Я в глазах твоих видел...

Сначала я думала, что обращение «Привет соседка» было в мою сторону, но спустя время, Лазарев аккуратно поставил меня на мои 1’5 ноги и отошел, чтобы поздороваться с Владом. - Да, конечно дороги тут ужасные, зато чистый воздух и «уединение с природой»… можно, - посмотрев с недоумением на меня, он замолчал, но спустя время продолжил, – с голой попкой пощеголять. Ребят… а, что собственно у вас тут происходит… - Он оглядел меня с ног до головы. - Не вникай, Сереж, все сложно. – Постучала по спине ему Регина и направилась в сторону бара за бутылочкой «Каберне Совиньон» - Да вот, решили жизнь нашу разнообразить, так сказать попробовать новые ощущения… не хочешь к нам… четвертым? – Топалов подошел ко мне, приобнял за плече и произнес это с таким невинным выражением лица, что на самом деле было сложно догадаться, правду ли он говорил. Я поперхнулась собственной слюной, которую напускала на Лазарева, ведь его мускулистое тело было обтянуто тонким спортивным костюмом, а на лбу выступала легкая испарина. Если бы он только знал, что текли у меня в тот момент не только слюни, он бы отошел подальше, во избежание изнасилования. Я таяла как пломбир на солнце… полностью и без сожаления. - Влад! – Донесся до нас возглас Тодоренко, она явно не оценила его шутку, - Иди сюда немедленно! - Не скучайте, можете пока приступать… - Подмигнул парень и мигом скрылся в коридоре. Лазарев обогнул диван и демонстративно, широко расставив свои чертовы шикарные ноги, раскинулся на нем. Ох уж… Я наверное сейчас налью тут им еще один бассейн… - Ты чего стоишь? Присаживайся. – Мужчина постучал ладонью по дивану и протянул мне руку. – Рассказывай давай, кто ты такая и как тебя зовут. – Он вопросительно уставился на меня, подперев ладонью подбородок. Его карие глаза, казалось, копаются где-то внутри меня и достают все самые сокровенные тайны из чуланчика с кодовым замком «Лазарев, трахни меня» Мои щеки вмиг залились краской и я, ничего лучше не придумав, развернулась и, ковыляя поспешила прочь из комнаты. Пройдя тихонько мимо Регины и Влада, я, схватив свою сумку, мигов оказалась на террасе, откуда мне открывался прекрасный вид на горы, соседний домик и… наш домик в горах? Оказалось, что за время моего проживания в Америке наш домик окружили еще несколько построек и теперь, это место не казало уж таким уединенным. - Значит, я бежала не как можно дальше от этого места, а, наоборот к нему. – Тихо выдохнула я и, спустившись со ступенек, потопала в сторону домика. Сергей: - Ребят, кто она такая? – Я стоял и наблюдал, как эта странная девушка, с явно пострадавшей ногой, прихрамывая пробиралась по камням в сторону моего домика. - Александра Порлан – дочь владельца здания, в котором у нас с тобой был офис. Насколько я помню, ты тогда обещал жениться на его дочери… - Топалов усмехнулся и похлопал меня по плечу. Что за привычка у этой семейки. - Забудь, я был пьян и молод. – Я повернул в его сторону голову и закатил глаза. - Тебе уже тогда было 32, а ей… 14, фу, Лазарь, а я не знал, что ты у нас педофил. - Замолчи. Я не женюсь на ней, уж поверь мне, точно не моего поля ягодка, да и отец ее наверняка уже забыл об этом. – Я резко остановился, потому что до меня наконец дошло. – погоди-ка. Вячеслав Порлан, это же не просто человек, у которого мы снимали тогда офис, это тот, чей дом я сейчас ориендую тут. Как я сразу не вспомнил об этом, когда подписывал бумаги… хотя, признаюсь честно, на имена я не смотрел. Черт, кажется либо меня скоро выселят, либо… Александра: - Отец, что происходит? Какого черта я должна тут находиться? – Я не давала отцу вставить не единого слова, вот уже 10 минут, как я сидела около нашего домика и высказывала все свои возмущения. Он спокойно слушал, пока я не замолчала, чтобы перевести дыхание? - Договорила? Теперь слушай меня. Я никогда не буду отчитываться в своих действиях ни тебе, ни Любе. Ты прекрасно знаешь, что я заставлю тебя выполнить все мои указания, что бы мне этого не стоило. Алекса, во-первых, все мои действия всегда были направлены только вам во благо, во-вторых, в какое бы дерьмо я не влип, вас в обиду я не дам. Сейчас в нашей жизни наступает определенный переломный момент и ты, можешь стать нашим спасательным плотом. Заходи немедленно в дом и подписывай бумаги, которые оставил Даниила на столе. Я умолчу про, что я узнал от него, но знай, я не в восторге от твоего поведения. – Отец повысил на меня голос, а это значило только одно… никаких пререканий, выполняй все, что скажет и все будет хорошо. С самого детства, я четко знала, если вдруг отец хоть на каплю повысил голос, значит никаких «но» больше не существует. - Хорошо, я поняла тебя. – Ничего не получив взамен, он сбросил трубку и в телефоне наступила тишина. Я открыла дверь своими ключами и вошла внутрь. В нос вдарил резкий аромат мужских духов вперемешку с запахом дерева. Оглядевшись вокруг, у меня бешено забилось сердце, когда я поняла, что в доме кто-то был. По всей территории гостиной были расставлены различные статуэтки, разбросаны книги, а на диване лежала стопка рубашек. Кухня, аккуратно прибранная, блестела, отражая в себе свет лампочек висевших над кухонным столом, но, несмотря на это, в неё был внесен яркий зеленый акцент, который бросался в глаза. Периодически моему взору попадались зеленые полотенца, лопаточки, ножи и многие кухонные принадлежности, которых раньше здесь не было. Большой зал, в котором располагалась папина библиотека, был совершенно переделан, во всю стену висел домашний кинотеатр, а от книжных полок с красочными энциклопедиями и различными романами, которые я так любила перелистывать, остались лишь мои воспоминания. Чем дальше я начинала заходить в дом, тем сильнее убеждалась в том, что в нашем домике в горах, кто-то жил, ну или просто периодически появлялся. Наконец, когда я добралась до лестницы на второй этаж, на котором находилось всего две комнаты, моя и родителей, в дверном замке провернули ключ. Я, совершенно забыв, про боль в своей ноге, пулей влетела на второй этаж и закрыла за собой дверь в свою, как я думала, комнату. Какого было мое удивление, когда я обнаружила, что мои светлые стены, с нарисованными самостоятельно мной облаками, были предательски закрашены темной краской, погружающей мое любимое место во мрак. Посреди комнаты красовалась большая двуспальная кровать с кованым изголовьем. Она была аккуратно заправлена черно-красным покрывалом и заложена множеством подушек, кажется тот, кто спал на ней, был явно одинок, потому что второму человеку, в таком количестве подушек уместиться было негде. Я слышала, как кто-то ходит внизу и, затаившись, дожидалась своего обнаружения. Спустя время дверь в комнату открылась, и в дверном проеме появился силуэт мужчины. Я, спрятавшись за плотными занавесками, задержала дыхание… дверь закрылась, кажется, мужчина ушел. - Нашел. – Неожиданно кто-то отодвинул ткань, и мое укрытие было рассекречено. И со мной снова сыграла злую шутку моя неуклюжесть, ведь я, совершенно не ожидав такого поворота событий, запуталась в занавеске и полетела вперед, прямо на мужчину, обнаружившего меня. – Ну вот, уже второй раз за сегодняшний день ты падаешь прямо в мои руки. – Проговорил мне уже знакомый голос и когда я подняла глаза, меня снова держал на руках не кто иной, как Лазарев Сергей Вячеславович. - Снова вы? - Снова я, пупсик. - Нет, ну я просто не понимаю, как мой отец мог так со мной поступить, - Мы уже полтора часа сидели с Сережей на кухне и по несколько раз перечитывали документ, оставленный никем иным, как Вячеславов Борисовичем Порлан. - Ладно еще пункт про обязательно проживание в этом доме, но как мои родители могли без моего согласия составить пункт 3.1. – Лазарев протянул мне в руки документ и встал из-за стола. - А что там. – Я пролистала до нужного места и ахнула. – «По достижению стороны возраста 22 лет, вторая сторона обязуется заключить с ней брачный договор и осуществить регистрацию брака в соответствии со всеми правилами и законами РФ». – Что это такое, мать вашу! – Вырвалось у меня, но я тут же закрыла рот ладонями. - Без меня, меня женили. Без тебя, тебя выдали замуж. – Проговорил Сергей и томно вздохнул. – Кажется стоит обсудить этот момент с Валентиной Викторовной… - Кто это? – Не отрываясь от документа спросила я. - Моя мать...