Не столь различны меж собой

Если подумать, то не так уж мало вещей объединяло всех пятерых братьев Тирапаньякул. Безусловно, принадлежность к одной из самых влиятельных и богатых семей в регионе накладывал свой отпечаток. Все братья выделялись из толпы и каждый по своему. Танкхун - веселый нрав Кинн - тяжелым взглядом Ким - артистичностью Вегас - жестокостью Макао - неуклюжестью И вроде такие разные, но в то же время были общие черты. Первое, что неоспоримо объединяло всех, это налёт вселенского одиночества. Ни у кого из братьев не было близких друзей, в обычном человеческом понимании этого слова. И если Вегас даже не пытался их завести, то Кинн, как вечный антипод, делал тщетные попытки. Так в его жизни появились Те и Тайм. Возможно, последние и считали Кинна другом, то он же воспринимал их как ширму для иллюзии наличия друзей. Вегас сначала недоумевал каким это образом эти двое оказались в окружении Кинна, но в один из дней, когда Кинн просто забыл о них, всё встало на свои места. Макао всегда отличался умом и прекрасно понимал, что с ним не хотят общаться из-за его старших братьев в целом, и Вегаса в частности. Да и природная спесь, которая всех людей ставила на ступеньку ниже, так же мешала дружбе. Ким не так уж далеко ушел от Макао. Оба младшие дети своих ветвей, оба находящиеся в тени своих братьев, оба не умеющие ценить людей вокруг. И оба прекрасно знали, что старшие братья ради них порвут кого угодно с максимальной жестокостью, хладнокровием и оригинальностью. Глядя на Танкхуна, сложнее всего поверить в одиночество. Вечно в движении, окруженный людьми, привлекающий внимание, шумный, веселый. Пожалуй, только близкие люди видели и понимали, какая сильная пустота в том месте, которое называется «душа». Желая сбежать от себя, от своих мыслей он устраивал бесконечные вечеринки и окружал себя бесчисленным количеством людей, при этом не помня как зовут примерно каждого. Второе, что объединяло братьев, это отношение к похищениям. Все пятеро искренне ненавидели всё, что связано с похищениями, хоть и каждый по своему. Принадлежность к семье давала о себе знать. Каждого из них похищали и не раз, и не два. Можно было бы подумать, что самые тяжелые последствия были для Танкхуна, но нет. Он просто перестал притворяться, что ему нужна толпа людей рядом с ним. Закрылся дома, так как не видел повода выходить на улицу и с кем то заставлять себя общаться. По мнению семьи, хуже всего, одно из похищений, перенес Ким. Примерно месяц он не мог ничего говорить: от пережитого стресса и страха голос просто пропал. Танкхун тогда сутками сидел рядом, напевая песенки и обнимая, пока слезы не высыхали и Ким не засыпал, чтобы через пару часов проснуться и опять проживать пережитый кошмар. Когда голос вернулся, оказалось, что у Кима прекрасный слух и голос. Чтобы отвлечь сына от ночных кошмаров, Корн по быстрому соорудил звукозаписывающую компанию. И вот Ким превратился в Вика, отрастил волосы и условно отошел, но не очень далеко, от дел семьи. Кинна так же похищали, но как наследника клана особо и не трогали физически. Кинн не любил истории с похищениями по простой причине. После каждого эпизода приходилось топить Бангког в крови, а он не настолько уж и кровожадный. Если Танкхун, Кинн и Ким точно знали, что их обязательно спасут, то Вегас и Макао не могли быть в этом уверены. Кан никогда не отличался любовью к сыновьям, и если старший еще представлял хоть какую то пользу, то младшего считал лузером и неудачником, который только портит генофонд семьи. Однажды, когда группировка из Китая похитила Макао, он даже пальцем не пошевелил, чтобы его спасти. Вегасу тогда сильно досталось за то, что он в порыве отчаяния пришел к дяде с просьбой помочь спасти брата. Вегасу же было плевать на честь семьи, на побои, всё чего он хотел, чтобы его брат вернулся домой целым и не вредимым. Было еще кое что, что объединяло братьев. Каждый раз, когда Танкхун неизменно плаксивым голосом, говорил: «мне скучно», братья вздрагивали. Они то прекрасно понимали, что честь его развлекать достанется им. Не так уж они были против повеселиться, но порой, и это признавали даже сами братья, это переходило все возможные границы. Вот и сейчас, находясь в одном из элитных клубов Бангкога, Танкхун скучающим взглядом обводил всех вокруг. Двое были рядом с барной стойкой: один мешал, другой пил. Трое танцевали, переплетя тела и руки, в самой гуще людей. Один пел со сцены, второй восторженным щенком смотрел на него и слушал каждый звук. Еще двое сидели в кресле, один на коленях другого, о чём-то тихо переговариваясь, посмеиваясь, попивая вино из одного бокала. Ещё двое вроде стояли рядом, но их больше интересовало, что там написала какая-то звездуля. А еще один просто смылся домой, видите ли у него экзамены. Да-да, рассказывай. Надо будет потом узнать, кто это за экзамен такой. Ну и что это такое? Все забили на своего любимого старшего брата? Не бывать такому. Поэтому, надо действовать. Пошел и выдернул из розетки провод для гитары Кима. Ну и нечего так злобно смотреть, ничего ты мне не сделаешь. Потом подошёл к стойке бара, выхватил коктейль из рук Кинна, выпив залпом, сказал «за мной». Далее подошёл к креслу и попинал ногу Вегаса. Если бы взглядом можно было бы убивать, то от Танкхуна бы остались только рожки да ножки. Что касается людей на танцполе, то Танкхуну было на них плевать, к ним он даже и не думал подходить. - Что-то случилось? - у всех крутился данный вопрос, и даже не в такой вежливой форме, но озвучил его дипломатичный Пит. - Мой милый Пит, вот только ты меня и любишь. - На хуй иди, ни хера он тебя не любит. - Ой не злись, нервные клетки не восстанавлияваются - Танкхун, в чём дело? - конечно, все хотели вернуться ко своим делам, так что терпение было на исходе. - Ну как что, мне скучнннааааааа! - Бля, только не это. - о, да. Братья отлично помнили времена, когда они учились в школе. И как после такого же «скучннааа» у школы стало на один кампус меньше. Ну а что, запускать салют в классе весело же. Одно радует, никто тогда сильно не пострадал. Или вот случай в аэропорту, когда Танкхун по секрету сообщил старшему бортпроводнику, что, кажется, вроде как, вполне возможно, вот у того пассажира, видел огнестрельное оружие. И таких историй две мили в длину. Можно было бы, конечно, отказаться веселить его, но это только в теории. Еще никто не уходил от желания Танкхуна веселиться. И да, уговаривать он умел. - И что? - Вегас уже попрощался с идеей просто посидеть в обнимку с Питом. - Пойдемте в вип-зону, там и расскажу - Слушай, тебе же сказали - там сегодня гуляют детки банкиров. - И что? Выгоните их. И что теперь спрашивается делать? Если Танкхун что то вбил себе в голову, то переубедить его уже невозможно. Трое смотрели друг на друга, как будто мысленно решая, что делать дальше. И каждый думал, надо было валить раньше. - Ну что, как в старые добрые времена? Никто не хотел идти прогонять деток, но кому то всё равно придется. Идти всем вместе не спортивно, так что - камень, ножницы, бумага. Выиграл Вегас, а значит ему и идти. Схватив Пита за руку, пошёл в сторону вип-зоны. Кинн вернулся к барной стойке и стал собирать напитки, которые стоило отнести к ним в вип-зону. Ким же подошёл к Порче и просто крепко зажал ему уши руками. Да-да, у всех были свои методы решения проблем. Кинн бы дал денег, марать руки об мажоров он не хотел. Ким бы просто выдал билеты на свой концерт и пропуск за сцену. А Вегас, ну Вегас решал всё с помощью пистолета. Хотелось бы верить, что Пит может его образумить, но не зря же они идеально подходят друг другу. Прозвучавший выстрел никого не удивил, как и удирающие молодые люди. - И дальше что? - А дальше, будем пить и развлекаться. Пошли, всем должно быть весело!