сумку. Прижавшись спиной к стене, младший до последней секунды не произнёс ни слова, впрочем, как и Джейк. А знаете, этого и не нужно было. Каждый из них понимал, что ещё один звук и эта атмосфера накалится до настоящей драки, в которой проигравшими будут оба. Зайдя в коридор, старший надевает свои кроссовки. Он завязывал шнурки медленно, раздумывая, перебирая все слова, в которых пытался найти выход, исправить ситуацию, чтобы повернуть в другую сторону. Но, увы … — Я ухожу. Всё закончилось. Я не могу больше тут оставаться. Мне нужно жить дальше, и тебе тоже. Надо рискнуть. — Грубо сказал Шим. — Да. Ты давно дал мне понять, что каждый раз, когда мы сходимся, наши отношения скучны, не интересны, что уже не так как раньше. Итог всего нашего риска — мы расходимся снова, и снова, и снова. — Бормотал себе под нос Сонхун, который из всех сил старался не заплакать. Хотя, он и не заплачет. Ведь это расставание не первое, не десятое и даже не сотое. — Прощай. Всё кончено. Я больше не вернусь. После было сделано две вещи: остался комплект ключей на полке в коридоре и последний хлопок входной двери.

***

— Слушай, Сону, я просто не понимаю прикола. Знаешь цель моей учёбы? Правильно — получать знания, а не ходить по вечеринкам. Хэллоуин не повод же. — Скуля, словно маленький щенок, вымолвил парень. — Думаешь, если я надену на себя костюм ангела или демона, то мир вокруг как-то поменяется? Сонхун стоял возле магазина костюмов, разглядывая витрину. В ней виднелись стойки с бесконечными костюмами, масками, мишурой и всей этой ерундой, которую так любил младший. Он, возможно, не был против какой-то тусовки, но не с переодеваниями же. — Ангел или демон? Серьёзно? — Послышался смех на том конце провода. — Это первое, что пришло тебе в голову? Ладно, слушай, просто нужно немного давать себе отдыхать. Зайди в этот магазин и присмотри себе что-нибудь. Сходим, выпьем. Твои учебники никуда не сбегут. Всё, до вечера, жду звонка. — Пак сбрасывает вызов, убирая свой телефон в карман куртки. Он так не любил эти нотации своего лучшего друга о том, что можно делать и нельзя. «Праздник, праздник … И чего на нем все так помешаны?», думая про себя, парень всё-таки решает зайти в магазин. Он не собирался что-то покупать, но попытаться стоило ради своего друга. Пак Сонхун был отличным парнем: хорошо учился, был вежлив, никогда не ввязывался в плохие дела — в общем, делал всё то, чтобы за него никому не было стыдно. Он учился на врача, с самого детства очень хотел помогать людям. В свободное время любил гулять, иногда со своими друзьями, но чаще всего он доставал наушники, включал музыку, выходил на улицу и просто шёл в ту сторону, в которую посмотрит. В последние пару лет он начал общаться с друзьями всё чаще, по той причине, что кажется понятной — расставание. Новая квартира, район, который был изучен благодаря ночным прогулкам в одиночестве вдоль и поперёк. Места для быстрого перекуса тоже стали в диковину, ведь по близости не было привычного уличного ресторанчика с сэндвичами и тем кофе, в который бесплатно можно было добавить любой сироп под своё настроение. Прошло столько времени, а Пак всё ещё жил буквально на коробках. Рубашки были сложены в коробку из-под старой микроволновки, джинсы в чемодане, а носки находились там… где находились. Парню может и хотелось бы сделать это место уютнее, но теперь не было в том никакого смысла.

***

— Давай, Сонхун, сегодня Хэллоуин. Сколько можно тебя уговаривать? Я так долго этого ждал. Сегодня будем веселиться. Забудь ты хотя бы на пару часов об учёбу. Ну, ради меня. — Умоляя, Сону теребил рукав младшего. Ким частенько вёл себя как самый несносный ребёнок. — Ты так говоришь, будто я твоя мама и не отпускаю никуда. Иди и веселись. Какое тебе дело до меня? — жалобно тянул старший. Ему совсем не нравились эти вечеринки, где происходит черт знает что. Это ведь не доставляло парню никакого веселья. — В этом году я, правда, постарался на славу со своим костюмом. — Сону смотрел на парня, сузив глаза и ехидно улыбаясь. Он всеми своими усилиями пытался заинтересовать друга, чтобы тот пошёл с ним. По правде сказать, у него были приятели на случай тусовок, но не мог оставить своего друга. Ему хотелось хотя бы иногда заставлять его выбираться вместе с ним. Без этого младший зарастёт мхом и пустит корни. — И кто ты на этот раз? Капитаном Джеком Воробьём ты был. Кстати, борода тебе не очень идёт. Жуткий клоун, — Пак задумался, а потом захохотал, — да, точно, ещё был вампиром. Тогда ты так напился, что всё утро просидел над унитазом, а из тебя выходила Кровавая Мэри. Пихнув парня, Ким встал и, уходя из квартиры своего друга сказал: — Ты знаешь, где будет вечеринка. Если не придёшь, я буду всю ночь тебе названивать. — И закрывая дверь, младший оставил Сонхуна один на один со своими учебниками.

***

Повсюду стоял невозможный шум. Если бы ни веселье, ни куча алкоголя, то, скорее всего, у каждого бы попросту лопнули барабанные перепонки. Все собравшиеся тут ждали этого праздника. Порой, хочется надеть на себя костюм и примерить на себя роль другого. Многим просто необходима встряска, хотя бы на ночь перевоплотиться и ничего не делать, кроме как веселиться, танцевать, выпивать и делать то, что хочешь. Эта нашумевшая вечеринка проходила у своеобразного короля подобных мероприятий университета, где учился Сонхун. Его звали Пак Чонсон, или как ещё к нему обращались — Джей. Он был интересный, красивый, умный, богатый, с чувством юмора. Он не был козлом, как вы могли подумать. Пак действительно являлся славным парнем, за это его все и любили. Рядом с ним собиралась компания, куда входили Сону, Хисын, Чонвон и Ники. Парни отлично проводили время, стояли в организованном баре, попивая из красных пластиковых стаканчиков пиво. Так они любили разгоняться, хотя и знали, что градус понижать нельзя. — Сону, слушай, у тебя в этом году классный прикид. — Улыбаясь, смотрел на него Джей. Младший был одет в костюм Харли Квин. Да-да, в тот самый костюм, с шортами, париком с белокурыми хвостиками и милым сердечком на лице. — Я бесподобен не только благодаря костюму. Украшает не он меня, а я его. — Выпивая последний глоток в стаканчике, констатирует факт, сказал Ким. Отойдя, парень увидел, что в дом Джея, где проходила вечеринка, зашёл известный ему силуэт. Подойдя, он начал улыбаться. — Ты пришёл, — Сону осматривал Сонхуна. — Но почему на тебе прошлогодний костюм врача? Ты даже кровь не отстирал. — Постой, ты что, серьезно? Харли Квин? Да, теперь я точно рад, что пришёл и увидел это. — Старший стоял и смотрел на своего друга, еле сдерживая смех. — А по поводу этого, — парень кинул взор на свой костюм, — передумал в последний момент. Вообще не хотелось идти сюда, но тебя же оставить одного я не могу. Честно, в том магазине мне ничего не приглянулось. Между прочем, этот костюм мне очень идёт. — Пак начал улыбаться. На мгновение он и правда подумал, что стоит хотя бы изредка давать себе отдых. Но он по-прежнему не любил такие места. — Сону, слушай, ты прав. Нужно давать себе время для встряски. Но прошу, не напивайся, как в прошлый раз. Сегодня я не пробуду тут долго. — Взяв в руки стаканчик с пивом, Сонхун сделал глоток, выдыхая. Парни стояли у барной стойки, возле которой тёрлось столько народу, что на лице каждого можно было заметить всё до мельчайших подробностей. — Слушай, а ты давно тут? Не знаешь, Джейк придёт? — Отойдя и оттащив своего друга за локоть, Пак приблизился к уху Сону, чтобы ему было лучше слышно. — Я пришел сюда три редбула с водкой назад, но пока что его ещё не видел. — Громко крикнул Пак, поправляя парик на своей голове. — Три редбула с водкой? Слушай, мне, конечно, ещё учиться на врачебное дело два года, но скажи, с тобой всё в порядке? — Парень смотрел осуждающе на Кима. — Друг, ты просто слишком стар для этого. — Сделав очередной глоток из своего стакана, Сону оставил своего приятеля, танцующими движениями направляясь к танцполу. По всему дому находилось большое количество людей. Некоторые выпивали, кто-то танцевал, а каждый четвёртый заводил тут новые знакомства, с умыслом провести весело не только вечер, но и оставшуюся ночь. За стенкой проходила типичная для такого вечера игра «бирпонг», целью которой было попасть мячиком для пинг-понга в стакан с алкоголем у своего оппонента. Через какое-то мгновенье послышался шум и можно было наблюдать, как какой-то парень выпрыгнул с балкона второго этажа прямо в бассейн и его совсем не напрягал тот факт, что на улице давно не лето. Каждый из присутствующих тут людей отрывался так, будто это их последний раз и только лицо Сонухна отличалось от всего происходящего. Ещё каких-то пару лет назад он частенько посещал такие вот «вечеринки» вместе с тем, кто любил повеселиться, забывая хотя бы на один вечер о своих проблемах. Сейчас, в данный момент, хотелось лишь одного: увидеть в толпе известных силуэт, который бы манил к себе, заставляя чувствовать в неизвестном месте себя комфортнее. Но, Пак сидит на диване, наблюдая за своим другом, который танцевал со стаканом спиртного в одной руке и с битой в другой, надеясь на то, что в любой момент другу понадобиться его помощь. — Эй, хватит сидеть. — Карие улыбающиеся глаза смотрели прямо в душу, а руки Джеюна тянулись к Паку. — Ты же знаешь, что я обожаю эту песню. Составь мне компанию. На мгновение Сонхун потерял дар речь, а в ушах стало ясно прослушиваться композиция The Weeknd — Save Your Tears. Взяв Джеюна за руку, младший понимал, что он не умеет танцевать, но отказать было так сложно. — Пак! ПАК! СОНХУН!!! — Почувствовав на плечах чьи-то руки, парень пришел в себя. — Ты чего завис? Долго будешь пялиться на бутылку? — Сону, стоявший рядом с ним и пытаясь отдышаться от только что законченного им бурного танца смотрел, как Пак держал в руках бутылку водки и будто прожигал её своим взглядом. Недолго думая, открыв крышку с горячительной жидкость, Сонхун начинает жадно пить глоток за глотком. Прошло пару секунд, но жажда парня ещё была не утолена. Увидев это, все стоящие вокруг начали громко все скандировать «Пей! Пей! Пей!». Но придя в реальность, Пак, ставя бутылку на стол, начинает кашлять. Всё было будто в тумане, а вкус во рту был таким, что хотелось выполоскать всё обратно.

***

В вески начало давить, а в ушах появился дикий шум. Парень открыл глаза, пытаясь привести себя в чувства и понять, где же он находится. Потирая своих глаза руками и, сев к спинке дивана, Сонхун осмотрелся. Всё вокруг напоминало гостиную Сону, но парень мог и ошибаться, ведь его давненько тут не было. Принюхавшись и обратив своё внимание на медицинский халат, испачканный кровью, было понятно, что так мог пахнуть только кальян или любая другая вещь, которую можно было прикурить. Сейчас, юношу радовал только два момента: он одет и в кармане штанов чувствовался телефон. Чувствуя недомогание, Сонхун быстро вскакивает с дивана и бежит на кухню, которая находилась под боком. Парня выворачивает наизнанку в раковину, а по лбу скатываются капельки пота. Пак чувствует, что с ним что-то не то, ведь его буквально трясёт от холода, а голова болит так, что хочется биться о стену голову, стучать по ней кулаками — делать всё для того, чтобы боль прошла. Навалившись на кухонный стол, парень достает из кармана мобильный телефон и разблокировав, открывает приложение «галерея». Расплывчатые изображения, фотографии на танцполе, бутылок алкоголя, селфи в туалете, Сону, которого парень заснял в то время, пока тот блевал — всё это вызывало полный ужас. От этих снимков и воспоминаний, которые всё больше накатывали, Сонухна снова прополоскало в раковину. — Нет, мне как-то совсем плохо. — Выдыхая и споласкивая свой рот под проточной водой, Пак идёт в спальню к Сону. Ким спал возле кровати, укутавшись в одеяло словно гусеница в коконе. Весь вечерний макияж отчётливо был отпечатан на белой наволочке, бита была сломана пополам, а колготки в сетку, красовавшиеся под шортами, были порваны. — Эй, Ким Сону! — Процедив сквозь зубы, Пак пытался растормошить друга, который не подавал признаков жизни. Облегчением было дыхание парня, которое, к сожалению, было не самое приятное. — Просыпайся давай! Что произошло вчера? Почему меня полощет? — Чего? Отстань, а! Дай поспать. — Недовольное ворчание друга послышалось от младшего. Сону пихнул Пака в бок, переворачиваясь на другу сторону. — А ну проснись, кому сказал. — Сонхун встал и стащил одеяло c той самой гусеницы, что спала на полу. — Расскажи, что вчера случилось. Почему я у тебя? — Ты же не отвалишь, да? — Недовольный вздох и Ким сел на пол, поправляя рукой свои волосы. — Ты у меня, потому что ты придурок. Наезжал на меня вчера из-за водки с рэдбулом, а сам пил её из горла, запивая всё пивом. И ты ещё удивляешься, почему тебя полощет? Друг, ты и правда не молодеешь. — Что? — Удивленно, старший уставился на своего друга. — Водка с пивом? — Что слышал. С памятью если проблемы, посмотри в телефон, там всё есть: и твои танцы на барной стойке, как ты валялся на полу в ванной, как выиграл три раза подряд в «бирпонг». Да и вообще, зайди в свой профиль и сам посмотри. Вчера ты пофотографировался с каждым. Такое забыть никто бы не смог. Выслушав историю ночи, которую он и не особо хотел вспоминать, Сонхуну стало не по себе. В нос попал снова тот едкий запах водки с пивом, поэтому парню пришлось убежать в уборную, чтобы снова прочистить свой желудок. Пак, выйдя из туалета, чувствовал, что внутри него всё совсем не так, как хотелось бы. Приведя себя в порядок, собравшись с мыслями, парень выкинул свой «праздничный костюм», вызвал такси и направился в больницу. Сонхун обычно был тем, кто в состоянии контролировать то, что он пьёт и сколько. Но в этот раз под рукой оказался болтливый Сону, который подливал в стакан каждый раз, стоило Паку отвернуться. Именно поэтому сейчас Сонхун стоит в больнице и ждёт своей очереди на промывание желудка. Он снова смотрит на себя в зеркало и надеется, что перегар скрыт. Не зря же он проторчал в душе почти 40 минут, а потом ещё раз пять почистил зубы. Из кабинета он выходит слегка потрёпанным, всё-таки больницы не были его любимым местом. Парень, как раз заканчивает писать Сону, когда кто-то врезается в его плечо. Он поднимает голову и видит Джейка. Тот похоже тоже его узнал, потому что кивнул в знак приветствия. Пак не мог назвать себя любопытным, ему просто стало интересно, что же привело сюда Джейка, который ещё больше не любит больницы. Сонхун долго мнётся, но в итоге решает подойти, чтобы поздороваться. — …необходимо, чтобы с вами кто-то находился первые несколько дней, — говорит врач и обращает своё внимание не подошедшего. — Вы что-то хотели? — Здравствуйте, — Пак слегка склонил голову, — просто увидел… старого знакомого и решил подойти поздороваться. — Вы его знаете? — Доктор поворачивается к Шиму. И тот незамедлительно кивает, стараясь не смотреть на Сонхуна. — Тогда проблема решена. Молодой человек, через пару дней ваш знакомый придёт к нам на коррекцию зрения. Получилось так, что ему некому помочь, а наши палаты переполнены Вы могли бы помочь ему и пару дней пожить с ним? Он обращается с этой просьбой к Сонхуну. Джейк пытается возразить, что он найдёт кого-нибудь и Паку не стоит напрягаться. Чем больше Шим пытается возражать, тем сильнее желание Сонхуна согласиться, что он в конечном итоге и делает. — Отлично! Тогда наш пациент сообщит вам дату и время, когда его необходимо будет забрать. — Доктор смотрит на наручные часы. — А теперь, разрешите откланяться, мне пора. Доктор быстро скрывается в палате, оставляя парней в неловком молчании. — Можешь не переживать за меня, — начинает Джейк, — я позвоню маме, она приедет и всё сделает. — Сомневаюсь, что твоя мать уже простила тебя за наши отношения, — фыркает Пак. Вспоминая, сколько всего в него прилетело, когда они пришли знакомиться с мамой Шима. — Так что не выпендривайся и просто прими мою помощь. — Я выпендриваюсь? — Повышая голос, отвечает Джейк. Он замечает несколько взглядов и тут же переходит на шёпот. — А не ты ли делаешь сейчас вид, что у нас всё в порядке. Напомнить, как мы разошлись? Сонхун лишь трясёт головой. Для него это одно из воспоминаний, которые следует спрятать далеко и надолго. Только вот беда, когда он закрывает глаза эта сцена всё равно настигает его. — Давай я помогу тебе, а затем навсегда исчезну, — Сонхун сцепляет руки вместе и смотрит себе под ноги. — Мне нет смысла тебе докучать после, да и сейчас тоже. Просто я сомневаюсь, что кому-то из твоих друзей понравится, если они найдут тебя в закрытой квартире, в луже крови или с переломанной шеей. — Ты всегда был оптимистом, — Джейк складывает руки на груди. Он тяжело вздыхает и проводит ладонью по лицу, возвращая руку на место. — Я позвоню тебе перед операцией. Надеюсь, ты будешь выглядеть лучше, чем сейчас. — Какая разница, ты всё равно не увидишь, — отвечает Пак, а в голове теплится мысль, что Джейк не удалил его номер. На следующий день Джеюн сдал все анализы и прошёл должное обследование, после чего ему была сделана операция. — Тебе обязательно было приезжать? — Шим прокручивал кольцо на безымянном пальце, вглядываясь в темноту. — Слушай, тебе вместо глаз явно стоило было сделать операцию на слух, а лучше всего на мозг. — Пак складывал вещи старшего в сумку. — Твоя мама говорила, что не сможет приехать за тобой, поэтому попросила меня привезти тебя домой и посидеть с тобой до вечера. — Я справился бы и сам. — Тихий вздох и Шим встаёт с кровати, пытаясь нащупать на тумбочке свой телефон, как тут же почувствовал чужие руки на своих запястьях. — Может уже хватит, крот? Просто признай хоть раз, что тебе нужна моя помощь. — Сонхун сказал это, касаясь щеки Джейка. Младший забрал телефон Джеюна и убрал в карман своих штанов. — Не будь такой букой и веди себя хорошо, тогда вечером дам молоко с печеньем.

***

— Боже, тоска зеленая. — Шим лежал на диване, тело которого, если обвести, можно было увидеть в программе по убийствам, ведь оно находилось в совсем необычной позе. — Что ты снова там бубнишь, а, крот? — Пак сидел на полу возле дивана, а пальцы его быстро двигались по джойстику игровой приставки. Из-за столь увлекательного занятия, он совсем и не заметил, как произнёс эту фразу слишком уж громко. — Хватит орать. — Нащупав ногой плечо младшего, Джеюн пнул по ней. — Я слепой, а не глухой. Пойду хоть попить себе налью, не дождешься от тебя. Джейк, щупая руками диван, встал, и по памяти, выставив руки вперед, плелся до кухни. Но как только старший нащупал руками стол, тут же очутился на полу, а носок на правой ноге стал мокрым. От неожиданности, сам того не ожидая, Джеюн вскрикнул, когда падал. В это мгновение, играющему в гостиной Сонхуну показалось, будто шум раздался только в его голове, поэтому он непонимающе нахмурил брови и пытался понять, чтобы это могло быть. Через несколько секунд до него дошло, кто был источником звука. Пак откинул джойстик на пол и тут же забежал на кухню. — Эй, ты как? Ничего не ушиб? — младший поднял Джеюна и стал рассматривать его. — Боже, почему мой носок сырой и такой липкий? — Немного оттолкнув от себя Пака, Шим отошел от него. — Ты что, до сих пор как ребенок не научился убирать за собой? Прошло столько времени, а ведешь себя так, что ходить за тобой надо, несносный. После этих слов Сонхун напрягся. Подойдя к Джеюну, он подхватил его и посадил на стол. Шим совсем не ожидал такого поворота событий, поэтому, словно по рефлексу, обхватил плечи парня руками. Пытаясь разглядеть сквозь повязку на глазах, он хотел видеть того, кто сейчас стоял напротив. Руки старшего чувствовали, как плечи Пака всё чаще поднимались из-за сбитого дыхания, которое можно было услышать. — Ты, это, — начал Шим, облизывая нижнюю губу, — может отпустишь меня? И уберёшь за собой? А то, как ты говорил? Найдут меня в лужи крови и со сломанной шеей. Сонхун кивает, совершенно забыв, что вообще-то Джейк ничего не видит. Он пользуется этим, убирает руки и делает шаг назад, просто чтобы посмотреть на парня. Джеюн совершенно не изменился с их последней встречи. Волосы всё так же вьются, а щёки легко краснеют при малейшем смущении. Пак видит, как парень зацепился пальцами за край стола и нервно завертел головой. — Эй! Ты что решил свалить и оставить меня тут? — Джейк начинает закипать. — А ну вернись и убери! — Я за тряпкой ходил, — тут же врёт Сонхун. — Не протирать же мне пол той, которая у тебя только для стола. Ты потом всю мою одежду на эти тряпки пустишь. Джеюн выдыхает, а Сонхун видит, как пальцы разжимают стол. Что ещё не изменилось, так это то, что Джейк до сих пор боится казаться беспомощным. Поэтому он так тяжело принял помощь Сонхуна, поэтому он сейчас всё воспринимает в штыки. — Прости, что так вышло, — тихо говорит Сонхун, всё-таки вытирая пол, — я рад, что ты не пострадал. Джейк молчит в ответ, но Пак видит, как тот дует губы. Значит уже простил. Сонхун всё ещё смотрит на того, кто, свесив ноги, держится за край стола. Губы Джеюна поджаты, и можно заметить, что он витает в своих мыслях. Оставив тряпку на полу, Пак медленно подходит к старшему. — О чем задумался? — Тихо произнеся, младший касается большим пальцем щеки Шима. — Ни о чем. Ты разве закончил убирать то, что оставил на полу? — Нет, не закончил, но то, что сейчас передо мной гораздо важнее. — Чуть приблизившись, говорит Сонхун в губы, что по цвету на поминали сочную и спелую вишню, которую безумно хотелось откусить. — Что… Что ты творишь? — Опешив, Джеюн упирается руками в плечи, что так напористо прижимались к нему. — Прости. После того, что я сделаю, ты можешь ударить меня, но сдерживать себя я не могу. К тому же, я уверен, что со мной бы ты поступил точно так же. После этих слов больше не было придирок и ругани. Кухня наполнилась тишиной, в которой до сих пор любящие друг друга люди переплетали свои губы в нежном поцелуе.

***

Кровать, стоящая возле батареи и еле заметный свет, который наполнял комнату чем-то необыкновенным. Окно было приоткрыто несмотря на то, что за окном наступил уже январь месяц. В приложении «Погода» сейчас показывало -10, но была такая привычка не верить этому значение и всегда обращать свой взгляд на пункт «По ощущениям». — У тебя было такое смешное лицо, когда мальчик у кассы назвал тебя «дяденька». — Изображая детский голосок, сказал Джейк, глядя на того, кто уже минут 20 что-то искал в своём телефоне. От человека напротив он ничего не услышал, продолжая наблюдать за тем. Как лоб его морщится от сказанного. Проведя по одной складочке подушечкой большого пальца, пак придвинулся ближе и положил свою голову на подушку, на которой лежал Сонхун. — Признайся, тебе просто нравится меня дразнить. — Выдохнув, Пак блокирует свой телефон, откидывая его чуть дальше на одело. — Нет, я люблю тебя, а дразнить в нашей компании умеешь только ты. Послышался сначала небольшой вздох, как тут же младший, укутавшись в одеяло всем телом прижался к Джейку, касаясь своим лбом его плеча. — Прочти мне что-нибудь. — Шепча, касаясь кожи губами, произнёс старший. — Я хочу вспоминать о том, как мы просто лежали, а ты читал мне. Мы никогда этого не делали. — Так странно, ты никогда меня об этом не просил. — Шим, обнимая старшего, целует его в висок. Его правда удивляет просьба Сонхуна. Хоть они и вместе, но у этой пары разные интересы. Кто-то любил пару часов вечером провести сидя в телефоне, играя в игры, ну а другой, налив чай в большую пол литровую чашку, усаживался в любимое кресло для прочтения очередной порции глав в недавно купленной книге. Но, несмотря на всё это, им двоим было комфортно друг с другом. — Почему бы и нет? — Сонхун пожал плечами. — Мне интересно бывает наблюдать за тем, как увлеченно проводишь своими зрачками по каждой букве. Это так мило. Знаешь, ты начинаешь с новой страницы, а потом поднимаешь руку всё выше, когда доходишь до самой последней буквы, твоей головы почти не видно. Ты особенный. Никогда не замечал такого у других. Джейк тоже кое-что замечал. Когда говорит Сонхун, он часто представляет картинки из произошедшего в своей жизни. Поэтому, рассказывая очередную историю, он всегда отводил глаза от собеседника, начиная поправлять кольца на своей руке, которые снимал только на ночь. Эта черта Шиму тоже казалась интересной, ведь хотелось наблюдать за тем, как перебирал губами каждое слово, которое он произносил. — Так и скажи, что тебе просто хочется, чтобы я надел очки, вот и всё. — Улыбаясь, прошептал старший. Он крепче прижал к себе Сонхуна, не давай ни единого шанса на спасение. — Слишком много слов. Я хочу просто дождаться ответа и поцеловать тебя. Но раз нет так нет. — Почему сразу «нет»? — Шим нежно поглаживал своего парня по голове. В любой ситуации это его успокаивало. — Нельзя так просто взять и начать читать. Особенно для того, кому это не было интересно. У тебя может просто сложиться и в дальнейшем не очень хорошее мнение в целом о книгах. Я просто хочу, чтобы это было по-другому. Если ты и правда хочешь, то в своей коллекции я найду произведение, которое подойдет тебе. Мы устроим совместный вечер чтения. Я закажу свои любимые десерты в кондитерской за углом, заварю чай и тогда мы устроим что-то вроде книжного вечера, договорились? — Боже, какой ты душнила. Всю романтическую обстановку испортил. Зачем быть таким серьезным? Ненавижу, когда ты всё планируешь — Сонхун закатил глаза. Что было в его духе, и укрывшись под одеяло с головой отвернулся от Шима, смеющегося на другой стороне кровати.