hello, nine/Привет, девятка

Изуку не знал, чего он ожидал от своего следующего улучшения с Один за всех, но точно не этого.

***

В середине второго года Изуку овладел всеми причудами Один за всех. Теперь редко происходили какие-либо случайности или неудачи, что, как он мог сказать от имени всех своих учителей, одноклассников и себя самого, было огромным облегчением. И когда однажды утром он проснулся от того, что кто-то раздражающе ткнул его в лицо, он отмахнулся от этого, посчитав, что один из его друзей пытался поднять его с постели. Он просто перевернулся со стоном и натянул одеяло на голову, чтобы было проще игнорировать свет, льющийся из окна. Когда тыканье не прекратилось, Изуку устало махнул рукой из-под одеяла, чтобы ударить нападавшего. — Эй, малыш. Вставай, ты опоздаешь к завтраку. Малыш. Давай. Изуку застыл от незнакомого голоса и опустил руку, перекатываясь назад и садясь так быстро, что у него закружилась голова, а перед глазами потемнело. Женщина, сияющая мягким золотым светом, стояла рядом с его кроватью, улыбаясь, потом взъерошила ему волосы и мотнула головой в сторону его двери. — Завтрак, малыш. Твои одноклассники приготовили. Вставай, пока не пропустил. Изуку в оцепенении кивнул и встал, моргая от усталости и несколько раз чуть не спотыкаясь о ноги, прежде чем он действительно добрался до двери. Когда он, наконец, вышел в коридор, Изуку протер глаза и оперся рукой о стену перед собой, чтобы не упасть. Неужели его только что разбудила Шимура Нана? Он сошел с ума?

***

Судя по всему, он действительно сошел с ума. Потому что в тот момент, когда Изуку вошел на кухню и увидел Каччана, сидящего за столом с его группой друзей, позади него стоял мужчина с таким же сиянием вокруг него, как и у Наны, только красным. Он стоял за стулом Каччана, скрестив руки на груди, и на его лице была ухмылка, когда он поймал взгляд Изуку. Второй, — разум Изуку подсказал ему. — Черт возьми, Второй выглядит точно так же, как взрослый Каччан. Я не вынесу этого сегодня. Каччан нахмурился, увидев, что Изуку смотрит на него, и ухмылка Второго превратилась в оскал из-за видимого замешательства и дискомфорта Изуку. — Какого хрена ты пялишься, ботаник? Изуку медленно моргнул один, два, три раза, прежде чем повернуться к двери. — Нет, просто... нет. В ту секунду, когда он ушел, он услышал, как Каччан кричит позади него, чтобы он вернулся и объяснился, но Изуку просто продолжал идти. Слабо, он услышал знакомый, гулкий голос, смеющийся в его голове. Тот, который звучал точно так же, как Банджо, пятый пользователь.

***

Следующий раз, когда это случилось, был, наверное, самым неловким. Вчера он смирился с тем фактом, что, по-видимому, теперь он мог видеть прошлых пользователей Один за Всех за пределами своих снов. Но только после нескольких часов внутреннего волнения по поводу того, что теперь он мог видеть прошлых пользователей Один за Всех за пределами своих снов, но это не значит, что он уже привык к этому. Сидя в свободное время на следующий день, просматривая заметки, чтобы подготовиться к своему тесту по истории на следующий день, он точно не ожидал, что из-за его плеча появится светящаяся синяя рука и укажет на его заметки вместе с мягким голосом, исправляющим какую-то информацию, которую он записал неправильно. — Этот закон не был официально принят до 2XXX, а не до 2XXX. Но ты был очень близок к этому, Изуку. Изуку взвизгнул, испугавшись, и упал со стула от удивления и своей попытки отдалиться от руки на его плече. Он снова поднял взгляд и увидел Эна, стоящего за стулом, его глаза прижмурились в веселье, показывая Изуку, что он улыбается, за воротником костюма, скрывающим его рот. Оглядевшись, Изуку увидел, что все его одноклассники странно смотрят на него, и нервно рассмеялся, потирая затылок, когда встал, чтобы сесть обратно на свой стул. — Извините, ребята, я подумал, что увидел паука на своем столе. — Чувак, может у тебя стрессовые галлюцинации или что-то в этом роде! — Серо дразняще толкнул его локтем. — Честно говоря, я не думаю, что ты так уж неправ, — пробормотал Изуку, еще раз незаметно взглянув на Эна и благодарно кивнув за подсказку в своих заметках. Эн снова улыбнулся под своим костюмом и тут же исчез.

***

В течение следующей недели у Изуку больше не появлялись неожиданные посетители, и он был одновременно рад и немного разочарован. Но когда один из них появился в следующий раз, он не удивился. Его тренировки с Каччаном всегда проходили только вдвоем. Иногда несколько их одноклассников приходили посмотреть и сделать ставки на то, кто выиграет, но чаще всего это были они сами по себе. Теперь были только они двое и два остатка, которые были совершенно противоположны в своих способах помочь ему стать лучше и выиграть инсценированный бой. — Он открылся справа. Не упусти возможность ударить. Изуку ухмыльнулся в ответ на предложение Хикаге и послал боковой удар ногой в правую часть живота Каччана, из-за чего Каччан дернулся влево от силы и застонал. Изуку воспользовался моментом слабости, чтобы подцепить ногой его лодыжку и дернуть, отправив Каччана на землю спиной вперед. — ЧЕРТ ВОЗЬМИ, ДА, МЕЛКИЙ! НАДЕРИ ЕМУ ЗАД! — закричала Нана, хлопая в ладоши рядом с гордо кивающим Хикаге. Каччан пришел в себя и перекатился на ноги, отправив взрыв в лицо Изуку, ослепив его на несколько секунд. Не ожидая этого после того, как он отвлекся на остатки, наблюдающие за ними, Изуку вскрикнул и отступил назад, пытаясь моргнуть. Нана застонала из задней части комнаты и снова закричала ему: — НАБИРАЙ ТЕМП, ПАРЕНЬ! ТЫ ЛУЧШЕ ЭТОГО! — Он отвлекся из-за своего успеха, — сказал ему Хикаге. —Используй это в своих интересах и атакуй. — Ты так беспечен со мной, Деку? — Каччан насмехался. — Черта с два, — рассмеялся Изуку. — Нападай уже, Каччан. — ВОТ О ЧЕМ Я ГОВОРЮ, МАЛЫШ! НАТЯНИ ЕМУ ЗАД НА ГЛАЗ! Путаница с популярной поговоркой заставила Изуку рассмеяться, что, казалось, только еще больше разозлило его спарринг-партнера. Каччан зарычал и рванулся вперед, отправив Изуку пинок, пугающе похожий на его собственный стиль боя. Изуку пригнулся, чтобы увернуться, и нанести ответный удар, Один за Всех гудел в его венах, и Изуку услышал, как Нана завопила в его сторону, когда знакомая зеленая молния заплясала по его коже. Хикаге, стоя позади Каччана, чтобы быть в поле зрения Изуку, подсказывал ему, как победить его, потому что Каччан становился все более и более недовольным и небрежным на протяжении всего боя. — Он не защищает свою левую руку. Нападай на внутреннюю часть бедра. Не бойся играть грязно, при необходимости поражай чувствительные места. Ты ничего не добьешься в реальном бою, если будешь действовать осторожно и по инструкции. Используй Чувство Опасности, чтобы предвидеть его движения, все, что у тебя есть, должно быть использовано как в спарринге, так и в бою, Изуку. Вот, он не защищает свое лицо, ударь его. Хорошо, снова. Вот так. К концу их спарринга Изуку прижал Каччана животом к земле, с руками за спиной, ладонями друг к другу, чтобы он не мог послать взрывы в Изуку, чтобы освободиться. — На этот раз я выиграл, Каччан, — выдохнул Изуку, улыбаясь. — Как угодно, — усмехнулся Каччан. — Я сдаюсь, отъебись от меня. В следующий раз я надеру тебе задницу, дерьмовый Деку. — Жду с нетерпением, — усмехнулся Изуку.

***

Когда несколько ночей спустя Изуку с криком проснулся от кошмара, он не удивился, когда там был Первый пользователь, чтобы сесть рядом с ним и успокоить его. Йоичи всегда был очень добр к нему в его прошлых снах, посланных ему Одним за Всех, и был тем, кто убедил Второго и Третьего поверить в него как в преемника силы, которой они когда-то владели. — Дыши, Изуку, — успокаивал Йоичи. — Это был всего лишь сон, это было не по-настоящему. Теперь ты проснулся. Ничего, если я коснусь тебя? Задыхаясь, Изуку кивнул и протянул руку мужчине, сидящему на краю его кровати. Тусклое зеленое сияние, окружавшее его лицо, давало Изуку чувство спокойствия, знание, что это был тот, кому он доверял. Йоичи взял его протянутую руку и успокаивающе провел большим пальцем по его покрытым шрамами костяшкам. — Й-Йоичи… — Считай свои вдохи вместе со мной. Вдох на четыре, задержи на семь, выдох на восемь. Я здесь, с тобой, ты в безопасности. — Это было… это было так р-реально, — заикаясь, пробормотал Изуку. — Это было т-так давно, почему мне это до сих пор снится? — Это совершенно нормально — видеть сны о травмирующих событиях. Я никогда не буду осуждать тебя за это. Тебе никогда не придется проходить через них в одиночку. Мы все здесь ради тебя, Изуку. Изуку крепко сжал руку Йоичи. — С-спасибо, Йоичи. — Не благодари меня, Изуку. Теперь мы твоя семья, как и ты наша. Ты никогда не будешь нас обременять, когда мы тебе понадобимся. И Йоичи просидел с ним еще несколько часов, рассказывая истории Изуку, чтобы отвлечь от кошмара, который у него был, и просто разговаривая с ним обо всем, о чем он хотел. Он ни разу не отпустил руку Изуку. И Изуку был ему благодарен.

***

По крайней мере, в следующий раз, когда он увидел один из остатков, он не был на грани панической атаки, как когда он видел Йоичи в последний раз. Нет, на этот раз он сидел в общей комнате с некоторыми из своих одноклассников и пытался сдержать смех, когда увидел Банджо в углу комнаты, который ужасно исполнял Макарену и безжалостно разрывал текст, так как он не говорил ни на одном из языков, будь то испанский или английский. — Деку, ты в порядке? — спросила его Очако. — Твое лицо действительно красное, ты болен? Тебе нужно сходить к Исцеляющей Девочке? Иида тоже это заметил, когда Очако озвучила свои опасения и указал на Изуку выпрямленной рукой. — Я должен настоять, чтобы ты отправился к Исцеляющей Девочке, если ты чувствуешь себя плохо, Мидория! Как представитель класса, я обязан следить за тем, чтобы мои одноклассники были в порядке и заботиться о них! — Нет, я-, — прохрипел Изуку, Банджо подпрыгнул, чтобы повернуться в другом направлении и повторить танец (Dale a tu cuerpo alegria Macarena-). — Я в порядке! Просто подумал о чем-то, что рассмешило меня. — Ты уверен? — спросил Цую. — Ты выглядишь довольно красным, ква. Второй вздохнул с другой стороны комнаты, прислонившись к стене и проводя рукой по лицу рядом с кудахчущим Третьим. — Дайгоро, прекрати это дерьмо. Ты выглядишь как идиот. Третий толкнул Второго локтем в бок, выдавливая сквозь смех: — Он подбадривает пацана, дай ему передохнуть! В любом случае, почему ты вообще здесь? Изуку, все еще борясь со смехом, посмотрел то на Второго, то на Каччана, прежде чем смущенно отвести взгляд и продолжить смотреть, как Банджо полностью проваливается в Макарене. — Вот почему, — усмехнулся Второй, указывая между Изуку и Каччаном. — Посмотри на него, когда он видит меня рядом со своим другом. Это весело наблюдать, как неловко становится паршивцу. — Ой, Деку, ты смеешься надо мной? — Каччан нахмурился, увидев, как Изуку посмотрел на него, прежде чем отвести взгляд. — В последнее время это твоя проблема, а? — Нет, Каччан! — Изуку замахал руками перед собой, сдерживая смех, когда Банджо сменил песню и вместо этого начал исполнять YMCA, используя Черный Хлыст, чтобы формировать буквы над головой, вместо того, чтобы использовать руки (It’s fun to stay at the YMCA-). — Тогда какого хера ты так хихикаешь, ботаник? Третий еще сильнее рассмеялся над выходками Банджо и случайно ударил рамку картины позади себя, отправив ее на пол. Весь класс перевел взгляды на упавшую раму картины, и смех Третьего не умолкал. — Боже мой, я могу двигать вещи! Я, черт возьми, так повеселюсь с этим! Изуку застонал и смирился со своей судьбой, зная, что просто невозможно убедить Третьего не делать чего-то, как только его разум настроится на это.

***

После того, что Изуку теперь называл Инцидентом С Картинной Рамкой, Третий редко был не рядом с Изуку. А вместе с ним и Йоичи, потому что выходки Третьего большую часть времени напрягали Изуку, а присутствие Йоичи было очень успокаивающим для него во времена тревоги, как, например, это. Когда Третий бродил по его классу, сбивая карандаши, листы и ластики с парт его одноклассников, Йоичи был рядом с ним, держа руку на его плече, в то время как его одноклассники медленно сходили с ума из-за вещей, в случайном порядке падающих с их парт. Третий открывал дверцы шкафа на кухне Альянса Высот, а Изуку лежал на диване, положив голову на колени Йоичи, позволяя Первому гладить его волосы, чтобы успокоить его. Свет случайным образом включался и выключался в комнатах в случайные моменты дня в общежитиях, и Йоичи держал Изуку за руку, пока тот молча страдал. Через несколько недель этого, а иногда и нескольких других остатков, присоединяющихся к Третьему в его веселье (Изуку говорит о вас, Нана и Банджо), двое его одноклассников собрали всех в общей комнате с предложением. — Мы должны связаться с призраком! — Мина хлопнула один раз, обращаясь ко всем в общей комнате. — Тору была достаточно восхитительна, чтобы позволить нам одолжить ее старую доску для спиритических сеансов, чтобы мы могли поговорить с божеством, преследующим наш класс! (Трое остатков надрывают животы от смеха в разных частях комнаты. Иногда Изуку ненавидел свою жизнь.) — Кто с нами?! — взвизгнула Тору. Доска стояла на столе, и возле нее собралось много одноклассников. Кто-то для участия, кто-то для того, чтобы посмотреть, сработает ли это на самом деле или нет. — Ребята, может быть, нам не стоит-, — попытался Изуку, но его нетерпеливая одноклассница проигнорировала его, объясняя правила доски остальным, прежде чем они начали. Изуку пришлось сдержать слезы, когда Нана и Третий взволнованно взялись за планшетку, абсолютно готовые поглумиться над классом Изуку. И когда Мина спросила, есть ли там призрак, Изуку в отчаянии застонал про себя, когда ответ был именно таким, как он ожидал. | И-З-У-К-У — Бро, тебя преследует призрак! — Киришима уставился на Изуку. — Это так по-мужски! Интересно, чего он хочет! — Что за безумный банкет тьмы, — Токоями уставился на доску для спиритических сеансов широко раскрытыми глазами. — Спросим, спросим! — Каминари подпрыгнул со своего места на полу. | П-Р-И-В-Е-Т 9 — Ребята, пожалуйста, остановитесь. Я вас умоляю, — пропищал Изуку Третьему и Нане. Они ухмыльнулись и покачали головами, и, видимо, его одноклассники подумали, что он разговаривает с ними, и также проигнорировали его мольбы, потому что пристально смотрели, как планшетка снова двигается. | Н-Е-Т Каччан опустился на свой стул в осознании, когда Очако прочитала слово и широко раскрытыми глазами уставился на Изуку. — Деку. Девять, это значит- — Ага, — Изуку кивнул со вздохом. — Черт возьми, это охренеть как весело! — хмыкнул Каччан. | К-А-Ч-Ч-А-Н Он перестал смеяться, вместо этого уставившись на Изуку. — Останови это, черт возьми. — Я не могу, — сказал Изуку, почти покончив с жизнью в этот момент. | К-А-Ч-Ч-А-Н С-У-Г-О-И — Деку, прекрати эту херню. — Это не я, — отчаялся Изуку. — Я не могу. | М-Ы В-И-Д-И-М В-А-С 2 А — Ребята, это очень жутко, — сказал Сато. — Мидория, почему твой призрак преследует и нас тоже? В качестве заземляющего жеста Изуку прислонился лопатками к Йоичи, который сдерживал собственный смех, и смиренно закрыл глаза. — Любое твое предположение будет не хуже моих. — О, пусть развлекаются, Изу, — похлопал его по спине Йоичи. — Это просто безобидная игра. Когда Изуку снова открыл глаза, все 7 остатков, которых он видел последние несколько недель, присутствовали и наблюдали за разворачивающимся хаосом. Изуку посмотрел на Йоичи, стоящего за диваном, на котором сидел он, и нахмурился. — Что, если они узнают о… ты знаешь о чем? — Тогда пусть узнают, — фыркнул Банджо. — Тошинори был единственным из нас, кто держал это в строжайшем секрете, все наши близкие знали об этом, когда мы получили его. Если ты объяснишь им насколько это важно, они будут тщательно хранить этот секрет, чтобы не подвергать тебя еще большей опасности. — Согласен, — кивнул Эн. — Ты достаточно долго нес это бремя, Изуку. Раздели его с ними, пусть даже не сегодня. — Теперь это твоя сила, — сказал Второй Изуку. — И ты можешь выбирать, кому говорить, а кому нет. Твое маленькое отродье Каччан уже знает, и он хранил бы эту тайну даже ценой своей жизни. Разве ты не доверяешь остальным делать то же самое? — Нет, я доверяю. Ты прав. Спасибо, Второй. — Нет проблем, малыш. Каччан щелкнул пальцами, чтобы привлечь внимание Изуку, и одними губами спросил: — Сколько из них здесь? — Все они, — ответил Изуку со вздохом. — Я пишу Всемогущему, — сказал Каччан вслух, и Изуку кивнул. — Я напишу Айзаве-сенсею, — добавила Момо, немного взволнованная событиями, происходящими перед ней. — Ребята, ребята! — сказала Мина. — Что, если мы заглянем в планшетку, чтобы увидеть призрака Мидории?! Третий усмехнулся, когда она сказала это, и снова передвинул стрелку на доске. | С-Д-Е-Л-А-Й Э-Т-О А-Ш-И-Д-О — Боже мой, он знает мое имя. Сейчас я сделаю это. Призрак приказывает, ребята. Я должна. Изуку вздрогнул и сел прямо, протянув руку. — Ашидо, подожди-! Слишком поздно, Мина уже подняла планшетку, посмотрела через стекло на Изуку и закричала, чуть не уронив ее. — Мидория! — Ага, — вздохнул Изуку. — У тебя семь призраков! — Ага, — снова сказал Изуку, смирившись со своей участью теперь, когда половина кота выпала из мешка, и уронил голову на руки. — Мидория, бро! — Каминари уставился на Изуку с отвисшей челюстью. — Ты знал? — Я знал, — кивнул Изуку, не поднимая головы. Нана, Третий и Банджо согнулись от смеха, хватаясь за животы из-за явно очевидного дискомфорта Изуку, и Мина видит это, все еще глядя в стекло планшетки с трясущимися руками. Второй и Йоичи тоже начинают хихикать, а последний нежно ерошит волосы Изуку. Эн стоял в стороне, фыркая от смеха. — Ребяяята, — заскулил Изуку. — Это не смешно. Йоичи, как ты мог позволить им сделать это со мной. Я так хорошо с этим справлялся! — Деку, какого хрена ты не сказал мне, что сейчас ты можешь их видеть?! — Я не мог этого раньше, Каччан! Это недавнее улучшение! Серо мотал головой туда-сюда между ними. — Бакуго, ты знал?! — Никаких гребаных комментариев, пока не придет Всемогущий. Нана подскочила к Изуку и с ухмылкой затрясла его плечи взад-вперед. — Изу, малыш, ты должен привести сюда Тоши как можно скорее! Я хочу снова увидеть этого мальчика. — Он, наверное, уже в пути, Нана, — сказал Изуку, у которого закружилась голова от силы ее тряски. Класс смотрел в изумлении и замешательстве, наблюдая, как Изуку трясло туда-сюда невидимой силой. — Один из твоих призраков фанат Всемогущего или что-то в этом роде? — Оджиро вопросительно склонил голову. — Можно и так сказать, — вздохнул Изуку. — Думаю, вы скоро узнаете. Глаза Каччана расширились, и он крепко вцепился в подлокотники кресла, на котором сидел, пальцы впились в материал почти так сильно, что могли его разорвать. — Ты, блядь, расскажешь им всем?! Ты что, блядь, тупой?! — Они сказали это сделать, Каччан! — Это не только твой секрет, тупица! Второй слегка ударил Изуку кулаком по голове: — Эй, пацан. Скажи паршивцу, что я сказал, что он гребаный придурок и пусть не лезет не в свое дело. Изуку побледнел и покачал головой: — Я не скажу этого Каччану. Нет, спасибо, я выбираю жизнь. Каминари усмехнулся, услышав слова Изуку: — Нет, скажи Каччану, нам всем очень любопытно! — Ага, Деку, — стиснул зубы Каччан. — Скажи мне. — Можно я ударю мини-себя? Я хочу ударить его по лицу. — Второй, нет. — Мидория, — Мина ахнула. — Почему этот выглядит точно так же, как Бакуго, но на 10 лет старше? — ХА?! — Ашидо! — Изуку застонал. — Я пытался избегать говорить об этом Каччану! — Почему?! Они поразительно похожи! — Потому что трудно смотреть на Каччана, когда у меня есть призрак, похожий на него из будущего! — …Справедливо. — Дай мне посмотреть на это, Енотоглазая! — Каччан выхватил планшетку у Мины и посмотрел через стекло, его глаза расширились, когда он увидел Второго, стоящего позади Изуку. Его руки были скрещены, и он твердо стоял с бесстрастным выражением лица, но Изуку видел его достаточно раз и знал его достаточно долго, чтобы знать, что в его глазах было веселье, в то время как он и Каччан смотрели друг на друга. — Пожалуйста, перестань пялиться на Каччана. — Сопляк совсем взбесился, это весело. — Второй, пожалуйста. Второй фыркнул и закатил глаза, но нежно взъерошил волосы Изуку, как это делал Йоичи несколько раз за последние несколько минут, пока они были там, пока его одноклассники играли с доской для спиритических сеансов. — Ладно, давайте уже покончим с этим дерьмом. — Сначала мы должны дождаться Тоши! — Он будет здесь, Нана, потерпи, — Йоичи ободряюще похлопал Нану по плечу. — Я знаю, ты хочешь увидеть своего преемника, но, пожалуйста, успокойся. Я думаю, ты пугаешь Изу. — Ой, извини, Изуку. — Все в порядке, Нана, — улыбнулся ей Изуку. — Я знаю, что ты взволнована. — Подождите-ка, — прищурился Каччан, наконец отведя взгляд от Второго и посмотрев на остальных. — Деку. Это гребаный Лариат? — Откуда, по-твоему, этот парень взял Черный Хлыст? — Банджо самодовольно усмехнулся. Изуку собирался перевести, но потом вспомнил, что Каччан очень хорошо умеет читать по губам, поэтому он позволил Каччану самому поговорить с Банджо и пожал плечами в знак поражения. — Какого хрена я не подумал об этом?! — Кто знал, что твой друг-сопляк был геройским задротом, Изуку? — Ой! Я не гребаный сопляк! — Он сказал то, что сказал, — фыркнул Третий. — Третий, ты сделаешь еще хуже, — простонал Изуку. — Подожди, Мидория, — прервал Тодороки. — Почему ты называешь одних из них по номерам, а других по именам? — Я не знаю имен Второго и Третьего, — сказал Изуку. — Они никогда не говорили мне. Они хранят свою личную информацию в тайне, и я уважаю их. — Очень хорошо, что ты уважаешь их личности, Мидория! — кивнул Иида. — Мне нравится этот, — Эн указал на Ииду. — Деку, что, черт возьми, этот только что сказал Четырехглазому? У него рот закрыт. Изуку улыбнулся Ииде: — Эн сказал, что ты ему нравишься. Спина Ииды выпрямилась как стержень, и он склонил голову, его уши покраснели. — Спасибо, Эн-сан! Каччан остановился: — Подожди, Деку, кто из них Первый? Изуку указал позади себя на Йоичи, который мягко улыбался друзьям Изуку, играя с волосами Изуку: — Йоичи — Первый. — …Твой брат — ебаный мудак, Первый. Все шестеро остальных разразились громким смехом, а Йоичи тихо посмеивался рядом с ними. — Да, это так, Бакуго Кацуки. Да, это так. — Они знают мое имя?! — Конечно, они знают твое имя, Каччан! — сказал Изуку. — Они знают о тебе все! — Это пиздец как жутко, черт возьми! Хикаге уставился на Каччана, не мигая, и заговорил впервые с начала всего мероприятия: — Мы живем в голове Изуку. Мы знаем все, что ты сделал, Бакуго. Ты не очень-то мне нравишься. Вся кровь отхлынула от лица Каччана, и он медленно опустил планшетку. Изуку, напротив, покраснел. — Хикаге! — Он травил тебя самоубийством. Он мне не нравится. — Это было давно! — Мне все равно. Он мне не нравится. Изуку вздохнул. — Давай просто… подождем, пока Всемогущий и Айзава-сенсей не придут сюда, прежде чем я все объясню, хорошо? — …Хорошо.

***

Им не пришлось долго ждать. Менее чем через 10 минут Тошинори ворвался в их общежитие, а усталый Айзава следовал за ним, крепко сжимая в кулаке свое захватное оружие. Тошинори тяжело дышал, оглядывая их всех. Изуку услышал вздох Наны. — Что происходит? — Айзава спросил их всех. — Юный Бакуго, в твоем сообщении говорилось- — Деку преследуют призраки! — выпалила Очако. Каччан посмотрел Тошинори в глаза, его серьезное выражение лица смутило остальных, когда он сказал: — Семь призраков. Тошинори побледнел и отчаянно посмотрел на Изуку, который застенчиво кивнул. — Сюрприз? Эм, я больше не просто вижу сны о них, я действительно могу видеть, касаться и говорить с ними? — И… — Она здесь, Всемогущий, — Изуку мягко улыбнулся. — …Оу, — задохнулся Тошинори, его запавшие глаза наполнились невыплаканными слезами. Глаза самого Изуку наполнились слезами, когда он увидел, как сияющая золотом фигура Наны обняла Тошинори, Изуку увидел, как тот вздрогнул, его грудь содрогалась от безмолвных рыданий. — Она обнимает вас. — Д-да, мой мальчик. Я чувствую ее… Привет, Шимура-сенсей… Один за Всех мерцал по всему телу Изуку без его разрешения, потрясая его и тех, кто сидел рядом с ним. Нана что-то прошептала на ухо Тошинори, и хилый мужчина упал на колени, опершись лбом о руки. Одноклассники Изуку смотрели в ошеломленном, шокированном замешательстве, а Айзава лишь устало прищурил глаза. — Проблемный ребенок. Не мог бы ты объяснить? — Эм, вот почему мы вызвали вас сюда, ребята? Мне нужно вам всем кое-что сказать. — Что должно быть грёбаным секретом по серьезным причинам, но Деку всё равно хочет рассказать вам всё, блядь, — Каччан уставился на Изуку. Снова активировался Один за Всех на короткую секунду, и Каччан вздрогнул, его голова дернулась вперед. — Какого хрена?! — Второй, пожалуйста, не бей Каччана, — сказал Изуку, сдерживая смех. — Отродье, черт возьми, заслуживает этого. Это не его сила, не его решение. Он должен перестать совать нос не в свое дело. — Я… согласен с тобой. Но менее агрессивно? — Как бы то ни было, малыш, — хмыкнул Второй. — Эй, Нана, обними своего преемника позже, нам есть о чем поговорить. — Заткнись, Второй, — Нана равнодушно посмотрела на него через всю комнату. — Позволь мне сказать моему мальчику, что я горжусь им, прежде чем мы свалим травму на кучку подростков, ладно? Йоичи положил руку на плечо Второго, другая его рука все еще удобно лежала на голове Изуку, а пальцы бессознательно гладили его волосы успокаивающим движением, которое Изуку уже знал. — Второй. Оставь ее. У нас полно времени. — Мидория, — вздохнул Айзава. — Почему твои волосы шевелятся. — Йоичи гладит меня. — …И кто такой Йоичи. — Эм, Первый. Голова Тошинори со вздохом дернулась вверх, и он широко раскрытыми глазами посмотрел на Изуку. — Первый? — …Да. Вот почему вы здесь, Всемогущий. Я… собираюсь рассказать всем. — Юный Мидория, это очень опасный секрет. — И они согласны, — Изуку кивнул. — Но я им доверяю, и они очень поощряют меня, и я доверяю классу и Айзаве-сенсею тоже. Они никому не скажут, если узнают, что это подвергнет меня опасности, если они это сделают. — Ого, Мидобро, что здесь происходит? — смущенно спросил Киришима. — Я думал, это просто кучка призраков! — Не совсем так, — покачал головой Изуку. Йоичи погладил его по голове, и Изуку остановился, глядя на него снизу вверх. — У меня есть идея. — В чем она состоит? — спросил Изуку. — Активируй Один за Всех на 100% на все тело. Когда он активировался раньше, Второй и Нана могли касаться других. Если ты сделаешь это полностью, всех нас, скорее всего, тоже все увидят и услышат. Это всего лишь предположение, но это может сработать. Изуку перевел дыхание: — Хорошо. — Сконцентрируйся, Изуку. Закрой глаза, дыши и позволь себе почувствовать это. Мы здесь, чтобы поддержать тебя. — Верно. Изуку сделал, как сказал Йоичи, и закрыл глаза, глубоко вдохнув, прежде чем активировать Один за Всех на 100%. Он пел в его венах, пульсируя силой, и он мог чувствовать присутствие каждого прошлого пользователя, связанного с ним общей связью, которую они все имели. Он слабо слышал вздох Тошинори с того места, где он был, все еще у входа в комнату, и он знал, что Тошинори чувствовал слабое притяжение Один за Всех и внутри себя. Изуку снова вдохнул, отпуская Один за Всех и позволяя ему снова погрузиться под его кожу. Когда он снова открыл глаза, он все еще мог видеть все семь остатков, но их сияние исчезло, и он увидел, как остальные ученики смотрят на них с благоговением. Тошинори открыто, но беззвучно плакал, крепко прижимая к себе Нану, которая была в таком же состоянии, как и он. Айзава протер глаза и вздохнул: — У меня недостаточно кофе для этого. Йоичи перенес руки с волос Изуку на его плечи и сжал их в гордой хватке, как старший брат своего младшего. — Ты сделал это, Изу. — Ага, — усмехнулся Изуку. — Да. Спасибо, Йоичи. — Всегда пожалуйста, малыш.

***

— Черт возьми, он действительно похож на Бакуго из будущего! — Боже мой. Здесь настоящие призраки. Во плоти. Это не то, как я должен был это описать. Какого черта. — Эй, классная бандана, чувак! Она похожа на мою! — Она такая красивая! — Он выглядит пугающе, воу. — Почему он так смотрит на тебя, Бакуго? — Кто все эти люди, Деку? Изуку застонал и снова спрятал голову в ладони, снова откинувшись назад, чтобы опереться на Йоичи, когда его одноклассники взбесились. Йоичи в ответ крепко сжал его плечи, поддерживающий жест, которым Изуку очень много раз пользовался. — Эй, заткнитесь уже все! — Второй рявкнул. В комнате стало тихо, глаза были широко раскрыты, в них виделись растерянность и испуг. — Боже, наконец-то, — прохрипел он. — Нана, Тошинори, идите, черт возьми, сюда. Нам всем есть что рассказать, и вы поможете. — Сначала мы должны представиться, — улыбнулся Йоичи. — Мы не хотим больше заставлять детей ждать. Третий поднял руку: — Номера или имена? — Как вам удобно, но мы все должны хотя бы назвать наши номера, чтобы не вызывать путаницы. Меня зовут Йоичи, Первый. — Второй. — Я Третий! — Шиномори Хикаге, Четвертый. — Дайгору Банджо, Пятый! В свое время я был известен как герой Лариат. — Эн. Шестой. — Я Шимура Нана, Седьмая. Пауза. Восемь выжидательных взглядов на Тошинори, который вздохнул и потер затылок. — Яги Тошинори. Я был Восьмым. Класс 2-А по-прежнему молчал, и Изуку вздохнул. — Мидория Изуку, Девятый преемник Один за Всех. Все еще тишина, а затем все снова взорвались возгласами.

***

Это продолжалось меньше минуты, прежде чем, как ни странно, Каччан всех успокоил: — Вы, ублюдки, перестанете, блядь, орать?! Достали уже! — Именно тебе следует говорить это, Бакуго Кацуки. Каччан замер, сжавшись в кресле под тяжелым взглядом Четвертого. — Хикаге! — Изуку застонал. — Хватит травить Каччана! — Мне он не нравится. — Я знаю, но сейчас это не важно! — Как насчет того, чтобы просто рассказать эту чертову историю? — Нана усмехнулась. — Или мы могли бы просто продемонстрировать, чтобы начать. Покажем им еще кое-что, чтобы окончательно свести их с ума. — О, черт возьми, да, — ухмыльнулся Третий. — Банджо, ты сделаешь это. Изуку проявил твою первой, они узнают её быстрее всего. Банджо повторил выражение лица Третьего, и, прежде чем кто-либо из восьми других успел его остановить, Черный Хлыст уже вырвался из его рук и был выставлен на всеобщее обозрение. Изуку свернулся калачиком, чтобы избежать взглядов всех, переключающихся между ним, Банджо и Черным Кнутом Банджо. — Изу, твоя очередь! — Нана рассмеялась. — Ну давай же! Не видя выхода из этого, Изуку подчинился и выпустил свою собственную вариацию Черного Хлыста, чтобы тот соединился и переплелся с версией Банджо. Айзава сузил глаза на Изуку: — Проблемный ребенок, объясни. Сейчас же. — Эм, — Изуку подбирал слова. — Ребята, вы помните Все за Одного? Ну, это как бы его противоположность. — Это… ничего нам не говорит, — моргнул Джиро. — Ты хочешь сказать, что все вы связаны с жутким безликим ублюдком с украденными причудами? Йоичи перенял инициативу, почувствовав дискомфорт Изуку. — В каком-то смысле ты права, Джиро. Джиро вздрогнула, услышав свое имя от Первого, и замерла вместе с остальным классом. Йоичи продолжил. — История начинается много веков назад с двух братьев. Все За Одного и меня. Класс 2-А увлеченно слушали историю, рассказанную Йоичи, наряду с любыми дополнениями, которые любой из других остатков добавил о их собственном опыте. Йоичи говорил о двух братьях; один сильный, один болезненный и хрупкий, и считается, что у него нет причуды. Второй и Третий поделились рассказами о восстании, которое возглавил сам Второй. Хикаге рассказал им о своей уединенной жизни в бегах из-за его причуды, Чувства Опасности, и о том, что она до крайности усилилась с добавлением Один за Всех. Банджо и Эн тоже рассказали свои истории. Когда Нана дошла до своей собственной истории, многие в комнате чуть не расплакались. Отказаться от своей семьи, чтобы защитить их от Все за Одного, найти своего преемника в Тошинори, после чего ее внук был похищен самим Все За Одного и превращен в ненавистного Шигараки Томуру, которого они все знали очень хорошо. Погибла от рук Все За Одного на глазах у Тошинори. Тошинори рассказал им о такой уродливой и ужасной битве и о том, как она повлияла на его способность оставаться героем. Он показал им исход этой битвы, как она оставила его с неизлечимыми ранами и отсутствующими органами и многими, многими операциями из-за этого. А затем Тошинори улыбнулся, рассказав им о мальчике. Беспричудный, маленький и надеющийся на мечту о героизме и спасении других, несмотря на то, что у него нет на это сил. Мальчик, который, несмотря на все шансы на выживание, выбежал, чтобы спасти своего одноклассника от злодея, когда профессионалы на месте происшествия не смогли этого сделать. О передаче ему его причуды и тренировках, чтобы тот смог выдержать нагрузку и мощность, которую могла бы иметь эта сила, когда он ее обретет. Как он сделал причуду своей собственной за такое короткое время. И Изуку повторил историю о том, как он впервые встретил своего личного героя, Всемогущего, после того, как его всю жизнь унижали и как его сверстники издевались над ним за то, что у него не было причуды (он намеренно не упомянул имя Каччана, но это в любом случает не остановило нескольких остатков от того, чтобы послать в его сторону грязные взгляды. Ни один из его одноклассников не заметил, слишком сосредоточенные на истории Изуку). Он объяснил, что принял честь получить Один за Всех, несмотря на все битвы, которые, как он знал, ему придется вести в будущем из-за этого. Как это поставило мишень на его спину для злодеев повсюду. И как, несмотря на это, он был просто рад, что теперь он может спасать людей так, как он всегда мечтал, с его новыми друзьями и его найденной семьей остатков, стоящих позади него, чтобы поддержать его на каждом шагу пути. К концу у всех в комнате либо слезились глаза, либо они абсолютно выплакали их же (за исключением некоторых из них, которые уже знали историю). Все они поклялись хранить тайну, убедившись, что все знают, насколько опасным это может быть для Изуку, если информация когда-либо доберется до кого-либо и каким-то образом попадет в чужие руки. Изуку знал, что после того, как он поделится самым большим секретом, который он когда-либо хранил, его одноклассники будут поддерживать его до конца его жизни. И он обнаружил, что был очень доволен этим фактом, и собой, ведь он вернет им это доверие, любовь и заботу в полной мере. Не смотря ни на что.