Там, где заканчивается правда

— Наверное, у тебя много вопросов. Спрашивай. Они возвращались в тот особняк, в котором Джин провел безвылазно пять дней. В машине ехали он, водитель, Чонгук и Намджун. Вопросов и правда было много. На какую такую работу его берут? Что ему нужно делать? Что будет, если откажется? Зачем его вытащили на эту «вечеринку»? Зачем он там проторчал до поздней ночи? Что с Чимином? Что ему могли подмешать? Зачем? Почему? Нахрена было распускать при всех руки? Нахрена вообще было руки распускать?! — Когда мы успели перейти на «ты»? На мгновение в салоне повисла тишина. Спустя только несколько секунд Намджун улыбнулся. — Ты выглядишь спокойнее, чем я предполагал. — Насколько я понял, от меня требуется распознавать ложь. Упустим тот момент, что вряд ли я смогу вам с этим помочь и перейдем к другому вопросу. Что будет, если откажусь? Будете избивать, пока не сдамся или сразу убьете? Пока сидел в особняке, Джин всеми силами пытался вспомнить, что он слышал о Ким Кибоне. Было бы не так сложно, если бы у него не забрали телефон. Слухи о мужчине ходили страшные. Начиная от финансовых махинаций и заканчивая торговлей людьми. Если Намджун хоть вполовину похож на своего отца… Сокджин понимал, в какой заднице оказался. Тем не менее происходящее все еще казалось нереальным. Наверное, именно поэтому он не мог в полной мере прочувствовать весь пиздец. Было беспокойство, но страх, как таковой, отсутствовал. Кроме того, была все же надежда, что слухи — это всего лишь слухи. — Как я уже сказал, чтобы списался долг, ты должен проработать на меня год. Я не стану ни избивать тебя, ни принуждать, ни тем более убивать. Ни я, ни кто-либо из моей охраны и пальцем тебя не тронет, — губы Джуна внезапно снова расползлись в улыбке. — Если, конечно, ты не захочешь покинуть особняк. — То есть… — по спине внезапно пробежал мороз от возникшей догадки. — Всё верно. Тебя не выпустят даже во двор. Ты пробыл в моем доме безвылазно пять дней. Как думаешь, сможешь просидеть там год, два или десять? Джин пораженно смотрел на мужчину рядом с собой. Это же шутка? — Было бы неплохо, если бы такой человек, как ты, работал на меня. Но если тебя устраивает второй вариант, то я не стану возражать. Это тоже кажется довольно интересным. Я позволю тебе выбрать, поэтому подумай хорошенько. Джин нервно сглотнул после того, как вспомнил все те дни, что он провел рядом с Юнги и Чонгуком. Не меньший ужас возник и от воспоминаний посещения «террариума». Как тут можно выбрать?! — Не переживай. Времени у тебя предостаточно. Взвесь все за и против. — Да, спасибо. Очень мило с вашей стороны. Отвернув голову от Джуна, Джин невидящим взглядом уставился в окно. Вот как теперь стереть из памяти оскал, который ему только что показали? После того как отец исчез, Джин не видел его год. Затем узнал, что тот умер в автокатастрофе. О нем не осталось ни одного яркого воспоминания. Практически всё уже забылось. Так какого черта он должен отдавать за него долги? Какого черта с ним вообще все это происходит? *** Возвращаться в особняк желания не было, а тем более не было желания работать на какого-то мафиози. Тем не менее варианта валить куда подальше из страны ему не предлагали. А жаль. Он выбрал бы именно его. — У вас работы нет? Какого черта постоянно тусуетесь со мной? — нахмурив брови, Джин со злостью обвел взглядом Юнги с Чонгуком, которые присутствовали в гостиной вместе с ним. — На данный момент, наша работа — это вы, — Мин снова улыбнулся той улыбкой, которая вызывала у Джина желание все крушить и ломать. Ким с силой закусил губу. Он сидел в этом доме уже неделю. За это время Намджун не появлялся. И так как хозяина особняка не было, он не раз предпринимал попытку свалить. Ничего, как уже понятно, у него не вышло. Джин лишь узнал, что навыки в боевых искусствах у него хреновые. Хреновые также и навыки скрытности. Угрожать и запугивать у него тоже не получалось. От слова совсем. Все, что у него вышло из этой затеи — это повеселить Юнги. Всю ругань тот воспринимал, кажется, как забавную шутку, а его жалкие попытки драться с ним или другой охраной — как какой-то не менее забавный цирковой номер. И вот спустя семь дней пришло смирение и осознание, что самостоятельно ему и правда отсюда не выбраться. Неужели его действительно запрут здесь на десять лет? Он же с ума так сойдет… — Кстати, как там Чимин? С ним все хорошо? Я так и не понял, что произошло тогда. Что подмешали в тот бокал и зачем? — Если будете работать на господина Кима, со временем сами все узнаете и поймете. Мысленно обматерив Мина, Джин только планировал задать еще вопросов пятьдесят, на которые наверняка ответили бы точно так же, как внезапно послышался звук открываемой двери. Вскоре в проеме показался Намджун. Тот даже останавливаться не стал, сразу проходя к лестнице на второй этаж. Джин поежился, смахивая с себя мурашки, которые появились от взгляда Кима. Почему-то у него возникло стойкое ощущение, что его представляли в рубашке. Причем только в ней… Жуть какая… Кажется, недодомогательства от Намджуна в тот вечер произвели на него слишком сильное впечатление. Из-за этого его мозг стал придумывать то, чего не было. — Чонгуки, я скучал! — прежде чем Джин успел понять хоть что-то, на шее вставшего с кресла Гука повисли. — Как насчет тебя? Скучал по мне? Как и ожидалось от младшего, тот ничего не ответил. Он просто стоял, не пытаясь ни оттолкнуть, ни обнять прилипшего к нему парня. — Они встречаются?.. — Нет, — Юнги даже не посмотрел на удивившую Джина парочку. Его взгляд был прикован к Чимину, который прошел к дивану, тут же устало садясь на него и откидываясь на спинку. Кажется, холодность со стороны Чонгука никак не смутила Тэхена. Тем не менее тот слегка отстранился, смотря на младшего. — Гуки, как насчет спарринга? — он улыбнулся. — Через пять минут в зале! — не став ждать ответа, он отпустил Чона, кидаясь куда-то из гостиной. Джин удивленно смотрел вслед Гуку, который без слов скрылся в том же направлении почти сразу после ухода Тэ. Первая парочка удивляла. Но вторая выглядела не менее странно. Никто из них не пошевелился. Чимин все также полулежал с закрытыми глазами. Юнги — все также не отрывал от него взгляда. Не став портить возникшую идиллию между этими двумя, Джин решил пойти в тренировочный зал. Кажется, там намечалось что-то интересное. Зайдя, он тут же увидел Чонгука. Тот даже не переоделся. Все те же черные брюки и белая рубашка. — У меня возникла идея, — вскоре появился Тэхен. — Если мы будем драться по-серьезному, то поубиваем друг друга нахрен, поэтому, — улыбнувшись, он поднял вверх два черных маркера, — воспользуемся этим оружием. Проигравший покупает новые рубашки! В ответ очередное молчание. Тем не менее Чонгук забрал из руки Кима маркер. И в следующую же секунду на него кинулись с атакой. Джин пораженно смотрел на развернувшуюся перед ним драку. Хотя, если честно, это и дракой-то сложно было назвать. Больше напоминало танец. Эти двое не пытались нанести друг другу удары. Их цель — оставить отметку черным маркером на белой рубашке противника. Уклоны, захваты, атаки и снова уклоны. Сначала танец этих двоих выглядел завораживающе, но вскоре Джин почувствовал беспокойство. Оно возникло, когда он посмотрел на лицо Тэхена, а затем на его руку, в которой тот сжимал маркер. Младший улыбался, но… Почему-то появилось стойкое ощущение, что периодически у того возникали мысли не провести маркером по ткани, а воткнуть его в какую-нибудь часть тела… — Господин Ким, как думаете, что сильнее — желание отомстить или во что бы то ни стало защитить? Джин удивленно посмотрел на стоящего возле него Юнги. Когда тот успел прийти?.. И о чем это он? Кто мстит, а кто защищает? — Здесь и думать нечего, — он вздрогнул, услышав с другой стороны голос Чимина. — Победит Тэхен. — Я бы не был в этом так уверен, — Мин усмехнулся. — Да! Я победил! — Тэхен с гордостью смотрел на небольшую черточку, оставленную на рукаве Чонгука. — Поздравляю, хен, — ничего больше не сказав, Гук вернул маркер Киму, после чего вышел из зала. — Блин, — Тэ немного обижено посмотрел на проем, в котором скрылся младший. — Надо было помимо новой рубашки вытрясти с него еще какое-нибудь желание! — Тебе нужно больше тренироваться! — с парня, которого так и распирало от ликования, Джин перевел недоуменный взгляд на Чимина, голос у которого был разочарованным. — М? — вид Тэ был таким же растерянным, как и у Джина. — О чем это ты? Я же победил. Вместо Пака прояснить всё решил Юнги. Улыбнувшись, он подошел к Тэхену, после чего за плечи подвел того к небольшому зеркалу у стены. — Ты и правда ничего не почувствовал? — вся спина Кима была в мелких еле видимых черточках. — Мне кажется, ты проиграл на первой же минуте. — И вот и кто мне скажет, что после этого Чонгук не секси? — увидев свою разукрашенную спину, Тэ, кажется, и не думал расстраиваться. Напротив, увиденное привело того в полнейший восторг. — Если после такого думаете, что я брошу его добиваться, то вы крупно ошибаетесь! Он точно будет моим! Смахнув вторую волну мурашек, возникшую на этот раз от взаимодействия парней, Джин быстрым шагом пошел к выходу из зала. Здесь все ненормальные! План свалить отсюда куда подальше актуален как никогда. Наверняка есть какая-то лазейка в охране этого дома. Нужно лишь найти ее! Возможно, у него получится сбежать, когда к нему приставят Тэхена с Чимином. Непонятно насчет Пака, но Тэ обдурить казалось не такой уж и сложной задачей… *** Уже на следующий же день надзиратели поменялись. Юнги с Чонгуком ушли вместе с Намджуном. Чимин с Тэхеном — остались сторожить Джина. Из этой четверки большее опасение почему-то вызывал Чимин. Возможно, это из-за его глаз… — Может, прекратите так на меня смотреть? — Ты глаза что ли подкрашиваешь? Или это тень так падает? Почему они такие черные? — Джин слегка отодвинулся от Пака, на которого пялился чуть ли не впритык, сидя вместе с ним на диване. — О, это ты не видел еще, когда он злится. Тогда и правда жуть, — Тэхен залился смехом. Из этой четверки тот единственный решил называть Джина хеном. Получив перед этим, конечное же, разрешение самого Джина. — Не поверишь, но он может быть и очень милым. Если ему это выгодно, конечно. На одном задании однажды он… — Тэхен! — от голоса Пака, который был спокойным, но твердым, пронеслись мурашки. — Много болтаешь! — Извини-извини, — Тэ улыбнулся. — Молчу. — Я в уборную, — встав, Джин пошел на второй этаж. — Да, давай, — на этот раз улыбка Тэ предназначалась ему. Чимин ничего не сказал. Тот лишь пристальным взглядом провожал его, пока он поднимался по лестнице. Сокджин и спиной мог чувствовать на себе этот взгляд. Зайдя в ванную комнату, он повернул на ручке замок, после этого, кинувшись к небольшому окну, выглянул наружу. Он уже как несколько дней разрабатывал план побега. На окне в его комнате решетка. Выбраться через дверь или другие окна не представлялось возможным, так как за ним ходили буквально по пятам. Единственное незащищенное место в доме — это окно в ванной. Нужно лишь выбраться наружу, и, избегая камер, добраться до ворот, перелезть через них и удрать от особняка так далеко, как это только возможно. Облегчение вызывало то, что они находились не за городом. Нужно будет добраться до одного из друзей, занять денег, после чего валить, если не в другую страну, то хотя бы в отдаленную деревню или город. Плевать на паспорт и остальные документы. Жизнь дороже. Нужно лишь выбраться… Джин не считал себя каким-то суперловким или спортивным. Тем не менее вылезти, а затем и спуститься со второго этажа, у него получилось довольно легко. Он даже успел запалить несколько камер и разработать траекторию своего движения до ворот. Нужно незаметно добраться только до них. Там, если его уже спалят, это будет нестрашно. Он успеет перелезть через них, а потом затеряться среди многочисленных улиц города. Тем более, в него же не будут стрелять или пытаться как-то скрутить. На другой стороне люди, которые все увидят. Пусть даже сейчас довольно темно, Ульсан — оживленный город. Никто не станет рисковать, пытаясь остановить его побег. Кажется, все прошедшие дни, в которые он безуспешно пытался сбежать, остались позади, потому что Джин беспрепятственно добрался до ворот и также беспрепятственно перелез через них, со всех ног кидаясь подальше от особняка. Бег — не лучшая его способность, но сейчас он бежал так, будто от этого зависела жизнь. Наверное, из-за адреналина, но усталость и скорость не чувствовались. Со временем в ушах появился гул, но и он не смущал. Главное — это свобода. Нужно лишь добраться до друга, который жил неподалеку. Кажется, Сокджин выбрал удачный день, чтобы скрыться, потому что всё было на его стороне. За ним никто не гнался, он благополучно добрался до друга и тот одолжил ему денег. Дело оставалось за малым — поймать какую-нибудь попутку из города и всё. Можно будет выдыхать. Осознание скорого конца кошмара, длиною в две недели, заставляло сердце биться быстрее. Оно заставляло наполниться его надеждой и предвкушением. Работать на Наджуна или же безвылазно просидеть в его особняке. Только два варианта. Ха! Как бы ни так! Сокджин действительно упивался своей победой. Перед ним стояло лицо Джуна в тот момент, когда тот поймет, что его пленник сбежал. Из-за этого он не сразу почувствовал, что что-то не так. Замерев, Ким обернулся, смотря в сторону переулка, который прошел. На секунду ему показалось, что за ним кто-то следит…. Нет, его не могли найти. Он хорошо скрывался. Не говорил ничего другу и дома не появлялся, избегал места, где его могли найти. Снова придя в движение, Сокджин замер уже через несколько шагов. Сердце в очередной раз забилось быстро, но уже не от предвкушения скорой свободы. Плохое предчувствие усилилось раза так в два. За ним точно кто-то следил… До боли закусив губу, Джин резко кинулся бежать. Он хотел поймать попутку из города, поэтому сейчас находился на окраине. На улице ночь, из-за чего людей практически не было. Местность незнакомая. Куда бежать — непонятно. Жилых домов крайне мало. Тем не менее он и не думал сбавлять скорость. Из-за внезапно охватившей паники, мысль, что нужно бы постучаться в какой-нибудь дом, в окнах которого горел свет, и попросить помощи, пришла слишком поздно. Сокджин хотел остановиться, когда перед ним внезапно появился мужик, но не успел. Тот с силой толкнул его плечом, заставляя на скорости влететь в кирпичный забор какого-то дома. Упав, он на несколько секунд потерялся в пространстве из-за острой боли. Этого времени хватило, чтобы его схватили за руку и буквально потащили в ближайший переулок. Когда сознание пришло в норму, Джин вырвал свою руку вскакивая. Он хотел снова попытаться сбежать, но… Наверное, из-за столкновения, боли и неожиданности, он не заметил еще двоих, которые тут же поймали его. Удар в живот — и снова потемнение в глазах. Джин думал, что его тащат в переулок, но… Они прошли его, подходя к черному фургону, дверь у которого была открыта. Остатком здравого смысла он понимал, что сопротивляться бесполезно. Тем не менее, когда его хотели затащить в машину, он руками и ногами стал упираться, пытаясь хоть на секунду оттянуть неизбежное. Тело было напряжено не только из-за силы, которую он применял для сопротивления, но и из-за ожидания очередного удара, который бы свел все его усилия на нет. Но удара так и не последовало. Вместо этого руки, которые пытались его запихнуть в салон, внезапно исчезли. — А теперь все дружно хором сказали нам, кто вас нанял. Обернувшись, Джин увидел Тэхена, рядом с которым валялся один из мужчин. Тот улыбался так, будто не происходило ничего опасного. Чимин нашелся чуть в стороне. Младший за шею прижимал к стене второго мужика. Послышался мат. Тот, кто пытался запихать Джина в салон, кинулся на Тэ. Но добраться до него так и не успел. Его перехватил Чимин. Тому потребовалось два удара, чтобы вырубить мужчину. — У тебя плохо со слухом? — Пак присел на корточки рядом с тем, кого до этого прижимал к стене. Тот мужчина был единственным в сознании. Хоть он все еще не привел дыхание в норму после удушения, говорить все же мог. — Иди к черту! — Конечно. Но перед этим ты назовешь мне имя. — Сказал же… — мужик не успел договорить, так как внезапно Чимин достал пистолет. Встав, он с силой пнул его в живот, из-за чего у того перехватило дыхание. И как только мужчина разомкнул губы, чтобы сделать вдох, Пак запихал дуло ему в рот, после чего тут же снял пистолет с предохранителя. — Имя. Все это время Джин с ужасом наблюдал за всем происходящим. На этот раз его трясло не столько от страха перед этими мужиками, сколько от вида младших, которые заставляли кровь буквально застыть. Когда он впервые увидел их, уже тогда подумал, что эти двое более жестоки, чем Юнги с Чонгуком. Но вскоре эти мысли забылись. Сейчас же он мурашками покрывался, смотря на хладнокровный вид Чимина и улыбку Тэхена, которая казалась не менее жуткой. — Сокджин-хен, — Джин медленно повернул голову к Киму, который звал его. На лице младшего была все та же улыбка, которую тот показывал мужикам. — Советую не смотреть. Послышалось неразборчивое мычание, после которого почти сразу раздался выстрел. Хоть он и был негромким, тем не менее, Сокджин вздрогнул. Другие два выстрела напугали не меньше. Из-за них тело отказывалось шевелиться. Именно поэтому он так и застыл, смотря на Тэ. — Неужели и правда думал, что получится сбежать? В тот особняк никто не сможет пробраться без нашего ведома. И уж тем более никто не сможет выбраться оттуда так просто. — Зачем… — говорить получалось с трудом, из-за чего звуки перемешивались с хрипом. — Почему вы тогда позволили мне уйти? — Чтобы ты наглядно понял, что будет, если захочешь сбежать. Думаешь, мы рядом с тобой для того, чтобы предотвратить твой побег? Совсем нет. После того мероприятия, которое ты посетил вместе с Юнги-хеном и Чонгуком, тобой заинтересовались страшные люди. В тот вечер все поняли, насколько ты важная персона. Они поняли, что ты довольно близок с господином Кимом, поэтому вполне ожидаемо, что захотели заполучить тебя. Не хочу расстраивать, хен, но с того вечера ты больше не можешь просто так прогуливаться по городу. Пока Тэ говорил, Джин с ужасом смотрел на него, постепенно осознавая происходящее. Он понимал, зачем его пригласили в тот «террариум». Понимал значение фразы Юнги «вы и сами не захотите, чтобы мы отходили от вас». А также осознавал зачем его облапали у всех на виду. После такого никто не поверит, что он не при делах и ничего не знает о Намджуне. — В тот вечер все поняли, насколько ты важная персона. — Никогда не видел, чтобы его парни охраняли кого-то другого. Перед глазами внезапно возник Хосок, с интересом смотрящий на него. — Хен, ты и правда уверен, что хочешь сбежать? У тебя есть место, где ты мог бы спрятаться от всех тех людей? Или, возможно, у тебя есть знакомые, которые могли бы тебе помочь? Голос все еще не вернулся, поэтому все, что Джину оставалось, так это слабо мотнуть головой. — В таком случае, вернемся в особняк? Кивнуть получилось далеко не сразу. — Вы можете ехать. Я приберусь здесь. Для Джина голос Чимина прозвучал будто издалека. Его взгляд был расфокусированным. Он в голове раз за разом прокручивал слова Тэхена. Находясь все еще в шоке, он даже не почувствовал, как его за плечи куда-то повели. Когда его пытались запихнуть в машину, он думал, что до последнего будет сопротивляться, но… Сейчас сам возвращался в тот злополучный особняк. Бегая весь вечер по городу, он и не представлял, что уже буквально через пару часов добровольно захочет вернуться в него… Все же, у него и правда есть лишь два варианта — работать на Намджуна или всю жизнь безвылазно просидеть в его особняке. Осталось лишь решить, какой из двух вариантов меньшее зло.