Roundtale

      Оглядевшись, Бараш понял, что он в лаборатории! Осматриваясь и осторожно пройдя вперёд, он испуганно икнул, когда увидел гигантский телевизор, на котором было изображено как он идёт.       — Эй! Вы следите за мной? — Крикнул он, но никто ему не ответил.       Проходя всё дальше вглубь помещения, Бараш вдруг споткнулся обо, что-то и упал.       — Да, что же это такое?! — За возмущался он и откинул валявшийся пакетик лапши ручкой зонта.       — А это мой друг – «Шоу Кар-Карыча»! — Вдруг, пробив стену, вышел робот ворона размахивая микрофоном.       — ААА! — Заорал Бараш и отпрыгнул назад.       — Найн! Ты сломать мою лаборатория! — К роботу подбежал пингвин в лабораторном халате зло размахивая крыльями. — Ты знаешь, как долго это всё восстанавливать?!       — Ничего не знаю! Появление звезды всего подземелья Кар-Карыча должно быть эффектным! — Ворон встал в шикарную позу.       — Меня не волновать твой глупый шоу! Ты сломал стену моего дома!  — Пингвин попытался дотянуться до его спины, но тот уклонился. — Мне это надоело! Глупый робот! Пока я не восстановить свой лаборатория, ты посидишь в отключке и подумаешь над своим поведением!       — Отпусти меня, старый невежа! Искусство требует жертв!       Потасовка между роботом и учёным стала накаляться, и Бараш тихонько обошёл их, прикрываясь открытым зонтом и вышел из лаборатории. А перед этим взял с рабочего стола, стоящего возле выхода телефон.       Вокруг было жарко. Раскалённый воздух поднимался с океана лавы разлитого внизу. Под копытами шуршал оранжевый песок. Вокруг раздавался шум различных механизмов, встроенных прямо в землю. То и дело из песка наружу поднимались трубы с которых струился дым.       Часто оглядываясь, Бараш шёл дальше. Он не мог не отметить, что этот город выглядел более устрашающе чем предыдущие два.       Но вдруг ему позвонил телефон и смешарик взял трубку.       — Привет! Я Пин. Извини, что не успел представиться. Спереди тебя ждать лазеры. На синие – тебе нужно стоять, на оранжевые двигаться. Или тебя поджарить как шницель! До связи!       — Так ты следишь за мной?!  — но пингвин уже сбросил трубку.       Впереди и вправду по узкой тропинке двигались несколько устройств излучающие синие и оранжевые линии.       Собравшись, Бараш принялся пробираться через них. Со стороны его попытки уклониться от опасных лазеров выглядели как танец. Как танец от очень плохого танцора.       Чуть не подпалив себе всё, что можно, баран упал без сил, перед этим отойдя подальше от тропинки.       — Йа – йа! Молодец! — Послышалось из телефона. — Продолжай в том же духе! — И трубку снова сбросили.       Немного полежав и подумав, как его угораздило во всё это ввязаться, Бараш встал и неторопливо зашагал дальше.       По крайней мере шагал пока его копыта не ступили на самодвижущуюся дорожку на которой смешарик мог размышлять о бренности бытия не перебирая конечностями.       Но к сожалению, через пару минут она закончилась и Барашу пришлось идти на своих двоих.       — Эй! А ну той! — Вдруг кто-то крикнул.       На встречу Барашу шли оранжевый кот и зелёный медведь.       — Король велел арестовать тебя! — крикнул медведь.       — Вы, что, издеваетесь надо мной?! — Заблеял смешарик. — Почему все меня здесь пытаются задержать?! Чем я заслужил такое наказание?!       — А ну иди сюда! У нас нет времени выслушивать твои жалобы!       Кот с медведем начали приближаться, только это было зря. Бараш встав на четыре копыта, с яростью в глазах забодал неприятелей и побежал дальше.       Так он и бежал, не замечая ничего вокруг, пока не врезался головой в рояль.       — Привет, мой старый друг! Сейчас я сыграю тебе «Песню о любви»!       После этого по всему помещению стала раздаваться песня и бодрая игра на рояле пока Бараш без сил считал звёздочки под роялем.       Придя в себя, он всё же поднялся. Его окружала декорация ночного города.       — Ну, что же. Песня закончилась! А теперь время главного шоу!       Вдруг пол под Барашем провалился и тот упал. Только теперь не на ромашки, а на жёсткий оранжевый песок. После в образовавшуюся дыру пролезла голова Карыча.       — Теперь тебе надо пройти полосу испытаний. Удачи! — И головы ворона будто и не было.       Впереди смешарика ждала очень длинная дорога на которой было множество разноцветных квадратов.       — А какие правила? — Крикнул он, но ему никто не ответил. Только когда он посмотрел наверх и увидел таймер, то понял, что единственное правило здесь – выжить.       Последующие несколько минут его кусали пираньи, плавающие в синих квадратах, било током, проскальзывало, щипал глаза апельсиновый сок и это только начало. Но как бы Бараш не старался, у него, так и не получилось дойти до конца и с окончанием таймера его окружила огненная стена.       — Не бойся! Я тебя помочь! — Раздалось голос из телефона, и стена исчезла. — Можешь не благодарить!       — Хватит за мной наблюдать! — Но трубку снова сбросили.       Тогда уставший Бараш пошёл по уже неработающим квадратам дальше. И шёл, и шёл пока не дошёл до отеля.       Там было очень тепло и красиво. Звучала красивая музыка, гуляла множество смешариков, а также пахло вкусной едой.       Вытерев слюни и проскулив себе под нос как его достало это подземелье с высокими ценами на еду, он быстро вышел из отеля и очутился в очень странных коридорах. Повсюду были провода, лампочки, где-то вдалеке слышался звук лазеров. Но к счастью Бараш нашёл лифт и поехал наверх. Когда он вышел, его ждал тёмный проход рядом с лифтом – туда он и зашёл.       — Ну здравствуй! — Снова раздался голос Кар-Карыча а после звук рояля. — Мы со зрителями как раз тебя ждали!       — Не сомневался. — Пробубнил баран.       — И теперь мы побьём все рейтинги!  — Ворон сделал выразительный рояльный звук. — Что ты умеешь делать, мой друг?       — Что умею? — Бараш почесал голову. — Я умею писать стихи!       — Лучше бы ты умел писать музыку! — И робот принялся Громко долбить по рояле создавая мелодию. — Как я!       — Что?! — Возмутился Баран. — Да мои стихи в тысячу раз лучше твоей музыки!       — Неа! — Карыч даже прикрыл глаза наслаждаясь своей музыкой.       В это время Бараш в сердцах пнул копытом и пошёл прочь. Так пройдя по коридору, бурча как мир несправедлив к поэтам, он зашёл в лифт и поехал наверх.