Преуспеяние

Первую чашу, как водится, пьют за раненных; время стирает пылинки со стрел и сабель. Шли, как один, за великим преуспеянием — не было места в рядах молодым и слабым. Зелено в поле и в небе от стягов с вышивкой: белая вазь, зёрен бисера сложный росчерк, пышут огнём девяносто имён Всевышнего, девять последних свиваются в жерле строчек. Я не пророк, но уверен был с первых вылазок: город отдаст свою кровь — от мещан до знати; площадь проснётся, костями что шёлком выстлана, вихрем голодным ворвётся завоеватель. Много прошли мы и множество храмов видели: роскошь убранств, мерный танец паникадила; в кованых ризах сияли чужие идолы, сладкий дымок вился томно и нерадиво; свечи сочились медвяным елеем, патокой, свод пламенел от бездушно-точёных фресок. Отче, мне сроду неведомо чувство такта, и я, может быть, неоправданно зол и резок. Ты человек многих знаний и добродетелей, сам поразмысли: спасёт ли тебя твой статус? Полно креститься, творца призывать в свидетели. Будь ты хоть трижды по трижды маститый старец, этот собор будет нашим к исходу месяца, серп вознесётся на куполе восьмигранном. Я подарю тебе жизнь на правах наместника, век свой — клянусь! — доживёшь под моей охраной. Много ли проку в молитвах твоих заученных, в лживых слезах — опротивеет нам обоим. Если хотел умереть, как великомученик, вот моя сабля, разделайся сам с собою. Пляшут хоругви над городом с новым именем, небо — колодезь, чьё донце синей сапфиров... крест золочёный срывается жёлтой иволгой, падая наземь под стены Айя Софии.