Секрет на двоих

      Джек лежал на спине и смотрел в потолок. В его глазах была какая-то пустота и безысходность, словно его через пять минут поведут на расстрел. Жена спала рядом, дети тоже пока не проснулись, в доме была тишина. Джек тяжело вздохнул и посмотрел на часы, восемь утра, дёрнуло же его проснуться в это время. Сегодня было воскресенье, завтра ему нужно было отправляться на работу. И если бы другие расстроились из-за этого, то Джек радовался как ребёнок красивой игрушке.       В его семье давно был разлад, пару лет назад Розмари словно подменили, она начала пилить его целый день. И её он не любил, и детей, и уже нашёл себе три любовницы за раз, и вообще он как-то изменился. Джек пытался как-то наладить отношения, но жена даже не думала слушать, на каждое его слово она находила десять. В итоге они стали ссориться почти каждый день, Розмари не нравилось что её муж постоянно пропадает на работе, а ведь это время можно было провести с семьёй. Джек объяснял ей несколько раз, бизнес так не работает, но женщина лишь отмахивалась.       Он просмотрел в потолок ещё пять минут. Завтра выходные закончатся, завтра понедельник, завтра он уйдёт из дома на работу и там его никто не достанет. Можно будет отдохнуть от истерик Розмари, начать дышать спокойно. К тому же там будет его друг Феликс, с ним можно будет обсудить всё это, у него ситуация была похожая. Кажется, их жёны сговорились и решили свести их с ума скандалами и истериками. А может быть так и было, ведь Линда и Розмари были лучшими подружками.       Когда на часах засветилось «09:00» проснулась жена Джека, она потянулась и покосилась на мужа так, словно он был в чём-то виноват. День только начался, а на него уже спустили всех собак.       — Снова будешь весь день торчать за бумажками?       — И тебе доброе утро.       Она фыркнула и встала с кровати, накинула халат. Джек остался лежать, ему не хотелось ничего делать, ни сидеть за бумагами, ни идти завтракать, ничего. Какой-то упадок сил, противное чувство. Все эти ежедневные склоки все соки из него выжимали.       — Хоть бы с детьми посидел.       — Они уже достаточно взрослые чтобы занимать себя сами. Я же не могу постоянно ходить за ними и вытирать сопли.       От этих слов жена скривилась так, словно Джек в один момент отказался и от неё, и от детей, и вообще от всего на свете, ещё и оскорбил всех разом. А ведь дети у них были действительно взрослые и самостоятельные, и вообще с большим удовольствием проводили время сами с собой, нежели с родителями. Все дети с возрастом становились такими, отдалялись от предков, начинали увлекаться чем-то. Вот только Розмари этого, кажется, не замечала, и поэтому требовала чтобы Джек играл с Эдом, Молли и Софи, хоть последней уже было семнадцать. Тяжело ему было в своей семье, очень тяжело.       — Думаешь, если они выросли то им не нужна родительская любовь?       — Родительская любовь, а не контроль и постоянная слежка как за младенцами. Не думаю что они обрадуются такому.       — Да ты просто нашёл себе на стороне, вот и не хочешь с нами контактировать!       Она вышла из комнаты демонстративно хлопнув дверью, Джек прикрыл глаза и сжал одеяло. Сейчас ему хотелось просто взять и уехать куда-то в глухой тёмный лес, не видеть ни жену ни детей, вообще никого и ничего, просто хотелось тишины и покоя. Может, действительно любовницу завести?       Полежав ещё немного Джек всё же встал с кровати, побрёл на первый этаж. Хотелось есть, а ещё сегодня нужно было разобраться с документами ресторана. Бизнес Джека был довольно успешен, он приносил деньги, вот только Розмари не хотела чтобы муж постоянно работал. Явно не понимая, что бизнес не может работать сам по себе. А Феликс там один не справится, нет у него такой хватки как у Джека.       Жена уже готовила на кухне и выглядела она раздражённой. Лучше было её не трогать, иначе любой лишний звук мог спровоцировать скандал огромных масштабов. Джек просто прошёл в ванную, умылся, посмотрел на себя в зеркало. Под глазами были мешки, волосы растрепались, да и вообще выглядел мужчина так, словно не спал пару дней. Скандалы абсолютно вымотали его. С кухни уже пахло готовым завтраком, было слышно как проснулись дети, в доме началась суета. Всё это порядком надоело ему, хотелось тишины и покоя. Но кажется, это ему не светит.       Завтрак, на удивление, прошёл спокойно, дети сказали «спасибо» и ушли в комнату. Розмари стояла у раковины и мыла посуду, её лицо было такое же напряжённое и недовольное. Джек ждал когда она закончит чтобы помыть свою тарелку, не хотелось напороться на порицание, но женщина повернулась и выхватила из его рук эту злосчастную тарелку.       — Если ты так не любишь нас, то уходи к своей любовнице. Какая она там у тебя уже по счёту?       — Я тебе уже говорил, у меня нет никого кроме тебя и детей.       — А твой дружок? Вот только не говори что вы ведёте светские беседы о политике.       — Мы не ходим по борделям, если ты об этом.       — А почему тогда ты оправдываешь именно это?       Она победно посмотрела на него, словно застала в постели с другой женщиной. Джек лишь закатил глаза и направился в кабинет. Нужно было просто пережить этот день, а завтра уже спокойно отдохнуть на работе.       — Значит я права! И ты изменяешь мне!       Розмари кинула вслед мужу полотенце. Он развернулся, поднял его и повесил на спинку стула. После этого продолжил путь в кабинет. Женщина ещё много и долго ворчала, нарочно громко топала и ставила тарелки, просто чтобы муж понял что он не прав и вообще как он смеет вести себя не так, как хочет Розмари. Джек же просто попытался сконцентрироваться на всяких договорах и квитанциях. Просто пережить день. А дальше спокойствие.