Наше похождение по Эквестрии

Трудно представить мордочку Искорки, которая вошла в свой дом и увидела нас с Дэнчиком за кружкой крепкого, пестрящего… Чая. — Аааа-эээ? Что? — спросила она Данил закрыл мне рот рукой, но я все равно сказала: — Уй в пальто! — Кхм. Вы кто такие? — Люди. — Ну, это понятно, но откуда? — Оттуда же откуда и все остальные. — вяло сказал Данил. — Ладно, хрен с вами. — Милая мордочка пони сменилась на уставшую гримасу. — Капец ты, конечно, овощ. — сказала я. — А что ты хочешь? Дружба-хуюжба-магия, ми-ми-ми? Да? — Ну, типа… — Ха-ха. Лошары. Знайте, ребятки, сколько раз мы пытались устраивать революцию. — Революция-то здесь причем? — Селестия вообще ахуела. Под маской доброго государства здесь используется рабский труд и насильственные действия. Ща объясню. В общем, после того как мы спасли алименты омонии и Луну заодно, нам обещали счастливую жизнь и бесплатные товары, но… В башку этой шизанутой диктаторши пришло торговать с соседними государствами. Мы пережили войну с Гиппогрифами и с сучьими Некромантами. Наша армия и население сильно поредели. Эквестрия по итогу отдала один из городов с Юго-Запада, хоть мы позже все же заключили мирный договор. Из-за недостатка работников на полях Селька стала торговать понями. Ну, то есть, мы давали наши ресурсы, а нам поней. Тебя и меня могут сейчас же отдать в рабство. Только сделай неверный шаг и все. Если вы заметили у нас идет большая стройка. В столице. У нас ничего не происходит. Теперь у нас есть оружие и заводы. Я работаю на заводе по производству патронов. Эта ебанутая собирается пойти войной на отделившуюся область. В общем, происходит полнейший пиздец. — А как же другие принцессы? — спросила я с каменным лицом. — А их больше никто не видел. Вроде бы Луна работает на Сельку, а Каденс то-ли в бегах, то-ли в темнице, то-ли в рабстве. — Мдаа. Хреново. Кого-то она мне напоминает… — Задумчиво протянула я. — Ты про Сельку? Если да, то да, она реальный Австрийский художник! — усмехнулся Данил. — Ага, а я-то хотела захват мира устроить. Ну, как-нибудь позже, а сейчас можно поспать? — Ну, спите.