Шрамы, сила и особенности

      После инцидента с Двалином и кражей сердца бога, путешественница отправилась в Ли Юэ. Позже заглянула на праздник ветряных цветов, Архипелаг Золотого Яблока и направилась в Инадзуму. Венти бы соврал, если бы сказал, что не нервничает, провожая её из владений Архонта Свободы. Вельзевул закрыла границы и, судя по всему, не рада гостям в своей стране. Венти чуял неладное, но он знал, что Итэри всё равно направится туда. Идеология не позволяла, и кто он такой, чтобы запрещать ей? Итэри упорно хочет найти брата, но у Венти есть ряд подозрений, которые он, конечно, никогда не озвучит. Единственное, что Венти мог, - это предупредить путешественницу о возможных опасностях, что, собственно, и сделал.       Он просто надеется, что Итэри вернётся невредимой.

***

      Новость о том, что Инадзума, наконец, открыла границы облетела весь Тейват. Оглушительнее была разве что новость о великой путешественнице, что поспособствовала этому. Венти Выдохнул с облегчением.       А ещё с нетерпением ждал встречи.       Влюбляться, возможно, было очень глупой затеей. Венти осознавал это как никто другой. И потому (возможно, как раз по своей глупости, как он считал) дал волю сердцу, дал чувствам расти и оплетать лозой орган, гоняющий кровь смертных, придающим ему такое огромное романтическое значение.       Быть в разлуке так долго для Венти было непросто. Чувствуя себя пьяным, будучи абсолютно чистым, он мог потратить ночь-другую, слагая песни о любимом образе. Он сам смеялся с глупости ситуации, но ничего поделать не мог.       Не мог забыть легко летающий меч в умелых руках, сверкающий в смертельных отблесках прежде чем в очередной раз пропитаться кровью. Как летает во время боя растрепавшаяся длинная коса. Как напрягаются сильные мышцы под кожей, ещё больше обнажая рельеф на теле: руках, животе, шее, спине. От боевого азарта во взгляде янтаря у Венти бежали мурашки. Одиночество убивало, как никогда раньше, истощало и давило.       И потому Венти отправился в Инадзуму.

***

      Удивлённый взгляд Итэри явно стоил ноющих спины и шеи, так решил он, стараясь не обращать внимания на высокую даму с короткими тёмными волосами, что прожигала в нем дыру ярко-жёлтым взором. «Словно ворона, заметившая чужака на присвоеной территории,» — Подумал Венти прежде, чем повернуться к путешественнице. — Давно не виделись, Итэри!       Иродори прошёл… Весьма увлекательно. Куда веселее, чем он ожидал. Попозировал для картины, продегустрировал сакэ, узнал историю райдэн гокадэн, завёл новые знакомства и спустя столько лет прогулялся по Инадзуме. Не один, этой мысли Венти довольно Улыбнулся.       Он никогда бы не подумал, что признается любимому человеку в любви в чужой стране, тем более во владениях Вельзевул, глупо ляпнув это после боя с бродячими нобуси. И он никогда бы не подумал, что на это ответят взаимностью.       У Итэри смущённо дёрнулся уголок губ и, пнув пяткой ботинка голову пытающегося встать воина, негромко сказала: — Я тебя тоже. Венти замер, не совсем веря в услышанное. Сердце зашлось трепетом. Повисла неловкая тишина, пока Итэри не предложила: — Я знаю одно хорошее место, пойдём? — Конечно.

***

      В Мондштадт они вернулись вместе. Итэри Вздохнула полной грудью местный воздух, умиротворенно прикрывая глаза. Она скучала, с теплом подумал Венти и неуверенно взял путешественницу за руку. Та чуть вздрогнула, повернула голову к нему, но сжала руку в ответ, опустив взгляд. — Я так рада вернуться, — призналась Итэри. — Я пока останусь здесь. — Куда ты хочешь отправиться потом? — В Сумеру, к божеству мудрости. Может, она знает, где искать Люмин. — Буэр на данный момент самая юная из Семёрки, но не стоит недооценивать её из-за этого, — Венти сощурился от лучей солнца, что упорно лезли в глаза. — Она славится своей властью над снами. Весьма романтично, — его голос беззаботен и мелодичен, как и всегда (Итэри позволяла себе на мгновения терять бдительность, вслушиваясь в него). — Вы ладите? — Ага, Буэр просто душка. Правда я давненько её не видел, наверное, стоит навестить Сумеру. — У тебя ещё будет возможность. Венти почувствовал нежное поглаживание по ладони большим пальцем. Кожа перчатки была грубоватой, стёртой от постоянной носки и работы, но в груди всё равно мёдом разлилась сковывающая сладость. — Мой герой, тебе не жарко в перчатках? — Звать Итэри своим героем Венти не стеснялся, даже очень любил. Такую девушку грех не назвать подобным образом. — Нет, всё хорошо, — Она сжала его руку крепче. — Пойдём… Домой? — Да, конечно.

***

      Когда Итэри принесла пышный букет сессилий, это было… Неожиданно. Венти замер, глядя на бережно собранные нежные цветы, и улыбка сама растеклась по лицу. Он поднял взгляд на Итэри, чьи янтарные глаза смотрели прямо на него. Венти слегка прищурился — в них плескалась неуверенность и скованность, обычно не свойственные ей. — Ох… — Всё же неловко вырвалось, но Венти быстро собрался. — Спасибо, мой герой, — Он аккуратно взял в руки букет и рефлекторно поднёс к лицу, тепло улыбаясь и вдыхая любимый запах. — Здесь яблоки? — Венти поднял взгляд на девушку, неловко поправляющую свой шарф. — Да. Ты ведь любишь их, и я подумала, что они хорошо дополнят его.       Венти казалось, что он умрёт от очарования. Итэри слегка нервно улыбалась, бесконечно дергая кончик косы в руках. От неё пахло лугом и свежим ветром, особую романтику Венти увидел в мерно светящейся голубым серёжке около милого лица. В груди защекотало, Венти спешно набрал воздуха в лёгкие. — Не хочешь прогуляться по Долине Ветров? — Он поймал её предвкушающий взгляд. — Я сыграю тебе на лире. — Да, конечно.

***

      Венти замер. Итэри вздрогнула и слегка съежилась, отведя взгляд. Она только что почти сняла топ, обнажив шрамированный торс. Её тело изрезано рубцами — длинными и короткими, яркими и бледными, почти зажившими, выпуклыми, вмятыми; остатками ожогов — слегка вздутые, линиями сводящиеся к центру. Следы колотых, режущих, ударных, рваных, огневых ран остались на слегка загорелой коже. Особенно большой, уже бледный шрам наискось проходил через весь живот, доходя до рёбер. Венти поежился, представив, как это было больно.       — Ох, Прости, я должен был постучать, — Венти отвёл взгляд, боясь смутить её ещё сильнее. — Мне, наверное, стоит… — Это мерзко? — Вопрос ввёл его в ступор. Итэри спросила это с большой долей утверждения, что окончательно застало врасплох. — Что? — Венти рассеяно посмотрел на неё. Итэри съёжилась сильнее, всё ещё держа руки в топе, не сняв его до конца. — Ничего, прости, — Путешественница с опущеной головой повернулась и оставила верхнюю одежду на кровати. Венти чудом сдержал изумленный вдох — по сильной спине корнями тянулись темно-синие, почти чёрные шрамы. В голове всплыло одно слово — Инадзума. — … Нет, это не мерзко, — Венти смотрел в светлый затылок, а когда его обладательница обернулась, уже ей в глаза. — Шрамы — то, что осталось от битв, трофеи, оставляющие противоречивые воспоминания. Но они не мерзкие, они — напоминание о трудностях, что ты смогла выдержать и пережить; напоминание о том, что ты герой.       Глаза Итэри слегка расширились в удивлении, кончики ушей вспыхнули. Она немного расслабила плечи, опуская руки. — Ты можешь зайти, всё в порядке, — чуть смущённо произнесла девушка и залезла на кровать. Венти неуверенно сделал шаг внутрь, но в итоге всё же лёг рядом.       В комнате царили тишина и жар. Венти, слегка мерзлявый по натуре, чувствовал, как пылало лицо, как сумасшедшим трепетом заходилась грудь — Итэри доверилась. Та же сама по себе была горячей, и когда бы Венти не касался её, кожа путешественницы была очень тёплой. Как и сейчас, когда он неловко и аккуратно взял её за руку. Итэри сжала ладонь в ответ, и Венти не сдержал счастливой улыбки.       «Как глупый влюблённый мальчишка».

***

      Венти касается нежно, губами почти невесомо ведёт по ветвистым чёрным линиям, поглаживая талию. Итэри напряжена, жёсткие мышцы под кожей сильных плеч, спины и рук, даже под животом, Венти ощущает это, словно натяжение тетивы. Его ведёт от чёткости ощущений под пальцами — твёрдые кубики пресса и выпуклость длинного шрама. Кружит голову чувство силы, мощи тела рядом. Тепло и напряжение — вот что источает Итэри. Венти намерен избавиться от второго.       Он целует плечи, Обводя каждый шрам, малый и большой, бледный и яркий; поглаживает чуть ниже них, придвигается чуть ближе, чтобы чувствовать больше тепла. Пальцы у Венти тонкие, бледные, кожа мягкая и нежная, и он чувствует, как Итэри нравится, когда они касаются её. — Милая, как прошёл день? — Прошептал рядом с ухом, в голосе действительно слышалось любопытство. Усталость любимой он чувствовал почти физически.       Итэри медлит с ответом. Думает, говорить ли правду, заключает Венти и очень надеется, что всё же получит честный ответ. Она не совсем привыкла думать о себе, часто забываясь в чужих проблемах и заботе о других. Но Венти знал, что отвратительного отношения к себе Итэри не потерпит, и не оставлял надежд на то, чтобы научить её заботиться о себе самой. — Сегодня Бенни опять попал в передрягу, — Говорит негромко, но не раздражительно, а с тёплой усталостью. Беннета она считала младшим товарищем и испытывала искреннее сочувствие и была мягка с ним. — Но я помогла ему выбраться, всё обошлось. — Вообще без последствий? — Лукаво спрашивает Венти, и Итэри понимает, что скрыться не удасться. — Я схлопотала синяк на икре, — Итэри виновато убрала руку с места ушиба, открыв большое синеющее пятно. — Почему не сказала мне? У меня есть мазь, помогающая от синяков, — Венти не давил, не стыдил, лишь мягко спрашивал, всё ещё поглаживая то спину, то плечи, то талию. — Ты был так увлечён настройкой лиры, я не хотела тебе мешать. А про мазь я не знала, — Она понимала некую неправильность ситуации, потому опустила голову, пряча взгляд в простыни. — Ты ведь знаешь, что можешь беспокоить меня в любое время, особенно, если ранена или нужна помощь? — Да… Венти мягко приникнул губами к светлому загривку, понемногу массируя плечи. — Я не сержусь, — на всякий случай предупредил он. — Я просто хочу быть увереным, что, при необходимости, ты придёшь ко мне. Итэри тихо замычала, слегка подаваясь назад, под ловкие руки. Венти улыбнулся и коснулся губами верхнего позвонка.       — Сильно болит? — Разглядывает пятно, расползжееся по икре, что не скрывали чуть короткие штаны. Оно налилось цветом и заживать будет долго, если не помазать. — Если не касаться, вообще не болит. — Я пойду за мазью, нужно немного залечить, — Венти попытался встать, но был остановлен взволнованым движением руки. — Подожди, — Итэри повернулась к нему и смотрела прямо в глаза. Венти глядел в ответ, читая в янтарном цвете просьбу. — Давай немного позже? — Я буквально на минутку, а то и меньше. — Всё равно, давай ещё так посидим, — Итэри чуть нахмурилась, и Венти обратил внимание на бледный маленький шрам, разрезавший бровь. Выглядело это… Ужасно привлекательно. — Ну… — Он замялся, чуть отведя взгляд но под напором очарования сдался. — Хорошо, давай чуть позже.       Она улыбнулась так счастливо, Венти показалось, что он погиб и тут же воскрес вновь. Щеки вспыхнули, и он отругал самого себя. «Реагируешь, как совсем малый юнец. Соберись, Венти, тебе больше двух тысяч шестьстиста лет, Итэри посмеялась бы над тобой.» Но Итэри замерла, словно не в силах решиться на что-то. Венти молчал, заворожённо разглядывая мягкие черты перед собой: курносый нос, слегка сухие губы, небольшие круги под глазами, светлые ресницы. Итэри слегка наклонилась вперёд, чем вывела его из транса, и недвусмысленно потянулась к лицу. Венти улыбнулся и, положив руки на чужие щеки, притянул к себе.       Поцелуй получился мягким, сначала неувереным и неловким. Венти упал на спину на подушки, Итэри слегка налегла на него. Поглаживал щеки, а после спустился рукой по спине и нагло распустил косу, аккуратно зарылся в волосы ладонью, чуть массируя голову. Итэри на это выдохнула ему в губы, коснулась живота, а после мягко обняла за талию, и углубила поцелуй. Венти поддался, льнул ближе и другой рукой сполз на плечо и назад, обнимая за шею.       Осозание ударило по голове, моментов отрезвляя. Итэри быстро отсранилась, почти отпрыгнула назад со страхом глядя на недоумевающего Венти. — Итэри? — Он чуть наклонил голову, не понимающе глядя на неё. Он знал, к чему это могло идти, но готов был принять любой исход… Пожалуй, кроме этого. — Я-я… — Заикнулась, шумно сглотнула и выдохнула в попытке помочь себе связать предложение. — Прости, просто… — Итэри не могла подобрать слов, и у Венти сорвалось: — У тебя травмирующий опыт? — Что? Нет, у меня… Вообще нет опыта, — Честно призналась она и неловко отвела взгляд. — Ты боишься близости? — Он больше всего не хотел давить, но узнать, что может быть опасной гранью, за которую нельзя переходить необходимо. Итэри смолчала, и Венти было подумал, что ответ найден. — Дело не совсем в этом, — После паузы всё же послышалось негромко. Она читала немой вопрос в изумрудном взгляде, но не знала, как ответить. Страх поглощал грудную клетку, девушка сжала кулаки. — У меня… Есть одна особенность, — туманно продолжила Итэри, чем породила лишь больше вопросов. — Особенность? — Да. И я не уверена, что тебе это понравится, — Она обняла себя, опустив глаза. — Я приму тебя любой, — Мягко, но уверено ответил Венти. — Но если ты не готова открыться сейчас, я не стану тебя заставлять. Открыться хотелось. Итэри извела себе столько нервов, обдумывая всё в голове. Все влюблённости она подавляла, потому что с детства на отношениях стояло табу. Венти сбежит, этот вариант самый очевидный. В худшем случае расскажет всем, и тогда… Итэри даже не знает, что будет тогда. — Дело в том… — Она мялась, сжимая в руке ткань штанов на бедре. Венти терпеливо ждал. — Я не совсем девушка.       Но она уже начала, останавливаться поздно.       Итэри сжалась сильнее и стала похожа на зашуганного зверька. Венти поразился — он никогда не видел её такой. — Не совсем девушка? — в голове всплыла догадка. — У тебя нет гениталий? — Как раз наоборот… — её голос почти совсем стих.       Пазл в голове сложился. — Ты гермафродит? Итэри промолчала, боясь поднять взгляд. Венти обрабатывал эту информацию, уставившись на неё, чем смутил ещё больше. Сообразив, он собрался и как можно мягче Произнёс: — В этом нет ничего страшного. Ты всё ещё Итэри, моя Итэри. Она всё-таки смогла поднять взгляд, удивлённый, искрящийся надеждой. — Ты… — Я говорил, что приму тебя любой, я не соврал. Если тебе удобно считать себя девушкой, в этом нет ничего плохого, — Венти осторожно подвинулся ближе, заглядывая ей в глаза. — Но, родная, надеюсь, ты понимаешь, что прекрасна каждая частичка тебя, и я люблю всю тебя без исключений? Итэри смутилась и попыталась избежать зрительного контакта, но Венти взял её за щёки, не дав этого сделать. — Я… — Итэри, посмотри на меня. Повисла пауза. Путешественница собиралась с мыслями, нервно кусая губу, но послушно смотрела на него. — Меня всегда жестоко заставляли скрывать себя. Говорили, что другая часть меня мерзкая, и… — Она запнулась, голос слегка надломился. Венти не требовал продолжения, лишь мягко погладил большими пальцами загорелые щёки и легко коснулся губ губами. — Давай поговорим об этом позже, когда ты будешь точно готова, — Итэри на это лишь слабо кивнула и упала головой ему на плечо. Тот же обхватил руками расслабленную спину, прижав к себе ближе. — Венти. — Да, милая? — Давай… — Она смущённо закусила губу, и он услышал это, оттого начал глупо улыбаться. — Продолжим начатое? Венти замер, пытаясь унять трепет и волнение в груди. — Давай.

***

      Вставать не хотелось.       Было тепло и спокойно, Венти не сразу сообразил, где он и что он. Первым ощутил размеренно тёплое дыхание на коже, от чего щекотливо поёжился. Открыв глаза, Венти встретился с задëрнутыми светлыми шторами и чуть сощурился, привыкая к свету. Он замер, когда чужая рука обняла его чуть крепче (хотя ближе уже некуда), а курносый нос уткнулся куда-то в шею. Венти нежно улыбнулся. — Доброе утро, — Прошептал аккуратно, боясь, что всё-таки разбудит. Тихое мычание и лёгкое движение головой, от которого светлая прядь чуть пощекотала щёку, развеяли сомнения. — Доброе утро, — слегка сипло ответила Итэри, зевая и пряча лицо в его затылке.       Повисла уютная тишина. В ней слышались лишь сонное сопение и едва различимое поглаживание по сухой коже. Нужно найти какой-нибудь крем, подумал Венти, разглядывая чужую ладонь, полную шрамов и грубоватых потёртостей от труда и рукоятки меча. Венти переплёл их пальцы и коснулся губами самой большой косточки. Итэри смущённо Выдохнула, пощекотав область шеи. — Пойдём? — Негромко спросил он и повернул голову, чтобы увидеть её лицо. — Не-а, — Буркнула Итэри, приоткрыла глаза и поймала чужой взгляд. — Давай ещё немного полежим? — она, как ласковая кошка, потёрлась щекой об его плечо, просяще глядя в глаза. Венти на такие грязные трюки по определению ведётся как миленький. — Как скажешь, родная, — Он перевернулся в обьятиях и бесстыдно любовался сонным лицом напротив. Итэри тёплая, во всех смыслах. У неё тёплая улыбка, тёплый взгляд, тёплые руки, тёплое, кажется, даже само имя — Итэри. Венти, прокручивая в голове эти мысли, думает, какой же он влюблённый дурак.       Но когда Итэри легко целует, почти клюёт, его в кончик носа, в голове всплывает другая мысль. «Счастливый влюблённый дурак.»