Привычки Дружелюбия

«Если первого апреля не пошутишь, чувствуешь себя последним дураком. А пошутишь — первым».

      Уже истоптанная за годы в Бесстрашии дорога к кабинету Главного Лидера сейчас приобретает совершенно новые краски. Непривычное предвкушение преобладает над хладнокровным спокойствием, обычно сопровождающим Эрика по давно выученному пути. Остановившись перед дверью, он в последний раз оглядывает заявление и, хмыкнув своим мыслям, уверенно пересекает порог лидерского кабинета. Макс отрывает сосредоточенный взгляд от кипы бумаг лишь для того, чтобы закатить глаза, так как заранее знает, кто посмел нарушить его покой: только один из его подчинённых может позволить войти в кабинет Лидера без стука. Груда мгновенно пополняется ещё одним листом, и Макс поднимает отрешённый взгляд на довольное лицо Эрика. Затем он рассматривает документ, который принёс преемник, и глаза его тотчас округляются, стоит взглянуть на жирную надпись прямо посередине листа: «Исковое заявление о расторжении брака и разделе имущества».       — Подписывай, — невозмутимо произносит Эрик приказным тоном.       — Ты что, мыла наелся? Убери это от меня и больше не показывай! Я сделаю вид, что не видел этого! — брезгливо поморщившись, мужчина пихает жалкую бумажку обратно в руки подчинённого.       — Макс, ты не вдупляешь, что ли? — Эрик закатывает глаза и выдаёт это таким голосом, будто объясняет что-то ребёнку.       — Ты хоть раз в десять лет о субординации вспомни! Сделай мне подарок, а не вот это вот! — Лидер пренебрежительно взмахивает рукой в сторону заявления, снова болезненно сморщившись.       — Какое завтра число? — недовольно вздохнув, протягивает Эрик.       — Ну первое апреля, — с прежним недоумением выдаёт Макс, однако, заметив многозначительную улыбку на лице преемника, Главный Лидер восхищённо качает головой. — Ах ты, сукин сын! Ладно, давай сюда!       Размашистая подпись уже через несколько секунд красуется в одном из нижних углов заявления, и усмешка Эрика становится всё шире. Ухмыльнувшись от вида довольного младшего Лидера, Макс протягивает бумагу обратно, напоследок сказав:       — Эрик, у тебя совести как кот наплакал.       Лидер вновь закатывает глаза и покидает кабинет в приподнятом настроении. Макс возвращается к работе, но успевает прочитать лишь несколько строк, как снова хлопает дверь. Мужчина резко поднимает голову в порыве сказать пару «ласковых» слов вернувшемуся другу, но видит на пороге лишь Эйлу и на мгновение застывает от удивления, однако быстро надевает на лицо маску спокойствия. Он приглашающе кивает жене Эрика, и девушка за несколько шагов преодолевает небольшое расстояние и протягивает бумагу. Главный Лидер недоумённо поднимает брови, увидев широкую улыбку на её лице, затем опускает взгляд на документ и замирает на долю секунды.       — Подпиши, пожалуйста, — с необъяснимым восторгом протягивает Эйла, сцепив руки за спиной, и чуть ли не подпрыгивает на месте от радости.       Макс едва не давится воздухом, взяв в руки документ и обнаружив идентичность принесённых одной семейкой бумаг. Мгновенно накатывает смех, и он поджимает губы, из последних сил сохраняя напускное хладнокровие. С поддельным интересом пробегает глазами по написанному, будто видит это заявление впервые, и наконец поднимает голову.       — Что это значит? — привычным строгим голосом выдаёт Лидер, умело скрывая все эмоции.       — Это значит, что он меня достал! — воодушевлённо восклицает Эйла, внимательно наблюдая за реакцией Макса, но, увидев лишь недоумение и отголоски злости, устало вздыхает. — Завтра же День дураков. Ну вот, хочу поздравить Эрика.       — Интересный подарок, — криво усмехнувшись, мужчина укоризненно качает головой и вновь оглядывает заявление, всё ещё сдерживая порывы смеха.       — А то! Просто подпиши, от тебя больше ничего не нужно. Пож-а-алуйста!       Заглянув в зелёные глаза, на дне которых отплясывают такие же яркие демоны, Лидер сдаётся и оставляет уже вторую размашистую подпись за день на подобном документе.       — Спасибо! — Эйла оставляет поцелуй на щеке Макса и чуть ли не вприпрыжку покидает помещение, напевая под нос какую-то песню.       Когда девушка пропадает из виду, мужчина выжидает ещё пару секунд и звонкий смех наконец отражается эхом от стен кабинета.       — Ну удумали, черти! Сладкая парочка! Ну ничего, у меня чувства юмора тоже хоть отбавляй!

***

Ровно пять лет назад

      Издевательский смех Главного Лидера, кажется, перебивает все звуки наполненной Бесстрашными Ямы. Эрик сжимает челюсти, наблюдая за довольной улыбкой Макса. Торжествующий хохот щекочет и так расшатанные нервы младшего Лидера. Чуть успокоившись, мужчина хлопает по напряжённому плечу подчинённого. В ответ Эрик смеряет начальника сердитым взглядом, тогда как тот наконец-то собирается с мыслями:       — Ну ты не расстраивайся! Все когда-то косячат. Ну подумаешь, Мэттьюс услышала, как ты назвал собаку её именем. С кем не бывает?       — Со всеми, — буквально выплёвывает Эрик, отводя взгляд.       Истерический смех Макса раздаётся с новой силой, заставляя собеседника закатить глаза и шумно выдохнуть.       — Фух... Ты молодец, Эрик, первым решился задеть её эго. Горжусь! Досталось за эту выходку, конечно, ну хоть что-то хорошее про тебя за всю жизнь услышал!       — Очень смешно, Макс! Как раз под стать Старшему Лидеру! — раздражённо парирует он.       — Мне поручили наказать тебя, но давай подойдём к делу с юмором, прям как ты! — язвительно протягивает мужчина, оборачиваясь лицом к Яме.       Эрик пристально наблюдает за движениями друга, тогда как тот тщательно выискивает кого-то из толпы. Неожиданно карие глаза Макса цепляются за проходящую мимо рыжеволосую девушку. На дне тёмных зрачков загораются предвкушающие искры, и Лидер вытягивает жертву из скопища, закинув ей руку на плечи и повернув лицом к Эрику.       — И что это значит? — недоумённо изгибает брови мужчина.       — Терпение, боец, — с нажимом протягивает Макс и выставляет ладонь вперёд, а затем поворачивает голову к стоящей под боком притихшей Бесстрашной и обращается к ней: — Как тебя зовут?       — Эйла, — с запозданием отвечает она, глупо улыбаясь, тогда как её глаза сверкают неестественным блеском. Эрик прищуривается, заметив странное сияние, но последующая реплика Лидера отвлекает его внимание.       — Красивое имя, не так ли, Эрик? — вкрадчивым голосом интересуется начальник, сохраняя издевательскую улыбку на лице и не отпуская плечи Эйлы. Младший Лидер нехотя окидывает девушку взглядом, давя ухмылку и наконец почувствовав почти незаметный запах алкоголя. — Тебе нравится? — уже твёрже повторяет Макс.       — Очень, — он складывает руки на груди. — Да и вкус хороший, — довольно ухмыляется, глядя в повеселевшие глаза Бесстрашной и лишь одним взглядом намекая на лёгкое опьянение.       — Рад, что тебе понравилось, — крепче приобнимая девушку, подмигивает Главный Лидер. — Раз я так хорошо разбираюсь в твоих предпочтениях, уверен, что тебе понравится новая татуировка.       — А я тут при чём?       — А она тут при чём?!       Резко восклицают оба, уставившись на довольного Макса.       — А это очень хорошие вопросы!.. — поочерёдно глядя на обоих, выдаёт он, наконец отпустив плечи Бесстрашной и повернувшись к одному из выходов из Ямы. — Пойдёмте, мои бездельники.       Затуманенный разум Эйлы начинает осознавать трагический масштаб происходящего только в тот момент, когда тату-мастер крепко сжимает левую руку девушки и вместе с этим она ощущает болезненное покалывание в области безымянного пальца. Бесстрашная переводит отрешённый взгляд на сидящего сбоку Эрика, на лице которого отображается полная невозмутимость, однако по нервным движениям мужчины становится понятно, что это хладнокровие даётся ему с большим трудом. Взявшаяся не пойми откуда бутылка с алкоголем стремительно пустеет, и когда на самом дне остаётся немного жидкости, Эйла выхватывает из рук Лидера алкоголь и одним глотком опустошает стеклянную ёмкость. Эрик изумлённо поднимает брови, но быстро оставляет эту ситуацию и откидывается на спинку кресла, пока мастер выбивает на безымянном пальце тонкую линию — точно такую же, как у новоиспечённой жены. Чувство неотрывного взгляда принуждает девушку поднять голову, и она тут же замечает чрезмерно довольного Макса, развалившегося на одном из диванчиков. Он со скучающим видом встаёт на ноги и подходит ближе, тогда как издевательская улыбка медленно появляется на его губах.       — Поздравляю молодожёнов! — Лидер опускает правую руку на плечо Эйлы, а левую — на плечо Эрика. — Совет вам да любовь! Наконец-то в Бесстрашии появилась новая пара!

***

Сейчас

      Отсутствие тонкой татуировки на безымянном пальце левой руки, уже приевшейся за пять лет брака, неустанно привлекает внимание и порождает незнакомое волнение и выжигающую всё внутри злость. Эрик бесшумно открывает дверь в квартиру и невольно с облегчением выдыхает, не обнаружив дома уже «бывшей» жены. Беспокойство вызывает нервные движения, не позволяет спокойно сидеть на месте, и Лидер суетливо мельтешит вдоль протяжённого ряда растений, не обращая ни на что внимания. Крепко задумавшись, он ходит от одной стены к противоположной и обратно.       — Ну что, Джордж, делай ставки, умру я сегодня или завтра, — виновато вздохнув, с полной безнадёжностью протягивает мужчина, присев напротив ненавистного цветка с красочными бутонами.       Удивительно, но Эрик хочет продолжить монолог, однако резкий хлопок двери призывает резко подняться и оглянуться на вход в квартиру. Волнение сковывает тело и лишь усиливается, когда он признаёт на пороге Эйлу, однако Лидер моментально надевает на лицо обычную хладнокровную маску. Девушка несвойственно мнётся на пороге, спрятав руки за спиной, и широко, но натянуто улыбается, тогда как зелёные глаза выражают всю палитру эмоций от растущей тревоги до леденящего страха.       Тихо прокашлявшись, она начинает нервно заламывать пальцы, но Эрику не нужно видеть этого для того, чтобы понять очевидную тревогу, которая с лёгкостью читается на её лице. Глубоко вздохнув и собравшись с мыслями, Эйла слабым голосом произносит:       — Мне нужно тебе кое-что сказать...       Испуганные глаза направлены куда угодно, но не на Лидера, внутри которого тоже творится полная суматоха. Он внимательно оглядывает родные черты, как вдруг девушка наконец встречает его взгляд и что-то трескается внутри неё. Брови жалостливо хмурятся, черты лица искривляются, а глаза стремительно наполняются слезами. Эйла в два шага сокращает и так предельно маленькое расстояние между ними и кидается в объятия «бывшего» мужа.       — Эрик, я такая дура! Прости меня, прости! Я не думала, что так получится! Это должна была быть шутка! — восклицает она, давясь собственными слезами и судорожно обхватывая его тело руками.       — Что случилось? — тревожно хмурится он, прижимая рыдающую девушку к себе и поглаживая её по волосам.       Она отрывается от его груди и, шмыгнув носом, поднимает трясущуюся левую руку. Растерянность отражается на лице Лидера лишь на мгновение и вскоре сменяется озадаченностью. Эрик обхватывает её ладонь левой рукой, обращая всё внимание на безымянный палец, где ещё утром красовалась татуировка, и слишком поздно замечает, что тем самым самовольно выдал свою тайну.       — Это что значит?.. — мгновенно успокоившись, тихим голосом выдаёт Эйла, не сводя взгляда с левой руки Лидера.       — То же самое хочу спросить и у тебя, — отпустив уже не дрожащую ладонь жены, мужчина устремляет возмущённый взор на заплаканное лицо девушки.       — Ничего не хочешь рассказать?       — А ты? — хмуро отрезает Эрик.       — Эрик, ты мыла наелся, что ли? — медленно протягивает она, недовольно приподняв брови.       — Да у вас заело?! Первое апреля, Эйла, доброе утро! — Лидер взмахивает руками.       — Что-то твоё Первое апреля пошло не по плану! — выкрикивает Бесстрашная ему в лицо.       — Твоё тоже, как видишь! — злобно шипит он.       — А что ты на меня всю вину перекидываешь?! — нервно усмехнувшись, девушка подходит вплотную.       — А на кого ещё?! — возвышаясь над ней, Эрик с пренебрежением заглядывает в зелёные глаза, горящие адским пламенем. Тот же самый огонь она способна узреть и в голубых.       — У тебя совести как кот наплакал!       — Жаль, что ничего нового ты не сказала! — нагло ухмыляется Лидер.       Она задыхается от возмущения и смеряет мужа свирепым взглядом, но больше не находит никаких слов. В последний раз с ненавистью посмотрев в бессовестные голубые глаза, Эйла поджимает губы и скрывается за пределами спальни, со всей силой хлопнув дверью. Уже через мгновение дверь, ведущая на кухню, хлопает с такой же громкостью.

***

      Когда гнев обоих сошёл на милость, а злобы поубавилось, покой мгновенно заполонил атмосферу. Словно исчезло напряжение, витающее в воздухе и сугубо отрицательно действующее на Бесстрашных. Сидящие по разным комнатам Эрик и Эйла одновременно думают о произошедшем, но уже на холодную голову, и постепенно приходят к одним и тем же выводам.       Лидер с абсолютным спокойствием внутри задумчиво созерцает противоположную стену, осознавая, что пришло время поставить точку в этой глупой истории и наконец вернуться к нормальной совместной жизни. Оторвавшись от безусловно увлекательного занятия, он оглядывается по сторонам и замечает лежащий на столе маркер. Задумавшись лишь на секунду, Эрик поднимается с места и, захватив фломастер, покидает пределы кухни.       Стоит распахнуть дверь в соседнюю комнату, как взору моментально предстаёт сидящая на кровати Эйла. Обхватив колени руками, она тупит пустой взгляд в пол, еле заметно раскачиваясь взад-вперёд и ни на что не обращая внимания. Девушка даже не реагирует на шаги, и зелёные глаза «оживают» лишь в тот момент, когда Эрик присаживается возле неё на краю постели и обхватывает левую ладонь жены правой рукой. Тонкая кисть маркера щекочет кожу, оставляя на безымянном пальце аккуратную полосу. Тёмные брови непонимающе хмурятся, но когда Лидер рисует себе подобие обручальной татуировки, то её губы обрамляет слабая улыбка.       — Вот и помирились, — по-доброму усмехаясь, Эрик поднимает глаза на умиротворённое лицо, по которому ещё полчаса назад лились безудержные слёзы.       Кривая улыбка вскоре становится широкой и искренней. Потерев красные опухшие веки, Эйла начинает беспричинно смеяться, и мужчина недоумённо изгибает брови.       — Чего ты смеёшься? — с отчётливой озадаченностью протягивает он.       — С Днём дураков! — откровенная радость в звонком голосе касается слуха Эрика, и Лидер пытается подавить улыбку.       Уже через пару мгновений одинокий смех становится лишь громче и в конечном счёте смешивается со вторым.       — Я протягиваю Максу заявление, а он такой: «Ты что, мыла наелся? Убери это от меня и больше не показывай! Я сделаю вид, что не видел этого!» — Эрик смеётся громко, от души, приобнимая жену за плечо.       — У меня почти так же! — Эйла, рассмеявшись, склоняет голову набок, жмётся ближе и чуть тише добавляет: — Правда, я сказала, что ты меня достал и тебя следует поздравить с Днём дураков...       Эрик смеряет девушку сосредоточенным взглядом, размышляя про себя, насколько же они, мать твою, похожи. В душе Лидера что-то приятно согревает. Наверное, осознание того, что Эйла именно с ним, а не с кем-то другим. Мужчина целует жену в макушку, не забыв по обыкновению ухмыльнуться.       — Прям настолько-настолько достал? — Эрик отодвигает девушку от себя, заглядывая в зелёные глаза, которые буквально светятся. То ли от безудержного смеха и на удивление хорошего настроения, то ли от любви к рядом сидящему человеку.       — Тебе по десятибалльной?       — Да, было бы славно.       — Одиннадцать, — с лидерской ухмылкой, которую Эйла переняла одной из первых привычек, целует мужа в нос, прильнув к любимому телу ближе.