valentine's day

      Уэнсдей никогда не понимала День святого Валентина.       Да, историческая подоплёка имела смысл, это так. День, в который люди демонстрировали свою любовь и признательность тем, кого любят. Просто, но со смыслом — с этой точки зрения она могла понять волнение парочек, что приходило к ним в специальный день для выражения своей любви особым способом. Однако с годами этот праздник претерпел изменения и по сути стал марионеткой капитализма, одетой в широкие жесты и дорогие подарки, что заменили собой любовь и признательность.       Всё вокруг полнилось шоколадом в форме сердца, плюшевыми медведями, цветами и открытками. Каждый магазин использовал всё это, чтобы как можно лучше прорекламировать себя. Всё это было лишь частью жестокой игры капитализма — рынок старался обманом вынудить потребителей тратиться по максимуму, не принимая по-настоящему в расчёт любовь.       Пустые слова и повальная мания покупать чисто ради покупок — вот что вызывало в ней отвращение, когда речь шла об этом празднике. Потому что по факту это уже и не было праздником, а лишь чем-то, что выдумал и взял под своё крыло маркетинг, отбросив первоначальное значение в тень. Впрочем, как она поняла, эта тенденция коснулась многих праздников по всему миру. Если они изначально не были ксенофобными, то за дело брался маркетинг.       Уэнсдей правда не понимала, почему люди не замечали хищного лика маркетинга, ведь капитализм стал главным источником праздника, и все этому лишь подыгрывали. Поэтому лично она не видела смысла в Дне святого Валентина.       Однако видела, что Инид его обожала. Только о нём она и болтала вот уже несколько недель. О своём предвкушении приближающегося праздника и о том, как ей нравится каждая его частичка — безвкусные открытки, цветы, плюшевые игрушки, целые тонны шоколада и всё такое. Это был её любимый праздник, и она с нетерпением ждала его весь год, испытывая невероятную радость и счастье в этот день.       А Уэнсдей обожала Инид, из-за чего и решила поучаствовать в праздновании, чтобы сделать свою девушку более счастливой. Может, Аддамс и не понимала, какой смысл в этом празднике, однако понимала, насколько он важен для Инид, которую ей не хотелось расстроить или разочаровать. Раз уж та искренне любила этот день, то Уэнсдей хотя бы попробует отпраздновать его вместе с ней, потому что это принесёт ей радость, что, в свою очередь, было важно для Уэнсдей. Может, иногда ей и было трудно выражать свои эмоции и то, как много Инид для неё значила, однако эти эмоции и чувства были, ей лишь было непросто выражать их словами.       Ей хотелось, чтобы Инид чувствовала себя любимой, и знала, что празднование вместе с ней её любимого праздника, скорее всего, поможет в этом. Ведь для Уэнсдей самым важным было её счастье, поэтому, естественно, она попробует это сделать, даже если сам праздник и был ей чужд и непонятен.       И, возможно, ей даже удастся найти в себе тёплые чувства по отношению к изначальному концепту этого дня. В конце концов, это ведь будет попытка показать Инид свою любовь и привязанность, провести время вместе. У неё никогда не будет тёплых чувств по отношению к капитализму, однако раз уж он уже поразил весь мир, у неё не было возможности избежать столкновения с ним. И если Инид обрадуется шоколаду и чему-нибудь подобному, то Уэнсдей уступит.       Она бы сделала что угодно ради неё.       Поэтому, когда День святого Валентина наступил, она отправилась в город, а точнее в первый же попавшийся ей магазин с красно-розовыми украшениями и множеством глупых и бесполезных специальных предложений на витринах. Их было так много, что она даже не удержалась и закатила глаза.       Зайдя внутрь, она купила шоколадок и огромного медведя с омерзительно мягким мехом в уже разросшуюся коллекцию игрушек Инид. Уэнсдей ненавидела подобное, однако знала, что они много значат для неё, поэтому решила заключить перемирие со своей ненавистью к плюшевым животным на какое-то время.       Её любовь к Инид была сильнее ненависти к мягким игрушкам.       По дороге назад в Невермор она игнорировала все странные взгляды, которыми её одаривали люди, что, вероятно, поверить не могли тому, что именно видели у неё в руках. Откровенно говоря, ещё в прошлом семестре Уэнсдей и сама бы не поверила, так как тогда ещё не приняла свои чувства по отношению к Инид. Любовь всё ещё была ей в новинку, как и её выражение, однако она усердно старалась.       Уэнсдей прошла в свою комнату, где обнаружила Инид сидящей на кровати над домашней работой. Стоило ей увидеть, как Уэнсдей перешагнула порог с шоколадом и плюшевой игрушкой в руках, как она выронила книгу, не веря своим глазам.       — Уэнсдей?       — Я не вижу смысла в Дне святого Валентина как таковом, однако вижу, как ты любишь его, а я невероятно люблю тебя, поэтому взяла это для тебя, — проговорила та, положив свои подарки на постель рядом с ней. — С Днём святого Валентина.       С визгами Инид вскочила с кровати и принялась счастливо подпрыгивать на месте, хлопая в ладоши. Радость в её глазах и улыбка её наполнили тело Уэнсдей теплом. И облегчением от того, что ей удалось осчастливить её. Удалось понять, чтобы ей понравилось, и продемонстрировать свои чувства так, чтобы та поняла.       — Уэнсдей, это так мило! Спасибо! — довольная, она всё ещё не могла успокоиться. — Можно мне тебя обнять?       Уэнсдей медленно кивнула.       — Тебе можно.       В следующую секунду Инид притянула её в крепкое объятие. Тепло разгорелось.