Вселенная ничего не решает

POV ДЕЙМОН

      Кэтрин сидела прямо напротив и с ехидной улыбкой на лице накручивала прядь своих волос на указательный пальчик левой руки. Было трудно представить, что однажды, я любил эту безжалостную женщину, а сейчас хочется только плюнуть ей в лицо. – Что-о-о ж...       Пирс протянула это с таким энтузиазмом в голосе, будто всю свою жизнь только и ждала, чтобы вытащить наши с Бонни задницы из ее личного ада. Она явно была высокого о себе мнения всегда, но сейчас как-то по особенному. Видимо, была уверена, что из-за её познаний в области вылазки из ада, её кто-то полюбит и простит все то, что она принесла в жизнь каждого из нас.       Мы с Бонни уже принялись слушать ее рассказ, пока брюнетка точно тянула время, наливая себе в стакан вино, которое выбирала минут десять, не менее того.       Стоит ли говорить, что это было вино с самой большой выдержкой в моей скромной коллекции? К счастью, в нашем мире есть его точная копия, с еще большей выдержкой. Кэтрин всегда выбирала всё себе «под стать», хотя по моему скромному мнению, не стоила из грамма того, что стоит каждый, кого я знал. – Я не зря наблюдала за вами все четыре месяца, пока вы здесь. – со вздохом в голосе, поправляя и без того идеально уложенные волосы, начала Кэтрин. – Я все ждала, когда же Бонни Беннет вернет себе магию, пока не поняла, что без моей помощи, ты вообще ни на что не способна.       Я, в буквальном смысле, закипел, когда Пирс нагло позволяла себе высказываться в моём доме подобным тоном о моих друзьях. Мной обуздал гнев, веками накопленный от череды убийств и разрушений в моей жизни. Пытаясь держать себя в руках и не сделать и наговорить лишнего, я лишь коротко дал ей понять, что не стоит так разговаривать. – Я был бы поаккуратнее с выражениями, мерзкая стерва. – с безграничной ненавистью в голосе бросил я, не скрывая того, что думаю о ней. – И это ты мне говоришь о выражениях? Фу, как не красиво оскорблять дам, мистер Сальваторе. – ехидно пропищала девушка, своим лицом завлекая меня только на ненависть, и ни капли сожаления той маленькой девочке из Болгарии, потерявшую родителей.       По своей собственной вине, к слову. Я думал, как можно выглядить так одинаково с девушкой, которую я люблю, но глядя на Пирс, мне выть хочется, вырвать себе глаза, лишь бы никогда ее больше не видеть.       Было сильно заметно, как я, не сказать, что случайно, задел ее самолюбие. Ну как же, сто сорок пять лет искал всякие способы вытащить ее из гробницы, в которой она даже не находилась, а теперь назвал ее мерзкой сучкой и единственным желанием, касающееся ее было оторвать ее прекрасную головушку, но, к сожалению, это ее не убьёт.       Я взял в руки кочергу, стоявшую у моего любимого камина, и быстро приблизился к бывшей вампирше, резким движением рабочей руки, вонзая предмет прямо ей в живот, дотрагиваясь до печени, кажется. Не уверен, у меня было плохо по биологии. – Чтобы твоя противная задница выбралась из этого чертового мира, тебе, как минимум, нужна ее помощь, – ткнул я пальцем в Бонни, стоявшую поодаль от нас, и явно, не ожидая такого напора и злости от меня, – поэтому следи за выражениями, поменьше язви и выкладывай, как доставить наши привлекательные тела прямо в Мистик-Фоллс.       Захлебываясь собственной кровью и держась на ногах исключительно потому, что руки Пирс придерживались за мои, а живот, буквально, висел на кочерге, она проишипела: – Ты не сможешь меня убить. – Умница, – протянул я, натянув лёгкую ухмылку, – зато я смогу тебя прилично помучать, учитывая, что ты больше НЕ вампир! – сделал акцент на "НЕ" я, после чего отправил брюнетку на диван резким толчком, вытаскивая из неё окровавленный предмет.       Пирс обреченно смотрела на меня своими карими глазами, будто бы моля, излечить ее моей кровью. Я сделал вид, чтт вообще не замечаю ее и отошел к столу, сев рядом с Бонни. Скажу честно, было дико приятно наблюдать за ее мучениями и тоской в глазах. На одну секунду во мне, даже, проснулась жалость, но я быстро убрал эти грязные мысли из своей головы. – Деймон, я не смогу все рассказать, если ты не дашь мне крови. – состроив жалостливые глазки и пуская изо рта очередной сгусток крови, просила Пирс. – Я тебя сто сорок пять лет ждал и еще час подожду, пока ты умрешь и снова воскреснешь, чтобы рассказать. Не могу лишить себя такого удовольствия, наблюдать за твоей смертью, снова и снова. – не удержался и съязвил я, с блеском в глазах, допивая со стакана капли горячительного напитка.       Бонни молча наблюдала за всем происходящим, потихоньку опустошая со мной бутылку с бурбоном. Казалось бы, она просто сидела и ждала долгого и, уверен, интересного рассказа Кэтрин, но я видел в ее глазах полное недоверие и неверие того, что это вообще возможно.       Я взял Бонни за руку под столом так, что Пирс этого не увидела. Мне хотелось поддержать ее, дать понять, что все будет хорошо и что мы выберемся отсюда. Ведь все, что у нас сейчас есть это мы сами. Друг у друга.

***

– Я в норме. Спасибо, что поинтересовались. Начну рассказ, пожалуй, да? – ехидно улыбалась Петрова, рукавом кофты вытирая алую жидкость с шеи и губ. – Чтобы выбраться из тюремного мира нам нужно полнолуние, или солнечное затмения, или падающие звезды. Так как, день здесь поворяется, а ни одного явления природы мы здесь не наблюдаем – на это можно не рассчитывать.       Кэтрин сделала небольшую паузу, налив себе в стакан вина. Немного пройдя по комнате, разминая ноги после травмы, она продолжила: – Второе. Нам нужен, как транспорт из одного мира в другой. Что-то, что связывает Вселенную здесь и там. И это "что-то" у меня есть.       Пирс улыбнулась и достала из внутреннего кармана куртки нечто, что, по ее словам, могло помочь нам вернуться домой. Это была антикварная вещица размером чуть больше ладони, которая явно пролежала где-то в этом мире хреновую тучу лет. – Это асцендент. Кровь Беннетов поможет нам вернуться из этого мира домой, а в гремуаре Бонни наверняка есть нужное заклинание. Осталось дело за малым –вернуть твою магию. – самодовольно хмыкнула Пирс, пряча обратно в карман куртки, только что показавшую нам вещь. – А как же полнолуние или что там еще нужно? – напомнил я, пальцем вырисовывая круг в воздухе, похожую на луну. – Этим буду я. – Петрова выпрямилась, как бы демонстрируя себя, – Я двойник. Мы цикличные, повторяющиеся, как метеоритные дожди, солнечные затмения, новолуния и все такое. Кажется, Кетсия говорила об этом, когда делала Бонни якорем. Забавно, что ты здесь именно поэтому, но, признаюсь, я горжусь собой, что тогда помогла тебе и теперь ты в моем личном аду. Иронично, да? – брюнетка явно была довольна собой, подколов Беннет, но тут же осела, словив на себе мой взгляд и вспоминая кочергу в своих внутренностях. –Да и к тому же, это гарантия того, что вы меня не бросите здесь и не уйдёте сами. Поэтому, осталось только придумать, как вернуть, тебе магию. – Кэтрин в полоборота резвернулась в сторону Бонни.

***

      Кэтрин уже куда-то ускакала, оставив на нас с Бонни одно единственное задание – вернуть той магию, считая, что всё остальное она сделала сама и великодушно нам помогает. Я разглядывал пейзаж во дворе дома и, волей неволей, попивал излюбленный напиток. Бонни то и дело ходила взад вперед, бормоча при этом какие-то заклинания, но на самом деле не могла поджечь и спички. Я разуверился в ее способностях, но говорить об этом не стал, впрочем на моем лице – это было, разве что, не написано. С каждым новым шагом Беннет, надежда увидеть Елену и моего брата улетучивалась в только что глядимое мною окно, куда-то вдаль.       Ведьма что-то шептала себе под нос, как вдруг в комнату влетела все та же, с кем мы недавно, вроде как, попрощались и она обещала не заявляться, пока мы сами ее не позовем. Пирс остановилось в доме Локвудов, хотя нам сказала, что жила здесь, пока мы с Бонни, по ее словам «не заняли ее дом». Смешно, учитывая, что единственным документальным хозяином этого дома, является вышеупомянутая мною Елена, а в 1992-ом и вовсе Зак Сальваторе.       Металлический острый предмет с огромной скоростью врезался прям в плечо моей, не так давно полюбившейся, подруги, после чего Пирс самодовольно хмыкнула и направила еще один в нашу сторону. – Следующий полетит в сердце, если ты сейчас же не вернешься свою магию. – с уверенностью и бестрашием в голосе, заявила девушка. – Старайся лучше в мире, где нельзя умереть. – Вытаскивая нож из плеча брюнетки, взривел я, оглядывая Кэтрин с ног до головы и щурясь от ее одного присутствия. – Да, Деймон, ты прав. Я не могу умереть, –сделав акцент на себе, продолжила Петова, – но это не ваш ад, а значит она – запросто. – Morries! – откинув Кэтрин на невообразимо далекое расстояние, с учетом раны на плече, воскрикнула Беннет. – Получилось! Бонни, у тебя получилось! – поцеловав подругу в макушку, сказал я, после чего заживил своей кровью, ее недавно полученую рану.       Пирс встав на ноги, неуверено зашагала в нашу сторону, зная, что я вампир и легко могу свернуть ей шею и то, если не захочу ее мучить и, только что вернувшая магию, Бонни, поэтому она с осторожностью подходила к следующему диалогу. – Я бы так не радовалась, Деймон. Не хочешь спросить у Бонни, почему, вернув магию еще месяц назад, она так тщательно скрывала это от тебя?