Вдох

Звонок телефона нарушил приятную утреннюю идиллию, заставив Хордака нехотя вытащить голову из под одеяла и оглядеться в поисках телефона. Глаза, не привыкшие ещё к яркому солнцу за окном, шторку которого он не удосужился закрыть вчера, нечётко осматривали периметр кровати. Сонная пелена, не желающая рассеиваться, усложняла задачу в разы, поэтому парень обессиленно рухнул лицом обратно на подушку. Мелодия прекратилась, и он вздохнул с облегчением, не слыша больше раздражающего звука. Голова и без него порядком раскалывалась. Но тишина продлилась недолго. Телефон снова завибрировал где-то на расстоянии вытянутой руки, и громкий припев песни "Tonight is the night i die" в очередной раз жестоко разрезал тишину воскресного утра. Злобно прорычав в подушку, Прайм нащупал сотовый где-то под одеялом и, не глядя, принял вызов, прислонив телефон к уху. – Утречка, Хордак! – раздался бодрый голос из динамика, что заставил парня тут же отлепить себя от кровати и озадаченно взглянуть на настенные часы. "Чёрт! Без десяти десять…" – Я тебя разбудила? – на этот раз фраза звучала как-то виновато, за что Хордак тут же мысленно влепил себе пару подзатыльников за несобранность. – Нет-нет, что ты? – тут же залепетал он, всю сонливость как ветром сдуло. Прайм устало потёр глаза и оглядел комнату. Он отчётливо помнил, как вчера после ухода Энтрапты закинулся таблетками и лёг спать. "Неужели проспал почти сутки?". Взгляд зацепился за рядом стоящую капельницу. "А, нет. Кажется, всё-таки ещё вставал…". В голове стояла муть. Остаточные реакции от лекарств знатно тормозили его мозговую деятельность. Если бы вчера он вовремя сообразил, что сегодня будет чутка не в состоянии, то перенёс бы их встречу на другой день. Однако, переносить что-то было уже поздно. – Отлично! Я как раз уже почти подошла к твоему дому. Впустишь? – Д-да, конечно, – неуверенно ответил Хордак, и тут его словно током ударило, заставив тут же повесить трубку. – Твою мать! – выругался он, рывком вставая с постели и стараясь максимально удерживать равновесие. Дальше всё было как в ускоренной съёмке. Он принялся собирать с пола вещи, которые благополучно скинул с себя вчера прежде, чем завалиться на кровать, и утащил их в ванную в корзину с грязным бельём. Вернулся обратно, собрал все таблетки с тумбочки, стола, пола и, чёрт побери, даже с подоконника, не до конца понимая, что они вообще там делали, и сунул в нижний ящик шкафа, ко всей остальной своей домашней "аптеке". Капельницу задвинул в небольшой проём между шкафом и стеной, прикрыв плотной шторой. Ловкими движениями застелил постель и уже хотел двинуться в душ, когда на всю квартиру, как гром среди ясного неба, раздался дверной звонок. "Не успел…" Прайм уже дошёл до двери и коснулся ключа, когда осознал одну вещь. Он щеголял по дому в одних труселях. Одёрнув себя и легонько постучав кулаком по лбу, схватил из шкафа первые попавшиеся вещи, которые хоть как-то скрыли бы то, что не хотелось показывать, оделся с горем пополам и, наконец, открыл дверь. Дрил встретила его фирменной улыбкой, от которой вновь неровно затрепетало сердце. Однако, почти тут же её приветливый взгляд сменился заинтересованным, и она забавно, по-птичьи, склонила голову набок, с лёгким удивлением рассматривая его лицо. Причина такого внезапного интереса дошла до него далеко не сразу, но когда дошла, хотелось захлопнуть дверь перед носом любопытной девушки и уехать в другую страну. Но не стал делать ничего из этого, понимая, что уже всё равно поздно. Он был без привычной маски на лице, и свитшот, который был накинут наспех, не подумав, не прикрывал бледную шею от слова "совсем ". Хордак тяжело сглотнул образовавшийся в горле тугой ком, ожидая реакции и шквала вопросов, на которые отвечать не хотелось. Энтрапта была первой, кто увидел его вот так, без дополнительной защиты, что скрывала ярко-синие витиеватые полосы на коже. Это был его страшный секрет, который он хранил половину своей не особо длинной жизни и планировал утащить с собой в могилу. Хотя ещё было неизвестно, кто кого туда утащит быстрее… Девчонка разглядывала его очень внимательно, будто запоминая каждую новую деталь. С лица медленно переключилась на шею, испещренную синими "ветками". Линии действительно местами очень были похожи на ветки деревьев с многочисленными маленьким ответвлениями. Она на мгновение нахмурилась, но это было настолько милисекундно, что никто другой, кроме самого Хордака, пристально наблюдающего за её реакцией, не заметил бы. Потом неожиданно для него она оглядела его целиком и, улыбнувшись, встретилась с ним глазами. – Кажется, я тебя всё-таки разбудила, – мягко подытожила она, отчего челюсть парня чуть с полом не поздоровалась. Он ожидал любой реакции, но явно не этого. Было как-то слишком…просто? Или она решила пока не затрагивать эту тему, анализируя всё самостоятельно. В любом случае, он был весьма благодарен, потому что голова всё ещё соображала туго, и он вряд ли бы нашёлся с объяснениями, которые хоть чуть-чуть были бы похожи на правду. – Да-а-а, – протянул Хордак, слегка качнув головой и поджав губы. – Извини, забыл поставить будильник, – он отошёл, впуская её в дом и закрывая дверь. – Дашь мне полчаса? – она спокойно кивнула, разуваясь и проходя в гостиную. – Спасибо. Будь как дома, всё в твоём распоряжении, – с этими словами парень взял в комнате чистое полотенце и скрылся за дверью в ванной. Энтрапта задумчиво уселась на мягкий диван, уставившись в одну точку. Из головы никак не выходили открытые участки кожи одногруппника, что доселе были никому не видны, и мысли, к которым приводило увиденное, были далеко не утешительными. Можно было бы, конечно, предположить, что это была тату, если бы не одно "но". Ни одна тату не будет так выпирать. Никогда. Эти линии были слишком объёмными, и надо быть просто редкостным идиотом, чтобы не догадаться сразу, что это вены. Но почему такие яркие и выпуклые? Дрил знала лишь одно заболевание с подобным эффектом, но знала о нём ничтожно мало, а если точнее, то ничего. Даже названия не помнила. Слышала как-то об этом из уст Мермисты, что готовила эссе по редким заболеваниям сердечно-сосудистой системы, и отчётливо запомнила только этот признак, за что сейчас безумно себя корила. Однако, быстро успокоила себя мыслью о том, что ещё обязательно узнает у подруги, что же это за болезнь такая. Если, конечно, Хордак не сознается сам, что было маловероятно. Не так просто ведь он это скрывает. "Красивый, кстати" Неожиданно для самой себя вдруг подметила девушка, вспоминая точёную линию подбородка, аккуратные тонкие губы и изящный ровный нос. Вид портили лишь болезненно впалые щёки и мешки под глазами. "Он ведь, наверно, не завтракал…" Кивнув своим же раздумьям, Энтрапта двинулась на кухню. В готовке она была не особо сильна, но горячие бутерброды сделать могла на раз-два. Благо, в холодильнике оказались все нужные продукты. Нарезав батон, ветчину и сыр, девчонка максимально аккуратно принялась смазывать кусочки хлеба майонезом, чтобы сильно не крошить, после чего положила мясную нарезку и накрыла всё это дело сверху сырными ломтиками. Огляделась в поисках микроволновки и, заприметив ту на подоконнике, сунула туда тарелку с бутербродами на минуту, периодически поглядывая на состояние сыра. – Ты чего делаешь? – раздался за спиной удивлённый голос, заставив девчонку едва заметно вздрогнуть. – Я-я просто решила приготовить завтрак. Подумала, что ты, возможно, голоден, – в подтверждение своих слов она аккуратно достала горячую тарелку с аппетитно пахнущими бутербродами из микроволновой печи и поставила на стол. – Чай или кофе? Дрил, наконец-то, подняла свой взор на Прайма. Он стоял в дверном проёме со сложенными на груди руками, деловито облокотившись на косяк. Одежда на нём уже была другая. Свитшот сменила привычно чёрная водолазка с длинным рукавом и высоким воротником, закрывающим шею, а вместо домашних треников - тёмные джинсы. Просто и мрачно, как всегда. Только вот маску на лицо он так и не надел, и Энтрапта мысленно обрадовалась этому пусть и небольшому, но всё же доверию. – Я обычно не завтракаю, – ровным голосом заявил парень, на что она неловко закусила губу, опустив глаза. – Но, признаться честно, сегодня почему-то очень голоден, – уже мягче добавил он, на что она тут же улыбнулась. Он даже не сразу понял, что уголки его губ тоже приподнялись в улыбке. – Так, чай или кофе? – вновь повторила вопрос Дрил. – Сядь. Это уже моя забота. Всё-таки я хозяин, как никак, – взяв бразды правления в свои руки, Хордак направился к посудному шкафчику. – Так, чай или кофе? – с ухмылкой спародировал он её же вопрос, на что услышал тихое хихиканье. – Не откажусь от чая, – присаживаясь на кухонный угловой диван, ответила девушка и молча начала наблюдать за одногруппником. Он, не оборачиваясь, кивнул и открыл верхний шкаф с кружками. Достал большую и её личную маленькую кружки, в одну опустил пакетик смородинового чая, в другую - насыпал три чайные ложки кофе с горкой, от чего Энтрапту аж передёрнуло. "Это же дико горько…". Но для него это, вероятно, было обыденностью, поэтому она лишь сохранила это в памяти, как ещё один факт о скрытном Хордаке. Крепкий кофе. Он залил всё это дело кипятком и с осторожностью перенёс на обеденный стол. Достал из другого шкафчика сахарницу и поставил перед гостьей, которая тут же намешала две ложечки кристаллического вещества себе в чай, и они приступили к трапезе. Ели молча. Только, если Прайм, увлечённый какими-то мыслями, обращал внимание исключительно на еду, то Дрил, буквально, чуть ли не светилась от счастья, в открытую наблюдая за каждым действием парня, будто в том, что он ест, было что-то сверхъестественное. Хотя, если учесть, что он ел при ней впервые, можно и так сказать. – Пялишься, – спокойно заявил Хордак, всё так же не поднимая головы, отчего пурпурные глаза напротив судорожно забегали по кухне, а щёки залились лёгким румянцем. – И-извини… Когда с завтраком было покончено, Прайм поблагодарил девушку, собрал посуду и принялся её мыть. Энтрапта, сказав, что ей надо в туалет, вышла в коридор и, дойдя до нужной двери, вдруг остановилась. Дверь в незнакомую комнату слева была приоткрыта. Долго думать не пришлось, чтобы понять, что это его личная обитель, и интерес вновь взял над ней вверх. Она с особой осторожностью заглянула внутрь. Обычная на вид, ничем не примечательная спальня: шкаф у окна, напротив у стены двуспальная кровать с тумбочкой, рядом комод. У стены, возле шкафа стоял большой письменный стол, где царил относительный порядок. Навесная полка над столом была целиком и полностью забита книгами, как научной, так и художественной литературы. Рядом со столом стояла большая передвижная доска для заметок, на которой висели какие-то чертежи, наблюдения и схемы. "То, над чем работает сейчас?". В попытках рассмотреть всё поближе, Дрил случайно задела одну из папок на столе, и та благополучно полетела на пол. Несколько листов из неё разлетелись содержимым вниз, и девчонка, чертыхнувшись, принялась тут же ликвидировать устроенный беспорядок. Однако, стоило ей поднять и развернуть первый лист, удивлённый вдох сорвался с её уст. Это был рисунок с…ней? На нём Энтрапта была изображена со спины, сидя вполоборота и скучающе подпирая голову рукой, что-то писала в тетради. На втором - уже в профиль, усердно смешивала жидкости в колбах. На третьем - не то на что-то злилась, не то обижалась, нахмурив бровки и поджав губы. На четвёртом - кому-то махала, искренне улыбаясь. Все рисунки были нанесены лёгкими штрихами, словно рисовались с особой нежностью, отчего у девушки тут же сбился сердечный ритм. Сейчас в её руках то, как Хордак видел её своими глазами. Как акцентировал внимание на каких-то отдельных деталях или частях, которые, вероятно, ему больше всего нравились. С какой точностью и живостью были прорисованы её эмоции. И только потом до неё дошло, что все эти фрагменты - события прошедшей недели. Вот она задумалась после объявления о конкурсе, а здесь они вместе работали над лабораторной во вторник. Тут обиделась на него в четверг, когда он проигнорировал её просьбу вместе прогуляться до столовки, а этот… Вероятно, это было вчера, когда она улыбалась ему, стоя на пороге. "Поразительно! Когда он успел всё это запечатлеть? Или слишком фотографическая память?" На лице сама по себе растянулась мягкая улыбка, а щёки зарделись. Какое-то незнакомое чувство приятно шевельнулось в груди и ускорило и без того уже сбившийся пульс. Он думал о ней. Рисовал её. Был с ней вежлив. Но почему? Зачем ему всё это? – Кто разрешал тебе сюда входить? Строгий голос вывел Дрил из раздумий, заставив поднять на хозяина комнаты испуганный взгляд и виновато поджать губы. Прайм стоял в паре метрах от неё, тяжело дыша и напряжённо сжимая кулаки. Он держался изо всех сил, чтобы не накричать на неё и не высказать того, о чём потом будет жалеть. Он терпеть не мог такое вмешательство в его личные пространство и вещи, но в то же время успокаивал себя мыслями о том, что это всего лишь Энтрапта и ей можно. Но с какого перепугу ей можно? С каких пор он делает для кого-то поблажки? "Она просто слишком любопытная. Ты не можешь её в этом винить." Вякнул внутренний голос. Но убедить этим себя не удалось. Не аргумент. "Тогда, может, потому, что ты слишком влюблён в неё, чтобы что-то запрещать или делать больно? Снова…" Он невольно глянул на загипсованную руку девушки и в очередной раз захотел исчезнуть. Просто исчезнуть, словно его никогда и не существовало. А ещё лучше - не появляться на свет и вовсе. Чтобы больше не причинять ей боль. Чтобы не задыхаться сейчас от чувств, у которых никогда не будет будущего. Чтобы просто не существовать… Хордак глубоко и судорожно вздохнул, прикрыв глаза и успокаивая нервы, и присел на корточки рядом. Молча собрал оставшиеся листы, аккуратно забрал уже увиденные из смуглых ладоней и сложил всё обратно в папку, не глядя на девчонку, что прожигала его сейчас своими до умопомрачения красивыми глазами. Его движения не были резкими и не сквозили злостью, наоборот, были весьма сдержанными, и Энтрапта это видела. Но никак не могла дать логическое объяснение на то, почему ещё минуту назад он чуть ли не метал в неё молнии, а сейчас был так спокоен. Ещё одна загадка, на которую надо найти ответ. Прайм встал, убрал папку на верх книжной полки, подальше от любопытной особы и направился к выходу из комнаты. – Прости! – всё же молвила Дрил, чувствуя за собой вину. – Я не хотела ничего плохого. Просто стало… – Интересно, – ровным тоном ответил за неё парень и, усмехнувшись, обернулся. – Знаю. Собирайся! Нам пора выдвигаться, – он удалился из комнаты, оставив девушку одну на полу. Она поднесла руку к груди слева, всё ещё не понимая, почему так колотится её сердце. Почему голос одногруппника заставлял мурашек табунами бегать по коже? Почему он отнёсся к ней с пониманием? Почему так добр? "Почему…?"

***

Если б хоть кто-то из них знал, что хорошая погода так резко сменится дождём, то они явно не стали бы задерживаться на полчаса в каждом магазине в поиске наиболее подходящих для проекта деталей, которых, по словам Энтрапты, не оказалось в её мастерской. Хотя, если бы они чуть меньше времени провели в последнем из них, то, вероятно, успели бы. Сильный ливень застал их уже не середине пути, и им пришлось спрятаться в ближайшей беседке парка, по которому они решили сократить путь. Пришлось немного пробежаться, и хитрым каплям хватило жалких секунд на то, чтобы намочить двух молодых людей с ног до головы. Хордак сидел на деревянной скамейке напротив девушки, прожигая взглядом дождевую завесу. Из-за принятых вчера лекарств температура его тела ещё держалась повышенной, поэтому особого холода он не чувствовал. Чего явно нельзя было сказать о его спутнице. Он медленно перевёл на неё взгляд. Дрил обхватила себя руками и мелко дрожала, сжимая губы в одну тонкую линию и, видимо, изо всех сил стараясь не стучать зубами от холода. Одета она вновь была чересчур легко, вероятно, в очередной раз понадеявшись на погоду. Его невольно передёрнуло, стоило ему только представить, как ей сейчас холодно. – Я-я в п-п-по-по-рядке – еле как выговорила Энтрапта, видимо, поймав на себе его обеспокоенный взгляд. – Ну да, так я и поверил, – саркастично бросил Прайм и снова принялся разглядывать дождь, кроме него, всё равно больше ничего не видно. Девчонка, всё так же дрожа, оглядела одногруппника, который облачился в свою привычную "броню" и с завидной невозмутимостью переносил непогоду. Поняв, что снова пялится, она тут же поспешила отвести взгляд и уставилась на пол, который, несмотря на крышу, всё равно безбожно намокал. Разумеется, Энтрапта уже сто раз отругала себя за недальновидность и беспечность. С мыслями о встрече с Хордаком она напрочь забыла заглянуть в свой чудо-прибор и проверить погоду, и сейчас, продрогнув до мозга костей, мечтала, чтобы ливень, наконец, закончился. В какой-то момент из-за очередного холодного порыва ветра Дрил передёрнуло так, что даже отвернувшийся в этот момент Хордак всё равно это заметил. Просканировал её глазами, пару секунд обдумывал все "за" и "против", встал и сделал то, чего девушка уж точно не ожидала. Он сел на лавку рядом с ней и одним ловким движение рук подхватил её и усадил себе на колени, обнимая руками со спины в попытках хоть как-то её согреть. Энтрапта от неожиданности даже забыла, как дышать. Смущение накрыло её с головой, ведь был один факт, который прочно сидел в её голове полжизни. Несмотря на свои небольшие габариты и маленький рост, пушинкой она никогда не была. Для своих скромных ста пятидесяти трёх сантиметров она весила добрых семьдесят семь килограмм, из-за чего в школе над ней часто издевались. Причём, глядя на неё, нельзя было сказать, что она толстая, но слишком плотное телосложение и широкие плечи создавали ощущение обратного. Однако, парень никак не намекнул на то, что она тяжёлая. Из вежливости ли, или, действительно, не считал её таковой, но в любом случае девушка была благодарна. Эти мысли помогли ей чуточку расслабиться и обмякнуть в чужих руках. Хордак был тёплый. Очень тёплый. Из-за приличной разницы в росте и габаритах он полностью закрывал её от ветра. Было так спокойно. Дрил невольно пробежалась глазами по его крепким рукам. Несмотря на худобу, мышечная масса у него была хорошая. Даже через ткань она спиной ощущала его твёрдый пресс. Неудивительно, что он не пожаловался на её вес. Возможно, он и правда его не ощущал толком. Приятное чувство вновь разлилось где-то в лёгких и нежно покалывало пальцы. Но почему? Почему… Шум дождя удивительно вдруг начал больше успокаивать, нежели раздражать. Или Прайму лишь так показалось. Может, всё дело было в девчонке, что сейчас сидела у него на коленях и упиралась спиной ему в грудь. Или от её близости просто стало чуточку теплее, хоть ему и до этого было не холодно. Он не знал. Да и неважно это. Единственное, что он никак не мог осознать, так это как он всё же решился на столь смелые действия. То отталкивает её от себя, то сам же заключает в объятиях, стараясь уберечь от любых внешних воздействий. Виной всему были чувства. Отрицать этого он не мог, как бы сильно не хотелось, ведь они есть и их никуда не денешь. Поэтому ему оставалось лишь идти у них на поводу, но не забывать вовремя останавливаться. Он пробудет с ней рядом ст олько, сколько будет возможно, а потом оттолкнёт и исчезнет из её жизни раз и навсегда. Иначе всё закончится трагедией…