И будто снова семнадцать

Таиланд встретил Сингто прохладной хмуростью сезона дождей, но мужчине едва ли было до унылой серости. Он скупо отписался о прибытии одним сообщением, в получатели которого всё же добавил мелкого после долгих сомнений, на автомате вызвал такси, загрузил свои вещи и двинул на работу. День перевалил за середину и привычный муравейник этажа казался выжатым и сонным. Сам Сингто не смог поспать за перелёт и даже себе не решался сознаться, что не хватало ему для этого вырвиглазного пледа и уютно сопящего яркого солнышка под боком. Блядское солнышко, а не Нонг’! То греет и комфортит, то обжигает без жалости, а то вот вообще спекает мозги своего несчастного старшего в неаппетитную подгоревшую массу. Надо было не читать нотации Кхуну Сангпотирату, а посоветовать регулярно проходиться по наглой жопе ремнём, глядишь, хоть чего-то боялся бы в этой жизни. Губы до сих пор фантомно горели от совсем не детского напора, а зубы то и дело ловили невидимый юркий кончик языка, чтобы сжать почти до боли и втянуть в свой рот. Растерявшись – охуевая – старший не ответил на быстрый, но очень не похожий на дружеский, поцелуй, и сейчас хотелось продолжения до ноющей челюсти. Зацеловать до онемевшего рта, придушить и закопать под кустом. Под тем самым, под которым обещал не домогаться. Пиздец. Зачем он с ним такое сделал? А ещё и собственный организм взбунтовался! Сингто, рационального и спокойного Сингто, двадцативосьмилетнего взрослого самостоятельного мужчину, крыло как наивную кавайную школьницу. Гормоны давали жару: и ладно б секса просили, это он бы принял и понял в рамках давно покрывшейся пылью личной жизни, но нет. То есть да, но не в первую очередь. В первую очередь хотелось томно вздыхать, прижимать руки к то и дело заходящемуся истерикой сердцу, трогать ставшие чувствительными губы и загадочно улыбаться. Он целуется с некоторой периодичностью минимум половину своей жизни! И ни разу этот довольно приятный, но далеко не самый выдающийся процесс настолько не выбивал его из колеи. Может, выгадать окошко в графике и на медосмотр сходить? И психиатр чтоб был обязательно. Ладно, Нонг Нонгом, но дел никто не отменял. Сингто приветственно кивал коллегам, сделал пару небрежных ваев руководителям отделов и топал пред светлы очи вице-президента, как на каторгу. - Добрый день, Кхун, - миновав приёмную секретаря, мужчина оказался в, до безвкусного перегруженном роскошью, кабинете. Не поморщиться стоило усилий, как и всегда. - О, привет, Сингто, как слетал? – интересно, а почему отцу Криста хватало воспитания общаться с ним уважительно, а гондона как волки растили? Нашёл себе друга, упырь. - Спасибо за беспокойство, Кхун’. Всё хорошо. Никаких накладок и неприятностей не происходило. Теперь ждём их ответ, - Сингто годами упорных тренировок не позволял вежливой улыбке перекоситься в совсем уж откровенный оскал, но после нескольких дней почти полноценного отдыха это давалось намного сложнее. - Очень надеюсь, что ты приложил достаточно усилий, - в голосе руководства проскользнули снисходительные нотки. «Гораздо больше, чем ты, мудак, заслуживал. Не завись от результата и другие люди, хер бы я вообще торопился на самолёт», - подумал Сингто, но в ответ только ровно кивнул. - Я сделал всё, что было в моих силах. Я могу быть свободен, Кхун’? – он поднял наконец-то взгляд и давяще уставился на вице-президента. Тот пару раз дёрнул губами в попытке изобразить полную превосходства гримасу, но в считанные секунды слился и заёрзал под буравящим взглядом. Ссыкливый уродец. - Да, иди. Я сообщу, если ты мне понадобишься, - сделав вай, Сингто без единого слова покинул кабинет, борясь с желанием тряхнуть плечами, избавляясь от липкого, полного ненависти и похоти взгляда. Непосредственный начальник у Прачайи был натуральной булочкой с корицей. Наверное, во многом из-за него, ну, кроме солидной зарплаты, Сингто и работал в их компании до сих пор. - Какой хер тебя принёс сегодня в офис, Нонг’Сингто? - Пи’Вэйв рассеянно ответил на вай и нахмурился. – У тебя и так сейчас организм истощён сменой часовых поясов и перелётами, а ты загнать себя окончательно решил? - А то ты, Пи’, не в курсе, как хера зовут, - старший фыркнул и утешающе потрепал Сингто по плечу. - В край свихнулся. Может, мне с его папулей поговорить, а? Неофициально, - младший тяжко вздохнул – эти уж ему чужие папы, решающие его проблемы – и попытался выдавить улыбку. - Забей, я тебя очень прошу. Разберусь как-нибудь. - Учти, что, если ты свалишь к конкурентам, мы за тобой половиной отдела перейдём. Я не шучу. Где мы ещё найдём такого замечательного Нонга? – у Сингто на душе потеплело. Всё-таки везёт ему в жизни на отличных людей, которые рвутся о нём заботиться не пойми за какие заслуги. – Ладно, это всё лирика. По тебе соскучились твои Нонги*. Я глянул, у тебя можно перестроить график так, чтобы в конце месяца организовалось целых четыре полноценных выходных подряд. Долгосрочку можешь накидать между текучкой, и мы с тобой сделаем вид, что оторвали от сердца два дня удалёнки для такого незаменимого сотрудника, чтоб он эту долгосрочку поработал. Как тебе мысль? И к отцу съездишь, и Нонгов заглянешь потискать. Они соскучились. Тебя уже несколько месяцев не было видно из-за этих завалов. Сингто сразу же вспомнил, что обещал Кристу взять его в приют для животных, и мысленно застонал. Хочется верить, что мелкий не успел за время перелёта навести справки и подружиться с Пи’Вэйвом, что тот активно соблазняет теперь почти настоящим отпуском. Но даже если нет, предупредить не будет лишним. Всё же приют не совсем вэйвов – он принадлежит его двоюродному брату, пусть и зависает его друг, он же начальник, там очень часто. - Звучит отлично, только… К Нонгам я, может, не сам загляну. Это ничего? - Воу-воу, малыш Сингто, чую я, что завтра же вечером ждёт тебя бесплатный вкусный ужин и выпивка, а меня – занимательная история, - Вэйв заблестел глазами и предвкушающе потёр лапки. Сингто обречённо зажмурился и вздохнул. Да, он знает, что старший никогда и ни за что не сольёт рассказанное никому больше, но допытает до самых смущающих подробностей. Иногда младшему казалось, что друг так активно выслушивает его жизненные истории для того, чтобы разбавить многочисленные однотипные лакорны его странными историями. Латентный вуайеризм, честное слово. Но также ясно Сингто понимал и то, что вообще никак не сможет противиться этому природному обаянию и неподдельной заботе. Слабость у него к светлым солнечным людям. – Всё, вали домой, поспи нормально и отряхни дорогу с ушей. Забрать нужные бумаги было делом нескольких минут, и меньше чем через полчаса Сингто вырулил с корпоративной подземной парковки в сторону дома. Пробки ещё не успели стать бесконечными и добрался домой он быстро. Доставка пообещалась быть в течение 40-50 минут и мужчина позволил себе роскошь отмокнуть в душе и даже спеть там немного, после чего поел любезно доставленной курьером еды. Настроение было странным. Будто и облегчение, что он наконец-то дополз до своей неприступной крепости, до своей уютной ракушки, но и странный дискомфорт, будто та стала не по размеру. Не хватало фонового шума, простого человеческого дыхания, топота и пыхтения… Не хватало Криста. Кто бы подумал, что за несколько дней мужчина пропитается этим неугомонным настолько, что не только перестанет раздражаться, но и привыкнет, проникнется. Но вот, как та кошечка, втянулся. Так, глупости это всё. У него организм шалит из-за перенапряжения. И Сингто знает безотказный способ стряхнуть с себя хандру. - Привет, пап. Я уже дома. - Вернулся, блудный сын. Как поездка? Как моя малолетняя невестка? – отец настолько неприкрыто обрадовался звонку, что Сингто от неловкости даже не сразу реагирует. - Пап! Заканчивай эти глупости! – и вопреки собственной логике. – Там такие мажоры, что мы с тобой в четыре руки выкуп за пятнадцать жизней не накопим, - и прикусив язык, вслух застонал от мысли, что теперь-то отец с него точно не слезет, пока не доведёт до ручки своими подколами. – Это не я сейчас сказал. Помехи связи, пш-пш. - Ох, малыш, ты радуешь моё отцовское сердце. Можно ведь тогда, чтобы невесткой был ты и я обеспечу себе беззаботную старость. Царский подарок и вкус у тебя хороший, - боги, иногда Сингто задумывается, кто из них немолодой и солидный отец в их семье. - Па-ап, хватит. Все с этим говнюком нормально. И вообще, я ревную, что тебе про чужих чеболей интереснее, чем про родного сына. Так значит? - Ну ладно-ладно, не буду. Всё. Рассказывай о себе, - посмеивающийся отец поднял руки в сдающемся жесте. Сингто провисел с папой почти час и, как потом сам с огорчением себе признался, Крист в его повествовании занимал львиную часть времени. Тревожные звоночки. «Как ты, Пи’? Уже, надеюсь, дома? Не сильно достали на работе?», - вспомни Солнце – вот вам лучик. Сингто вздохнул. «Всё хорошо. Дома, да. Готовлюсь к завтрашнему рабочему дню», - больше морально, но это нюансы. Может, отстанет, решив, что отвлекает. «Можно тебя набрать? Я ненадолго. У вас ещё не сильно поздно», - ага, решит он, ну-ну. Мужчина залип взглядом на телефоне, не в силах решить. С одной стороны он успел соскучиться, а с другой – мелкий без спросу засосал его буквально несколько часов назад. А с третьей – если сейчас не позволить, Нонг’ себе навоображает, что Сингто придаёт случившемуся хоть какое-то значение. Ёбаный треугольник. «Можно», - с очередным вздохом. В мессенджере светится видеовызов.