Часть 6
13 февраля 2023 г., 19:53
Парень выглядел максимум на двадцать. Худощавый и длинноногий, он наблюдал за Найтом из-под столешницы, где тот сидел в луже прозрачной жидкости, пахнувшей застарелой мочой. Повсюду были осколки стекла, и некоторые вонзились в бледную плоть парня, когда он сражался с огромным мужчиной, который теперь отрывал зубы от земли снаружи. Судя по ремню, все еще обвившему тонкую шею, и болезненной бледности незнакомца, Найт, должно быть, вошел в трейлер всего за несколько секунд до того, как ущерб, нанесенный удушьем, стал бы необратимым.
Найт глубоко вздохнул и освежился банкой пива, взятой с прилавка, прежде чем заметил гпубый синяк, образовавшийся посредине лба незнакомца под потными прядями темных волос.
Полные губы парня были приоткрыты, и он смотрел на Найта большими глазами, напоминающими лакированный уголь, такими темными на фоне бледной кожи. Его угловатые черты лица с ярко выраженными скулами и острой линией подбородка заставили Найта переоценить возраст парня, несмотря на то, что на контрасте его глаза кажутся такими большими. Молодой человек встал, шатаясь, как будто собирался упасть в обморок, но он был таким высоким, что Найт изменил свою оценку примерно на двадцать один год.
Он был пугалом, раскачиваемым жестоким ветром, но что-то в его лице было притягательным, притягивая взгляд Найта и не давая ему отвести взгляд. Он был неземным, с влажной кожей, как будто он не принадлежал этому миру. Парень даже не моргнул, глядя в ответ на Найта.
Из его ноздри потекла струйка крови.
— Дерьмо, — сказал Найт и подошел к нему, помогая сесть на мягкий диван вдоль стены. — Ты в порядке? — спросил он, хотя привлекательный незнакомец явно не был таким. Ему нужно было знать, не появится ли в ближайшее время какая-нибудь рвота, с которой придется иметь дело. Не было бы большого удивления после удара по голове. Парень был гибким, как скелет, одетый в человеческую кожу, и это только еще больше разозлило Найта. Что за человек напал на кого-то, у кого явно не было возможности защитить себя от грубой силы? Найт надеялся, что избиение преподаст этому хрену урок, который останется с ним навсегда, в отличие от вбитых зубов.
— Я… — сказал незнакомец хриплым голосом, все еще пострадавшим от удушья. — Он ушел?
Найт вытащил пачку салфеток и вытер кровь с соблазнительных губ. Вблизи глаза молодого человека были карими, но настолько темными, что их было почти невозможно отличить от черных. Теперь им не хватало фокуса, и их хозяин явно не понимал, где земля, а где потолок, но Найт пододвинул поближе упавший табурет и сел на него, прижимая прохладную банку пива к распухшей шишке на вспотевшем лбу незнакомца.
— Граф попросил меня прийти сюда. Где он?
Парень уставился на Найта из-под банки, и черты его лица расплылись.
— Что? Это я.
Найт сделал двойной взгляд, совершенно ошеломленный, узнав форму губ графа. Они выглядели далеко не так хорошо с красной помадой, которую он всегда видел в «Графе», когда играл роль своей возмутительной персоны. Но теперь, когда Найт знал, с кем имеет дело, он мог видеть, что сходство определенно было. Он даже заметил полумесяц, нарисованный под глазом графа и спрятавшийся под его асимметричной челкой. У мужчины были такие же угловатые черты, с высокими скулами и ярко выраженными бровями. Несмотря на одежду, накинутую на его верхнюю часть тела, его конечности были такими же худыми, как и у графа.
Но если Граф был глупым бледнолицым клоуном в дешевом костюме, то этот парень сам по себе привлекателен и так явно нуждался в помощи, что у Найта свело желудок. Он ненавидел людей, которые использовали свою физическую силу против тех, кто слабее их.
— Блядь. Это действительно ты.
Граф закрыл лицо рукой, но быстро отдернул ее, когда понял, что весь в крови.
— Мне жаль, что тебе пришлось это увидеть. Я не знал, кому позвонить.
Рыцарь сглотнул, и его взгляд скользнул по изношенному интерьеру, который считался бы крайне ветхим даже до того, как бой уничтожил его содержимое. В трейлере было чертовски холодно, и на самом деле все толстые слои ткани, которые граф носил для тепла, могли служить прокладкой и защищать его от серьезных травм.
— Я был… в этом районе. Ты живешь здесь? — спросил он, хватая графа за руку и заставляя его держать пиво на месте, чтобы он мог лучше рассмотреть устаревший трейлер.
Граф громко вздохнул.
— Только сейчас.
Но Найт ожидал, что это будет такая же ложь, как когда Граф солгал о своей машине, — тот самый лиловый кусок хлама, припаркованный перед передвижным домом. В открытом холодильнике не было ничего, кроме еще одной бутылки пива и половины куска сыра. Хлеб на прилавке покрывался плесенью с одной стороны. Найт точно знал, что все это значит, потому что когда-то он был ребенком, который ходил в школу без завтрака, и его лучший друг должен был принести ему кроссовки на физкультуру, чтобы мама не продала их.
— Ты заядлый лжец или как?
Граф застонал и вытер лицо полотенцем, все еще прижимая банку ко лбу.
— Я не хотел, чтобы ты это видел, ясно? Если бы я умер, это не имело бы значения, но ты пришел, и… спасибо. Но это так неловко.
Найт вздохнул, наблюдая, как граф вздрагивает и прислоняется к столу в поисках поддержки.
— Кто был этот идиот?
Граф глубоко вздохнул и поставил банку, обнажив красный синяк.
— Мой бывший. Он только что вышел из тюрьмы. Я думал, он хотел помириться или что-то в этом роде, но оказалось, что ему не понравилось, как между нами все сложилось.
Найт недоверчиво склонил голову и открыл банку пива, чтобы утолить жажду.
— Он всегда был таким?
Граф посмотрел на него широко раскрытыми глазами.
— Нет! Раньше мы веселились. — Он опустился на колени и начал собирать рассыпавшуюся косметику в полиэтиленовый пакет. Когда Найт смотрел на него, все еще было трудно поверить, что этот парень на самом деле был Графом. В то время как Граф был сплошь театральностью, ярким полиэстером и преувеличенной гордостью, этот парень был настолько болезненным из плоти и костей со своими синяками и испорченными историями бывших парней, что было трудно даже понять, как они смешались вместе.
— И что? Он пришел сюда, чтобы убить тебя из-за тяжелого разрыва? — спросил Найт, несколько раздраженный очередной ложью.
Граф судорожно вздохнул и застегнул косметичку.
— Я не думал, что он захочет снова меня увидеть. Он расстался со мной. Я пошел дальше. Думаю, он этого не сделал. — Он оглядел трейлер, жалко скривив губы.
Найт закатил глаза. Он не мог поверить, что Граф все еще пытается как-то обелить имя этого ублюдка. Он схватил окровавленную руку парня и вынул два маленьких осколка стекла.
— У тебя не в порядке с головой.
Граф удивленно взвизгнул и отпрянул, как капризный ребенок. Подумать только, что так долго Найт считал этого парня вызовом.
— Он пытался меня убить, а у меня не в порядке с головой?
— Ты как будто пытаешься сказать мне, что он был хорошим парнем. Поверь мне, я знаю людей, а этот подонок? Ничем не хорош. У тебя самый паршивый вкус на мужчин, — сказал Найт и подошел к сломанному кухонному шкафу. Внутри была аптечка, и он отнес ее графу, чтобы справиться с травмами.
Граф встал и сел за стол.
— Ты ударился? — спросил он, меняя тему. Он, наверное, и сам понимал, что ни за что, черт возьми, он не сможет защитить выбор этого бывшего заключенного, который буквально только что пытался его задушить.
— Я? — спросил Найт, но теперь, когда вопрос повис в воздухе, он понял, что его кольнуло в бок. Он засучил свой длинный рукав, чтобы показать первые темные пятна, образовавшиеся на его ребрах, где бывший графа ударил его. — Ничего, все скоро заживет.
Граф смотрел на него, но без сострадания. Найт слишком хорошо знал этот взгляд. Полуприкрытые глаза, восхитительный румянец. Он и раньше замечал интерес графа, но не желал признавать этого, так как не хотел ничего с этим делать. Но с удивительно красивым лицом без макияжа Найт мог придумать несколько вариантов использования губ графа.
— Хорошо. Прости, что подверг тебя опасности, — рассеянно сказал Граф, проводя кончиками пальцев по синякам Найта. Длинные, тонкие пальцы были подобны льду на коже Найта, которая реагировала жаром.
Найт сглотнул, когда восхищение в глазах графа пощекотало его эго своим теплым языком.
— О, это? Это было пустяком. У меня было и хуже.
Граф разжал пальцы, как будто боялся, что Найт ударит его, если поймет, что на него пускают слюни.
— Правда? — Большие темные глаза смотрели на Найта с искренним восхищением.
Найт фыркнул, скорее наслаждаясь собой.
— Конечно. Я Король ада. Мы постоянно сталкиваемся с большим количеством жесткого дерьма.
— У меня было такое чувство, что если ты успеешь прийти вовремя, ты действительно поможешь мне. — Граф вытащил из аптечки несколько пластырей и заклеил ими порезы на руках.
Найт прикусил губу, наблюдая за работой угловатых пальцев. Было бы интересно почувствовать их прохладное прикосновение к его яйцам?
— Это потому, что я хороший парень.
Граф убрал запястьем челку и улыбнулся. Все его лицо засветилось, превратившись в нечто совершенно иное, чем обычно граф надулся и огрызнулся.
— Вот почему ты мне никогда не мог понравиться. Врущий. И флиртующий.
Найт прочистил горло и откинул длинные волосы со лба графа, чтобы заглянуть ему в глаза.
— Бьюсь об заклад. Раз я пришел тебе на помощь, могу я хотя бы узнать твое имя?
Граф глубоко вздохнул, но не отвел этих внимательных глаз от Найта.
— Эллиот. Но тебе не разрешено раскрывать это в Интернете.
Такое нормальное имя для такого урода. Найт поймал себя на ухмылке.
— Красивое. Мне оно нравится.
— Тебя тоже не зовут Найт, верно? Что означает это прозвище?
Рыцарь рассмеялся.
— Ты уже должен знать.
— Я и представить себе не мог, что байкер регулярно спасает людей и спасает котят с деревьев. — Эллиот спрятал руки в рукава толстовки, как будто боялся, что они забредут.
Найт ненавидел свое прозвище. Его высмеивали за то, что он всегда хотел встать на защиту тех, кто слабее его, еще со школы, но это приросло к нему. Он не мог избежать своей природы.
— Неа. В этом я особенный, Эллиот.
Эллиот закусил полную губу, и румянец пополз по его шее самым восхитительным образом, как капля крови, растекшаяся по баночке со сливками. Даже разрушенный интерьер не мог остановить растущее между ними напряжение.
— Раньше я думал, что ты полный придурок, когда мы общались только онлайн. Но ты нормальный, понимаешь? — Он снова улыбнулся, и это было милейшее зрелище. — И ты все еще не совсем нормальный, но я могу принять на борт такое количество сумасшествия.
Эллиот глубоко вздохнул.
— Однако я солгал тебе. Я не могу заплатить. Пока что. У меня будут деньги через две недели, если ты подождешь. Но это должно быть хорошо, верно? Если бы я умер, я бы вообще не заплатил.
Найт облизал губы, удивленный тем, как свободно Эллиот говорил о возможности его смерти. Найт пришел сюда не из-за денег. На самом деле он совершенно забыл об этой части но когда между ним и Эллиотом пролетела искра, он решил согласиться.
— Может быть, мы могли бы придумать другую договоренность.
Эллиот, должно быть, не обращал внимания на возможность того, что Найта он привлекает, потому что его глаза блуждали по трейлеру позади Найта, косметичке, его телефону.
— Незаконную?
Найт нахмурился.
— Нет. Нет, вполне законную, — сказал он и медленно раздвинул бедра, обнажая промежность.
В мозгу Эллиота, должно быть, наконец зажглась лампочка, потому что его глаза расширились, и он снова откинул челку с лица. Найту нравилось видеть, как дыхание Эллиота становится более поверхностным, а его зрачки расширяются, как будто он только что понюхал кокаин.
— Как… как месть, или потому что ты хочешь, чтобы мои губы были на твоем члене? — хрипло прошептал он.
Найт едва мог сглотнуть от напряжения, которое незаметно накопилось в его теле.
— Твои губы на моем члене.
Эллиот смотрел на него, как загипнотизированный, но потом опустился на колени, крепко удерживая руку на бедре Найта. Он опустился на колени прямо там, среди битого стекла и уксуса, и без лишних слов поцеловал выпуклость, уже растущую на джинсах Найта.
Найт не смог сдержать глубокий стон, сорвавшийся с его губ. Он наклонился вперед и провел пальцами по влажным, пахнущим кислым запахом волосам, прежде чем потянуть за ремень, все еще висевший на шее Эллиота.
— Давай уберем это. Не хочу, чтобы ты был на привязи, хотя, признаюсь, приятно видеть Графа передо мной на коленях.
Беспомощное выражение лица Эллиота нажало на все кнопки Найта.
— Ты такой горячий, — заскулил Эллиот и уткнулся лицом в промежность Найта, словно хотел прижаться своей гладкой щекой к члену Найта.
Слова, произнесенные удивительно теплым голосом Эллиота, стекали по телу Найта, как подогретый кленовый сироп. Он застонал и потер затылок Эллиота кончиками пальцев, наблюдая, как его чистое бледное лицо трется о его выпуклость. Которя росла так быстро, что у Найта закружилась голова.
Жадные пальцы Эллиота уже расстегивали ремень Найта, но глаза Найта расширились, когда Эллиот лизнул молнию с голодным выражением лица. Найт знал, что парень был одержим Фейном, но теперь все его внимание, казалось, было сосредоточено только на Рыцаре и Рыцаре.
Найт выдохнул и качнул бедрами вперед, удерживая голову Эллиота близко. Прикосновения было недостаточно, но от протирания двух слоев ткани его кожа уже горела.
— Разве ты не шлюшка?
Эллиот шумно сглотнул и посмотрел вверх такими расфокусированными глазами, что они были похожи на два горшка с патокой. Его пальцы работали как по волшебству, расстегивая джинсы Найта и уже натягивая их.
— Это было давно, — прошептал он, его бледные щеки теперь покраснели, а губы дрожали, как будто он не мог дождаться члена.
— Ага? Но тебе нравится член, верно? Тебе понравится мой, — прошептал Найт и спустил джинсы, пока они не соединились с его лодыжками вместе с нижним бельем. Прохладный воздух был шоком для его кожи, но он плюнул себе на руку и мягко двигал своим членом, наблюдая за реакцией Эллиота.
И он получил именно то, что хотел. Остекленевшие глаза, распутный взгляд, полный похоти и восхищения, следовали за движением его пальцев и заставляли член Найта расти. Дыхание Эллиота было быстрым, неглубоким порывом.
— Уже. — Эллиот наклонился вперед и сосал один из яиц Найта, все еще глядя на член в руке Найта.
Найт застонал, когда теплый, гладкий рот жадно принял его, создавая вакуум вокруг одного из самых чувствительных мест на его теле. Он схватил волосы Эллиота и медленно дрочил, их взгляды встретились прямо над твердым членом, который ждал, чтобы заменить яйца Найта между губами Эллиота.
— Вот и все. Я спас тебя. Я заслуживаю твоего внимания.
Эллиот лихорадочно закивал, играя языком на чувствительной коже яиц Найта. Небеса. Чистый гребаный рай в этом разрушающемся трейлере. Пальцы Эллиота все еще были холодными, но медленно нагревались, когда они скользили вверх и вниз по бедрам Найта.
— Я хочу проглотить, — сказал он так, как будто нужно было спросить разрешения. Он кашлянул и облизал влажные губы, прежде чем прикоснуться ими к головке члена Найта с умоляющим выражением лица.
Найт грубо откинул голову Эллиота, сдернул черную водолазку и прикусил обнаженное горло, почувствовав соль, уксус и даже отдаленный привкус кожи.
— Да. Я хочу, чтобы ты все выпил. И если я кончу так много, что ты не сможешь справиться, я скормлю это тебе своим членом, — прохрипел он, потянув зубами бледную кожу.
Эллиот заскулил и сжал пальцами бедра Найта. Тот факт, что он, казалось, понятия не имел, каким грязным маленьким и сексуальным он был, еще больше заводил Найта.
— Я могу с этим справиться. — Эллиот наклонился вперед, чтобы взять головку в свой горячий, голодный рот, но Найт удержал его, яростно посасывая незащищенную плоть на шее Эллиота. Вслепую он схватил одну из рук Эллиота и заставил ее обвиться вокруг своего члена, прежде чем направить ее вверх и вниз по всей длине.
— Покажи мне немного навыков, и я, возможно, снова подумаю о том, чтобы трахнуть твою дырку.
Нос Эллиота дернулся, и он кивнул, как будто не мог представить себе ничего более привлекательного. Его пальцы быстро нагревались, и они были такими отчетливо длинными и тонкими, что ощущались на члене Найта совершенно иначе, чем на его собственном или чьем-либо еще.
Кадык Эллиота подпрыгивал под губами Найта, и даже не имело значения, что Найт обычно предпочитал женщин мужчинам. Чувство абсолютной преданности, которое он получал от Эллиота, было огромным возбуждением, и он был готов выпить все это. Найт знал, что он из тех парней, от которых легко подгибаются колени, но Эллиот был его врагом и все равно превращался в слизь за считанные минуты.
Он откинулся назад, чтобы мельком взглянуть в расфокусированные глаза Эллиота, и лизнул его висок, прежде чем отпустить волосы, дразнящийся соленым привкусом пота на языке.
— Продолжай. Ничего себе.
Эллиот мяукал, как котенок, но как только Найт отпустил его, он едва не взобрался на бедра Найта и одним махом опустился весь член Найта. Ощущение тугой, горячей глотки вокруг головки члена было таким неожиданным, что Найт чуть не кончил на месте. И Эллиот тоже не отступал. Едва поперхнувшись, он массировал основание члена Найта своими мягкими губами и позволил своему языку ласкать нижнюю часть, скользя до самых яиц Найта.
Найт откинулся назад, борясь с желанием закрыть глаза, потому что вид был слишком великолепен, чтобы пройти мимо. Эллиот точно знал, как заставить колени мужчины дрожать, и Найт вознаградил его, погладив его по шее и мягко подтолкнув ниже.
— Ты опытный хуесос.
Эллиот не мог ответить, когда член был так глубоко засунут ему в горло, но стон, от которого член Найта закачался, звучал одобрительно. Каждый раз, когда Эллиот опускал голову, чтобы принять член Найта по всей длине, он пропускал головку в эту великолепно тугую глотку, обеспечивая такое трение, которое заставляло плакать ангелов. Яйца Найта напряглись, но вскоре и о них позаботились, а искусные пальцы Эллиота обеспечили все необходимое внимание. С каждым движением его головы вверх и вниз, все больше слюны скользило по члену Найта, делая ощущения еще лучше.
— Ты иногда общаешься с людьми как Граф? В чулках и бриджах? — прошептал Найт, покачиваясь бедрами в Эллиота, горячего, как двигатель после целого дня пути. Волосы Эллиота были мягкими, как у младенца, и он продолжал гладить и крутить их между пальцами. Новизна нового открытия своего интернет-заклятого врага в виде сексуального мужчины с почти полным отсутствием рвотного рефлекса уже заставила чувства Найта взлететь в сторону удовольствия.
Найт хрипло усмехнулся, когда Эллиот покачал головой, продолжая целовать лобок Найта. Конечно, нет. Граф был неприкасаемым придурком с высоко поднятой головой. Эллиот, с другой стороны, был таким человечным и так восхитительно стремился угодить, что Найт любил осознавать, что в каком-то смысле он на самом деле трахал их обоих.
Когда Эллиот взглянул на него своими большими требовательными глазами, трудно было представить себе более красивую картину. Раскрасневшийся, губы натянуты на член, глаза слезятся от нескольких раз, когда он переоценивал свои способности.
Найт сожалел, что не заставил Эллиота снять эту водолазку. Он хотел видеть его чаще, но это произойдет в свое время. Теперь он не мог думать ни о чем другом, кроме этого горячего, восхитительно влажного рта и двух угольков, которые были у Эллиота вместо глаз. Похоть струилась по спине Найта, и он потянул Эллиота за волосы, схватил свой член и яростно дрочил его, оставив фиолетовую головку на сочном языке.
— Блядь. Может быть, ты все-таки не заслуживаешь моей спермы.
Подлинный страх и мольба во взгляде Эллиота — это все, что ему нужно было знать. Эллиот не двигал головой и дюймом и мяукал вокруг члена Найта, как будто все, о чем он когда-либо мечтал, это пить соки Найта. Неистовый от удовольствия, он двигал бедрами против воздуха, но вместо того, чтобы попытаться подрочить, Эллиот просунул руки под майку Найта.
Ощущение прохладных ладоней, трущихся о чувствительную кожу Найта, в сочетании с дразнящими облизываниями головки его члена, и вдруг он кончил, изливая густую сперму прямо между его ожидающих губ.
Эллиот напряженно смотрел на Найта и стонал, глотая глоток за глотком. Его щеки впали на член Найта, когда Эллиот стал смелее, исследуя живот Найта, балуя Найта лаской и восхищением.
Все еще тяжело дыша, Найт смотрел на адамово яблоко Эллиота. Он едва поверил, когда полностью опустошил свои яйца, и Эллиот действительно попытался вытянуть еще немного спермы из своего члена. Найт потянул свои прекрасные волосы и уложил голову Эллиота на свое колено. Он выглядел таким горячим от волнения, и темный румянец оживлял бледное, несколько запавшее лицо.
— Хороший мальчик.
Эллиот с тихим стоном поцеловал колено Найта и быстро стянул свои джинсы ровно настолько, чтобы его эрекция вырвалась наружу. Ему даже не пришлось расстегивать штаны, они сразу соскользнули.
— Ты такой вкусный, — выдохнул он и начал беззастенчиво дрочить у ног Найта. Когда он посасывал колено Найта, дразня его изгиб языком, яйца Найта напряглись, несмотря на болезненную пустоту.
Найт ахнул и притянул Эллиота ближе, так что его лицо уперлось в измученные член и яйца Найта.
— Держу пари, ты хочешь понюхать мою промежность, когда кончишь. — Он никогда не думал, что заносчивый член вроде Графа может быть настолько диким в сексе. С другой стороны, он и не представлял себе, что он будет таким красивым под макияжем.
Эллиот поднял голову, его зрачки расширились, как будто он был под наркотиками, и потерся щекой о член Найта, только двигая рукой быстрее. Найт даже не был уверен, что между ними происходит, но ему чертовски это нравилось. Тонкий кулак Эллиота двигал его длинный, слегка изогнутый член менее минуты, пока он не кончил, усугубив беспорядок на полу.
Его лицо исказилось от удовольствия, веки трепетали, губы были открыты так, что просили о прикосновении.
Найт понятия не имел, во что ввязывается с этим парнем, но все же засунул большой палец Эллиоту в рот и бездумно погладил шелковистый язык, доставивший ему столько удовольствия.
— Это было чертовски горячо.
Улыбка Эллиота вокруг большого пальца была шире, чем когда-либо прежде, и он даже пососал палец на мгновение, прежде чем отвернуться. Он совсем не был похож на парня, которого полчаса назад чуть не задушила его бывшая. Выражение его лица выражало чистое блаженство, и он закрыл глаза, переводя дыхание.
— Меньшее, что я мог сделать, верно?
Найт погладил Эллиота по вспотевшим волосам на затылке, расслабившись в неудобном кресле и еще раз оглядев старый ржавый трейлер. Теперь, когда его тело остывает, температура укуса становится все более серьезной проблемой.
— Здесь всегда так холодно?
Эллиот медленно подтянул джинсы, как будто его мышцы истощили последние ресурсы, которые у них были.
— Думаю, довольно тепло.
— У тебя вообще есть отопление? — Зима может прийти в любой момент.
Эллиот застонал и покатился своим ушибленным лбом по бедру Найта.
— Все в порядке. У меня стоит радиатор. Мне просто нужно его починить.
— Да? Я электрик. Может быть, я мог бы взглянуть на это, — сказал Найт, лениво подтягивая штаны, когда его задница и член стали слишком крутыми, на его вкус.
Губы Эллиота приоткрылись, и он тоже встал, прислонившись к столу. То, как он тер губы большим пальцем только для того, чтобы пососать его, словно не желая потерять сперму Найта, было одной из самых эротических вещей, которые Найт когда-либо видел. Эллиот, казалось, даже не делал это нарочно.
— Шутки в сторону? Чего ты вообще не умеешь?
Найт рассмеялся и взъерошил Эллиоту волосы, прежде чем встать. Вот и все, черт возьми.
— Где радиатор?
Эллиот застонал и указал в угол, поправляя волосы так, чтобы они скрывали его лицо.
Найт подозревал, что ему понадобятся какие-то запчасти для ремонта нагревателя, но проблема оказалась настолько элементарной, что ему не нужно было ничего, кроме нескольких инструментов, которыми владел Эллиот. Через пятнадцать минут радиатор снова заработал.
Эллиот изумленно уставился на него, его лицо все еще приятно раскраснелось.
— Значит, это зима.
Найт вздохнул и посмотрел на беспорядок, который он устроил, возясь с бывшей Эллиот. Весь интерьер был в очень плохом состоянии, и хотя он мог заметить следы работ, которые никогда не могли сделать трейлер полностью пригодным для жизни, пока не была установлена какая-то изоляция.
И вдобавок ко всему бывший может вернуться. Такие психи были непредсказуемы, и когда Найт смотрел на Эллиота, улыбающегося с милой благодарностью и такого худого, с несколькими продуктами вокруг, он не чувствовал себя комфортно, оставляя его гнить здесь.
— Неа. Ты пойдешь со мной.
Лицо Эллиота обмякло, и он уставился на него.
— Куда?
Найт сделал широкий жест.
— Нельзя продолжать жить на этой свалке. Ты отморозишь свой член, как только пойдет снег.
Эллиот надулся и скрестил руки на груди.
— Все в порядке, мне просто нужно утеплить окна. И ты починил радиатор. Мне заплатят через две недели.
Рыцарь фыркнул.
— Я не буду вести этот разговор. Я опровергну любой твой аргумент, потому что оставаться здесь — чепуха. Собирай чемоданы, и я возьму тебя с собой.
Эллиот снова и снова переминался с места на место, как будто в этом трейлере было что-то, что он мог упустить. Когда он, наконец, двинулся, первым делом он потянулся к костюму Графа, аккуратно разложенному на кровати, но Найт громко цокнул и налил себе еще пива из холодильника Эллиота.
— Ни за что, черт возьми, ты не носишь это в клубе.
Эллиот хмыкнул, но не стал возражать, и как только он начал собираться, оказалось, что большая часть его вещей уже спрятана в большой рюкзак. Он был готов уйти, когда Найт допил свое пиво.
— Но я вернусь, когда потеплеет, — сказал Эллиот, словно хотел убедить Найта, что он не занимается благотворительностью. Найт дал себе время допить пиво и раздавил банку.
— Я решу, когда ты вернешься.
Какое-то мгновение Эллиот просто смотрел на него, но когда он развернулся и без возражений вышел из трейлера, ухмылка Найта стала шире.
