Сваха

С давних пор я слыву обходительнейшей из свах, дом мой — полная чаша отменного колдовства: слов янтарный изюм, неуместных острот картечь, сонм прислужниц, снимающих горе с усталых плеч. Обещанья мои обволакивают как мёд: в каждом кроется тайна, смешинка, полунамёк; льётся сказ про невест из полуденно-диких царств. Предусмотрено всё — от походки до черт лица. От игривых кудрей до жемчужных скользящих ног — всё на совесть продумано, вписано, учтено: черемисова злость, туркестанский гневливый взор, стойкий нрав северянок иль вкрадчивый разговор аравиек-вещуний, черкешенок хваткий ум. Им сподручно в зыбучих песках пробудить самум, многоглавых болотных чудовищ спустить с цепи и словцом кружевным твою бдительность усыпить. Кроме шуток, они мне роднее законных чад: это я их учила так нежить и привечать, превращала из дерзких подростков в желанных жён: как какая ни взглянет — как будто кнутом ожжёт! Раз не смыслишь в огранке очей, в густоте волос, в час смотрин, как юнец, полагаешься на авось, так и быть, подойду и услужливо дам совет, укажу ту одну, что невдолге возьмёшь себе. Из моих мастериц она ведает больше всех: умыкнёт твою волю, как муху, затянет в сеть. Сладить с ней так же трудно, как небо согнуть в дугу, — будь щедрее, и я тебе с радостью помогу.