Predator paws

—Я вернулся, Джокер. Давно не виделись. — Ло зашёл в главный зал поместья Дофламинго, и без всяких угрызений совести вытер грязные туфли об чистый ковёр, что заставило Донкихота стиснуть зубы от ярости. — где он? Проведи меня в нужную комнату. —Ты учти, своими наглыми выходками ты ничего не добьёшься. —Тихо ты, рот свой ворчливый поменьше открывай, старик. — Ло издевался над своим «напарником» словесно по полной, однако Джокер вёл себя максимально сдержанно, ведь если он расторгнет свои контракты с ним, то потеряет огромную защиту и часть доходов. —Четвёртая дверь справа. Твоя спящая красавица лежит там и невинно сладко спит. —Спасибо. Хотя блять не думал, что именно так и скажу. — Трафальгар сделал ещё несколько шагов к нужной двери и повернул ручку в сторону. В комнате царила абсолютная тишина и умиротворение, а на постели мирно спал человек без сознания. Ло присел на край кровати, терпеливо ожидая пробуждение. То и дело он хрустел своими длинными пальцами, смотрел на содержимое полок и шкафов в комнате. Дофламинго всё украшал максимально тщательно, дорогие статуэтки и коллекционные книги чётко отображали его статус. Так-же Донкихот являлся огромным поклонником антиквариата, потому в каждой комнате стояли часы, шкафы и прочие старые вещи с деревянной или хрустальной отделкой. Наконец Ло услышал позади себя тихие шорохи резко обернулся. У спящего человека постепенно открывались глаза. —Где я. . .? — увидев странного человека в маске он испуганно вздрогнул и отпрыгнул назад. —Кто Вы?! Неужели мне этот бред просто снится?! —Успокойся, Зоро-я. — альфа освободил себя от маски, показывая своё лицо. — Это я. Возможно ты сильно поражён, но прости, я не мог оставить брата Санджи в беде. Зоро удивлённо похлопал глазами и слегка раскрыл рот. —Ло. . .? Но почему ты знаешь Санджи? И что это за причудливая маска рядом с тобой? Ло постепенно придвинулся ближе, а затем положил свою ладонь на ладонь растерянного омеги. —Ты оказался под обломками бетона, поэтому я и решил тебя спасти, а эта маска. . . — Ло взял в другую руку свою бездушную маску, которую бы узнал любой. — она принадлежит мне. Зоро наклонил голову вбок и сложил руки на груди, очевидно пытаясь понять, где он мог видеть эту маску и плащ. —Ты мне кого-то сильно напоминаешь. —Ха-ха, всё может быть. — Ло лишь тихо усмехнулся и прикрыл ладонью свой рот. — неужели ты не узнаёшь? Я же сам ночной кошмар! — Ло в шуточной манере начал трясти над ним руками и громко смеяться. — не привидение конечно, но тоже страшен. Ло почувствовал прикосновение на своих плечах, а затем удивлённо повернул голову вбок. Он увидел то, как Зоро обнимает его своими руками, упираясь головой в плечо. Без лишних слов альфа слышит в своей голове голос собственного разума. «Я скучал.» От Зоро не исходило ни капли страха. Ему плевать на маску, лежачую на краю кровати, это не тот человек, который сейчас сидит бок о бок с ним. Маленький друг источал приятное душевное тепло, что даже бесчувственного человека это пробрало на слёзы, но Ло их подавляет, потому что разучился плакать. За такое короткое время возникла некая сильная привязанность между теми людьми, которые неспособны на такое. А может Зоро просто наивен в силу своей потерянности? Всю жизнь он был одинок, но именно сейчас у него удалось зацепиться хоть за кого-то, кто может спасти его из пожирающей бездны тоски,ведь Зоро повзрослел за время их разлуки. И так эта комната наполняется мёртвой тишиной, однако эта тишина приятная и успокаивающая. У Трафальгара мало приятных моментов в жизни, но этот случай он запомнит на всю жизнь. И ему не стыдно плакать перед тем, кто напоминает ему дорогого человека, которого не видел уже десять лет.

____

—Босс, приятно Вас видеть. Сколько времени прошло с момента нашей последней встречи? Точно месяц, не меньше. Я соскучился. — Возле барной стойки сидел мускулистый высокий мужчина. Его длинные светлые волосы были завязаны в пучок. Всё лицо обмотано белыми бинтами. В своей ладони преступник держал стакан с налитым виски, делая каждый глоток медленно и явно наслаждаясь распитием спиртного. —Киллер, я же сказал, прекрати называть меня боссом. — Возле входа в небольшое помещение стоял Кид. — Но приятно слышать, что ты рад видеть меня. — Юстасс медленным шагом направился к своему главному помощнику. Цепи и ножи на поясе гремели каждый раз, когда Кид косо покачивался из стороны в сторону. После трудной миссии невозможно нормально держаться на ногах. Кид припадает перед блондином на колени, затем касается головой его колен и тяжело вздыхает. Ещё давно в глубине своей души беспощадный Цербер признал то, что ужасно любит этого человека. После, казалось бы, лишь месяца разлуки его сердце всё равно болело и тосковало. Теперь он снова вернулся к своему подчинённому. Киллер медленно подносит стакан с виски к чужим губам. —Выпей, тебе станет легче. Это твой любимый сорт. —Спасибо. — Юстасс сделал один глоток, затем второй. Стакан опустошился. —Видок у тебя конечно не самый лучший, встань. — Киллер медленно протягивает ему руку. Кид хватается за неё неуверенно своей дрожащей ладонью. При этом человеке он воистину слаб, будто его доминантный характер куда-то улетучивался. Кид никогда не предупреждает, он действует внезапно, как вспышка молнии. Преступник оказался на чужих коленях за мгновение, что Киллер не успевает среагировать. Но к этой странной манере своего командира он привык. —А теперь просто замолчи. — говорит это альфа, хватая Киллера за его футболку и притягивая к себе. Его губы соприкоснулись с чужими. Следы красной помады уже размазались и перемешались с фиолетовым оттенком. В этом мрачном уголке здания происходит то, что никто бы не ожидал от беспощадного и всеми известного Цербера. —Не похоже на тебя, Кид. — старший альфа лишь усмехается. С уголка его губ стекает небольшая капля крови, но он не чувствует боль, лишь удовольствие. Но ответ ему не поступает. Кид спускается с его колен и встаёт напротив, затем слегка пошатывается и прислоняется к барной стойке. Ему было абсолютно плевать на то, что их поцелуй могли увидеть другие люди вокруг. Кто посмеет сказать лишнее будет мигом убит. В сторону жестокого террориста даже самые смелые боялись говорить любые слова. Молчание — золото, особенно перед творением из ада. —В этом здании находится Коразон, мне нужно идти с ним навстречу. — Кид направляется обратно к двери. — я обязательно вернусь, жди меня здесь. Не знаю, что он мне собирается сказать, но это будет весьма долго. Киллер медленно кивает в ответ. Возражать предводителю он уж точно не станет. Проходят лишь жалкие тридцать минут, однако Киллер уже успевает заскучать, и пытаясь себя чем нибудь занять он выпивает ещё несколько стаканов спиртного. Довести себя до опьянения ему крайне сложно, его организм крепок к спиртному. Наконец он слышит голоса за дверью и сонно поворачивает голову, пытаясь разглядеть три размытых силуэта. Возле Юстасса стоял Коразон, а за Коразоном — юный парнишка, который уверенно оглядывался по сторонам, держа руками его рукав. —У нас ещё один гость, но он хлопот не доставит. — Кид свысока посмотрел на юношу и приподнял правую бровь, причмокнув своими накрашенными губами. Цербер не особо приветствовал присутвие посторонних лиц на личных встречах, но Ло настойчиво убедил бандита в том, что этот человек им важен, только вот чем? Киллер отставил стакан в сторону, удивлённо смотря на новичка. Зелёные потрепанные волосы сразу бросались в глаза, такой цвет практически никогда не встречался. На коже были заметны белые пятна, похожие на ожоги. —Что это за мохоголовое чудо? —Это мой хороший друг. Лучше не особо расспрашивай его. — Коразон поставил локоть на барную стойку. Своим ухом он уловил разговоры где-то позади своей спины. Люди очевидно заметили присутствие знаменитого преступника, да ещё и в такой компании, но никто не мог осмелиться подойти, ведь желание получить пулю в висок ни у какого нормального человека не возникнет. —С меня выпивка, я сегодня в отличном настроении! —Кид с ажиотажем повернулся к бармену, который аккуратно протирал стаканы бедой тряпочкой. —Хит, налей три стакана чего-нибудь крепкого! —Точнее четыре. — Юстасса перебил Зоро, а затем усмехнулся, затем увидев перед собой Цербера немного насторожился и приподнял голову, смотря на него своими ясными серыми глазами. —Ты ещё не мал для выпивки? А выглядишь так, будто только вылез из пелёнок и научился говорить. —Остынь, Юстасс. Зоро уже есть восемнадцать лет. — Ло вмешался в их диалог, тяжело вздыхая. — если бы он был ребёнком, я бы не разрешал ему выпивку. —Ха, ну как хочешь, тогда четыре. —Угу. — Бармен коротко кивнул, приступив к своему делу. — пару минут и готово. Несмотря на то, что Зоро находился в кругу незнакомых людей он чувствовал себя весьма уверенно. На слова Киллера и Кида он убедительно качал головой, переодически задавая вопросы Ло насчёт преступных дел, но всё равно ничего толком не понимал. Возможно на пьяную голову он уловит хоть немного смысла. —Мне больше одного стакана не надо. — Ло не особо любил выпивку, лишь небольшой стакан за компанию, а вот Зоро уже вовлечённо опустошил второй стакан, пока его лицо краснело до кончиков ушей. —Зоро-я, тебе пора остановиться. — Трафальгар был сильно напряжён, смотря на пьяного омегу, который требовал третий стакан. Юстасс истерически смеялся, держась рукой за живот. —Малой совсем пить не умеет, вот умора! —Заткнись, тюльпан! — Зоро скрипнул своими зубами и кинул недовольный взгляд на преступника, но тут все резко замолчали. Был бы Зоро обычным человеком без защиты Коразона, то уже бы лежал мёртвым и выпотрошенным на полу. Однако реакция Кида была не стандартной. На его лице появилась забавная ухмылка, а вспотевшей ладонью он прикрыл свой лоб. —Ты погоди, такой смелый сучонок, а мне нравится. Бросаешь мне вызов? Тогда давай кто выпьет больше, молокосос! Зоро уверенно хлопнул в ладони и хитро улыбнулся. —Я согласен! И только попробуй меня ребёнком называть. —Я против таких мероприятий! Зоро-я, прекрати! — Ло прихватил омегу за плечо и недовольно свёл брови к переносице. —Тише Коразон, ты за него так печешься, будто он твой любовник, а не лучший друг. После этих слов Ло сразу затих, убирая руку с плеча юноши. Под его маской не было видно сильного румянца, и слава Богу, что никто вообще не сможет заметить. Но из-за чего это произошло? Непонятно. Один пустой стакан за другим появлялись перед ними, но Зоро и Кид не сдавались. —Я больше не могу. . . — Юстасс практически свалился после шестого стакана, а Ророноа вливал в себя уже восьмой. —Я победил! — Шатаясь на ногах Зоро встал в победную позу и помахал руками. — и кто теперь молокосос? Я?! Возьми слова назад! —Боже мой, нам пора отсюда уходить. — Ло совершенно не ожидал, что важные переговоры закончятся таким событием. Он бережно взял Зоро на руки, однако перекидывать его через плечо не стал, чтобы омегу не затошнило ещё больше. Киллер же держал пьяного босса за шиворот рубашки и волочил за собой, пока Кид подскакивал на ногах и переодически падал на пол. —Идиот. — Коразон шикнул в сторону Кида, скривив лицо в брезгливой гримасе. — предлагаешь такие вещи когда не нужно, тебе бы с Эйсом подружиться. Но Кид его уже не слышал, как и Зоро. —Думаю тебе стоит обсудить с ним всё завтра. Сейчас он явно не в состоянии что либо выложить. —Ты прав. — Ло кивнул на слова Киллера. Уже виднелся лифт, на котором они должны подняться на нужный этаж в отеле. Своей бездушной маской Ло смотрел прямо в камеру, которая смотрела на компанию из верхнего угла лифта. В этом месте их тщательно прикрывали ради выгоды и безопасности, поэтому полиция ни за что не увидит эти записи. —Удачи тебе. — Ло начал выходить из лифта, когда он прибыл на нужный этаж, а затем повернул влево. Зоро болтался на его руках, и, казалось, что он не живой. Приоткрыв рот и закатив глаза омега тяжело дышал, пока в голове у него происходили бесовские пляски и плыли цветные мигающие узоры. —Что ж мне с тобой делать. — по такому поведению Ло сделал некоторые выводы. Зоро вёл себя весьма открыто, в отличии от ранних встреч, что означает то, что сейчас у него свободы гораздо больше. — хотя я не в праве тебя останавливать. —Чего…? — Зоро говорил очень тихо и неразборчиво. —Не обращай внимания. — Альфа достал ключ от номера из кармана, а затем медленно вставил их и повернул два раза. Пусть он и был богат, но не предпочитал тратить много средств на большие номера, поэтому взял помещение с двумя комнатами и небольшой кухней. —Я плохо себя чувствую… — Зоро протяжно простонал, откидывая голову назад. —Понятно, сейчас решим эту проблему. — Ло аккуратно посадил его на колени перед унитазом, держа рукой за волосы. — пока ты не прочистишь желудок я тебя в постель не пущу. Зоро не заставил его долго ждать. Он наклонил голову вперёд, издав неприятный звук. Рвота постепенно выходила из его горла, а в туалете неприятно пахло перегаром от алкоголя. Зоро сильно дрожал, сжимая свои ладони и держась за ободок унитаза. —Ты с идиотом решил поспорить. Я с первой встречи понял, что Юстасс не из разумных людей. - Ло всё ещё сидел позади него на коленях в своём костюме. Ему было душно и жарко, но он терпел ради того, чтобы товарищ смог себя облегчить. Наконец Зоро затих, делая глубокий вдох грудью. —Подожди меня здесь минутку. - Ло вышел за дверь, возвращаясь к омеге в домашней одежде. На нём были одеты чёрные шорты и белая майка, которую не жалко будет испачкать если что-то случится. —Я всё. - Зоро устало свалился на пол, но Ло тут же взял его за плечи, волоча ближе к ванной. Его руки расстегнули рубашку на нём, а затем спустили брюки. Теперь юноша был практически раздет, но у Ло даже никакой грешной мысли не возникало при виде молодого тела. Да, Зоро действительно красивый, а его острые черты и рельефы мышщ приятно смотрелись, но сейчас альфе было не до этого. —Мне придётся снять с тебя боксёры, прости. Зоро не оказывал никакого сопротивления. В таком состоянии ему было плевать на то, что вообще происходит вокруг. Ло беспокоился о нём как о своём ребёнке. Он повернул кран, чтобы на него билась тёплая вода, а омега лишь прислонился спиной к бортику ванной. Трафальгар бережно прижимал его голову к своей ногой и поливал из шланга слабым напором. —Трезвеешь? —Не особо. . . - Зоро постепенно приходил в себя, но голова невыносимо болела и раскалывалась. —Сейчас я тебя приведу в порядок. - Ло выдавил себе в руку шампунь, а затем коснулся мягких зелёных волос, массируя кончиками пальцем кожу головы. Зоро блаженно прикрыл глаза от наслаждения, а на его лице появилась еле заметная улыбка. О нём ещё никто так давно не заботился, а ладони альфы напоминали ему материнские, пусть и были грубыми, но каждые движения приносили удовольствие. —Ну вот и всё, теперь ты чист. - Ло обмотал его махровым белым полотенцем, а затем начал водить им по спине, плечам и торсу омеги. —Спасибо, мне уже получше. . . - Зоро схватился руками за голову, пытаясь вернуться в трезвое состояние, и процедуры альфы ему явно помогли. —Твоя одежда вся испачкалась, но у меня есть запасное бельё. - он протянул ему чистые боксёры в левой руке. - надень, не будешь же ты голышом ходить. Постель я уже постелил, иди отдыхай. Ло направился в свою комнату. Сама кровать в ней была небольшая, а вот Зоро спал в соседней комнате на просторном диване, однако омега часто приходил к нему днём и ложился рядом, хотя хирург не возражал. В этих взаимоотношениях он не видел ничего сверхъестественного. В конце концов Зоро его друг. Краем глаза он наблюдал за тем, как уставший мальчишка идёт ложиться на диван, снимая тапочки перед дверью в комнату. Не прошло и нескольких минут, как Зоро уже сладко дремал на бордовом диване, положив руки по бокам и закинув ноги на спинку дивана. —Как хорошо, что здесь есть балкон, я смогу покурить. - Ло взял с прикроватной тумбы пачку сигарет, она уже была практически пустая, хотя он сам курил нечасто, потому что не успевал из-за кучи дел, но именно сейчас у него есть возможность насладиться осадком никотина в лёгких. Набросив халат на плечи он вышел на балкон, присаживаясь на пластиковый стул. Вид на ночной город открывался прямо перед его глазами. Каждый день он приносит хаос в этот маленький мир, убивая тысячи невинных людей и распространяя жестокую преступность. Зажигалка и конец сигареты соприкасаются, а вокруг разлетаются облака мутного дыма. Раздаётся тихий смешок. —Чувствую себя повелителем этих огней. В моих руках совершенная власть, а ведь никто совершенно не ожидал что я обгоню даже Джокера. - медленно затягиваясь сигаретой Трафальгар прогнул шею назад, выпуская ещё одно облако дыма изо рта и получая от этого нереальное удовольствие. —Джокер обломись. Как же ты жалок. - за спиной у Дофламинго младший альфа едко высказывался о деловом партнёре, но на это были свои явные причины. Сигарета постепенно становилась короче, а затем остался только бычок, который уже упал в прозрачную пепельницу на столе. Наступила уже поздняя ночь, поэтому его уже клонило в сон, когда голова соприкоснулась с мягкой подушкой. Только вот голову не покидали беспокойные мысли о жизни и недавних событиях. На плечах осталось тёплое прикосновение Зоро, но неизвестная тоска и растерянность поглощали проклятое сердце. Такого добра возле себя чудовище точно не заслуживает. Своими руками он убил множество людей, а потом расправляет их как крылья перед Зоро. Зоро свят и чист, непорочен и невиннен. Своими грязными лапами он лишь наполняет его скверной и передаёт её в чужое тело по кровяным сосудам до обморожения. Настоящий паразит. Часы с маятником постукивали каждые полчаса, но сквозь сон эти тихие стуки не было слышно. Обычно Трафальгар никогда не видит сны, однако в темноте перед глазами он замечает огонёк вдалеке, постепенно приближающийся и излучающий тепло. Альфа не сразу понимает происходящее и растерянно застывает на месте. Когда луч уже вплотную подобрался, его веки распахнулись. На кровати перед ним лежал спящий Зоро, а его голова вплотную прижалась к груди. Он как кот лечил его душевные раны своим присутствием совершенно неосознанно, отчего совесть начинает пристыжать. Трафальгар положил руку на его затылок, поглаживая по волосам. В этом нет ничего совершенно плохого, это лишь воссоединение двух одиноких людей, где один из них - добро, а другой - истинное и омерзительное зло. Солнце уже пробралось лучами в гостиничный номер, попадая на лица спящих. Ло тут же почувствовал, что уже пора подниматься, поэтому медленно пробудился из блаженного сна, опуская руки с спящего Зоро. Ему не хотелось уходить, ведь эта обстановка ему напоминала что-то родное и успокаивающее. Посмотрев на лицо Зоро он увидел блеск в открытых серых глазах и вздрогнул от неожиданности. Оба они не были разговорчивыми, поэтому понимали друг друга без лишних слов. Ло подобрался поближе, прикасаясь к теплому телу омеги и отводя взгляд. Чего-то не хватает в этой обстановке, что хотелось бы совершить. Зоро пробрался пальцами а чёрные волосы, кончиками пальцев поглаживая чувствительную кожу головы. В мыслях проносятся невнятные слова. Затем младший обхватил татуированную ладонь своей, и этим прикосновением Ло почувствовал чужое тело. То что он хочет сделать сейчас не простительно, ведь испытывает такие внеземные чувства впервые. Подбородок касается плеча, а тело прижимается вплотную к обнажённому торсу. Наивный омега словно играется с ним при лучах солнца, пытаясь подтолкнуть на нужные действия. Ло молчит, и в этой тишине он пытается хоть что нибудь найти. Найти для себя ответ на происходящее. Зоро прижимает ладонь к его груди, а затем касается лицом шеи, приятно щекоча её своим дыханием. Кончиком носа омега прошёлся до подбородка, а затем он снова опустился губами. Ло сопротивляться не стал, а лишь податливо подался вперёд своим телом, ощущая на шее влажный поцелуй. Внутри него заводится некий механизм, подталкивающий совершать страстные действия, пока Зоро нагло с ним игрался. Прихватив Зоро за руку, Ло внезапно перевернул того на спину, при этом томно дыша. —Ты чувствуешь это? —Что именно? - Трафальгар наклонил голову вбок, не осознавая суть вопроса. И снова неловкая тишина. —Забудь что я сказал. —В моих глазах ты всё ещё наивный мальчишка. - он прижался лицом к острым ключицам Зоро, прикусывая нежную кожу и оставляя алые следы, подходящие на распускающиеся бутоны цветов. Тело омеги для него настоящее произведение искусства, которое он хочет усовершенствовать. Живая и наполненная душой скульптура излучала тепло и желанную страсть. Зоро медленно разводит ноги, закидывая их на поясницу возбужденного мужчины, отдавая себя в его руки. Хватая своей ладонью зелёные волосы альфа прижал его голову к подушке. Разум так и кричал о том, что он окончательно не уверен в дальнейших действиях, но сердце стучит сильнее и сильнее. Мышцы в теле накалялись с каждым толчком и ощущением приятного тепла внизу, а слух приятно ублажали нежные непорочные стороны. Он первый, кто забрал неприкосновенность Зоро, и это чувство приятно отдаёт по телу. Мужчина чувствует мужчину, а господин - господина. Колени становятся ватными, живот стягивает в тугой узел.колени становятся ватными. Тысячи иголок вонзаются под кожу в теле. И наконец-то настаёт это чувство вожделения. Ло делится частицей себя, заполняет чужое нутро горячим семенем и блаженно выдыхает, а его приподнятая грудь медленно опускается. За всё время разлуки Зоро поменялся на его глазах. Он повзрослел и познал всю горечь жизни, которая не должна была его настигать, но Ло как живой щит встаёт перед ним, дабы укрыть от опасностей. Однако сам Трафальгар - настоящее чудовище, чьи пагубные стороны непорочный омега ещё не знает, а если и узрит, то лишится дара речи на всю жизнь. —Я люблю тебя. - эта мимолетная фраза навсегда засядет в голове у обоих. Ло слабо дрожит, показывая свою сокровенную сторону личности, ту, которую практически невозможно раскрыть. Зоро еле заметно улыбается, прикрывая веки и смотря на него томным взглядом. Ло хватается чернильными ладонями за чужие колени, а по ноге стекала одна слеза. Он замечает на молодом теле белые болезненные пятна и ужасается. Этому человеку не хватает его помощи, но спустя долгие годы одиночества наконец-то пришёл его спаситель из бесконечной тьмы. Вокруг лишь одни дикие псины, грызущие тело зубами и оставляя увечия, но Зоро свои зубы не скалит, а ласково поддаётся вперёд, растирая свою душу перед монстром. Своей оскверненной лапой он касается хрустального сердца, боясь его сломать одним лишним движением. Никто и никогда его так не любил, а самый ближний человек давно покоился в могиле далеко за пределами преступного города. "Надеюсь ты видишь меня с небес Росинант, а на твоём лице раскалывается улыбка." Впервые за проклятые десять лет жизни он чувствует себя поистине счастливо, отчего падает головой на грудь Зоро, роняя новые слёзы. От юноши исходит материнское тепло, а красная нить проходит сквозь кончики пальцев. Но неистовое желание убивать никогда не стихнет внутри зверя, и когда под рукой не оказывается нужной жертвы, кровь всё равно прольётся на землю. Сквозь туманную пелену на глазах мужчина видел лишь размытый силуэт собственной руки, которая болталась из стороны в сторону, словно он тряпичная кукла, которую дёргают за ниточки. Странно, что тело не чувствует боль, а лишь приятное и холодное покалывание, которое проходилось по всем клеткам в организме. Ноги начали сильно дрожать, но очередной удар ножом по собственной грязной плоти заставлял вопить ещё сильнее. Алая липкая кровь оставляла мокрые дорожки на бледной коже. В разум впились навязчивые слова, но они лишь заводили убийцу ещё больше. Кончиком кухонного ножа Ло ковырял небольшие куски мяса на своей левой руке, пока лезвие ещё не дошло до кости, но вот вот это должно было произойти. Трафальгар сделал ещё одно движение рукой, в которой держал нож. В районе плеча появился ещё один глубокий порез, кровь которого окрасила воду в красный цвет ещё больше. —Ло, где ты? Ты там? — в дверь в ванную послущался тихий стук, а затем в комнату зашёл ещё один человек. —Боже мой, что ты делаешь! — Зоро резко вырвал нож из его рук и замер на месте. Такую отвратительную картину он не был готов увидеть. Рука Ло лежала на бортике ванной, а с глубоких порезов капала вязкая кровь. — ты же так себя убить можешь! — Зоро быстро открыл шкафчик позади него, чтобы найти маленькую аптечку и достать оттуда бинт. —Кха. . . — Ло тяжело дышал, его грудь постепенно поднималась вверх, а сам мужчина пытался жадно глотать воздух, чтобы окончательно не потерять связь с реальным миром. Зоро пытался сдержать свой противный ком в горле, ведь юноша не был морально готов к такой жестокой картине. Зоро попытался достать альфу из ванной, однако это оказалось слишком трудной задачей, поэтому омега решил аккуратно перебинтовать руку, прижав чужую голову к своей груди. —Успокойся, я с тобой, и я тебя спасу. — но кого он спасает? Жестокого убийцу от справедливой преждевременной смерти? Наверняка его бы никто и не понял, ведь такие поступки можно счесть за помощь истинному злу. —Не издевайся так над своим телом больше никогда, слышишь меня? Ло медленно повернул свою голову в сторону партнёра и приоткрыл рот, а затем издал громкий кашляющий звук. С его уголков губ начала сочиться кровь, а глаза закатились наверх. Может именно таким способом Ло осознает, что испытывают его жертвы перед смертью? Зоро слегка надавил ладонью на татуированную грудь, а затем прислонил свои губы к чужим, пытаясь помочь Трафальгару хоть как нибудь набрать воздух в грудь. Зоро почувствовал в своём рту вкус настоящей крови. Раньше он никогда в жизни не пробовал человеческую плоть, а теперь ему приходится это испытывать. Зоро глубоко вздыхает, ведь только так он может внедрить в еле живого альфу свежий глоток воздуха. —Очнись уже наконец! — Зоро наполнил свою ладонь водой, а затем брызнул на чужое лицо, из-за чего Ло внезапно вздрогнул и уже подал какие никакие признаки жизни. —Кха! Блять! — Ло внезапно хватается за воротник рубашки омеги своими испачканными руками, а затем смотрит пустыми глазами на него, прикусив нижнюю губу. Его голова всё ещё беспомощно лежала на груди Зоро, а затем, опираясь на него, мужчина начал подниматься и вылезать из воды. —Что на меня нашло чёрт возьми. — Ло прислонил ладонь к своему лбу. Его мозг пытался осознать происходящее, однако это плохо получалось из-за болевого шока. —Не знаю, но ты нанёс себе сильные увечия ножом. Боюсь представить чтобы было, если я не пришёл. — Зоро действительно до ужаса боялся за жизнь партнёра, поэтому сильно дрожал, пытаясь сдерживать слёзы. Однако была ещё одна причина, из-за которой он сильно испугался. Видеть своими глазами глубокие раны, из которых торчат куски мяса и сочится кровь не являлось чем-то приятным. Психика ещё не была готова к таким поворотам событий. Зоро ненавидит кровь. Он боится каждый раз, когда видит потоки этой мерзкой человеческой жидкости. Успев ухватиться руками за раковину Зоро наклонил голову вперёд, а затем почувствовал давление в груди и желудке, после чего он сделал глубокий вдох. —Что ты делаешь? — Ло уже выбрался из ванной, а с его волос и промокшей одежды стекала красноватая вода. Но Зоро молчал, издав хлюпающий звук. Рвота постепенно заполняла раковину. Трафальгар прихватил его сзади за плечи, чтобы тот не мог упасть на пол и удариться об плитку. —Извини, я правда сделал это неосознанно. —Всё в порядке. . . — Ложь. Зоро чувствовал себя отвратительно. Из-за такого давления на своё внутреннее состояние он постоянно жил в страхе. Его окружают не обычные люди, а настоящие жестокие преступники, которые могут в любой момент достать нож и расчленить его тело на кусочки, а затем скормить собакам. Ло не человек, Ло настоящее чудовище. Он излучал от себя негативную энергию, а своими руками Хирург Смерти забирал жизни невинных людей. Зоро ещё многое не знает, ведь он ещё не способен к такому устойчиво относится. Зоро опустился на пол, а затем прикрыл свою голову руками, после чего послышался громкий всхлип. Альфа опустился на колени, и уже забинтованной рукой приобнял его за плечо, а второй погладил мягкие зелёные волосы. —Всё хорошо, ты больше не увидишь подобного ужаса, обещаю. Порой я сам не умею себя контролировать. — голос Ло был успокаивающим и тихим, отчего Зоро перестал дрожать, а затем обернулся назад, обнимая его в ответ. Влажные следы слёз не были видны на мокрой белой рубашке, однако Ло почувствовал, как две слезы словно пронзают его плечо как два холодных лезвия. Ло никогда не испытывает чувство вины перед людьми, ему плевать на остальных, но именно в этот момент он хотел выколоть себе глаза тем же ножом. Настоящий позор. Трафальгар страдает от внутреннего отчаяния не единственный. Быть жестоким палачем во плоти невыносимо тяжело, никто и никогда не поймёт мотив кровавых убийств и бесконечного желания насиловать. Хирург Смерти считает себя совершенным, ступая ещё по живым тела, а Цербер возглавляет царство мёртвых, заняв место на троне из костей. Липкая и тёплая кровь стекала вперемешку со спермой по паху, а внутренние органы с каждым толчком вываливались из брюшной полости тела, покрытого синими трупными пятнами. Юстасс чувствует власть, но не чувствует удовлетворения, а его помощник смотрит со стороны, как он богохульствует, надругаясь над телом расчлененного покойника. Любовь к всему неземному противоестевственна. Растирая по губам ком крови Кид откинул голову назад, но на его лице не было привычной безумной улыбки. —Я не чувствую того, что ощущал раньше. - и этот безумец сходит с ума. Внутренности уже переварились в желудочном соке, но душа тверда как сталь. Киллер сидит молча, смотря глазами своими на эту картину. Совокупление не походит на произведение искусства. —Ты отчаялся, я не знаю как помочь. Во мне ещё есть рассудок, а ты сумасшедший ублюдок. - Камадзо говорил всё честно и прямолинейно. В ответ на его слова лишь пронзающая тишина. Киду нужна жертва. Жертва, над которой он сможет длительно издеваться, наполнять собственным семенем и получать от этого ублажение. В голове голос совести всё ещё вопит и умоляет остановить происходящее, но голодной собаке плевать на все принципы. Даже если жертвой окажется маленький котёнок, то Цербер запугает его хищным оскалом и разорвёт на клочья. —Судьба имеет право быть моим карателем, так пусть накажет меня! Юстасс пал на колени, цепляясь ладонями за красные потрепанные волосы и громко орёт. Орёт диким зверем и встаёт на четвереньки, упираясь лбом в пол, пока кровь с промежности разорванного тела капала на его затылок. —Раз уж я такая блядь, то почему мои ноги и руки до сих не растерзаны, а глаза не выдавлены из глазниц? На этот вопрос ни у кого не будет ответа. Властелина смерти никто не поймёт и не примет под свое крыло. В очередной раз он напивается до беспамятства, видя галлюцинации перед глазами, а затем нутро поглощает цветные таблетки, под воздействием которых хочется разнести всё вокруг. Шлюхи, табак, алкоголь и сырое человеческое мясо, ничего из этого не приносит ему полноценное счастье. Когда Юстасс всем телом вбивается в поношенную тушу продажного живого человека он издаёт лишь глухой рык. Кокаин рассыпается на пояснице, а затем он медленно вдыхает тяжёлый наркотик, пока такие же мерзкие люди подбадривают на новые действия, чтобы поиздеваться над жертвой. После веселья и диких оргий на полу лежат тела несчастных людей. —Я продал душу дьяволу! Меня уже никто не спасёт, я доживу эти дни в муках и желании убивать! - Орёт альфа. Но всем плевать. Плевать даже ему самому. Волк жаждет молодого ягнёнка, чтобы впиваются в него зубами и пожирать, но он нигде не может его найти. "Я хочу. Я знаю. Я желаю. Я убиваю." Чёрными готическими буквами была выведена эта татуировка на пояснице, на которую уже сыпалась новая доза порошкового наркотика. На просторной постели резвятся два зверя. Киллер не отказывается составить боссу компанию, поэтому вдыхает порошок с надписи, а затем проводит языком, собирая остатки. —Ты уверен, что готов сейчас? —Заткнись. — Кид говорит это слово весьма грубо. Сейчас ему вообще плевать на всё, что происходит вокруг. — и не задавай лишних вопросов. —Тоже верно. — Киллер совершенно не сопротивляется. В конце концов приказы своего босса он обязан исполнять. Кид вцепился руками в подушку, а на всё маленькое помещение раздаётся короткий причмокивающий звук. Юстасс приближается ближе к чужим губам, жадно их целует, что не может оторваться. Собирая последние песчинки с губ он достаёт две таблетки из кармана брюк, кладёт одну на язык и проталкивает в ротовую полость Камадзо. Юстасс не нежный, он груб, внезапен и властен, но только этот случай повёл его в другом направлении. Да, совесть не угрызает его на то, что трахаться с подчинённым может быть грешным, но кто его имеет право останавливать? —Чёрт, Камадзо. — преступник редко называл своего любимого подчинённого по настоящему имени, но сейчас хотелось сделать именно так, как приказывала его дикая душа. — Ты слишком спокоен передо мной, многие бы уже размякли как тряпичные куклы. Киллер лишь пожимает плечами в ответ и усмехается. —Не строй из себя наивного, идиот! Теперь альфа не выдерживает напора своих откровенных желаний. - сукин ты сын. — все оскорбления Юстасса в таком положении звучали лишь несерьёзно, поэтому Киллер реагирует совершенно спокойно, заливаясь своими пугающими усмешками. — а теперь выеби меня и дело с концом.— кто бы мог подумать, что перед Киллером сам «Цербер» предстаёт в таком откровенном положении. Кид решает не медлить и разворачивается спиной к старшему альфе, выгибая спину. Киллер не сразу осознает, что ему вообще стоит сделать сразу, дабы угомонить «дикого» босса. —На кого я похож больше — голодного пса или сбежавшего сумасшедшего? —Даже не знаю, Босс.— по привычке блондин именно так называл Кида, хотя того это до жути раздражало. —Ах ты. . . — Кид лишь недовольно и громко прошипел сквозь зубы, и, упираясь своими ягодицами в чужой пах, сжал свои ладони на подушке ещё сильнее. . — Приступай уже, нахал, иначе я засуну в тебя ещё больше таблеток, что ты свалишься от беспамятства. На этом слова Кида обрываются. Теперь Камазо способен угомонить его жаркий пыл. Его руки начали медленно опускать чужие чёрные брюки вниз, обнажая ягодицы. Он начал замечать, как ткань на боксерах Юстасса сильно натянулась от возбуждения, а крупный член уже сочился смазкой и оставлял прозрачные следы на белой простыне. Ладонь Киллера залезла в нижнее бельё. Пальцы слегка стиснули твёрдый и горячий половой орган, затем начали проходиться сверху вниз. Указательный палец плавно перебрался к головке. Его кончик медленно и ужасно приятно ласкал крайнюю плоть, при этом периодически он перекрывал уретру, что доводило младшего альфу до диких конвульсий от развратных действий, а под воздействиями препаратов в голове нейроны отдавали мощные разряду. Он хотел наконец излиться в чужую ладонь, но Киллер нагло заигрывал с каждой секундой всё больше и больше, не давая ему кончить. —Ты не можешь кончать, Босс. Я не разрешаю. — Теперь настала его очередь. Альфа неспешно приспустил свои штаны вниз примерно до колен. Его член тоже успел встать при виде похотливых резких движений Кида. Сказать, что ему не нравилось — грех. Кид выглядел по блядски соблазняюще. Киду не нужно просить по новой, он ждёт лишь исполнения властных просьб. И наконец он ощущает внутри себя заветный член альфы, который мог расслабить его, доводя до нирваны. Каждый поцелуй и прикосновение он помнил наизусть, как самые прекрасные стихи о любви и вечном пребывании в раю. Киллер сделал первый толчок своими массивными бёдрами, а его пальцы ухватились за бедра босса. Каждый раз его член проходился внутри по тугим стенкам, оставляя следы предъэкулянта на них, отчего на всю комнату слышались хлюпающие мокрые звуки. —Трахай меня уже быстрее, сукин сын! — У каждого человека была совершенно разная реакция, но у Кида — особенно бурная. Рыча сквозь зубы альфа уже умудрился закусить губу до крови, но его бёдра всё ещё поддавались в такт движениям Киллера. Грубые ругательства являлись своеобразной похвалой своего особенного партнёра. Киллер быстро проталкивал свой член, заставляя босса буквально лезть на спинку кровати от диких ощущений. Внутри его груди крутится целый огромный торнадо порывов страсти, так и норовится разорвать тело на куски и выбраться наружу. Киллер сделал сильный хлопок по чужой пояснице, а затем и ягодицам для поддержки приятной обстановки. Узел стал постепенно набухать в паху и распускаться. Белёсые капли густой спермы медленно стекали с отверстия Кида вниз по бёдрам. —Чёрт. . . — Но Кид не собирается себя останавливать. Мужчина быстро подтянул свои штаны, а затем схватил Киллера на воротник синей футболки. Он неуклюжо перевалился на другой край кровати, но это не повод не продолжать страстный вечер. Его язык резко оказывается в чужой ротовой полости. Кид отчётливо ощущает неприятный и вязкий привкус фиолетовой матовой помады. Киллер ухватился ладонью за его лохматые красные волосы, оттягивая назад. —Чёрт, без воздуха же оставишь. —Я пытаюсь стать таким же безумцем как и ты. Не знаю, что нас объединяет, но это нечто скрывается и просится наружу. —Иногда ты слишком умно говоришь, под таблетками я тебя не понимаю. - Юстасс держался ладонями за плечи помощника. - и это бесит. Так что своим ртом лучше сделай мне приятно, а не выводи на гнев. - Цербер лёг на спину, опуская ладонями чужую голову ближе к собственному паху. Киллер коротко кивает, широко раскрывая свой рот и насаживая свой рот на крупный член. Дышать тяжело, но он терпит, принимая Юстасса полностью, доходя до основания и причмокивая губами. Язык проходился вдоль члена, собирая влажные капли смазки, а светлые длинные волосы приятно щекотали кожу на пахе. Двумя большими пальцами Кид оттянул края губ в стороны, глупо и неразумно насмехаясь над Камадзо. За короткий промежуток он уже кончает на лицо подчинённого, постукивая членом по влажным губам. По губам и щекам Киллера стекала сперма, а сам он тихо кашлянул в кулак. —Я устал. Моё тело болит. - С этими словами Юстасс отпустил свои руки с головы мужчины, раскинув руки и ноги в стороны. День прошёл как мгновение, а что настанет завтра? Завтра этими руками он снова унесёт жизни и закопает их останки в землю.

____

Зоро просыпается в постели один, возле него лишь пустое место и никаких признаков жизни. На подушке лежала маленькая записка. "Прости моя драгоценность, сегодня я должен отлучиться, вернусь ближе к утру." - местами почерк криво расползался, а значит альфа писал эту записку в спешке. Зоро опечаленно вздыхает, роняя бумажку на пол. Теперь весь день он будет тосковать и бестолку слоняться по гостинице, рассматривая мелкие детали на предметах интерьера, лишь бы не помереть со скуки. Но он ещё не знает, что Трафальгар находится недалеко, под его ногами, и вот он уже оскверняет человеческие тела. Настоящий дьявол. —Не хочешь попробовать человечину? Ты давно её не ел. - перед Ло подносят серебряный поднос с сырым куском мяса, но он лишь голову воротит. Сырая человечина попросту не была в его вкусе, желудок попросту не мог её переварить. Но соблазн и любопытство встали выше моральных границ. Вилкой он наколол окровавленный кусок туши и положил себе в рот, смакуя. Капли затхлой крови растекались во рту. —Не особо люблю мясо плебеев. Оно походит на кислую говядину. —У тебя совершенно нет вкуса. - Внезапно позади него появился Юстасс. Цербер наколол кусок мяса и себе. - но судя по конститенции это плоть зрелого мужчины. —Всё верно. - мужчина стоявший с тарелкой коротко кивнул. - это ещё не всё, что вы можете попробовать перед представлением. Ло отходит в сторону. Голова раскалывается из-за осадка боли в распотрошенной рукой. Только благодаря Зоро он не дошёл до своих сосудов, уже практически разрубая их на части. Будь бы воля, он бы сюда и не пришёл. Ему не нравится смотреть на то, как кто-то убивает людей вместо него, но коварный Джокер сильно на этом настаивал. Даже самые отпетые преступники, не знали о том, как развлекается, настоящая элита преступного мира, и эти издевательства представить сложно. Рабство, похоть и насилие расцветали под землёй, символизируя преисподни. Над дверьми висели настоящие человеческие черепа с пожелтевшими высохшими костями. Это не то. Совершенно не то. В убийственном исккустве нет никакого смысла, если оно не сделано собственными руками. Ло не собирал останки убитых, ему это не надо. Он лишь мечтает услышать настоящее сердцебиение. В этом помещении нет окон. Оно полностью изолировано от внешнего мира. Никакие пары глаз не способны увидеть происходящее. —Ты выглядишь подавленно, Ло. - перед Хирургом Смерти предстал Джокер, держа наполненный бокал с вином. - расслабься, выпей и забудь о своих невзгодах. Здесь исполнятся все твои желания. Трафальгар молчит и скривляет уголки губ в брезгливой гримасе, но бокал вина из рук у Джокера забирает и жадно отпивает. В горле от волнения пересохло, а потоки спиртного напитка смогли его жажду утолить. Капли вина стекали по лицу, а затем бокал стал пустым. —Не ожидал такой наглости от тебя, но так уж и быть - прощаю. Сегодня у меня превосходное настроение. - Донкихот усмехнулся, растворяясь постепенно в мгле шумной толпы. Ло протирает тыльной стороной ладони свои губы, только что он вкусил мясо человека, а после будет целовать возлюбленного. Никто не должен знать о его потайных секретах, даже Зоро, иначе его хрустальное сердце развалиться вдребезги. За всё время пребывания в тайном месте Хирург Смерти славно смог сговориться с Кидом, подталкивая террориста на выгодный контракт между их группировками. Ло подкупал молодого самца лестными словами. —Я уже запомнил, что ты любишь красное вино, старина. - сидя за одним диваном Кид наливал обоим вино в бокалы. —Я старше тебя всего на четыре года, так что следи за языком. - Трафальгар усмехнулся, но подавленно. —А кто знает, что у меня на уме. - наглый молодой альфа продолжал неприятно гоготать, уже распивая свой бокал вина. - хочу спросить насчёт итогового формирования группировки. —Нам осталось лишь подождать ответ Джокера, и вопрос решён. Девяносто процентов города будет оккупированно нами, у мелких сошек выбора не останется. —Отлично, выпьем за это снова! - Цербер не мог не нарадоваться такому совершенному успеху, поэтому пил как в последний день перед смертью, то и дело подзывая официанта за тем, чтобы он принёс новую бутылку выпивки. Ло вёл себя сдержанно, ограничив возможности на трех бокалах, больше и не требовалось для ощущения лёгкого кайфа. —Ну и проклятое место. Безумие. - в скором времени Хирург окончательно установит свои правила, а Джокер перейдёт на ступень ниже и будет молиться перед ним на коленях о пощаде, по крайней мере альфа грезит об этом каждый день.

____

Зоро со скучающим видом шёл по коридору отеля после короткой прогулки по улице. Погода в последнее время была не особо хорошая, отчего бежевое пальто сильно промокло. Он медленно открывает ручку двери в гостиничный номер, но не знает, что внутри его уже ожидает Трафальгар. Неизвестное волнение заставляет слегка дрожать. Почему это вообще происходит? —Я здесь. — Зоро ступает на порог, уже снимая свои ботинки. —Заходи Зоро - я. Услышав знакомый голос Зоро тут же успокоился и зашёл внутрь, однако то, что он увидел перед собой было невозможным. На диване сидел Трафальгар, ожидая его, а на журнальном столике в прозрачной вазе стоял большой букет алых роз. —Я взял его для тебя. Зоро застыл на месте. Его ладони уже успели коснуться прекрасных бутонов роз и почувствовать их нежное соприкосновение. При этом шипы лишь слегка покалывали его кожу на руках, —Подойди поближе ко мне. — Ло развёл свои руки в стороны. — я вернулся раньше ради тебя. Зоро слегка наклонил голову вбок от удивления, но уверено приблизился к своему партнёру. Только в этот момент он заметил, что рубашка на Трафальгаре была растёгнута. От чувства неловкости омега прикрыл свои глаза. На его лице появился заметный румянец. —Почему ты так встретил меня. . .? Совсем не похоже на обыденную ситуацию. Рука Ло легла на чужую талию, притягивая юношу к себе. Зоро уже оказался на чужих коленях. Каждый подобный раз в его животе порхали миллионы бабочек. Зоро без указаний Трафальгара расстегнул ремень на его брюках, а затем приложил к паху ладонь, давая явный намёк на то, что ему дозволено сделать то, чего он так жаждет. Короткий кивок не заставил Зоро ждать. Опускаясь на колени перед Ло он приоткрыл свои губы, а затем прошёлся кончиков языка по стоячему члену. Насадив свою голову на чужой член Зоро почувствовал, как головка упирается ему в горло. Издав хлюпающий звук Зоро продолжил двигать головой снизу вверх. Он совершенно не знал, как это делать, ему помогала лишь интуиция, однако чувствуя поглаживания ладоней Трафальгара это придавало Зоро явную уверенность в своих действиях. —Не стесняйся, у тебя хорошо получается. — Ло не пристыжал молодого партнёра за внезапные действия, а наоборот приятно хвалил. Зоро снова прошёлся языком вдоль члена, постепенно выпуская половой орган из своего рта и снова жадно поглощая. Из-за новых странных ощущений разум постепенно пьянел от похвал наполненных открытой похотью. Зоро пытался сделать глубокий вдох, чтобы наполнить грудь воздухом, но из-за порыва страсти это плохо получалось. Он лишь задыхался от собственного смущения. Наконец омега почувствовал, как его ротовую полость заполняет густое горячее семя. Зоро поднимает голову и смотрит на Трафальгара жалобным взглядом, желая получить поцелуй. Долго ждать не приходится. Холодные ладони Ло ложатся на щеки Зоро, а затем он наклоняется вниз, чтобы соприкоснуться с чужими губами и снова почувствовать эту приятную ротовую полость. Язык Трафальгара прошёлся по губам Зоро, а затем проник сквозь них внутрь. Зоро издал тихий стон, цепляясь ногтями за чужие оголённые плечи. —Вернись ко мне, Зоро-я. Зоро поднимается обратно на диван. Его колени сильно дрожали, но он желал получить ещё ласки. Ло стянул с него брюки, обнажая ягодицы Зоро перед собой. —Что ты собираешься делать? — Зоро прикрыл ладонями своё лицо, пытаясь не показывать откровенное смущение. Его ноги оказались слегка приподнятыми перед лицом Трафальгара. Но Ло молчал, очевидно он собирался вновь удовлетворить молодое тело. Зоро безумно нравились физические любовные контакты. Именно сейчас Трафальгар мог подарить ему незабываемые ощущения. Ло аккуратно развёл руками чужие ягодицы, а затем прошёлся между ними языком, задевая сжатый сфинктер. Затем альфа прислонился к нему губами. Зоро во всех подробностях ощущал движения горячего языка внутри себя. То, как Ло задевал его чувствительные влажные стенки, затем останавливался на мгновение и продолжал. —Я больше не могу терпеть. . . — Зоро снова издал подавленный стон, кончая на грудь Ло. Белесые потоки стекали вниз по груди мужчины. Ло прислонил два пальца к ней, затем прислонил их ко рту, ощущая вкус семени любимого омеги на вкус. Зоро всё ещё был заведён, однако в голове всё ещё танцевали демоны похоти. Ему хотелось получить ещё больше дьявольски прелестных ласк. Ло прилёг на диван. —Зоро — я, развернись ко мне спиной снова. Зоро окончательно спустил свои брюки и полностью освободил себя от одежды. Бедра Зоро зажали чужую голову, а затем омега посмотрел вниз. —Что. . . Что мне нужно делать. . .? —Опустись. Это мой приказ. От таких слов Зоро заводится ещё больше. Его ягодицы вновь соприкоснулись с чужим лицом. Это невероятно приятное ощущение повторно испытывает его тело. Ло ухватился ладонями за его бедра, крепко сжимая. Придерживать партнёра было немного сложно, но Ло прекрасно справлялся с этой задачей. —Наклонись вперёд. Зоро начал опускать голову к чужому паху, а стоячий член коснулся лица Трафальгара. Юноша обхватил ладонью крупный член, водя ей вперёд и назад. И теперь Зоро испытывает тоже самое, что и альфа несколько минут назад. Трафальгар провёл языком по его члену, постепенно пропуская его внутрь своей глотки. Омега сильно вздрогнул, отчего он сделал сильный толчок бёдрами. Ло издал короткий мычащий звук, вцепившись в сексуальные бёдра Зоро ещё сильнее. —Я кончаю! — Зоро тихо вскрикнул. Он чувствовал, как узел в его паху постепенно распускается, позволяя семени выйти в ротовую полость и наполнить её. На его лице также оказываются капли спермы, ведь он доставил удовольствие не только себе, но и партнёру под ним. Ло приподнял свою голову, затем сделал небольшую отдышку. —Чёрт. . . — его язык прошёлся по собственным губам. — мне безумно нравится твой вкус, вкус любимого человека. — Ло снова приблизился к партнёру, оказавшись ближе к его лицу. С каждым днём страсть между молодыми партнёрами не угасала. Несмотря на абсолютно разные характеры они могли держать друг друга в руках. Два одиноких человека соединились тонкой невидимой нитью и держались за неё. Зоро лежал на альфе, прижимаясь головой к чужой груди. Он чувствовал себя удовлетворённо, ведь Ло умел довести до блаженного оргазма и пика удовольствия. —Почему ты выбрал именно розы? —Ты похож на эти цветы. Такие же молодые бутоны распускаются. Сверху они нежные, а внизу приятно покалывают, боясь чужеродных прикосновений. . . - Трафальгар провёл бутоном цветка по его спине, приятно щекоча нежную кожу. Зоро не шелохнулся, но ему было чертовски приятно. Лёгкий ветер проходился по обнажённым телам, отчего умиротворение ощущалось гораздо сильнее. Зоро чувствует себя спокойно, но это продлится недолго. Проходит лишь один час, а куранты на антикариатных часах уже пробили двенадцать. Зоро невинно и сладко спал, лёжа на чужой груди, поэтому Ло вставал очень аккуратно, стараясь не потревожить его сон. Ему нужно уходить, только куда? Хирург быстро надевает на себя свою маску и длинный чёрный плащ, а затем покидает номер в отеле. Коридор в отеле освещал слабый лунный свет, а тусклые лучи лобызали спину убийцы. Ночь - время убивать. И вот он снова спускается вниз. Недавно он уже посещал эти преисподни, а теперь возвращается, но уже один. —Показывайте мне, кого поймали. - Альфа гордо прошёл в помещение, умещаясь на чёрном кожаном диване. Дворецкий тут же поднёс ему пистолет на бархатной подстилке, а Ло игрался им как глупый ребёнок, прокручивая на указательном пальце и щёлкая курком не до конца. —Я удивлён, что ты так спокоен, шпион. - Трафальгар навёл дуло от пистолета на мужчину, который лежал на полу. Его руки и ноги были связаны, а глаза прикрыты тёмным куском ткани. —Перед тем, как тебя убить, я позвоню кое кому, этот человек точно обрадуется. - Взяв телефонную трубку Ло выгнулся на диване и прокрутил табло несколько раз, вводя нужные цифры. —Вас приветствует шестой полицейский участок, что Вам нужно? —Ох, какой приятный голос. Кто это отвечает мне? Можете пожалуйста вызвать капитана Смокера на линию? —Конечно, сейчас я его позову. — Девушка на другом конце трубки ушла, а через минуту в телефоне раздался низкий и грубый мужской голос. —Сэр, это срочный разговор? Расскажите, что Вам нужно. —Конечно. Я хотел сказать, что у меня в заложниках один из ваших тайных агентов. Что скажете на этот счёт? Смокер застыл на месте. Его руки словно заморозило, а голова начала неприятно трещать изнутри. —Хирург Смерти?! —Всё верно. Я знаю абсолютно всю информацию о важных личностях в полиции, но именно твой участок мне приглянулся. К тому же мои разведчики узнали, что с вашим отделением сотрудничает сэр Крокодайл, но сейчас не об этом. Перед моими ногами сидит на коленях связанный агент. Его имя Икс Дрэйк, верно? Так вот, у меня для тебя плохие новости, сейчас в него прилетит несколько пуль. Эта крыса славно скрывалась в моих рядах! Он уже почти выполнил цель, но я оказался коварнее. Санджи и Крокодайл стояли рядом с капитаном, держась за край его серого плаща. Офицер сжал зубы от злости, а затем резко выхватил трубку из рук Смокера и прислонил к своим губам. —Послушай меня уёбок! Мы тебя найдём и выпотрошим, что от тебя даже живого места не останется! Только попробуй тронуть его! —Успокойся, офицер Винсмоук! — Смокер оттолкнул блондина и вернулся на линию. Ему ещё не хватало проблем помимо того, чтобы младший альфа вывел самого Хирурга Смерти на дуэль через провокации. Ло замолк на минуту. Он услышал знакомую фамилию. На душе стало внезапно спокойно. Винсмоук? Это не могло быть просто глупое совпадение. — Он хочет сказать тебе свои последние слова. — Ло поднёс трубку телефона к напуганному человеку. —Капитан, спасать меня уже нет смысла. — после этих слов раздался выстрел. —Знаешь, а мой пистолет на нём неплохо сработал, живот прострелило как надо. Только вот помереть он никак не может. - затем в несчастного пленника прилетели ещё две пули. —Заткнись чудовище! — Смокер уже был разозлён до предела, поэтому бросил телефонную трубку в стену, отчего та сломалась вдребезги. Санджи прежде никогда не видел спокойного капитана таким злым. Скорее он был в отчаянии, ведь Хирург продолжал обводить их вокруг пальца, уводя за собой ещё больше человеческих жертв. —Капитан. . . — офицер подошёл к мужчине, садясь на соседний стул. — мне очень жаль. Всем сейчас крайне тяжело из-за этой ситуации, но мы обязательно найдём выход! Мы сделаем это ради нашего погибшего товарища. — слова Санджи видимо не помогли, остаётся лишь оставить капитана наедине. Альфа постепенно покидает помещение, закрывая за собой дверь. Всё это к сожалению было не сном, а отвратительной реальностью. Санджи не может спокойно жить, каждый день его разум охватывают безумные кошмарные сны и он винит себя в том, что потерял своего брата, который являлся частью его души. Он снова достаёт и смотрит на фотографию Зоро, слезами заливается и уже собирается кричать. —Моё маленькое чудо, надеюсь с тобой сейчас всё в порядке. - Но самовнушение ему не помогает. Бесполезно, ведь эта тайна - неизвестная тьма. Ложится он на свою кровать дома с тревожными мыслями, сжимая край одеяла ладонью. Ни минуты он не может перестать бояться. Однако Винсмоук засыпает быстро, проваливаясь в глубокий сон. Позади него стоит полицейская машина, а сам мужчина стоит посреди брошенного поля пшеницы. Трава приятно щекотала по бокам, а сам Санджи шёл вперёд. Под своими ногами он почувствовал что-то твёрдое и посмотрел вниз. Это был деревянный скрипучий люк с кривой надписью на нём. Альфа присел на колени и открыл его, а затем его рот открылся в немом крике. Внутри небольшого бункера лежали разорванные человеческие тела. Кровавое месиво вынудило его рвоту выйти наружу. Отвратительно. Но чувствуя как ветер колышется позади Санджи резко оборачивается и видит высокую фигуру в чёрном плаще и бездушной маске. —Да что тебе нужно от меня, скотина?! - он сразу узнаёт в монстре частого героя кошмарных снов - Хирурга Смерти. Но тот стоит и молчит, лишь держа заточенный нож в левой руке и прислоняя палец к губам. Санджи просыпается в холодном поту, пытаясь отдышаться. В голове всё ещё проигрывались кадры с человеческими изуродованными останками, поэтому он заворочился на постели, стараясь отогнать тревогу и страх. Но что-то глубоко внутри подсказывает, что он близок к разгадке, однако не осознает, что ответ он уже знает гораздо дольше, чем другие, и какая опасность нависла над его пропавшим братом. И опасность эта исходит не от одного человека. Каждый день внутренняя боль не могла прекратиться. Отчаяние превращается в страшное желание уничтожить всё вокруг, а чувства так и заходили в тупик. Зоро так чертовски хорошо пахнет, а его руки кажутся нежными, что так и хочется впится когтями этому невинному созданию в спину. У Юстасса никогда не было тиража в жертвах, плевать, ведь самая главная задача - расчленить, но с партнёром Трафальгара у него всё по другому. Смотря в его наивные глаза внутри просыпались нездоровые мысли и желания. Зоро так молод и красив, что на него засмотрелся не только кровожадный Ло. Его непорочность проложила за собой манящий след. "Я чувствую только это невыносимое желание. Я люблю твой запах, когда ты оказываешься в моих объятиях, но между нами стоит одна большая преграда, которую никогда не смогу убрать. Хотелось бы мне своими холодными ладонями ощутить твою горячую кровь и пульсирующие внутренности, а затем совокупиться с прекрасным распотрошённым телом, вкусить запретный плод и забыть свою боль в сердце." Такую записку Цербер оставил на столе, написанную неаккуратным почерком. В руке блестит заточенный нож для резки мяса. Только этим ножом будут разделывать не скотину, а настоящего человека. Юстасс хватает свою жертву за горло, но та молчит. Образы людей в фантазии никогда не действуют полноценно, потому чудовище и мечтает воплотить их в реальность. Гнев просыпается внутри всё больше и больше. Наконец в измученное тело попадает первый удар ножом. Кровь брызжет на руки "убийцы", а капли стекают вниз до локтя. Но этого недостаточно, монстр желает большего. С каждым словом прилетал и новый удар ножом, но связанный человек был уже мёртв. Окровавленная ладонь схватила зелёные волосы, оттянув голову мертвеца назад. Идеи для мучений становились ещё более безумными. Кид кладёт тело на ровную поверхность, а затем замахивается лезвием и отсекает голову покойника. Казалось, что кровь не перестанет идти и зальёт весь пол. В помутневших серых глазах виднеется лишь боль и печаль. Что может быть хуже, чем предательство, которое несчастной жертве ещё предстоит увидеть? Юстасс держал в своих руках голову Зоро. Он смотрел на приоткрытый рот омеги. Конечно ему хотелось коснуться этих бледных нежных губ и страстно поцеловать, как он ещё никогда не делал, но неизвестное чувство его всё ещё останавливало. Затем Кид берёт в свои руки обезглавленное тело. Внизу он ощущает тепло, но не то, которое испытывал с другими жертвами. Это внеземное удовольствие сводило его с ума. Член ощущал ещё тёплые внутренности Зоро. Вот он уже добирается до желудка, постепенно разрубая труп снизу вверх. Кулак схватился за бьющееся сердце, а затем внезапно оно разорвалось на кусочки от сильного напора. - ненавижу, что это всё не реальность. Грешное совокупление не прекращается. Тело Зоро уже разваливалось на части, но чудовище не прекращало себя удовлетворять. Горячее семя заполняло чужие внутренности, а кровь неприятно хлюпала от каждого движения бёдрами. И всё это прокручивается как немой чёрно-белый фильм. —Опять кошмар приснился? - рядом с Кидом на постели лежал Камадзо. Блондин моментально проснулся от резких движений босса. Он единственный, кто знал о его мрачных секретах, и хранил под святым обетом молчания. Под кошмарами Киллер всегда подразумевал противные обострения, но прямые слова об этом Кид откровенно говоря ненавидел. —Не обращай внимания. . . Я просто воды попью, мне точно потом полегчает. Юстасс аккуратно встал с общей постели и направился на кухню гостиничного номера. Стакан холодной воды действительно немного отвлёк его от мыслей о своём минувшем сне. Однако до конца избавиться от этого он не сможет. Остаётся только крайний вариант - забыть об этом другим способом. В руке снова оказываются несколько розоватых таблеток. Одним движением преступник закидывает себе их в рот. К головокружению и тошноте от препаратов он уже привык, да и удовольствие особо не испытывал. Альфа вернулся к постели, а затем присел на край, хватаясь руками за голову. Он ещё практически не знал ничего о Зоро, но каждый раз когда разговаривал с ним желание взять в руку нож возрастало. —О чём думаешь, старина? - Киллер сложил руки на плечах и вздохнул. —Я хочу разделать его непорочное тело. Он не будет таким, как все мои прошлые жертвы. Киллер сразу же понял, про кого идёт речь, ведь единственный знал об этом секрете. —Я никогда не смогу понять твой мотив, но попытаюсь лишь посочувствовать. Кид сидит молча, смотря на свои руки. С чего вообще в его голове закрадывались такие мысли - неясно. Ему нужно стать ближе с тем человеком, который любит и целует другого, а после залезть внутрь тёплого тела и вкусить кровь. Зоро разделывать новым острым ножом будет приятно.

____

Что такое близость? В понятии каждого человека это может значит нечто странное, что отличается от чужих идей. Для кого-то это прикосновения, а может быть и душевные разговоры. Однако когда хищник совокупляется с тем, кто слабее происходит нечто страшное. То, что нельзя прервать и остановить. —Подойди ко мне, Ло. — Зоро развёл свои руки в стороны, подзывая альфу к себе. Ло прерывистой походкой подбирается всё ближе и ближе к постели, невинный юноша ещё не знает его намерений. Хищник голоден, ему нужна кровь. Своими изрисованными руками он сжимает чужие бледные плечи, а затем тяжко рычит и вздыхает над ухом свежего куска мяса, проведя языком по мочке уха. Острые зубы оставили на ней небольшой укус. Ло постепенно переходит ближе к шее, оставляя багровые следы на нетронутой коже. Сочетать ненавистный секс с бесконечным желанием садизма становится довольно приятным делом, но прежде чем начать издеваться над жертвой нужно её распробовать. По бледным тонким губам уже стекали капли густой алой крови, а во рту почувствовался неприятный металлический привкус. Ло услышал то, как омега тихо вскрикивает от боли, пока его слёзы блестели при лунном свете, лучи которого пробивались через окно. И это совершенно не то, что ожидал Зоро. Он хватает своими дрожащими пальцами чёрные жёсткие волосы и слегка тянет назад. Бежать уже некуда, а страх поглощает с каждой секундой всё больше и больше. Альфа обхватил чужую лебединую шею ладонями, сжимая её до такой степени, что Зоро начинает биться в конвульсиях от нехватки воздуха, закатывая глаза и открывая рот в немом крикет. Он не может молить о помощи у единственного человека, которому доверял. Ло смотрит в серые блестящие глаза, но своим больным воображением читает по ним лишь нечестивые фразы. «задуши меня уже, сука.» Он не выдерживает напор собственных желаний. Неужели искажённые изображения в голове одолевают человека? Хотя Ло уже давно не человек. Своими блядскими руками монстр уже уничтожил огромное количество чужих невинных жизней, но с душой Зоро он ещё хочет поиграться, оставить на ней следы когтей и зубов раз и навсегда. Трафальгар мёртвой хваткой обхватывает молодое тело, прижимая его в постель со всей силы и не давая убежать продолжает бессовестно развлекаться. На теле остаются новые следы от ранений, и чувствуя своё совершенство зверь не успокаивается, а заводит себя ещё больше. Под ним лежит его «собственность», которую он хочет пометить, чтобы другие вокруг знали, как он может совладать над хрупкими людскими жизнями. —Остановись, хватит! — Зоро смог выдавить из себя эти два проклятые слова. Он приподнял голову вверх и заметил в серых глазах мимолетный блик. На белых пеленах он ломает часть своей души и оставляет незаживающие следы. «Я ещё не наигрался, я хочу ещё.» Такую любовь никто и никогда не захочет, но чудовища не умеют любить, а те, кто попадают в их сети уже никогда не выбираются. Наконец Ло ослабляет хватку и выпускает тело из своих рук, делая тяжёлую одышку. Рассудок постепенно возвращается, и он падает головой на чужую грудь. —Я не умею любить. Когда я делаю тебе больно и ты кричишь мне становится приятно. Сейчас тебе страшно, и я готов, твоя плоть меня возбуждает, а красные рубцы на бледной коже приносят мне нереальное наслаждение. Хотелось бы своими ладонями выжать из тебя всю твою кровь, почувствовать внутреннее тепло, которого нет у живого человека, пока не вскроешь его тело. — Ло чувствует себя паршиво. Внутренние угрызения совести чертовски слабые, но кто мог его так сломать? Почему он так пугает невинного омегу, который открыл ему свою душу, в надежде на поддержку? Зоро кладёт ладонь на его спину, тяжело вздыхает и опускает веки, желая забыть чувство страха, которое сейчас испытывает на своей шкуре. Он отдаёт своё тело на съедение демону в человеческом теле, контролируя его желание убивать ценой кровопролития, но способен ли такой молодой неокрепший птенец прокормить голодного ястреба собственной плотью? Нет. И никогда он не будет к этому готов. Каждый раз садизм ломает его как тонкую ветку. —Я часть тебя, не забывай, а вот какая именно поразмышляй сам. — Зоро говорит тихо, практически шепча, но этой манеры речи достаточно, чтобы усмирить внутренний пожар. —Это часть меня, а то, что часть меня я хочу сожрать и расчленить. И в момент боли крик полетит к небу, а окровавленные перья упадут на землю. Теперь он его господин, жаждущий людской крови на своих руках. Языком можно ранить тяжелее, чем ножом, но за такой короткий промежуток времени сердце Зоро уже разрубило на тысячи маленьких кусочков. Больно, страшно, отвратительно и обидно. Зоро цветёт для своего чудовища мило, как яркий цветок среди поля выцветающих незабудок. Единственный и неповторимый, с слезами вместо кристальной росы, и этими слезами он питает чужое желание причинять людям боль. —Прошу, остановись на мне, не переходи на других. -Зоро грешно опускается на колени перед альфой, распахнув свои дрожащие губы. Он готов на всё, но ради чего? То он мёртв, то ты воскресает, грешно распуская свои непорочные лепестки. —Я не откажу тебе, лишь пожелай. Ло схватился ладонями за его голову и потянул его ближе к себе, а затем их позиция на постели сменилась, и вот омега уже тяжело дышал над чужой грудью, пока зелёные волосы прикрывали его уставшие намокшие глаза. Неужели он живёт лишь для него? На его лице уже ввинчен знак о плену, который никто не видит, кроме его господина, которого он называет любовью всей своей жизни, истекает кровью для его блага и грязного удовлетворения. На теле не осталось живого места, хотя все невыносимые долговременные пытки только начинались. Ло не может себя сдерживать. Он хочет оторвать голову у хрупкой фарфоровой куклы, поэтому его руки снова хватают шею и тянут вперёд, а из игрушки выходит лишь короткий жалобный стон, наполненный болью. И практически оторвав голову с плеч своими острыми зубами альфа впивается в те же чувствительные места на шее, причиняя ещё больше. При мягком свете фонаря возле кровати он как настоящий гурман неспешно вкушает девственную плоть. Неужели это пожизненное наказание для одинокого и брошенного омеги? Его надежда лишь пытается ухватиться за жестокого убийцу. И когда слёзы падают на чужую грудь они стекают по очертаниям чернильного сердца, показывая настоящую душевную боль.