Приевшийся праздник

      — Доброе утро, Данте! С днём рождения! – красноволосый присаживается на кровати и устремляет свой взгляд на темную сущность, ту, что всегда приходит несмотря на то как он и что делает. — Спасибо, Феликс. – он продолжает сидеть на месте, глядя прямо в эти глаза. Будто кукольные, смотрящие в одну точку без моргания или других лишних телодвижений. – Можно, я останусь в комнате на некоторое время? – уже какой раз он спрашивает это, не счесть. — Да, конечно. Только не долго! – сущность жмуриться и улыбается во все зубы, тут же покидая комнату.       Их диалоги с каждым разом становятся всё быстрее и быстрее, это даже радует. Радует, что к нему в тот день ходил именно Феликс, а не Пик, который силой заставил бы его выйти из помещения.       Оставшись снова один на один с своими мыслями, Данте очередной раз встаёт с кровати к окну, в которое всё так же продолжают кидать камешки. Открыв штору, он уже третий раз видит его. Мальчика, что ещё некоторое время назад был с ним, нормальным, живым так сказать. Увидев друга, тот начинает махать ему рукой как и было при первой встрече но это не вызывает таких же чувств что и раньше, лишь слабую скорбь и печаль... Кевин перестаёт махать рукой, просто встав как вкопанный и глядя в окно на красноволосого. Наверное, самым удивительным открытием для Данте является то, что вещи в руках тёмных сущностей не превращаются в такое же чёрное месиво. Они остаются такими же.       — Данте, минуты прошли. – в комнату заходит снова Феликс, с такой же гримасой что и уходил отсюда. Парень поворачивается на него, а потом снова смотрит в окно. Он очень сильно удивился не увидев мальчика, а только его игрушку на месте где он стоял. Парень, не думая не секунды тут же открывает окно, и быстро выпрыгивает не чувствуя и не слыша никакого сопротивления сзади него.       В этот раз, он даже упал удачнее чем тогда. Нос остался цел, только руки чувствовали неистовую боль из-за того что он практически на них и упал. Конечно, так же неприятно как и в первый раз, ведь падать с пятого этажа не самое лучшее что может произойти. Если конечно смотреть со стороны обычного человека, что не так часто подвергался всеми убийствам со стороны.       Немного подождав пока придет в себя, а боль будет не такой сильной он открывает глаза на то зачем он сюда пришёл; Роза, смотрит на него своими глазами пуговками и не переживает не почему, что происходит вокруг. Она дарила радость ребёнку и является самым ярким в этом сером мире.       Данте подползает к ней и берёт в руки, чувствуя небольшую тяжесть и странный материал. Это не обычный наполнитель игрушек, больше похож на землю, или же песок, что странно для игрушек. Возможно, семья Кевина была не самой богатой, но она хотела только лучшее своему сыну... — Не бойся, Роза, ты ещё увидишь счастье в его глазах. – в который раз он обещает? Исполнится ли это обещание, или же тоже окажется ложью... Хотел бы парень знать. Долго засиживаться не хотелось, ведь прекрасно Данте знал что может попасть в не самую приятную ситуацию.       Наконец поднявшись с земли, он направился в сторону куртки что до сих пор была там. Было холодно, да и сейчас холодно. Это будто вечный холод что никогда не закончиться не на улице, не в головах людей. А можно ли их назвать после всего того что случилось людьми? — Как думаешь. – парень поднял игрушку перед собой, глядя прямо в её чёрные нитки. – Есть ли ещё люди, что не хотят убивать? Как я и Кевин? – игрушка молчала, но очень внимательно слушала. Не перебивала, не задавала глупых вопросов. – Почему-то, у меня есть такое ощущение что мы тут не одни... Знаешь, такое странное чувство будто кто-то или что-то следит за тобой. – он прижал кролика... Или же зайца? К себе ближе начав свой путь куда-нибудь. Может ему пойти в район в котором он никогда не был?. – Может это уже я сошёл с ума... Хотя, наверняка я уже сошёл с ума, кхм. Давай лучше сходим в тот район, за все разы что я тут был, ни разу туда не заходил... Вдруг... – его монолог прервал крик свыше, и только он поднял голову как увидел летящую вниз тушу что шмякнулась об землю. Какая-то женщина растекалась кровью на асфальте, из-за чего Данте решил быстро удалиться в сказанное место.       Тихо... Безумно тихо. Еле отдаленные крики боли, горя, страданий были только в начале, а заходя глубже в район, становилось очень тихо. Именно сейчас, когда парень отошёл наверное от центра, он понял что ни разу не слышал щебетания птиц. Не слышал никого, кроме людей с их странными звуками и возгласами.       Привычные звуки авто, птиц, котов и собак, их будто просто не существовало тут. Парень слышал только ветер, что проходился по пустой улице с разбитыми машинами.       Красноволосый мечтал об тишине, но сейчас ему кажется это проклятьем... Он бродит по пустым улицам час и никого не встретил, ни единой живой души.       От странного чувства одиночества, Данте сжимает Розу в руке для того, чтобы хотя бы так быть будто не одному. И это правда работало. У парня никогда не было как таковой семьи, он не знает что такое мама или папа, это и неудивительно - он клон какого-то парня. Но даже несмотря на отсутствие хоть какого-то понятия о чувстве любви со стороны старших, он её почувствовал сейчас. Сейчас, когда уже третий час ходит тут, сжимая игрушку в руках. Именно эта игрушка отдавала теплом и предавала странной уверенности когда на неё смотрели. Яркий элемент этого тусклого, тёмного и страшного мира.       Пройдя так без дела ещё часа два, парень предпринял решение зайти внутрь какой-нибудь многоэтажки.       Одна дверь какого-то подъезда была не закрыта, выбита из петель. Данте это удивило. Чем таким можно было приложить эту дверь, чтобы она лежала в метрах от самого входа? В принципе, сейчас это не важно. Внутри было так же тихо как и вокруг, даже ещё хуже. Ветер, не поступал в сам подъезд, из-за чего тишина казалась ещё более давящей и пугающей. Сглотнув ком, он оглянулся по сторонам будто ожидая подвоха. Он ожидал что кто-то сейчас окажется за его спиной: схватит его за горло и воткнёт нож в шею, или прострелит его голову насквозь. Но тут всё так же, никого не было.       С опаской, вечным переглядыванием по сторонам он поднялся на первый этаж что был, абсолютно пуст. Ну как абсолютно, тут было кое-что не самое приятное. Куча крови, размазанная по стенам в таком обильном количестве, что даже того кто постоянно видел её смогло вдарить в дрожь. Двери в квартиры были закрыты, из-за чего пришлось только следовать дальше, где была бы открытая. По лестнице, шла дорожка из крови, будто кто-то скатывался по ней... Данте пытался избегать этого пути, поднимаясь с каждым проверенным этажом выше. Второй, закрыт. Третий тоже. Четвертый, пятый, шестой. И вот наконец-то он добирается до седьмого, быстро замечая приоткрытую дверку. Эта находка заставила как и обрадоваться, так и напрячься парня.       Осмотревшись уже какой раз по сторонам, парень замечает деревяшки на лестнице. Беря одну из деревяшек, с гвоздём на одной из сторон, сжимает её свободной рукой и хмуро смотрит на квартиру под номером «16».       Открыв дверь, он тут же заглядывает внутрь пустой квартиры и только после осмотра взглядом, заходит полностью. Данте, ожидает подвоха даже тут. В вроде бы заброшенной квартире. Но тут также ничего. Пустота, тишина. Он закрывает дверь за собой, но не до щелчка, ещё как бы планируя уйти отсюда.       Коридор квартиры. Вешалки для одежды, что были пусты. Тумбочка с вазой, без какого либо растения а также фоторамкой возле неё. Это больше всего заинтересовало. Усадив Розу на свободное место, а деревяшку положив на пол взял рамку начав разглядывать фото на ней. Милая семья: Мама, красивая рыжеволосая девушка с карими глазами. Папа, черноволосый мужчина с щетиной и зелёными глазами, а так же девочка. На фото, ей лет пять-шесть, большие черты она взяла от мамы а глаза, ярко зелёные... Оглядевшись, парень заметил и другие фото на стенах, где малышка росла. На всех фото она улыбается, даже несмотря на ситуации что произошли с ней... Последняя фотка её в семнадцать лет, с лентой выпускницы одиннадцатого класса с может быть подружками. Это была, самая обычная семья, со своими взлётами и падениями... Но сейчас, все эти люди на фотках, больше не стремятся к чему-то. Не стремятся окончить школу, поступить, найти партнёра... Не желают достичь успехов на работе, хобби, в личной жизни и не переживают за тем что придется делать дальше. Все они, скорее всего такие же как и все. Желание убивать себя и всех, вот о чём забит их мозг.       Это вызвало у Данте грустный вздох, который никто не услышит. Он даже не заметил как пришёл в зал, где всё на удивление было в норме, не считая разбитого стеклянного стола. Тут, ничего не было поэтому и заострять на этом внимание он не стал, идя в приоткрытую дверь в личную комнату. Там то, поинтересней.       В комнате полный кавардак, вещи разбросаны по всем углам, бумага разорвана как и подушки что лежали около окна, а шторы наполовину сорваны. Бардак или же хаус, в котором больше всего выделялась толстая тетрадь розового цвета. Недолго думая, парень взял её в руки и открыв застёжку на липучке, начал читать содержимое.

«04.05. Купила я недавно тетрадь, толстую и очень удобную. Думаю, почему бы не сделать её личным дневником! Наверное, ты понимаешь, что теперь ты мой личный дневник. Начну с самого начала. Я, Рино Лойдживская, мне 17 и я заканчиваю школу на отлично, ведь хочу поступить на медика. Мама говорит что я туда не гожусь, ведь слишком пугливая, но я так не думаю. Мама многое обо мне не знает. Например: откуда ей знать что мне может стать плохо от крови? Я была на мед. подготовке и показывала наилучшие результаты! У учителя я была любимицей. Я точно смогу. Но ладно, мне уже пора, нужно готовиться к экзаменам что будут в через месяц а так же последнему звонку. Спокойной ночи.»

      Первая страница даёт Данте многое. Например то, что предположение его были верны. Девушке на фото было лет 17, и она выпускница, да не абы какая, а с надеждами и мечтами о спасении людей. Две последующие записи были коротенькими, о том что всё отлично и она всё ещё готовится к экзаменам, а потом то что она их наконец-то сдала и готовит документы в универ.

«08. 04. Давненько я не писала. в общем, всё просто замечательно! Я поступила туда куда хотела, и уже учусь и стараюсь. Устаю конечно от этого жутко, но зато есть плюсы, я наконец-то делаю то что хочу. Вот, вчера вечером вернулась домой потому что сломала руку. Это долгая история, думаю потом расскажу. Но! Перелом позволил мне праздновать мой день рождения дома, с роднёй! Моё 18-летие уже завтра, жду не дождусь его, так хочу на дне рождения встретиться с друзьями!»

«09.04. День прошёл отлично. Я провела прекрасно время с Юлией, Ольгой и Никой. Походили по торговому центру и любимым местам в городе. Только под конец дня, когда я домой вернулась встретила странное поведение отца. Он выглядел так, будто на иголках сидит. Вечно осматриваться по сторонам и выпучивает глаза. Говорит что вроде всё в порядке, ну а я не навязываюсь.» «Это какой-то кошмар! Папа, разбудил сегодня меня своим громким стуком в дверь, а когда я вышла посмотреть что с ним поняла что он разбил голову о мою наружную вешалку на двери. Я сильно испугалась, позвонила в скорую но никто трубку не поднял! Пришлось самой помочь папе, не зря же учусь на врача. И как только я перебинтовала его лоб, как он резко поднимается и смотрит куда-то в стену. На мои вопросы не реагирует, в принципе. Я его уложила на диване и пошла в спальню. Мамы дома нет, она пошла к бабушке на день... Надеюсь с папой всё будет в порядке.»

      Ох, как же Данте знакома эта ситуация. В первый раз, когда Габриэль вывернул что-то подобное с выкалыванием глаза, Данте тоже очень сильно испугался. Ему тоже никто не ответил, и даже никто из окружения не помог, а даже хуже... Начали делать что-то подобное и с собой. Пусть он и помнит все свои разы очень мутно, плохо, но вроде как помнит что всё началось именно так.

«12 раз Я только только вспомнила о дневнике. И думаю, эта запись будет не маленькой ведь предстоит очень многое рассказать. Это просто какой-то ужас, даже хуже, но я не хочу использовать нецензурную брань. Я проснулась в своей кровати, в одном и том же дне уже около 12 раз! Каждый раз, я думала что это был сон и только сейчас поняла, что это был нифига не кошмар. Всё что происходило, то и происходило. Папа, не верил моим словам по поводу зацикленности дня, будто не помнит ни одного раза что произошло с ним. Так же, и подруги, что тоже начали делать что-то подобное. Все они, пытаются убить себя! Разными способами, неважно как и чем, даже палкой могут проколоть свой глаз до крови. Я просто не понимаю, что происходит? Может это правда сон, а запись что я сейчас запишу, просто исчезнет после пробуждения??» «Не пропала, вот же блять»

      Записи были редкими, девушка явно забывалась про личный дневник пытаясь как-то справиться со всем.

«Вроде 45 раз. Я не помню. Папа... Он разрезал своё горло осколком стекла от стола. А так же, в прошлый раз я видела маму, она лежала на земле из-за сильного падения. Я тогда за неё очень испугалась, но даже не успела ничего предпринять как она встала как в ничём не бывало и ушла от меня, даже не обратила внимание.»

«Такое чувство, что я нахожусь в видеоигре. Каждый раз, после смерти я возрождаюсь в постели, будто ничего и не было. Но это не так! Каждый раз всё становиться только хуже и хуже, их действия нельзя никак остановить, я пыталась. Может, выходом из этой игры будет только если я сама покончу с собой?»

«Я повесилась. Это не помогло, я снова тут. Как же я устала.»

      На Данте нахлынули воспоминания о том, как он тоже, не единожды предпринимал попытки самоубийства надеясь на то, что в следующий раз он не проснется больше. Или же надеялся, что проснется где-нибудь в другом месте: больнице, новом дне, на пешеходе где его сбила машина. Но это ни разу так не получилось, он тут, тут один.       В дневнике девушки промелькали те же мысли, о чём она записывала в дневнике. Даже надеялась на то что это шоу и сейчас все выйдут, скажут что съёмки закончены и она свободна. Но как и у Данте, мысли оказались просто мечтой.

« Они монстры!. Они стали тёмными... Они стали просто тёмными сущностями блять! Их глаза смотрят прямо мне в душу, а сами они, наконец начали обращать на меня внимание. Но я этому ой как не рада, ведь они пытаются меня убить, хитро так. Сначала кажется что они ничего не делают, а потом нападают исподтишка! Страшно иногда даже из комнаты выходить, ведь понимаешь что они готовы убить тебя, даже не боясь за себя.»

«Как же я устала! КАК ЖЕ Я УСТАЛА! КАК ЖЕ Я УСТАЛА! КАК ЖЕ Я УСТАЛА! ПОМОГИТЕ МНЕ КТО-НИБУДЬ, ПОМОГИТЕ! ПОЧЕМУ ЭТО ПРОИСХОДИТ ИМЕННО СО МНОЙ!» «Я психанула, и сломала практически всю комнату. Мы так долго обустраивали её с родителями...» «Я заперлась в комнате, у меня появилась безумнейшая теория! Вдруг, я не одна из людей что не стала тёмной сущностью? Вдруг, есть надежда на реальный выход из этой игры! Если это правда так, я убегу прямо сейчас из дома, соберу всё необходимое и убегу!»

«Надеюсь, это не моя последняя запись тут, но если это так... Если люди читают это. Человек, будь со мной, найди меня потом, я медик и готова помочь при любом ранении! Жест, на то чтобы я поняла твоё знание дневника я нарисовала ниже.»

      Снизу, правда было что-то вроде жеста: рука сжатая в кулак, потом поочерёдно поднимаются три пальца - указательный, средний и безымянный, будто считая до трёх. Потом рука быстро складываеться в букву «о» и снова вытянув указательный палец слегка прислоняеться к щеке показывая на глаз, или же прямо.

«Вот такой несложный жест, как бы кричащий о помощи."Раз, два, три, Хей! Помоги мне!" Или же, если указываешь на человека "Раз, два, три, Хей! Помоги себе!" Я долго о нём думала, не знала как применить, но думаю сейчас самое его время. Я убегаю!»

      И, запись обрывается. Она так и не вернулась походу домой, изучая мир вне. Кто знает, может она уже давно стала такой же как и все... Данте, пролистал страницы, но не нашёл больше ни одного текста. А дневник, правда большой, но наполовину пуст.       Тут даже ручка есть, практически полная! Как бы это не правильно не было, Данте заберёт это себе, или хотябы оставит запись на следующие случаи жизни.       Неожиданно для слишком сильно расслабившего парня, он почувствовал холодное лезвие на своей шее из-за чего замер подняв голову вверх. Не ожидал он явно подвоха от такой тихой, почти что заброшенной квартиры. Может, тёмная сущность её отца был тут всё время, а Данте даже не обратил на него внимание, из-за чего он смог подкрасться? Но, если бы это было так, он бы уже в ту же секунду убил его. Ни одна тёмная сущность не тянет с расправой, желая побыстрее увидеть кровь. Но если же это и не сущность, то почему молчит и не делает других действий или же знаков того что он не враждебен? Хотя, после того что он сделал не считать его не враждебным, глупо. Он бы так просидел долго. До того момента пока ему бы правда не вогнали нож в горло, если бы Данте не придумал вариант из этой ситуации.       Отнеся руку в сторону, он начал показывать недавно изученный жест.Указательный, средний, безымянный, буква «о» и к глазу. Это было очень рискованно, ведь его могли запросто убить, просто не понять и пустить всё заново. Лезвие холодного ножа просто убралось давая обладателю красных волос спокойно дышать, что тот и сделал тут же снимая капюшон и оборачиваясь назад.       Перед ним оказался парень, возрастом похоже с него. Лет восемнадцати. Обычный парень. Брюнет и кареглазый, но с весьма нездоровой кожей и синяками под глазами. В принципе, Данте выглядел похожим образом, но даже знать об этом не знает, не имея зеркала под рукой. — Ромка, а ты? – будто ничего и не было он протянул руку для рукопожатия, тут же почувствовав как его руку пожали. — Данте. – быстро он отпустил чужую руку, а дневник и вовсе спрятал за спину присаживаясь на кровати поудобней, как и пришедший. – А.. ты как долго тут вообще? — Да я недавно вернулся, вижу заяц какой-то на тумбе, сразу заподозрил неладное. – парень слегка неловко почесал затылок, глянув на парня перед собой. – Ты это, извини что чуть не резанул, не ожидал увидеть гостей сегодня. Вообще не готов, как видишь. — Да, ничего... – пожав плечами сказал Данте, будто правда в этом нет ничего страшного. Он привык к тому что его хотят убить на каждом шагу, а тут, даже пощадили, щедрость. — Смотрю, дневник нашёл её, раз жест использовал. – тут же подметил Роман, указывая на тетрадь сзади парня, на что тот кивнул. — Ага. Я если честно не ожидал что тут кроме дневника окажется и человек. — Я тоже! Ты первый живой кого я за последние время видел! – он неожиданно подлетел совсем близко к тому схватив за плечи. Этот жест немного напряг красноволосого, из-за чего тот нахмурился уперев руку в чужую грудную клетку. – А, ой. – гость... или хозяин квартиры? быстро вернулся в своё изначальное положение, пожав плечами. – Я правда тут никого нового не видел, да если честно вообще ничего не видел, кроме... Сам знаешь кого. — Знаю, жил с такими... – честно признался Данте, тут же подметив чужую руку, что была завязана какой-то тканью из которой сочилась кровь. — Жил? Погоди, ты как и девочка из дневника жил с тёмными сущностями? Обалдеть, это наверное... Не самое приятное, ощущение. – красноволосый слегка задумался, начав осматриваться по сторонам. Довольно быстро заприметил открытую тумбочку, с белой коробкой и красным крестом. Он встал из-за кровати и направился в её сторону, удивив кареглазого. – Эй, ты чего? – красноволосый быстро вернулся, держа в руках ту самую белую коробку. Обычно, которую назвали - аптечкой. — Я заметил твою руку, разрешишь её нормально перевязать? – Роман поднял свою правую руку разглядывая то её, то соседа перед собой. Чуть позже, протянув её красноволосому давая на своё «лечение» полное согласие. Данте не стал медлить, положив рядом аптечку сориентировался на нужные ему вещи, после чего приступил к тугой повязке.       — А ты этому сам научился, или на медика тоже учишься? – сидеть просто так было явно тому в тягость, но по крайней мере он не дёргался а просто болтал даже при промывке. — Научился. Это же базовая первая помощь. – незамедлительно ответил Данте, начав быстро разрезать бинт. — Ага, меня почему-то этому не учили... — Ну, у меня сосед был... Что-то вроде медиком, поэтому и научил. – частично, это являлось правдой, ведь Куромаку правда помогал ему понять как оказывать первую помощь. Но вот по поводу того кем он был, стоило и вправду умолчать. — Ты делил квартиру с соседями? — Да. — А сколько вас там жило, ну, в квартире? — А я смотрю, ты очень любопытный. – парень начал уже натягивать повязку, сильно натягивая чтобы кровь чуть чуть остановилась. — Пф, есть такое. Мне многие говорили что я лезу куда не надо со своими вопросами... Но я не могу просто не поспрашивать, интересно же! — Восемь. – Данте сделал последний тур, тут же закрепив специальными закрепами название которых он забыл, но не суть важно, главное чтоб держало. — Чего, восемь? – непонимающе выгнул бровь собеседник, тут же начав рассматривать проделанную работу. — Всего жило в квартире, если не считать меня и пришедших гостей на мой день рождения... Пять их было. — Тринадцать людей?! – Роман был явно в шоке, даже наверное это мягко сказать, что в шоке. – И все тринадцать, сущности? — Да... Это было ужасно. – Данте немного потеребил мех на куртке, сжимая из-за... Не особо приятных воспоминаний. — Да не то слово. Я даже себе это представить не могу. Я же, когда это всё началось, праздновал один... Ну, потому что родня в другом городе, а друзей как таковых нету... Не суть, я ведь даже не сразу понял что что-то не так. Только когда я решился заглянуть на дату, понял что не поменялась в телефоне. Подумал фигня какая-то, в окно посмотрел а там никого... Тупо пустые улицы, с кровью... – парень непонятно зачем осмотрелся по сторонам, будто сделал это непроизвольно и снова вернул взгляд на собеседника. – Долго не понимал что происходит, только когда нашёл квартиру и дневник кажется понял! И то... Не до конца. — Никто до конца не понимает что происходит, я в том числе. – решил подбодрить Данте, слегка прикрыв глаза как он и любил делать до всего этого. — Это то понятно... Но всё же, что это всё значит? К чему это всё приведёт? — В каком смысле приведёт? – непонимающе спросил красноволосый, решив снять куртку с плеч и остаться в одной пижаме. — Ну. Ты как человек, живущий с сразу такой компашкой должен был заметить... Всё меняется, в худшую сторону. Это же может стать ещё хуже! – и ведь, в правду. Всё изначально было нормальным, а сейчас, всё превратилось в страшный хаос. И ведь Данте не ждал этого, и даже страшно представить что будет дальше. – Так! – резко вывел хлопок из мыслей. – Давай спать короче, а то оба устали наверное за день. — Спать? – непонимающе спросил красноволосый, выгнув бровь. — Ну да... А. Забыл сказать! Я не знаю как это работает, но если ты не помирал то можешь спокойно поспать, и с тобой всё будет так же. То есть, как ты спать ложился, таким ты и останешься! Я сам не раз в этой квартире спал, всё отлично было. – сказав это, он вышел из комнаты и направился по коридору, к входной двери, из которой послышался звон ключей и звук закрывающейся двери. Он быстро вернулся, зашторил окна и плюхнулся на кровать. – Не переживай, дверь железная, прочная. Никто не вломиться, по крайней мере не должен. И, если ты хочешь спать один, можешь пойти в вторую спальню, она совсем рядышком. — Да не, я пожалуй тут посплю. – сложив куртку он положил её под голову, начав стараться погружается в сон. Его сосед не стал тревожить, тоже начав падать в дрёму и заснув практически сразу.       Данте же, не мог уснуть так же как Рома, ведь мысли просто жрали его изнутри. Его веки быстро открылись спустя минут тридцать бесполезных поворотов в постели, и глянули на рядом лежащий дневник который тот без промедления взял. Его поток мыслей тут же полился в тетрадь, аж на четыре страницы маленьким почерком о всём сегодняшнем... Дне? И только после этого действия он смог спокойно заснуть, с чужим дневником в обнимку.