тик-так

What I'm able to do for you Is limited to this Can I come a little closer? Am I really allowed to do so? I'll just stay next to you Be With You | Ateez

Тик-так-тик-так-тик-так — истерично отсчитывала время секундная стрелка часов. Уродливые старые часы, мешающие сейчас Хонджуну думать, притащил в общежитие из дома своих бабушки и дедушки Сан вечность назад. Притащил и оставил в гостиной на верхней полке книжного шкафа, до которой так запросто не дотянуться. Тик-так-тик-так-тик-так — говорили часы с укором Хонджуну каждую ночь, что он проводил в гостиной на диване, а не в спальне в кровати. Тик-так-тик-так-тик-так-тик-так — били часы больно по виску, били по затёкшей шее, били по натянутым из-за неотвратимо надвигающихся дедлайнов нервам. Рифма не шла на чистый лист, испуганная то ли раздражающим звуком часов, то ли полученным почти угрожающим сообщением. «Ложись спать!» писал из своей кровати Сонхва и наверняка кривил расстроенно губы. Писал, но не шёл отклеивать Хонджуна от рабочего ноутбука. Этап — давно пройденный, результат — закрепленный. Тик-так-тик-так-тик-так-тик-так — отстукивал ледяными пальцами в такт часам по колену Хонджун и стискивал челюсти до зубного скрежета. Экран ноутбука погас из-за долгого простоя, экран телефона вспыхнул из-за очередного бестолкового уведомления. Где-то в глубине квартиры что-то рухнуло с глухим “бумс”, и Хонджун дёрнулся, вышел из оцепенения, заморгал часто-часто. Проснулся, хотя вроде бы и не спал. Спать было некогда. Тик-так-тик-так-тик-так — вторили часы ударам сердца в груди, топ-топ-топ — раздалось за спиной. Это Уён, даже оборачиваться не нужно, Хонджун каждого в этом доме знал по поступи, по запаху. Уён пах мускусом и немного клубникой и всегда шагал по ночам осторожно. На плечи опустилось тяжёлое, хранящее тепло чужого тела одеяло, рядом на диван опустился Уён. Горячая, шершавая от мозолей ладонь ободряюще сжала холодную ладонь Хонджуна. Тик-так-тик-так — прошептали часы, боясь спугнуть привалившегося к плечу Хонджуна. Плечу костлявому, неудобному. А Уён в кои-то веки молчал, держал просто за руку и сидел очень ровно. Тик-так — хихикнули чуть слышно часы напоследок и умолкли. Хонджун уснул, разморенный усталостью и несмелым объятием. Уён рядом не спал, печатал неловко левой рукой сообщение. «Спит».