На языке ночи

— нас всех любят здесь из-за внешности.. Хоть его голос словно и был поникшим, но на самом деле ему совершенно безразлично, за что его там любят другие, и любят ли вообще. С самого раннего детства Натт уяснил, что любовь просто так не получишь, даже родительскую. Крики, побои, оскорбления - даются бесплатно, но уважение и заботу еще нужно заслужить, добиться, отдав за это огромную цену. — да, это так, господин Бёрф. Прозвучало где-то полушепотом за ресепшеном. А вот и прозвучал первый сигнал. Такой громкий, похожий на сирену, но мягкий, как колыбельная родной мамы. Это означало, что БАУ наконец открыт для всех желающих, а все работники, включая Натта Бёрфа должны занять свои комнаты. На улице уже было светло. Не для кого не секрет, что летом рано светлеет, но спать от этого хочется не меньше. Тяжело вздохнув, блондин положил ногу на ногу, прислушиваясь к оживленной жизни за пределом этого здания: нежные песни маленьких пташек, неприметные разговоры хмурых прохожих, встревоженные подростки с наушниками, у которых день начался не хуже самого Натта. Солнце все сильнее и сильнее пекло, доставляя дискомфорт не только прохожим людям и животным, которые встают чуть ли ни самые первые, но и самой компании БАУ. Кондиционер совершенно не справлялся со своей задачей. Их вообще не хватало. — денег вроде жопой жуй, а нормальных воздухоохладителей поставить не могут.. Пробурчал Бёрф, выковеркивая странное слово, и расстегивая верхнюю пуговицу на синей рубашке. Поэтому он ненавидел лето. — Натт, вам пора в свою комнату. Переоденьтесь и ожидайте своего клиента. С досадной улыбкой протараторила Белла, собирая какие то бумаги на своем белом деревянном столе. — да-да, уже иду. С явной неохотой и недовольством Натт поднялся с удобного диванчика, и засунув руки в карманы своих строгих брюк, которые обтягивали все его тело, не скрывая совершенно ничего, неторопливо направился во второй зал, а там уже и в рабочий корпус. Одежда для всех была почти одинаковой. И одинаково неудобной. У каждого есть своя комната, соответственно и одежда у каждого своя, поэтому можно не боятся, что через какие то левые стринги ты можешь подхватить болячку. Натт крутился вокруг зеркала, пытаясь хоть как нибудь сделать чертову юбку длиннее. Но ничего не получалось. Почти прозрачная укороченная футболка отчетливо ставила на показ ареолы и соски парня, не скрывая даже татуировку в виде феникса, набитую на руке. Неудобные белые стринги больно терлись об кожу, доставляя самой ей раздражение, и раздражение хозяину. Сетчатые колготки были единственными, что нравилось парню в этом образе. Он носил такие раньше вместе с шортами. Осталось только сидеть и дожидаться первого клиента. Буквально через полчаса в БАУ стало оживленно. Куча молодых и мужчин в возрасте заполнили все залы, зажимая даже тех работников, которых они не бронировали. Обычно за такое делали одно предупреждение, но если человек ослушивался, то выдавали штраф в размере 70$. — здравствуйте, вы регистрировали свою заявку? Нежный голосок Беллы даже не вздрагивал, а точно и чётко произносил все слова. Хотя и её тоже могли запросто затащить в постель, это было бы совсем не новостью. — да. Дэн Кросс. Восемь пятьдесят. Ответил мужчина за тридцать. — угу.. комната номер девятьсот семьдесят восемь, пятый этаж. И так шёл один за другим. Больше всего народу было в заднем крыле, в части, где выступали, пили и трахались. Грубо говоря, там находился стриптиз-клуб. Типичное фиолетовое освещение, комбинированное с ярко-розовыми фонариками, удобные кофейные столики, вокруг большой сцены, несколько барных стоек и VIP зал, для особых людей. Аукцион «Cutie boys» должен был проходить через час, но там уже куча богатеньких людей, которые с радостью поставят любую огромную сумму, чтобы забрать себе ничем не примечательную секс-куклу на пару часов. Медленная музыка играла в такт движениям девчонок, которые красиво двигались на сцене, не стесняясь задирать и так короткие юбки, под которыми совершенно не было белья. Девушки пользовались тут не меньшей популярностью. Натт был записан на аукцион где то на четвертое место, после своего второго клиента. Торопится было некуда, а значит и подготовить себя как раз таки казалось очень хорошей затеей. — так хотя бы побыстрее все закончится.. Парень лежал на идеально белой простыни, выливая холодную смазку на свои пальцы. Удобно устроившись в дело пошел сначала один палец. Неприятное жжение после вчерашнего дня только усиливалось, не давая спокойно привыкнуть. Вылитая жидкость помогала свободно двигаться, а растянутая со вчера дырочка еще не забыла недавние ласки. Прибавился еще палец, и с болезненными стонами оба протолкнулись как можно глубже, раздвигая мягкие стенки, подготавливая их к жестокому продолжению. Набухшие соски просили ласки, а вставший член твердой хватки, быстрых движений, приводящих к желанной разрядке. Дверь в комнату открылась. В номер зашёл парень лет 20, что обрадовало Натта, ведь заниматься сексом с дряхлыми стариками, мягко говоря, ему не нравилось. — Ох, какой хороший мальчик. Уже подготовил себя? Мужчина снял с себя черный пиджак, кинув его на близко стоявшее кресло. Натт продолжал вдалбливать в себя пальцы, красиво заливая комнату чавкающими влажными звуками. — Меня зовут Макс, Натт Бёрф. Строго проговорил мужчина, уже кинув и розовую рубашку в сторону пиджака. — трахни меня, пожалуйста.. Блондин жалобно выгибался в спине, нежно проводя своей рукой по твердому члену. — а тебе невтерпеж, да? Макс повис над Бёрфом сверху, прижимая намертво его руки к кровати. — непослушная шлюшка. Тебе кто-то разрешал трогать себя без ведома клиента? Парень застонал, якобы виновато опуская взгляд. — сможешь возбудить меня, куколка? Похабно улыбнувшись продолжил Макс. Натт чуть вытянул шею, сливаясь своими губами с губами партнёра, а после ослабленной хватки потянулся к его ширинке. *** Изначально чавкающие звуки активно издавала только промежность Бёрфа, но теперь их источником стал еще и его рот. Парни лежали в позе шестьдесят девять, доставляя друг другу одинаковое количество блаженного удовольствия. — ты довольно хорошо растянут. Насколько большие члены сюда попадали? Горячий язык вылизывал анус тщательно, не оставляя ни единого сухого места. Макс ощущал, как по его груди стекала вязкая смазка Натта, которая сочно текла из его перевозбужденного набухшего члена. Не дав закончить блондину своё сладкое дело, мужчина резко схватил его за талию, поднялся вместе с ним с кровати, а затем грубо толкнул в стену. — посмотрим, найдешь ли ты член еще больше, чем этот.. Не успел Натт и перевести сбитое дыхание после горлового, как в его мягкую изтраханную дырочку без всякой нежности вошла крупная плоть, заполняя внутри каждый грёбанный сантиметр. Громкие стоны сливались с грубыми шлепками, а сильные руки намертво вцепились в горло блондина, изредка сжимаясь, не давая легким наполнится воздухом. — да.. трахни меня.. блять, да.. Ничего другого в этой комнате не услышишь. Дикий ритм шел в перемешку с обрывистыми движениями, а действительно длинный член все чаще задевал заветный комочек мышц, принося невероятное удовольствие. Сладкие развратные звуки до крайности возбуждали разум, приятное тёплое ощущение внутри сводило с ума, а при виде молодого парня с внешностью ангела и вовсе можно было потерять рассудок. — Макс.. М..а-а-акс.. Сквозь стоны громко сказал Натт. — мх.. ч-что? — я.. я сейчас к-кон.. ах! Не успел блондин договорить, как мужчина резко вошел во всю длину, заставляя член Натта выплеснуть заветную белую жидкость, принося такой желанный, до жути приятный оргазм. Оба стояли не отлипая друг от друга, пытаясь отдышаться и прийти в себя. После двухминутного молчания, сквозь звон в ушах, послышался голос Макса: — ты ведь сегодня будешь на аукционе, верно?