Быть студентом весело говорили они

- Хван Хенджин, где мой нож!? - Сынмин, пожалуйста не надо! – Феликс, в попытках остановить друга, хватал того за руки. А Ким, вырываясь, бегал туда-сюда по комнате и орал. - Хенджин, я сказал неси мой долбанный нож! Сейчас будем вершить Брит-милу! Мазл тов! - На Брит-миле обрезают лишь крайнюю плоть, - Хенджин стоял уперев руки в бока, - И мы не евреи… - Тогда, пускай будет кастрация! Еще лучше! – взгляд Сынмина будто пылал бешенством. Хотя это не далеко от правды, сам он был тот еще сумасшедший.

Десятью минутами ранее…

- Все-таки надо было сразу отнести карточку… А то, как-то некрасиво. - Феликс, тебе память отшибло? – Сынмин кинул усталый взгляд на старшего. Ким лежал на своей кровати и пытался отдохнуть, так как завтра у них начинались занятия. На кровати напротив сидел Ли, прижавшись спиной к стене и обхватив руками коленки. Выражение его лица было таким грустным, что в любой другой день это заставило бы Сынмина плясать вокруг друга, пытаясь всяческими способами развлечь его и получить в ответ хотя бы подобие улыбки. Но именно сегодня Сынмин был сильнее чар Феликса. Секрет в том, что он просто не смотрел на него. Буквально лежал, прикрыв веки. - Я понял, Сынмо, понял. Но может вы слабо стучали? - Феликс, дядю твоего за ногу, повторяю в сотый и последний раз. Сразу после прихода в общагу, мы пошли к ним и стучали с такой силой, что в коридор повысовывались головы со всех комнат. Люди были в страхе, думая, что это опять учебная тревога. Никто короче нам не открыл. А теперь, пожалуйста, дай мне поспать! - Хорошо, хорошо, - Феликс поднялся с кровати и показал Сынмину язык. Все равно тот ничего не видит, а значит эта маленькая шалость сойдет Ли с рук. Выходя из комнаты, не выдержав, он все же добавил, - Чего ворчать так? Сейчас только восемь часов вечера, блин. И вообще, не трогай дядю моего. Он хороший человек. Хенджин сидел за рабочим столом и что-то отчаянно строчил в ноутбуке, когда кто-то к нему постучался. - Да-да? Войдите. Дверь немного отворилась и в проеме показалось улыбающееся веснушчатое лицо. - Фелешечка, ты что-то хотел? - Просто посидеть с тобой хотел, поболтать. Сынмо очень нервный какой-то, - пробурчал Феликс, заваливаясь на кровать, - А что ты делаешь, Джинни? - Я… - Хван замялся, - Я гуглю, где находится мой универ. - Прости, что? - Ну, мне надо там завтра появиться, студенческий оформить. Я хочу завтра сам туда съездить. Ну, на автобусе. Прям совсем сам, - Хенджин повернулся и выжидающе уставился на собеседника. - Вау, Джинни. Ты… ты молодец, - Феликс был удивлен. Хван Хенджина подвозил везде и всюду его водитель. Пару раз было дело, когда он воспользовался услугами такси. Но что бы на общественном транспорте. О, это был нонсенс. Такого не могло существовать в природе. - Что на тебя повиляло? Подожди… - Феликс мило улыбнулся и склонил голову в бок. - Все ты понимаешь, - посмеялся Хенджин, отзеркалив улыбку друга , - Да. Мне было приятно, когда Чан меня похвалил. Очень приятно, если честно. Я понял, что действительно хочу повзрослеть. Ну, не без вашей помощи конечно. - Это замечательно, я тобой очень горжусь. И да, конечно, мы поможем. Феликс всегда был честен и беспристрастен, когда дело касалось его друзей. Все его слова, будь то комплименты или может за редким исключением критика, все это было сказано честно и от души. - А как ты так поступал, что не знаешь, где находится твой универ? - Ликси, я же говорил. Брат позвонил и меня приняли, - Хенджин нахмурил брови, пытаясь что-то вспомнить, - Я тогда вообще спал… Так что особо подробностей не знаю. - Интересно, а как… Договорить Феликсу не дал оглушительный вопль. Не сложно было догадаться, кому он принадлежал. Двое друзей замерли, прислушиваясь к череде звонких выкриков. - Я перережу ему глотку! Стоит упомянуть, что Ким Сынмин обладал впечатляющими вокальными данными. К сожалению, а может и к счастью, свой потенциал он никак не использовал. Лишь изредка пел в караоке на пьяную голову, но чаще всего он просто громко орал. Прям как сейчас. - Джинни, может запремся тут и отсидимся? В соседней комнате послышался еще один крик, еще более яростный, чем предыдущие. - Нет, Ликси, - Хван тяжело вздохнул и покосился на дверь, - Нам все же надо идти. Покидать относительно безопасное место не хотелось ни тому, ни другому, но любопытство Хенджина и Феликсовское беспокойство за состояние друга все-таки взяли верх. И парни тихим шагом направились в другую комнату, где по звукам происходило что-то зловещее. - А, вы то как раз мне и нужны, - завидев открывающуюся дверь, выпалил задыхающийся Сынмин. Он был красный от злости, волосы были взъерошены, а на ногах лишь один тапок. Видимо он так быстро подскочил с кровати, что не успел нормально сориентироваться в пространстве. - А что, собственно говоря, случилось? Мы … Минхо! Ах! Послышалось по ту сторону стенки от кровати Феликса. Это объясняло ситуацию. - Понятно, - пожал плечами Хван. А Феликс покраснел. - Никто в этой гребанной общаге не дает мне спать! А это лишь первая ночь! – Сынмин на секунду прервал свои рассаживания взад вперед по комнате. Видимо в голове его происходили какие-то тяжкие мыслительные процессы. - Как ты вообще тут все это время спал, Феликс? Свихнуться можно с таким соседом, - спросил Хван, забросив чипсинку в рот. И когда он вообще успел достать чипсы? Впрочем, это не удивительно, ведь где драма, там и Хенджин. Лайфхак на случай, если вы потеряете его в людном месте. Минхо! Не останавливайся! Звук стал еще громче, будто стены с каждой минутой становились тоньше. А Феликс покраснел еще больше, на сколько это вообще в принципе было возможно. - Уж я-то точно не остановлюсь! – закричал Сынмин, - Хван Хенджин, тащи чертов нож! - Прошу, Минни, не надо! – Феликс подошел к другу, пытаясь его хоть как-то успокоить. - Фел, твои поглаживания нихера не работают, - у Сынмина от злости уже дергался левый глаз, - Хенни, ты тупой? Тащи мясной нож! Нахера мне этот? Я ему не фруктовую нарезку собрался делать! Хван на это закатил глаза и снова скрылся на маленькой кухне в их общей комнате. Если вы думали, что Ким Сынмин шутит, то вы слишком плохо его знаете. Минхо! Еще! Снова послышались стоны. - Сука, в этот раз я его любовнику точно член отхреначу! За мной! - Мин, там походу в этот раз все-таки любовница, - откашлялся Хван, - И надень второй тапок, мститель хренов. Сынмин, который уже был готов выйти в коридор, замер на месте. - Я обычно женщин не хреначу, - Ким на секунду задумался, надевая протянутый Хваном тапочек, - Фел, может ты ее ебнешь? - Чего? – от неожиданного вопроса Ли впал в ступор. - Ну ты же гей, а женщины типо твои соперницы, не? - Что ты несешь? – сморщился Феликс. - Нож и правосудие, как видишь, - Сынмин выжидательно смотрел на друга, - Ну так что? Ударишь ее пару раз, чтоб не вопила. - Ты издеваешься? – Ли нервно хихикнул, хватаясь за отголосок надежды, что младший все же шутит, ну или на худой конец бредит, - Не буду я бить ее! - Понятно, - хмыкнул Сынмин и перевел взгляд на Хвана. - Даже не смотри на меня, Ким Сынмин. Я слишком красивый для тюрьмы. Ли Минхо! Ты так глубоко! - Меня сейчас вырвет, - на этой фразе Сынмин открыл входную дверь, - Телку точно надо порешить. Если бы какой-то студент в тот вечер вышел бы в коридор шестого этажа, то застал бы весьма интересную картину. Один бешенный парень с ножом, лупящий в дверь 609 комнаты руками и ногами. Второй был такой красный, что могло показаться будто он только что из бани. Он переминался с ноги на ногу и теребил завязки толстовки. А третий из их своеобразной команды стоял у стены и жевал чипсы. Н-да, ночь в общежитии номер семь обещает быть веселой. Пока Ким Сынмин, не жалея рук стучал в дверь, в голове его проносился вихрь разных мыслей. С одной стороны, глупо было полагать, что Чан с Чанбином так быстро решат эту проблему. Ведь, как он узнал от Феликса, такие вакханалии, устраиваемые Минхо, длились уже целый учебный год и все лето. За редкими исключениями, когда тот мог пропасть на недельку или две, а потом как ни в чем не бывало вернуться с новыми силами и пачками поклонниц и поклонников. Но при всем при этом, никто вроде как ни разу на него не жаловался, а значит что-то здесь было не чисто. Это Киму и его команде недо-мстителей еще оставалось выяснить. С другой стороны, старшие хоть и самую малость, но вызвали у Кима доверие и еще больше симпатию. Возможно, ему надо больше верить людям и то, что он сейчас снесет с петель чужую дверь не совсем правильно. Может быть, старшие уже начали что-то делать, ведь если подумать логически, такое не решается ежесекундно и одним лишь разговором. Пока младший бездумно молотил дверь, пялясь в одну точку, Феликс уже кажется съел свою нижнюю губу от нервов. Он стоял позади друга, воображая в голове наихудшие варианты развития событий. По одной версии он представлял как будет давать показания в суде, а потом таскать на место заключения домашнюю еду и сигареты в редкие свидания. Единственное, что радовало, так это то, что Киму наверняка подойдет тюремная одежда. Ему вообще много что было к лицу, самые разные оттенки и фасоны. По другой, более оптимистичной, но не менее жестокой версии, в драке все же победит Минхо. Боевые навыки Сынмина были Феликсу известны, а вот противник был темной лошадкой. Вдруг он вообще пятнадцать лет занимается единоборствами и открывает пивные бутылки глазами. Ли уже примерно составил меню из любимых блюд друга, которые он будет приносить ему в больницу, где тот будет на реабилитации. От неутешительных сценариев Феликсу стало совсем плохо и кажется даже упало давление. Да, худшими его врагами всегда были собственное воображение, невротизм и острая пища. Так было довольно часто, когда от ситуаций, которые не сбылись и вряд ли сбудутся, появлялись страх и паника, а ведь он просто сам все себе напридумывал. Вот и сейчас, состояние Ли опускалось все ниже и ниже до отметки «уже ноги не держат». И кажется скорую придется вызывать не успешному Дон Жуану, а хиленькому Ли Феликсу, что шлепнулся в обморок, проиграв в драке с собственными мыслями. Казалось, что прошел уже как минимум час, пока Сынмин со всей ответственностью проверял качество двери. Звоните производителю, товар отличный, выдерживает десять ударов всеми конечностями в секунду. Однако, на деле не прошло и трех минут. И Ким и дальше бы остервенело вымещал вселенскую злость на бедную дверь, если бы не громкое и требовательное. - Ребята! Все трое повернули головы на звук. Это оказались Чан с Чанбином. По виду они были не сказать, что ошарашены, но да. Они были еще как ошарашены. - Вы что делаете? И зачем вам нож? – сказал Чан обеспокоено, подходя ближе к младшим. - Мы этот стук еще в лифте услышали, подумали, что ремонт кто-то затеял, - буднично сообщил Чанбин. Видимо, его наличие ножа никак не смущало. - Как хорошо, что вы пришли, - Сынмин наконец отошел от двери, прошедшей Афганскую войну, - Тащите этого мудачину сюда! Я ему сейчас писюн отрежу! - Сынмин, посмотри на свои руки, они же красные, - Чан был не на шутку напуган поведением соседа, - И пожалуйста отдай нож и мы поговорим. - Не перебивай, хен. Я говорю, - Ким тяжело вздохнул, перекладывая нож из руки в руку, - Я отрежу ему писюн и буду гордо носить его на шее, как гребанное ожерелье. Тащите его сюда! - Хорошо, - хмыкнул Со и открыл ключом дверь, заходя в комнату. - Ну, вот так бы и сразу! – завопил Сынмин, протирая тыльной стороной ладони пот со лба. - Чан-хен, пожалуйста, забери у него нож, - прошептал Феликс. - Конечно, конечно. О боже, что с тобой? Ты весь бледный, - Бан подошел к юноше едва ли не вплотную, всматриваясь в такое очаровательное, но очень измученное лицо. - Все нормально, просто что-то давление… - на этих словах у Ли подкосились ноги, а Чан, стоявший рядом, подхватил того одной рукой и прижал к себе, держа почти на весу. Соображай Феликс чуть по лучше в этой ситуации, визжал бы как девчонка. А пока его разум был затуманен, тело парило от ощущаемой легкости, а нос щекотал какой-то идеальный мужской парфюм, с названием вроде «Страстная страсть» или «Дикий Альфа». Впрочем, Феликс умудрился сделать пометку на задворках сознания о том, чтобы позже спросить каким одеколоном он пользуется. - Сынмин, пожалуйста, отдай мне нож и можешь делать с Минхо все, что захочешь, - Бан говорил медленно, смотря Киму прямо в глаза. - Ладно, уговорил, - горе-генитальный хирург все же сдался, отдавая в протяную руку свой инструмент. В этот момент в дверном проеме показался гвоздь всей программы. Угадайте в чем? Правильно, Минхо стоял как ни в чем не бывало опять в одних трусах. Правда на этот раз они были надеты правильно. Видимо, он из тех, кто учится на своих ошибках. (Хотя вряд ли.) - Ах, ты ж нимфоманка ненасытная, иди сюда! – прокричал Сынмин и встал в стойку, выставив кулаки вперед. Минхо спокойно оглядел его с ног до головы и, повернув голову влево, крикнул. - Бинни, и ради этого ты вытащил меня из постели? Сзади показался и сам Чанбин, который пожав плечами выдал. - Сынмин сказал тебя привести. Ты им опять спать мешал, дурень. У Кима от такой наглости и безразличия к его персоне запульсировала венка на лбу. - Блин, чипсы закончились… Все повернулись в сторону стены. Хван в это время сосредоточенно пытался достать со дна упаковки крошки. Подняв взгляд, он понял, что невольно стал центром всеобщего внимания. - А, ой, извините, продолжайте. Минни, ты хотел оторвать Минхо яйца, - заботливо подсказал Хенджин. - Да, точно! – Сынмин развернулся обратно к своей жертве, - Слушай, свинья похотливая… - Любимый, иди сюда… - послышалось из глубины комнаты. Через секунду на глаза всем присутствующим показалась девушка небольшого роста. Она подошла к Минхо и обвила его шею руками. К слову, на ней была только белая рубашка, наверняка надетая на голое тело. Видимо все, кто так или иначе оказывались в той злосчастной комнате, не особо дружили с одеждой. - Ну сколько можно ждать? Когда ты вернешься в постель? – она мило улыбнулась, не обращая ни на кого внимания. - Уже иду, любимая. В случае, если бы хоть кто-то в этот момент внимательно смотрел на Сынмина, то он бы точно увидел едва уловимый блеск в его глазах. В его голове, что еще минуту назад пухла от злости и негодования, уже созрел новый план. Да, таков был Ким Сынмин, его настроение и поведение менялись так быстро, что предсказать что он выкинет в любой миг было абсолютно невозможно. Поэтому никто точно не был готов услышать жалостливое. - Дорогой, что это значит? Все мигом устремили свой взгляд на Сынмина, на лице которого уже появились первые слезы. - После всего, что между нами было? – голос Кима дрожал. - О чем он говорит? - девушка была в замешательстве, она опустила руки с плеч парня и отступила на шаг. - Я… я не знаю, - Минхо был в еще большем замешательстве. Как собственно и все остальные, наблюдавшие за разворачивавшейся сценой. - Значит, твое предложение руки и сердца ничего не стоит? – всхлипнул Сынмин, вытягивая вперед левую руку на безымянном пальце которой красовалось кольцо. И где он только успел его достать? - Но ты говорил, что свободен и что отношения не для тебя, - тоненький голосок девушки был пропитан нотками обиды и отрицания ситуации. - Но я и свобод… - Ах, наши родители были так счастливы, - громкий всхлип, - Узнав о нашей помолвке. Ким мечтательно прикрыл глаза. - Что? Минхо, так ты врал? – теперь в голосе девушки читалась нарастающая злость. - Он сделал ему предложение на берегу моря, - сказал Хенджин. Он отлепился от стены и подошел к другу, похлопывая того по плечу. Хван тоже решил принять участие в этом цирке. Не отдавать же все веселье одному Сынмину. Затем, Хенджин нахмурил брови и продолжил, смотря при этом девушке прямо в глаза, - Если в тебе есть хоть капля достоинства, не разрушай чужое счастье. Никто, знаешь ли, любовниц не жалует. Тишину коридора нарушила звонкая пощечина. - И не звони мне больше, мерзавец! С этим воплем девушка забежала обратно в комнату, чтобы забрать свои вещи. Тела Сынмина и Хенджина сотрясались, они едва сдерживались, чтобы не засмеяться во весь голос. Не смешно было шокированному Чану, что все также стоял с ножом в одной руке и Феликсом в другой. В том числе не разделял веселья и Минхо, что смотрел вслед уже стремительно удаляющейся по коридору девушке и потирая ладонью щеку. Феликс, кстати, уже давно был в сознании и чувствовал себя превосходно. Просто его не волновало то, что сейчас происходит вокруг. Его заботил лишь мужчина, что так нежно и правильно обнимал его за талию. Долго Хван сдерживаться не смог и все же начал хохотать во весь голос, хватаясь за живот. А Ким утер рукавом слезы, будто их и не было и подмигнул растерянному Минхо. Помимо вокальных данных, Ким ко всему прочему, обладал и актерскими способностями. «Оскар» он, конечно, вряд ли получит, но премию «лучший недо-драматический актер сентября» очень даже возможно. - Это было великолепно… - пролепетал Чанбин, что все это время стоял за Минхо с раскрытым ртом. Кажется, когда после услышанных слов Сынмин ему улыбнулся, что-то в голове Со громко пиликнуло. И не важно, что это было уведомление на его телефоне. - Ну и что ты сделал? – Минхо уставился на довольного своей выходкой Кима, - Ладно, одну спугнул. Что, со всеми такие сцены ревности будешь отыгрывать? Ты ведь не думал, что она у меня одна. - Уж поверь, что-нибудь придумаю, - хмыкнул Сынмин, - На каждую твою пассию я найду управу. А если не перестанешь трахаться, не удивляйся, если в один день ты проснешься без члена. Помяни мое слово. - А я не перестану... Хотя, - Ли сложил руки на груди и гаденько улыбнулся, - Есть один способ заставить меня перестань. - Какой? – недоверчиво спросил Ким, выгнув бровь. - Можно я отсосу тебе? – спокойно сказал Минхо, глядя на Хенджина. - Чего блять? – скривился Хван, а Ким уже было замахнулся для удара. Феликсу в эту миллисекунду показалось, что драки к сожалению избежать не удалось, поэтому он начал активно вспоминать номер скорой помощи. - Шучу, шучу, - засмеялся Минхо, выставляя ладони вперед, - Одно свидание. Красавица, сходи со мной на свидание и я клянусь, что прекращу мешать вам спать. - Ни за что, - процедил Хван, развернулся на пятках и в миг скрылся за дверью 608 комнаты. Минхо перевел пытливый взгляд на Сынмина. - Ой, извращенец, я его уговаривать не стану. Мы друзьями не торгуем. Чан-хен, Чанбин-хен, пока! На этом Ким помахал всем рукой и удалился, по пути выхватив их рук Бана Феликса. Последний не успел сказать и слова на прощанье. Так ночные разборки подошли к своему завершению. Минхо пожал плечами и посмотрел на Чана, что так и стоял столбом, обнимая рукой воздух. - Кстати, Чанни, а зачем тебе мясной нож?