Уставший Куромаку

В этот вечер Куромаку был невероятно уставший. Очень редко его можно увидеть в таком состоянии: обычно он полон сил на самые разнообразные задачи, ведь каждый день их немало. Но в этот вечер он поставил пакет с продуктами у самой двери, комком бросил куртку на тумбочку, кое-как повесил рубашку, не расправив складки на ней, и проигнорировал любимого пса, который всегда радостно приветствовал его первый, вставая на задние лапы и довольно виляя хвостом. Он даже не обратил внимания и на Пикового короля, который отвлекся от чтения какого-то детектива из библиотеки Куромаку, спустился со второго этажа и хотел уже заключить его в свои крепчайшие объятия, но Куромаку прошел мимо, пробкрчав в ответ на вопросы что-то вроде «все в порядке». Зайдя в их спальню, он на ходу расстегнул свои брюки. Сидя на большой заправленной кровати, наконец стащил их и упал на спину, чувствуя долгожданное облегчение. С самого утра его день был неудачным: он попал в ужасную пробку и опоздал на работу, после этого он в полной мере ощутил всю тупость и безответственность многих сотрудников и бесконечные часы сплошного ада, ко всему этому ссора с начальником, снова пробка, а последней каплей стал ливень, под который попал наш серый кардинал. Однако, были вещи и пострашнее для него. Его спина невероятно сильно ныла, будто бы на его плечи повесили рюкзак с горой тяжёлых булыжников и заставили ползти по отвесной скале. Ещё в машине, стоя в пробке, он пытался размяться для снижения болевых ощущений, но всё дошло до того, что стрельнуло в пояснице, Куромаку тяжело вздохнул и оставил эти попытки. Сидячая работа все равно оставляла свой отпечаток на его здоровье. А ведь Данте говорил, что не нужно постоянно сидеть за ноутбуком. — Куро? — Пик практически бесшумно зашёл в темную спальню и включил светильник около кровати. — Что случилось? Ты сам не свой, у тебя что-то болит? Куро с трудом разлепил закрытые веки, приоткрыв глаза, и посмотрел на сидящего на краю кровати собеседника. Ему совершенно не хотелось портить Пиковому настроение и заставлять беспокоиться, но и игнорировать его тоже было не лучшим вариантом. — Я просто очень устал, сегодня выдался весьма напряжённый день. Не хотел беспокоить тебя. — Запомни, что я всегда готов выслушать тебя. — он подсел поближе. — Ты голодный? Я могу еду заказать. — Нет, мне совершенно ничего не хочется. Нужно разобрать пакет с продуктами. — Второй уже хотел приподняться с постели, но вдруг в его плече что-то неприятно потянуло, и Куро рефлекторно за него схватился, нахмурив бровки. — Я уже его разобрал. У тебя спина болит? — Восьмой задумчиво склонил голову набок. — Хочешь, сделаю тебе массаж? — Если ты не занят чем-то другим… — кажется, спина действительно сильно болела, потому что Куромаку редко просит помощи. — Для тебя я никогда не занят. — он растянул губы в слабой улыбке и придвинулся еще ближе. — Все дела подождут ради того, кого я так люблю. Ложись на живот. Серый кардинал перевернулся и лег, уткнувшись лицом в подушку и стараясь расслабить тело. Эти слова его расслабили: несмотря на внешнюю холодность и твердость, он был всегда признателен Пику. Пряча лицо в подушке, он слабо улыбнулся и был почему-то уверен, что это не осталось незамеченным. Пиковый тем временем взял со своей заваленной разными вещами тумбочки баночку увлажняющего молочка для тела, которым он иногда пах. Это был аромат с древесными нотками, ненавязчивый, поэтому легко перебивался разными одеколонами. Он оставил на плечах Куромаку невесомые поцелуи, и, выплеснув из баночки немного крема, распределил его по спине партнёра, покрывая кожу легкой маслянистой текстурой. Куро слабо вздрогнул, чувствуя влажность, но теплая рука его партнёра разгоняла напряжение, приятными волнами проходя по лопаткам. Второй рукой Клон под номером восемь, описывая круги, плавно переходил от лопаток к плечам. Он с удовольствием чувствовал, как перекатываются под бледной кожей мышцы, и тяжелое дыхание, от которого плечи слегка вздымались. Достигнув шеи, он осторожно сжал кожу, прошёлся по ней пальцами и скользнул снова к плечам, останавливаясь на них. Чуть наклонившись, он прижался к шее губами, оставляя лёгкие поцелуи и вызывая муражки у очкарика (XD). Куро утопал в ласковых прикосновениях сильных рук, на его лице, хоть Пиковый и не мог этого видеть, застыла улыбка, в которой выражалось удовольствие от действий любимого. Прикрыв глаза, он ощущал, как руки стали разминать спину, двигаясь по ней асимметрично, размеренно. Они проходили вдоль позвоночника, мяли каждую мышцу, от чего кожа постепенно разогрелась и поблескивала в тусклом свете фиолетовой лампы, создающей почти интимную атмосферу. Руки Пикового короля слева, и справа — одновременно трогали его спину везде, и эти нежные прикосновения отдавались жаром практически во всем теле. Они спускались всё ниже по лопаткам, скользили к пояснице, поглаживая. Куромаку вздрогнул и смущённо выдохнул, когда подушечки пальцев достали до резинки трусов. Он готов отдаться этим рукам, растворившись в собственных ощущениях. Пиковый король это заметил, его спокойное лицо приобрело довольное выражение. Ему очень нравилось видеть любимого настолько податливым к ласкам. Он наклонился, опаляя его ухо горячим дыханием. — Тебе хорошо, Куро? ~ — успокаивающе прошептал он. И серый сдался ему полностью. — Мне очень хорошо, Пик…~ — ответил он лишь вполголоса, но все же в нём выделялись хриплые возбужденные нотки. Его будоражил шепот, поцелуй в шею и тот факт, что он не мог предугадать, куда скользнут шаловливые пальцы Пикового короля в следующую секунду. Куромаку вновь ощутил прохладный крем на спине, от лопаток покрывший разгоряченную кожу, и приятный запах. Пальцы стали нежно поглаживать, похлопывая в определенных местах, создавая приятные вибрации. Ускоряя свой темп, они сменились приятным давлением, опять же достигнув поясницы. Купе с маком кажется, что сейчас он — кусочек теста в руках умелого кондитера: настолько прекрасны руки Пика, насколько он погружен в негу наслаждения. Пальцы Пика вдруг поддели резинку трусов, оттянув, но тут же отпустили с лёгким щелчком, будто играясь с ней и этим ещё больше раззадорив. Куро шумно задышал, чувствуя, как внизу живота сосредоточился жар: либо эта реакция от прикосновений, либо от того, что это делает именно Пик. — Ты не возражаешь, если я сниму их? — в тишине снова пробился шёпот, звучащий призывно, словно и не рассчитывают на отказ. А Куро и не мог, и не желал отказывать, поэтому он приподнял бедра, по которым мгновенно сползла хлопковая ткань. Пик помог снять их дальше, и вскоре белье оказалось брошенным в неизвестном направлении. Воздух холодил обнаженную кожу, и Пик огладил его бёдра, попутно оставляя наглый укус на ягодице. Куромаку подумал о том, что хорошо, что Пик — не массажист, ведь он не смог бы не испытывать ревность, если б эти руки точно так же касались кого-то другого. Пальцы слегка тискали упругие ягодицы и резко скользнули между ними. Куро почувствовал, как напряжение в паху усилилось, а щекам стало ещё горячее. Пик нежно поглаживал внутреннюю сторону его бедра настолько невозмутимо, словно не видел, как заводят каждое действие с телом Куромаку. Он не торопился практически во всём, даже если это работа, прием пищи, отдых или секс. Ему нравилось, как получать ласки, так наоборот, отдавая всю нежность, которую хорошо прятал. — Хочешь меня? — шепнул он, словно ответ не был очевиден. И выдержка Куромаку с громким треском разошлась по швам, а вернее разлетелась на кучу мелких кусочков. — Ты даже не можешь представить насколько. — с громким выдохом ответил он и сел на кровать, наконец повернувшись к своему мучителю лицом. При этом мысленно отметив, что спине в самом деле стало лучше. И Пиковый прижался своими влажными губами к губам, втянув в невероятно сладкий и нежный поцелуй. Куромаку заключил его в свои объятия, прижимаясь к нему, будто хотел быть ещё ближе. Он ощущал, как их языки сплетаются в каком-то необычном танце, как мягкие губы на его губах, и как рука Пика лохматит его серые, зачёсанные ещё утром пряди.