Забудь меня в солнечный день.

      Сырость и духота. Капли, капающее с ржавых труб, в разных местах ударяли по-своему: одни глухо, другие звонко, стекая по влажной кирпичной стене. Если прислушаться, можно различить какой-то особый ритм. Пол заменял песок, который за долгое время успел превратится в грязь. Небольшое помещение освещала всего одна тусклая лампочка, постоянно наровившая перегореть. За ржавой дверью были слышны голоса.       — Хан? — поинтересовался мужской голос.       — Да, — котортко ответил еще один мужчина.       — Я прослежу за ним! — тут же вызвалась девушка, — позвольте мне!       — Нет! Ты неаккуратна, он может заподозрить что-то, — недовольно возрозил первый, — пойдёт Тод и Стив, а ты не суйся!       Дверь отварилась и к ним зашёл третий мужчина, одетый крайне неподходяще для такого места — официальный костюм выделял его среди остальных.       — Надеюсь, всё готово? — поинтересовался он с ухмылкой.       — Конечно! Парни уже выдвигаются… и… — парень, заикнувшись, хотел сказать что-то ещё.       — Ладно, — перебил его вошедший, — самое главное — приведите мне его живым, без укусов, ясно?

***

      Я вышел из такси и направился к дому. После парня из кафе у меня на душе остался неприятный осадок, так что я решил съездить к родителям. Их дом находился за городом и стоял в одиночестве на отшибе: только лес и тишина, всё как я люблю. Когда-то в этом небольшом двухэитажном доме кипела жизнь, но все мои братья и сёстры разъехались, и тут стало тише. Родители любили это место, так что решили не переезжать.       Подёргав ручку двери, я понял, что никого нет. Открываю дверь ключами и бросаю вещи на пол возле порога. Дома тревожность прошла, оставив после себя тепло и покой. Должно быть, на меня так подействовали бежевые обои, большие окна и милые семейные фотографии.       Первым делом, поднявшись на второй этаж, я заглянул в свою комнату. На меня тут же нахлынули воспоминания о детстве: о тех прекрасных временах, когда каждый день для тебя открывался, как новый мир, в котором у тебя всё вызывало неподдельное любопытство, и ты любил кого-то и тебя любили просто так, ни за что. Вокруг меня вихрем пронеслись те весёлые пикники с семьёй, катание на велосипеде с братом и вечерние посиделки возле камина. Я мог бы ещё долго вспоминать хорошие моменты, но тут входная дверь скрипнула. Напрягшись, я тихо подошёл к лестнице, но не смог ничего увидеть. С первого этажа стали доноситься громкие звуки, а потом что-то разбилось. Я вздрогнул. Воры? Рядом с моей комнатой была комната старшего брата, а в школе он занимался бейсболом. Я быстро проскользнул туда, схватил пыльную биту и вернулся к лестнице. Скрипнула половица.       — Хан? — послышался мужской голос, — это ты?       Из-за выключенного света, я все еще не мог разглядеть, кто был внизу. Я чуть спустился вниз, крепко сжимая оружие.       — Сынок? — раздался теперь уже женский голос. Я тут же расслабился и, оставив биту наверху, «сполз» вниз. Ноги ещё немного дрожали. Голос мамы я узнаю гораздо лучше, чем папин.

***

      Вечерело. Небо было поглощено тучами, из-за этого было темнее обычного. Старый пикап гнал с немыслимой скоростью по главной шоссе города. То заезжая на освещённые участки, ведущие в глубь города, то во мрак сегодняшний погоды. Проезжающие рядом машины сторонились лихача, которы уже здорово набрал штрафы. Резкий поворот на права и машина направляется в новый Даунтаун города , в нём кипела жизнь, но были и семейные районы, где в 9 уже нельзя шуметь. Вскоре машина остановилась у одной из многоэтажек. Из пикапа вылезли двое мужчин. Они зашли во внутрь и поднялись на нужный этаж.       — Действуй аккуратно, — попросил первый.       — Ты во мне сомневаешься? Не боись у меня всё под контролем! — улыбнулся второй, поднимаясь по лестнице, и тут же упал, — Ай, Чёрт! — выругался он. По подъезду пронеслось эхо. Это был тот самый дом, а котором после девяти в общую группу писали с язвительными просьбами не шуметь, «ведь у них дети спят».       — Ты с ума сошёл?! — прошипел парень, — я же просил!       — Извини-извини! Я споткнулся, — виновато промямлил другой и замахал руками.       — Меня не волнует, что у тебя случилось, но не запори тут всё, — первый пригрозил кулаком и стал аккуратно копаться в одной из замочных скважин. Дверь послушно открылась. Парни проскользнули внутрь, но как странно решили не включать свет, и стли изучать квартиру. С помощью фонариков на телефоне они прошерстили ванну и кухню, а затем прошли в зал.       — Так-так, посмотрим, — пропбормотал первый, заметив невыключенный ноутбук. Второй сначала наблюдал за ним, потом смахнул рукой и стал копаться в ящиках, — о, фотографии, — с ухмылкой сказал он и вставил флешку. Скопировав данные, парень открыл браузер с единственной вкладкой.       — В этом университете он учится? — возник за спиной первого, второй. Он обыскал всю комнату, но ничего интересного не нашел.       — А я откуда знаю?! — огрызнулся парень, — завтра заедем и узнаем.       Поставив все вещи на свои места и закрыв дверь квартиры, они ушли.

***

      Родители были удивлены моему внезапному приезду. Шёл сильный ноябрьский дождь. Мы с мамой пили вкусный чай и болтали обо всём подряд. Папа подметал осколки разбившейся кружи, поддерживая разговор. Время прошло очень быстро. Я уже савсем забыл о своих переживаниях. Время близилось к полуночи. Почувствовав сильную усталость, я пожелал родителям спокойной ночи, поднялся к себе и сразу заснул.       Очнулся я почему-то в своей квартире. Окно было открыто нараспашку. Дул сильный холодный ветер, а тюль развивалась как флаг над кораблём. Я сел, не понимая, как тут очутился. Резко передо мной появился знакомый силуэт.       — Кто ты? — испуганно пробормотал я.       — А ты меня не помнишь? — расстроенно ответил незнакомец.       Я приглянулся и оцепенел, рассматривая алые его глаза, выглядывающие из-под чёлки. Дыхание учащается, сердце бьётся как бешенное. Я хотел встать и убежать, но у меня ничего не получилось. Я забился в угол. Окно вдребезги рассыпалось, осколки чуть не попали в меня. Теперь из-за разбитого окна в комнату попадал сильный дождь. Стены как будто начали шататься. Землетрясение? А этот человек, который стёрся у меня из памяти стоял неподвижно, скрестив руки на груди. Его винный фрак развивался и был уже полностью мокрый. Они упали, как та коробка сюрприз, нужно поднять крышку и она распадётся, оставив незабываемые эмоции от подарка внутри. Но в этом случаи не для меня. Не прошло и секунды как потолок, резко выросший в 5 раз, стремительно летел вниз. Нас с незнакомцам накрыло им за секунду. По всему телу прошла резкая боль, большую часть веса конструкции я принял на голову. Тишина.       Я вскакиваю, оглядываюсь по сторонам. Я дома у родителей, на часах четыре двадцать. В горле пересохло и кажется, поднялась температура. Голова резко заболела. Чёрт, да дайте хоть поспать нормально! Трясущимися руками я взял телефон и, включив фонарик, спустился попить воды и принять обезбол. Больше заснуть я не смог: залипал в соцсетях, смотрел глупые ролики, они должны быть смешные, но там только неуклюжие падения людей. От них голова разболелась ещё сильнее. Ближе к десяти я спустился позавтракать. Мама, стоя у плиты, улыбнулась мне. Я сел за стол и мы стали разговаривать.       — Хан, ты же помнишь Сынмина? — поинтересовалась мама.       — Конечно, — я согласно кивнул.       — Он приехал из Детройда погостить. Не хочешь заскочить к ним? Заодно и передашь его маме мой подарок, я не успела ей вручить его на день рождения, — она кивнула в сторону пакета в углу.       — Да, хорошо.       Позавтракав, я переоделся, спустился в гараж, там пахло также вкусно, как в детстве. Затхлостью и немного бензином. Заведя отцовскую машину, я по памяти отправила в дом старых приятелей нашей семьи. Погода была просто прекрасной. Первый раз за месяц выглянуло солнце, подсушивая лужи вчерашнего дождя. Вековые сосны тянулись аллеей вдоль дороги. Голова всё ещё болела, но уже не так сильно. Я решил открыть окно, чтобы холодный воздух смог охладить мне голову, это всегда помогало. Помню, после шумного насыщенного дня а школе едешь на велосипеде, холодный поток ветра бьётся об тебя, затормаживая твоё движение. Стараясь набрать скорость, чтобы сровняться с машинами, тратил все силы, а потом ехал спокойно, разглядывая природу вокруг. Тогда и солнечных дней было больше, и трава казалось зеленее даже осенью. Когда я приехал, тут же отдал пакет Тётушке. Мы довольно душевно поболтали за чашкой травяного чая, для которого все травы собирает сама в лесу. Этот вкус никому не повторить. Тут мне написал Сынмин. Сынмин, 15:03: Хэй! Я знаю, что ты у нас дома. Можешь немного подождать меня, хочу с тобой поболтать :)

Хан, 15:05: ок, жду

Немного подождав его, я предложил поехать на озеро Грин-Лейк. В детстве, пока все мои сверстники тусовались в компаниях, пили алкоголь и незаконно ходили в клубы, я гулял по лесу или возле этого озера. Иногда ко мне присоединялся и Сынмин. Я знал его почти с рождения, мы были сверстниками, поэтому хотел рассказать про то, что случилось и про свои переживания, но колебался.       — Кстати слышал, что нашли в нашей округе? — поинтересовался Сынмин.       — Нет, — я покачал головой, — а что?       — Я помню ты на журналиста учишься, может для какой-нибудь интересной статьи пригодиться, — начал он, — мама рассказывала: к нам приходили сотрудники полиции и спрашивали, не замечали ли мы чего-то странного.       — И что? — я заинтересовался.       — Оказывается, пропала девушка. Вроде, при поисках, в лесу неподалёку от вашего дома нашли огромные отпечатки лап. Многие думают, что это гризли или волки, но если волки, то гигантские! А может оборотни? — он зарычал, имитируя зверя и засмеялся. У меня тоже появилась улыбка.       — Интересная догадка, запишу!— ответил я.       Осенью солнце садится быстро. Из-за влажности становиться холодно. Мы попрощались. Я поехал обратно. Приехав к родителем, я взял свои вещи и вызвал такси до дома.       Вечерний Сиэтл как всегда прекрасен. Маленькие огоньки горящих окон показывают куда переместилась жизнь суетливого города с наступлением темноты. Луна освещает людные улицы. Сверкающие вывески заманивали в бар или магазин. Я хотел было зайти уже в подъезд, как тут раздался телефонный звонок. Номер был незнакомый.       — Слушаю, — ответил я.