Часть 29
6 марта 2023 г., 19:21
Найт вздохнул с облегчением, когда проводил Лорана и Чудовище до лестничной площадки перед его квартирой. Что бы ни говорил Эллиот, напряжение, которому Фейн подвергал его каждый раз, когда Лоран был рядом, нельзя было не заметить. Напряжение вернулось в плечи Эллиота и вокруг его глаз в тот момент, когда они вошли на территорию, принадлежащую клубу, и беспомощность положения Эллиота заставила Найта нервничать.
— Нам нужно вытащить из него этого ублюдка, — сказал он, прислонившись спиной к закрытой двери.
Зверь кивнул, рассеянно поглаживая волосы Лорана.
— Я не думаю, что есть другой способ, который мы можем придумать самостоятельно. Нам нужно поговорить с демоном. Ты этого хочешь, Найт? Не относись к этому легкомысленно.
Лоран посмотрел на свои ноги и толкнулся под мощную руку Чудовища, явно все еще обеспокоенный тем, что происходило внутри. И Эллиот, бедный Эллиот, днем и ночью переживал кошмар присутствия Фейна.
— Мы могли видеть, что он говорит. Я имею в виду… может быть, он не будет просить Бог знает что, — сказал Найт, но Чудовище оборвало любые другие слова, которые мог бы сказать Рыцарь.
— Я совершенно серьезен, Найт. Тебе нравится этот парень, я понимаю, но договор с дьяволом можно заключить только один раз. Это изменило бы твою жизнь на многих уровнях. Нельзя быть опрометчивым и играть белым конем только потому, что это кажется правильным в данный момент.
Найт нахмурился и сжал кулак другой рукой, пока тот не хрустнул.
— Меня сводит с ума, что я не могу достать этого сукина сына!
Хмурый взгляд Зверя сказал Найту, что он действительно понял.
— Хорошо, мы поговорим с… этим… ним. Но помни, что обсуждение вещей еще не означает, что ты должен принять решение. Потрать несколько часов, чтобы подумать, все ли закончилось, и остыть.
Лоран подошел ближе и положил руку на предплечье Найта.
— Если вы откажетесь от этого, мы найдем другой способ.
Только был ли другой способ вообще?
Найт кивнул и отослал их еще несколькими дерзкими словами, но он был обеспокоен, и ничто не могло этого изменить. Он не мог просто наблюдать, как личность Эллиота постепенно рушится под влиянием Фейна. Не то чтобы его можно было вечно держать в смирительной рубашке, и даже если он уедет с территории, опасность того, что Фейн каким-то образом сумеет захватить власть даже за пределами владений демона, была слишком велика. Найт не хотел этого принимать.
Помрачневший, он вернулся в квартиру, мгновенно сосредоточившись на недопитой бутылке пива на журнальном столике.
Эллиот молча посмотрел на него, все еще привязанного к крюку, как будто он представлял опасность для человечества, а не был просто потерянным мальчиком, отчаянно нуждающийся в помощи.
Найт взял едва закипевшее пиво и поднялся по ступенькам в свою спальню, не сводя глаз с бледного лица Эллиота.
— Как ты справляешься?
Темный взгляд Эллиота следовал за каждым шагом Найта, и встреча с ним внезапно наполнила Найта новым видом ярости при мысли, что у Эллиота никогда больше не будет двух таких поразительно черных глаз.
— Все в порядке.
Найт потер прохладную бутылку пальцами, издалека наблюдая за Эллиотом. Смирительная рубашка с ремнями и пряжками удерживала его очень эффективно, но его узкие прямые ноги стояли свободно, одетые в серые джинсы и говорили о давно забытой нормальности.
— Тебе удобно?
— Я имею в виду… Если бы ты мог почесать мне нос, было бы здорово.
Найт ухмыльнулся и пошел по деревянному полу. Он провел кончиком пальца по теплой коже на самом кончике носа Эллиота.
— Здесь?
— Нет, выше . Прямо там. — Эллиот вздохнул с облегчением. — Спасибо.
Найт наклонил голову и наслаждался освежающим хмелевым вкусом. Ресницы Эллиота были длинными и слегка подкрученными, что было легко заметить, когда он закрыл глаза и оставил их лежать на бледной щеке.
Найт двигал тыльной стороной пальцев вверх и вниз по носу Эллиота, наблюдая, как он вдыхает, слегка дергается пухлыми, хорошо очерченными губами. Эллиот улыбнулся ему и наклонил голову, чтобы поцеловать пальцы Найта.
— Тебе придется меня также покормить.
Найт усмехнулся, с облегчением увидев, что Эллиот немного расслабился.
— Ты уже голоден? С такими темпами ты располнеешь, — сказал он и похлопал Эллиота по совершенно плоскому животу сквозь плотную ткань. Ненадолго закрыв глаза и наклонившись ближе, он вдохнул запах мыла и собственного мускуса Эллиота, которые так хорошо сочетались со вкусом Найта. — Как насчет выпить?
Эллиот кивнул.
— Я мог бы выпить немного. Это был адский день. Это ты хотел меня откормить.
Найт ухмыльнулся, не в силах сдержаться, когда поднес горлышко бутылки к губам Эллиота и осторожно наклонил ее. Его пальцы переместились к тонкому, теплому затылку Эллиота и зарылись в его волосы.
— Я сделал это, не так ли?
Эллиот жадно выпил алкоголь и издал долгий вздох удовлетворения.
— Да, так что тебе больше нравится эффект.
Найт поднес бутылку ко рту и поцеловал ее, прежде чем сделать глоток. Он не сводил глаз с Эллиота и медленно провел тыльной стороной ладони по тощей груди.
— Ты не мог перестать быть высоким и тонким, не так ли? Это твое естественное телосложение. Это выглядит хорошо на тебе.
— Не так хорошо, как твои широкие плечи. — Даже одним глазом Эллиот ухитрился окинуть Найта мечтательным взглядом, от которого член Найта согрелся.
— Мои плечи тебе нравятся? Это то, что ты говоришь? — поддразнил Найт, кормя пивом своего добровольного пленника.
Щеки Эллиота порозовели, и он улыбнулся, как будто обстоятельства не были ужасными.
— Твои руки хорошо смотрятся на мне.
Найт ухмыльнулся и посмотрел вниз, прежде чем допил оставшееся пиво.
— И этот член не погладит себя теперь, когда ты пленник в моей башне, верно? — Ему нравилось, как легко было привлечь все внимание Эллиота. Как будто это были две батареи, и как только Найт включился, Эллиот тоже включился.
— Этого не будет. Я в твоей власти, — сказал Эллиот, но в его голосе не было ни капли недовольства. На самом деле казалось, что его острый взгляд смягчился, маня Найта сладкой патокой, которую он мог испить изо рта Эллиота.
— Черт, ты горячий.
Эллиот дунул в воздух, чтобы откинуть прядь, падавшую ему на глаз.
— Стараюсь изо всех сил без рук, один глаз остался и застрял на твоем крючке.
— Это секс-крючок, — Найт почувствовал необходимость добавить, и его рот изогнулся в улыбке. Было что-то непреодолимо сексуальное в том, что Эллиот добровольно подчинялся такого рода рабству. Это был уровень доверия, с которым редко приходилось сталкиваться. — И ты полностью в моей власти.
Эллиот закусил губу.
— Я ведь не скоро отсюда выйду? — Он потянулся ногой к ноге Найта.
Найт покачал головой и подошел так близко, что их тела столкнулись, а Эллиот слегка покачнулся назад из-за того, что крюк удерживал его на месте.
— Нет. И что нам с этим делать?
Подбитый глаз Эллиота блеснул, и когда его длинные ресницы опустились, Найт наклонился в предвкушении поцелуя, который заставил его согнуть пальцы ног в тот момент, когда его губы встретились с губами Эллиота. Сначала это было сладко, как ленивая ласка воскресным утром, но с каждым ударом сердца становилось все жарче и голоднее. Стон сорвался с губ Найта, когда нога Эллиота скользнула вверх по его голени, извиваясь по задней части бедра и оставляя после себя сильный жар. С помощью крюка ему удалось обхватить своей длинной ногой бедро Найта, громко задыхаясь от усилия.
Найт рассмеялся и подтянул ноги Эллиота к бедрам. Пустая бутылка упала на пол, когда Найт схватил Эллиота за задницу и сжал твердые ягодицы.
— Ты обвил меня, как плющ.
Эллиот вздохнул и еще раз поцеловал Найта.
— Я лучше покрою тебя, как мох.
Найт улыбнулся и прижался носом к Эллиоту. Несмотря на то, что его так сильно беспокоил отсутствующий глаз, все, что он хотел, это обеспечить Эллиоту утешение, поэтому он держал его, медленно целуя сладкие, мягкие губы, в то время как тепло его тела также передавалось Эллиоту. Бедный малыш слишком часто был холодным, с ледяными пальцами, и Найт любил это чувство, когда они лежали в постели, и он чувствовал, как ноги Эллиота согреваются под простынями.
Поцелуи Эллиота опьяняли. Они втягивали Найта, заставляли его забыться в голодных покусываниях, или как язык Эллиота искал язык Найта, чтобы они могли переплестись в горячем, скользком танце. Это только заставило Найта захотеть быть еще ближе и заполнить все пробелы в теле Эллиота.
— Мы слишком одеты, — наконец прошептал Найт, потирая лицо о мягкую, гладкую кожу Эллиота.
Эллиот наклонился от прикосновения, несмотря на то, что не мог обнять Найта руками.
— Я точно не могу помочь тебе с этим.
— Прочь, — сказал Найт и обеими руками похлопал Эллиота по ягодицам.
Эллиот отпустил его, как хороший мальчик, и Найт едва мог сдержать растущее волнение. Тем не менее, он поддержал Эллиота, когда тот слегка споткнулся.
— Хорошо? Крючок на нужной высоте? — поддразнил он, все еще теребя упругую попку сквозь джинсы.
Эллиот покачал головой.
— Ты часто им пользовался?
— Крюк? Немного. Раньше это была комната Кинга. Раньше он устраивал здесь секс-свинг, — сказал Найт, отступая к кровати. Он поставил одну ногу на деревянную раму и развязал ботинок.
Эллиот склонил голову набок с глупой ухмылкой.
— Ты разденешься для меня?
В груди Найта вспыхнул жар, и он бросил ботинок на пол, прежде чем заняться другим.
— Это то, что ты хочешь? Стриптиз?
— Знаешь, мне нужно отвлечься.
Найт ухмыльнулся и покрутил бедрами, натягивая переднюю часть своей кожаной куртки.
— Джентльмену нужна музыка?
— Достаточно звука моего бьющегося сердца. Давай, Рыцарь, я хочу плоти, — пошутил он, и хотя он попался на крюк, то, как его взгляд ласкал тело Найта, создавало совершенно новую динамику. Найт ахнул и шевельнул рукой, следуя за приливом тепла, несколько раз поглаживая пах через джинсы.
— Разве ты не тот, кто готов к бою? — пробормотал Найт, стягивая куртку, обнажая облегающий длинный рукав.
— Ты еще недостаточно меня откормил. — Эллиот на дюйм приблизился, но смог дойти только до того, что крюк тянул его назад.
Найт наклонился, чтобы показать свою задницу, просто чтобы подразнить Эллиота, прежде чем сделать вид, что задрал майку.
Видеть, как Эллиот дрожит и краснеет, никогда не устареет. Он был так сосредоточен на Найте. Как будто существо с Найтом могло каким-то образом стереть травмирующие воспоминания и даже остановить ужасную реальность одержимости и потери одного глаза. Найт был центром вселенной Эллиота, и ему это нравилось.
— Подойди ближе, — умолял Эллиот.
— Зачем? — спросил Найт, бросая одежду на пол. В комнате было немного прохладно, но он знал, что от холода его соски сморщутся, и просто проигнорировал легкий дискомфорт. Прежде чем он успел подумать, его руки оказались у штанов спереди, дразня чувствительную кожу вдоль пояса и привлекая взгляд Эллиота к пряжке ремня в форме гранаты.
— Чтобы я мог потереться лицом о твою грудь. — Эллиот застенчиво усмехнулся, но его взгляд проследил за пальцами Найта, явно готовый увидеть свою добычу. Он был так восхитительно голоден до члена, что всегда было приятно заполнить рот и горло Эллиота.
— Нужно подождать. Я не дешевка, — сказал Найт, хотя это было совсем не так. Он расстегнул ремень и осторожно вытащил его из джинсов, шаг за шагом приближаясь к Эллиоту.
— У меня есть нужная валюта. — Эллиот подмигнул, но с одним глазом Найт не мог не позабавиться тому, как неуклюже это выглядело.
— Какая? — спросил Найт и неожиданно потер ремень с петлей о промежность Эллиота.
Эллиот захныкал и поднялся на цыпочки, закатив оставшийся глаз от удовольствия. Секундой позже он развернулся на крюке и оглянулся через плечо.
— Я бы открыла рот, но сомневаюсь, что ты хочешь рисковать. Честно говоря, я бы не стал рисковать таким чертовски хорошим членом.
Найт застонал и обеими руками потер голову Эллиота, прижавшись бедрами к его прекрасной тугой заднице.
— У меня хороший член, — прошептал он и наклонился, расстегивая и стягивая джинсы, стоя так близко к Эллиоту, что мог уткнуться носом в тонкие черные волосы. Шелковистый, ароматный и влажный от пота бледный затылок просил поцелуев.
— Откуда у парня вообще такие идеальные гены? — Все еще оглядываясь назад, Эллиот повернул голову еще дальше и поцеловал Найта в щеку. В этом была скрытая опасность, так как Фейн мог попытаться использовать рот Эллиота для укуса, но Эллиот был слишком неотразим, чтобы Найт мог держаться подальше. В любом случае, он всегда наслаждался небольшим количеством адреналина в своей жизни.
— Не знаю, детка. Ты Мерсье, — прошептал Найт, слизывая ароматный пот с шеи Эллиота, стягивая нижнее белье и сбрасывая его вместе со штанами. Полностью обнаженный на фоне полностью одетого Эллиота, он придвинулся ближе, задыхаясь от ощущения прикосновения грубой ткани.
Ресницы Эллиота трепетали, когда они целовались, и Найт не мог дождаться, чтобы освободить своего мальчика от призрака, чтобы они могли мирно обниматься и прижиматься друг к другу.
— Ты самый милый, рыцарь.
Найт усмехнулся и потер переднюю часть джинсов Эллиота, наслаждаясь твердостью под ними.
— Замолчи. Я просто пытаюсь поднять тебе настроение.
Эллиот положил голову на плечо Найта, наклонился от прикосновения и чуть шире расставил ноги. Он мог быть таким запутанным, и все же все, чего жаждал Найт, это всегда быть рядом, чтобы собрать его обратно. Эллиот так красиво уступил и был готов отдать столько же, сколько взял, если не больше. Когда Найт был с ним, он действительно чувствовал себя нужным. Как будто без него жизнь Эллиота была бы страданием и болью, и он был единственным, кто мог обеспечить безопасность и утешение измученной душе Эллиота.
Повернув голову в сторону, Найт открыл языком губы Эллиота и одновременно расстегнул молнию на узких джинсах, которые недавно стали тесными на длинных ногах Эллиота.
Эллиот застонал от поцелуя и выгнул бедра, умоляя о новых прикосновениях. Найт обнаружил, что ему больше нравится Эллиот в рабстве. Это только способствовало ощущению того, что он нужен ему, и наполняло вены Найта волнением. Он был единственным, кто дал Эллиоту то, чего он жаждал, единственным, кто дал все удовольствия, которые Эллиот мог пожелать.
Найт осознавал, что его эго несколько раздувается, но как это могло не быть, когда такой горячий мужчина, как Эллиот, был так зациклен на нем?
Его рука скользнула под нижнее белье Эллиота. Когда теплая, влажная головка члена потерлась о его ладонь и поползла вверх по запястью, он застонал в сочный, теплый рот, посасывая язык Эллиота, пока его губы не онемели.
Он никогда не целовал мужчину до Эллиота, но теперь он даже не подумал бы остановиться. Кожа Эллиота была теплой и гладкой после утреннего бритья, а его язык был достаточно длинным, чтобы с легкостью дразнить небо Найта. Он предложил себя с такой самоотдачей, что Найт захотел осуществить любую мечту, которая могла быть у Эллиота. Пульсирующий член в руке Найта был скорее длинным, чем толстым, гладким и таким чувствительным, что, когда он осторожно двигал рукой вверх и вниз, все тело Эллиота шевелилось вокруг него.
— Могу я трахнуть твою руку? — Эллиот прошептал самым слабым голосом.
Вопрос удивил Найта, но не разозлил и не обеспокоил его. Конечно, у него были девушки, активно занимавшиеся сексом и оседлавшие его член. Он даже несколько раз заставлял парней трахать себя на его члене, но на самом деле его никогда не «трахали», и он не был уверен, что чувствует по этому поводу. Но там, где его разум остановился, его тело знало, что делать. Он крепче сжал член Эллиота.
— Как я могу отказать Мерсье? — прошептал он и лизнул Эллиота в рот от волнения, обжигающего его вены.
— Я чертовски надеюсь, что ты не сможешь. — Эллиот не сводил глаз с Найта, когда сделал несколько первых толчков. Это было самое странное чувство, когда другой мужчина воткнул свой член в Найта таким образом, и в то же время Эллиот так беспомощно скован смирительной рубашкой. Два разных типа сил сливаются в одном теле. Один жаждет уступить, другой явно желает выебать Найту мозги.
Найт сглотнул и повернул голову так, что они с Эллиотом посмотрели вниз, соприкоснувшись лбами. Эллиот наслаждался моментом, проталкиваясь между в основном сухими пальцами, поэтому, когда скрежетание начало создавать слишком сильное трение, Найт сплюнул в свободную руку и вместо этого схватил член Эллиота.
Это было так ново - обращать внимание на член другого мужчины. Не то чтобы он не замечал их раньше, но никогда так подробно. Дрочить своему партнера всегда было для Найта второстепенной мыслью, но теперь, когда он мог чувствовать движения Эллиота самостоятельно, это добавило еще один слой к ощущению, когда член проталкивался сквозь влажные пальцы, создавая горячее, всепоглощающее чувство, которое уже поднималось вверх. Рука рыцаря.
— Ты когда-нибудь трахал другого парня? Ты знаешь, его задницу.
Лоб Эллиота был даже теплее, чем у Найта, и когда он нахмурился, Найт почувствовал, как его кожа и мускулы двигаются против него.
— Всего несколько раз. Думаю, в моем характере раздвигать ноги для парня, который мне нравится. Но было и жарко.
Найт выдохнул, ненадолго закрыл глаза и погладил Эллиота по плечу. Головка члена Эллиота вышла из-под его большого и указательного пальцев в особенно сильном толчке, и пушистые шарики, ударившиеся о руку Найта, заставили его пальцы на ногах снова согнуться. Он наблюдал, как двигаются бедра Эллиота, член которого едва виден из-за длинной смирительной рубашки, и обнаружил, что не может отвести взгляд, возбужденный этим новым опытом.
— О, черт.
— Мне нравился римминг. — Обольщение в глазах Эллиота заставило Найта порадоваться тому, что он был только один, потому что он не был уверен, как он сможет справиться с тем, что Эллиот смотрит на него так с двумя угольками. Голос Эллиота вплелся в ткань сексуальных фантазий Найта, наполнив их этими новыми идеями.
Найт подавил стон и медленно покрутил рукой вокруг жесткого ствола, который продолжал проталкиваться сквозь его пальцы, вызывая у него одновременно беспокойство и возбуждение.
— Ага? Тебе нравится лизать жопу парня?
Эллиот кивнул и прикусил губу Найта зубами.
— Ты же знаешь, что я непослушный мальчик.
Найт чуть не подавился воздухом, быстро и глубоко поцеловав Эллиота. Затем его колени смягчились, и он соскользнул лицом к члену Эллиота. Он дернулся в его хватке, кончик влажный от предэякулята, вытекающего из маленького отверстия, отчего гладкая головка члена выглядела как леденец.
Тепло наполнило голову Найта и покалывало ему по щекам, пока он смотрел, совершенно затаив дыхание. Эллиот вздохнул, но Найт еще не осмеливался оглянуться на него. Ему никогда раньше не хотелось отсасывать у парня. Это слишком походило на подчинение, и это не согласовывалось с тем, как он определил. А с Эллиотом? В смирительной рубашке и привязанный к крюку Эллиот не мог контролировать ситуацию, в то время как у Найт было все. Было безопасно гадать, какой вкус будет у члена Эллиота, если он возьмет его в рот. Он хотел почувствовать, как она скользит внутрь, и увидеть, как стройное тело над ним корчится от желания, которое мог удовлетворить только Найт.
Будут ли яйца Эллиота такими же, как у него? Когда Найт приканчивал своих партнеров-мужчин, он никогда не уделял особого внимания их яйцам. Все это было очень запутанным, и все же, когда он наклонился и слизнул предэякулят с члена Эллиота, соленый, несколько странный вкус заставил его содрогнуться. Не потому, что это было вкусно в обычном смысле, а потому, что исходило от горячего члена. Это было сексуально, грязно и возбуждало его партнершу.
— О, Боже… Найт… Это так горячо, — заскулил Эллиот над ним, шевеля бедрами.
Найту пришлось смириться с тем фактом, что у него вроде как есть парень, так что, возможно, пришло время преодолеть его комплексы и сделать ему минет.
Он осмелился поднять взгляд, и явный трепет в глазах Эллиота придал ему уверенности. Что бы ни возбуждало и беспокоило Эллиота, оно хранилось в книге Найта.
Стройные ноги, покрытые копной темных волос, дрожали, касаясь Найта. Он застонал, познакомившись с мускусным ароматом половых органов Эллиота и с самой мыслью о том, чтобы прикоснуться ртом к мужским гениталиям. Несмотря на раскол в его сознании, когда он не мог связать свою роль жеребца с тем фактом, что он хотел сосать именно этот член, он целовал и лизал ствол, нежно сжимая яйца Эллиота другой рукой.
Легкие стоны, которые Эллиот изливал на него, были небесами, и, как ни стеснялся Найт, видя, как он кончает, он не мог не смотреть вверх, просто чтобы увидеть румянец на лице Эллиота и то, как он каждый раз кусал губу. Найт перевел свое внимание на щель на кончике жесткого члена. Эллиот был грязным комком возбуждения, и Найту нравилось быть причиной этого.
Он ухмыльнулся и дразнил головку члена Эллиота своим языком, прежде чем нырнуть внутрь и, наконец, отсосать часть его длины. Он был шелковисто-гладким на его языке, мускусным, соленым, немного горьким, но его голова взорвалась от возбуждения только от одной мысли о том, чтобы взять его глубже и заставить Эллиота кончить.
Найт не подчинялся. Он доставлял удовольствие своему партнеру, как и подобает настоящему мужчине, и если это включало минет, то он имел полное право потворствовать. Свежесть и волнение этого прорыва заставили его собственный член пульсировать от желания, и он застонал, когда Эллиот сделал неглубокий толчок бедрами.
Найт слегка шлепнул Эллиота по заднице и облизнул пальцы, возбуждаясь с каждой секундой.
— Противный мальчишка. Кто тебе сказал, что ты можешь это сделать? — спросил Найт голос, которого он не узнал. Его мысли закружились, когда он взглянул на сильно покрасневшее лицо Эллиота и пососал его член, ритмично двигая ртом и рукой, чтобы доставить удовольствие своему мужчине.Это ему нравилось даже больше, чем любовник, дрожащий в его руках и открыто демонстрирующий свое вожделение.
— Мне жаль! — Эллиот заскулил, тяжело дыша, когда его член капал спермой в рот Найта.
— Тебе нужно усвоить урок, — прошептал Найт, оторвав рот от вкусного члена, только для того, чтобы увлажнить средний палец, которым он без дальнейших церемоний проник в задницу Эллиота. Когда тело Эллиота напряглось, как струна, Найт втянул его обратно, теперь уже смелее, до тех пор, пока головка члена не дразнила его горло, заставляя Найта немного отстраниться.
Эллиот издал одобрительный стон и пошевелился, заставив свою и без того узкую задкницу сжаться вокруг пальца Найта. Если и было что-то, чему Найт научился за месяцы, прошедшие с момента их знакомства, так это тому, что Эллиот любит проникновение. Будь то пальцами или членом, Эллиот сходил с ума, когда с его задницей играли, так что достаточно скоро он станет диким и будет умолять Найта взять его.
Он уже начал знакомую мантру.
— О, бля! — Эллиот извивался на крюке, волосы скрывали большую часть его лица. — Сделай мне так, пожалуйста.
Найт лизнул член перед собой и пробормотал: — Да? Это то, что ты хочешь? Просто позволить мне обращаться с тобой так, как я хочу? Ты такой грязный, непослушный мальчик. Бьюсь об заклад, ты собираешься кончить на меня с такой скоростью, — сказал Найт, уже не зная, щекочет ли он Эллиота или себя.
— Да. Я твой. Делай, что хочешь, — простонал Эллиот, но он был далеко не таким покорным, как можно было предположить из его слов, скользя по пальцам Найта и мягко толкая свой член в ожидающий рот Найта. Он дрожал перед Найтом, как спелый плод, ожидающий, когда его сорвут.
Глаза Найта закрылись, когда он принял член Эллиота в рот, посасывая его и играя с ним с большей интенсивностью, когда он двигал губами в том же ритме, когда вводил палец в узкий, теплый анус Эллиота. Его гордость испарилась. Любые вопросы, которые у него могли возникнуть, были настолько незначительными перед лицом явного удовольствия от вкуса Эллиота, что он продолжал и продолжал, намереваясь принять весь член Эллиота.
Эллиот больше не мог даже сформулировать связных слов, вместо этого простонал, но интенсивная пульсация в его члене сказала Найту, что он кончит в любой момент.
Невероятное удовлетворение от того, что первая струя спермы попала на его небо, взорвалось в животе Найта. Возбуждение просочилось к его яйцам.
Он проглотил горячую сперму, но вторая струя пришла слишком рано и брызнула на подбородок и шею Найта. Он застонал, не зная, понравился ли ему вкус, но все равно выпил все, странно возбужденный тем, что выпил сперму Эллиота. Так что он облизал губы и вытер оставшуюся сперму с лица предплечьем, так возбужденно и сильно, что еще не знал, как он хочет закончить.
— Блядь, Эллиот…
Губы Эллиота казались такими пухлыми и красными, когда он тяжело дышал, глядя на Найта.
— Подойди ко мне, — умолял он, наклоняясь на несколько дюймов, которые позволял крюк.
Найт вытащил палец из теплого тела Эллиота и встал, ища умоляющий рот и желая получить награду за свою первую попытку. Его собственный член был таким твердым, что казалось, что он отвалится, если он не сможет кончить в ближайшее время, поэтому он схватил его за основание и толкнул Эллиота в бедро, пока они целовались.
Эллиот изогнулся, чтобы потереться об него, как кошка о своего хозяина, и его губы были так же нетерпеливы. Слишком возбужденный, чтобы не торопиться с подготовкой задницы Эллиота, Найт вместо этого решил подрочить. Быстро и легко, касаясь кожи Эллиота и наслаждаясь голодными поцелуями, приправленными вкусом спермы Эллиота.
Удовольствие подтолкнуло его еще сильнее к Эллиоту, и когда он кончил, он оказался на этой мягкой, теплой коже, и его тело было плотно прижато к телу Эллиота. Головокружение заставило Найт прислониться щекой к плечу Эллиота и медленно обнять стройное тело, закутанное в смирительную рубашку, которая, вероятно, становилась душной.
— Это было… жарко, — прошептал Найт, и Эллиот молча кивнул ему.
Минуты прошли в приятной тишине, пока наконец Найт не позволил себе двигаться. Все, чего он хотел, это его кровать и Эллиот, лежащий рядом с ним. Он ткнул Эллиота в голову своей и украдкой поцеловал, еще раз сблизив их тела.
Темный взгляд Эллиота, наконец, снова сосредоточился на Найте. Столько тайн все еще скрывалось внутри Эллиота, и казалось, что этот глаз был дверью в сердце Эллиота. Если бы Найт смотрел достаточно долго, он бы полностью понял Эллиота.
— Я так тебя люблю, так сильно, — выдавил Эллиот, как будто это было грустно.
Рыцарь перестал дышать. Горький вкус спермы Эллиота все еще оставался у него во рту, и он не ожидал услышать что-то подобное. Не слова — те, которые он слышал достаточно часто, а тон, которым они были произнесены. Это не было признанием того, насколько хорошим был секс. Это было реально и так грубо, что он задыхался.
Эллиот глубоко вздохнул и опустил голову, прижавшись лбом к плечу Найта, словно хотел спрятать лицо.
Найт сглотнул, обнял Эллиота и погладил его мягкие волосы на затылке. Его сердце бешено колотилось в груди. В какой-то момент это стало так быстро, что он уже не был уверен, взволнован он или напуган.
— Я так понимаю, тебе это понравилось. Мой первый, так что будь осторожен с отзывами.
— Это было прекрасно, — прошептал Эллиот, прижимаясь к Найту, словно хотел раствориться в его коже. — Ты совершенен. И каждый раз, когда мы рядом, я люблю тебя больше. — Дыхание Эллиота сбилось, и влага на коже Найта там, где было лицо Эллиота, заставила нервы Найта насторожиться.
Он быстро отцепил Эллиота от крючка и осторожно подтолкнул его к кровати.
— Ты в порядке? Этот ублюдок снова сказал тебе что-то серьезное? — прошипел Найт, уже желая дать Фейну тело, чтобы убить его снова.
— Нет, это я во всем виноват. — Эллиот покачал головой так, что его челка закрыла глаза. — Я не хочу портить тебе этот момент, но это так сильно ударило по мне, что я больше не могу сдерживаться.
Найт вздохнул и помог Эллиоту лечь, прежде чем забраться к нему. Он скользнул рукой под шею Эллиота и поцеловал его в лоб.
— Но, детка, ты ничего не испортил. Все хорошо.
Несмотря на слезы, которые медленно заставляли волосы на теле Найта вставать дыбом, Эллиот придвинулся ближе.
— Это не так. Я все порчу, потому что я не такой, как ты. Я не смогу делиться тобой. Это так запутано. Я знал это. Но я не мог удержаться, и теперь мне стало еще больнее. Я уже слишком сильно тебя люблю, и если я даже доживу до следующего месяца, это убьет меня, когда ты решишь, что хочешь трахнуть кого-то другого.
Тело Найта обмякло, и он медленно перекатился на спину, уставившись в потолок, в то время как голова Эллиота все еще давила на его бицепс. Он потер грудь там, где было слишком тесно, но не осмелился взглянуть на Эллиота, внезапно напуганный тяжестью только что услышанного.
— Хм.
— Прости, — прошептал Эллиот тоненьким голоском, дрожащим, как будто он сдерживал всхлип. — Я всегда так делаю. Я всегда позволяю парням иметь то, что они хотят, и отталкиваю то, что хочу я. Я больше не могу. Я не рад разделить тебя, и это ужасно отстойно, потому что ты сказал мне, что делаешь не так.
Найт сглотнул, полностью застыв.
— Ну и что? Ты хочешь, чтобы я изменился? Перестать спать с девушками? — спросил он с большей силой, чем собирался.
Даже мягкость кровати теперь, казалось, тыкала в Найта острыми лезвиями, как будто весь мир был против него.
— Я хочу тебя только для себя, но я не могу тебя заставить. Я не хочу заставлять тебя. Но я тоже не могу склониться к тому, чего не хочу. Я всегда так делал, и это всегда загоняло меня в тупик. Ты сказал мне уважать себя, и это соглашение не сделает меня счастливым, сколько бы любви я ни отдавал. Неважно, насколько хорош секс или насколько я знаю, что тебе не все равно. Мы по-прежнему хотим разного. — Эллиот не смотрел на него, вместо этого свернувшись калачиком в объятиях Найта.
Найт выдохнул, и с каждым вдохом казалось, что он несет на груди тонну.
— Ага. Ты... ты должен уважать себя. Я это сказал. Жаль, что ты не подумал об этом раньше, — сказал он, физически не в силах сдержать горечь в голосе. Разве он не имел права злиться? Он полюбил Эллиота. Он уже представлял его постоянным участником клубной жизни. Было бы неплохо узнать, что Эллиот думал обо всем этом до того, как Найт решил отсосать ему член. Найт потер лицо. — Значит, это ультиматум? Я правильно понимаю? Либо моногамия, либо нам конец?
Эллиот отодвинулся, повернувшись спиной к Найту, несмотря на то, что все еще был в смирительной рубашке. Без помощи Найта он даже не мог натянуть штаны.
— Потому что я думал, что могу просто перетерпеть. Я даже не знаю, как мы снова сошлись. Я сказал тебе, что хочу все или ничего, а потом мы… что? Отступили.
Эллиот пожал плечами.
— Я не пытаюсь тебя шантажировать! Ты мне тоже ставишь ультиматум? — Он взглянул на Найта покрасневшим глазом. — Разве ты не говоришь, что мы либо в свободных отношениях, либо мы закончили? Я знаю, что не могу изменить тебя, и это разбивает мне сердце.
Найт сунул кулаки себе в глазницы и тяжело застонал.
— Ну, извини мой гребаный подход, но я никогда не планировал целоваться с парнем, или встречаться с парнем, или делать ему минет. Ты выбрал очень неудачный момент для этого.
— Я не могу выбирать только тебя. Я хочу тебя так сильно, что не обращаю внимания на все остальное, но я столько раз шел по этому пути. Мне так, так жаль, Найт. Я должен был знать раньше. Я должен был сказать тебе, что меня это не устраивает.
Найт поднял руки к потолку и в итоге уронил их на кровать по обе стороны от себя. Не так он представлял себе ночь воссоединения с Эллиотом после пребывания в больнице.
— Давно пора выпутать тебя из твоих других токсичных отношений, — сказал он в конце, все больше сдувшись.
Эллиот развернулся так быстро, как только мог в тесной одежде.
— Ты совсем не такой, как он. Не говори так. Мы были бы идеальными вместе, если бы наши потребности совпадали. Но было бы несправедливо с моей стороны запрещать тебе то, что ты хочешь. Ты не токсичен. Ты лучший парень, который у меня когда-либо был.
— Ну, я не могу дать тебе то, что ты хочешь. Это делает меня совершенно бесполезным в качестве твоего парня. Давай не будем врать себе здесь, — сказал Найт, чувствуя себя все более неловко. Его тело становилось горячим и вялым, а желудок свело так, как будто он вот-вот заболеет.
Эллиот замолчал, но вместо того, чтобы снова откатиться, он подполз ближе и положил голову на грудь Найта, отчего Найту стало еще труднее дышать. Тем не менее, Найт не стал бы отталкивать его.
Это было тяжело.
Эллиот плакал, и Найт ничего не мог сделать с причиной этого, потому что он был причиной. Он не мог полностью изменить свою личность. Он потянулся к тумбочке и взял бумажную салфетку, которой вытер щеку Эллиота. Тяжесть в груди нарастала, но он был большим мальчиком. Он мог справиться с этим.
— Прекрати. По крайней мере, мы наконец-то знаем, на чем стоим.
Эллиот энергично закивал, но, судя по всему, он прикусил щеку изнутри. Рыцарь выдохнул. Он хотел поцеловать его. Обнять Эллиота и, возможно, потом погрузиться в жар его тела, но он больше не мог этого делать. Он не смог бы втянуть Эллиота в секс, если бы уважал его решение. И он это сделал, как бы несчастлив он ни был.
— Я просто… ничего особо не изменится, понимаешь? Ты все еще можешь жить в клубе. А я помогу тебе с Фейном. Это обещание.
Эллиот снова кивнул и сделал глубокий вдох, как будто тонул и только сейчас вынырнул.
— Я никогда не отблагодарю тебя в достаточной мере, рыцарь. Он меня пугает. — Он зажмурил глаза, и Найт почти представил себе, как Фейн осыпает оскорблениями и без того раздавленного Эллиота, такого хрупкого в мире, который относился к нему без доброты.
— Я знаю. Теперь это не займет много времени, — сказал Найт и перекатил Эллиота на бок, ложась сзади. Мягкая текстура темных волос щекотал рот Найта, но он не отстранился и просто лежал на месте, счастливый доставить Эллиоту утешение. Им было слишком комфортно друг с другом, чтобы их беспокоила нагота, даже после этого неудачного разговора, но Найт ненавидел этот новый сдвиг в своей реальности.
Спина Эллиота так плотно прилегала к его груди, пока они лежали вместе в тишине. Как бы Найт жил без этого? Как он будет жить, если кто-то другой займет его место в постели Эллиота?
К тому времени, когда дыхание Эллиота замедлилось и стало поверхностным, мучения Найта закончились. Есть вещи, которые необходимо сделать, так зачем тратить энергию на другие вещи, которые нельзя изменить?
Он прошептал имя Эллиота, медленно приподнявшись на локте, но когда Эллиот не ответил, Найт на секунду взглянул на бледное, безмятежное лицо единственного человека, которому когда-либо удавалось тронуть струны сердца Найта. Не имело значения, что Найт не мог быть тем, что нужно Эллиоту — в конце концов он преодолеет себя — потому что это не меняло того факта, что Эллиот был беззащитен, уязвим и нуждался в помощи Найта. И Найт сделает все возможное, чтобы дать Эллиоту шанс на нормальную жизнь. Он хотел видеть Эллиота счастливым, даже если он не мог быть причиной его ежедневной улыбки.
После мягкого поцелуя в висок Эллиота он откатился, все еще глядя на босые ноги Эллиота на кровати, когда он приблизился к своим джинсам. Сотовый телефон было достаточно легко найти, и он смотрел на парня в своей постели, даже когда выбирал номер Чудовища для сообщения, которое собирался написать.
