Убийство на улицах Йокогамы

Проснувшись писатель почувствовал небывалый прилив сил. Такого с ним еще никогда не было. Обычно, проснувшись Эдгар долго ворочался и не желал вставать, некоторые дни он проводил не вставая с кровати. Сегодня По легко проснулся и душа его цвела, словно тамариск. Яркими розоватыми цветами блестел его внутренний мир. Писатель настолько ушел в размышления о новых ощущения, что напрочь забыл об отрубленной голове. Единственным напоминанием стал зловонный запах. -Угх…- писатель поморщился и поспешил выбежать из комнаты. Оказавшись в коридоре поэта ударила в голову навязчивая идея. Эта идея была столь сильна, что подавляла остальные и не пойти проверить ящик было невозможно. Эдгар спустился вниз оглядывая свой дом. -Как же мне здесь одиноко, средь стен бездушных. И я один в этом аду имею душу, что каждый готов забрать, да только душа моя столь гнила, что только я способен хранить эту мерзость.-бормотал По. Иногда Эдгар удивлялся сам себе он то сочиняет о прекрасном, величественном, то о низменном и ужасающем. Странный он человек тут не поспоришь. Он настолько странный, что крадется к собственному почтовому ящику и взяв почту на цыпочках быстро возвращаешься домой. Детей бы пожалел и оделся бы, но что сделано то сделано. Закрыв за собой дверь писатель облокотился на неё и медленно скатился вниз прижимая к груди почту. -Письмо… умоляю письмо!- чувствуются нежные языки пламени согревающие бедное тело поэта.Вся кожа покрылась мурашками, а соски встали. Мысли и ожидания так и лезли в голову перемешиваясь с быстрым дыханием. -Прошу!- взвизгнул поэт открывая конверт. Тонкие пальцы сжали бумагу, а глаза быстро пробегались по буквам, что складывались в слова. «Приветствую, я уже понял кто вы. Советую в следующий раз лучше заметать следы, но вам это уже не поможет. Ждите моего визита и своей кончины» оторвавшись от письма поэт задумался. -Точно Рампо.-выпало изо рта писателя, пока он прижимал письмо к себе. Все лицо темноволосого было красное, голубые глаза сверкали, а в кривой улыбке виднелись клыки. После двадцати минут в этой позе Эдгар, все же решил встать и положить письмо в укромное место. На кухне, над плитой, располагался ящичек для понравившихся писем. Там было не так много почты, как хотелось бы, но какие-то из этих писем По перечитывает, когда есть силы. -Что же делать мне с трепещущей душой. Она все рвется, рвется на свободу, а я все запираю её во тьме. Она все так же хочет, но тебе лишь надо видеть её во тьме.- печально выдохнул Эдгар оставив письмо в закрытом ящике. -Если он придет, то стоило бы прибраться.- осмотревшись по сторонам сделал вывод Аллан По. Как хорошо, что на кухне в углу всегда стояла метла, которой никто не пользовался столетиями. Не долго думая темноволосый резво схватился за метлу и стал прибираться, кажется он не делал этого месяц, хоть что-то полезное сделал после писем с угрозами. Эдгар все время что-то бурчал под нос и тихонько шатался, как будто пританцовывая мелодии в голове, которая выходила в мир через маленькую щель под названием рот. Он мог то напивать мотив вальса или какой-нибудь простой песенки, то мямлить слова. С песней и плясками уборка прошла незаметно и очень быстро. Даже Эдгар не уследил за временем, хотя его тело ныло, как после тяжело и длинной тренировки. Поставив метлу на место писатель осмотрел проделанную работу. -Хе… неплохо, очень даже хорошо.- легкая улыбка расползлась по лицу Аллана. Его бледное, аккуратное, милое лицо редко укрощает такая невинная и невесомая улыбка, которая так подходит к его серым испуганным глазам. «Когда же меня навестят? А что если сегодня не тот день? А вдруг почта запоздала или пришла раньше? Ожидание убивает…» эти мысли раскалывали бедную голову поэта. Ожидание одно из самых неприятных чувств, оно гнетущее и затягивающее, не позволяющее выбраться. Находиться в долгом ожидании настоящая пытка. Сейчас По, как раз таки, сидит в ожидании чуда, в ожидании Рампо. Капельки пота образуются на лбу и медленно сникают по лицу охлаждая его, руки потеют и трутся друг об друга, ноги нервно дергаются вверх вниз. Эдгар, все так же, находится в стрессовой и гнетущей для него ситуации. Единственным спасением будет визит неизвестного отправителя. Увы По просидел в таком ожидании битый чай. Через еще один час никто так и не пришел и поэт уже отчаялся, что хоть кто-то придет к нему, как в дверь постучали. Адреналин и серотонин пронзили тело Эдгара и он как ужаленный подскочил к двери. Коснувшись ручки двери мозг начал вырабатывать дофамин, который заставлял представлять приятную встречу с человеком за дверью. Да писатель уже предвкушал нежные объятия, теплые руки, сверкающие зелёные глаза и горячим поцелуи, но стоило открыть дверь, как шалости гормонов стихли. Перед писателем стоял не румяный детектив походивший на ребенка, а мужчина стоявший с Эдгаром почти на одном уровне. -Здрасьте.-произнес мужчина в пальто и уставился темными глазами прямо на поэта. Серые глаза Эдгара сразу забегали, а руки попытались закрыть дверь, но нога шатена уже была в дверном проеме и закрыться от проблем было невозможно. -Прошу простить за опоздание.-твердо, будто вбивая гвозди произнёс детектив. Аллан в ответ лишь кивнул. -я слышал, вы не из говорливых. Надеюсь на допросе вы так молчать не будете.-шатен с грозным видом вошёл в дом. -Ушам своим не верьте вовсе, а глазам-только на половину.-Все же смог выдавить из себя писатель отходя от двери. -Угу…- не отворачиваясь от подозреваемого закрыл за собой дверь темноглазый. Между мужчинами повисло неловкое молчание. -Я получил разрешение на обыск, так что не препятствуйте закону.-поправив пальто детектив продвинулся глубже в дом. -В чем, собственно, меня подозревают?- Эдгар резко вспомнил о спрятанной голове и мерзком запахе исходящим от неё. -В убийстве моего коллеги. Все улики указывают на вас.- детектив многозначительно посмотрел на писателя акцентируя такие слова, как «все» и «вас» -Хаха..? -Вам лишь бы хихи да хаха.-острый взгляд детектива изрезал лицо поэта. -Я сейчас.- Аллан выглядел излишне напуганным, когда стремительно попытался скрыться с глаз детектива. Осаму же не терял времени за зря и начал осмотр дома. Кухня и столовая не вызвали особого интереса. Все столовые приборы стояли на своих естественных местах, что немного успокоило детектива. Дазай последний раз пробежался взглядом по этажу перед тем, как подняться вверх по лестнице. Все было убрано и это внушало некое доверие. Шатен открыл первую попавшуюся дверь и за ней оказалось ванная. Стены в порядке, без плесени, на раковине в стакане стояли четыре щетки, это показалось Осаму подозрительным. И наконец ванна. В ней детектив не увидел ничего странного, кроме того что бутылочки с разными средствами стояли хаотично и явно не на своих местах. Следующей комнатой для осмотра стал санузел. Дазай, конечно, не из брезгливых, но он решил отложить поход туда. Следующей комнатой была спальня, но она была заперта изнутри, что очень не понравилось детективу. Он достал блокнот, ручку и записал время когда домовладелец скрылся от хищного взора Осаму, оставив пустое место для его появления- это время может хорошенько подпортить алиби и в суде многие зададутся вопросом, что он там делал или на это дело нужно столько времени? В конце концов шатен перешел к осмотру последней комнаты. Перед глазами расположился кабинет с завешенными шторами, стеллажами книг, как в библиотеке и письменным столом, который стоял почти в центре комнаты. -Не дурно… не дурно…-пробормотал Дазай осматривая комнату. За занавесками ничего необычного не было лишь пустой подоконник. Стол так же не вызывал особых подозрений, как и стоящая рядом мусорка, доверху наполнена неудавшимися творениями По. Лишь от стеллажа исходила мистическая аура. Возможно это из-за того что Осаму пересмотрел фэнтезийных фильмов, но как бы там ни было он начал тщательно осматривать книги. «Принц и нищий», «Роза и семь братьев», «Лунный камень», «Тайна отца Брауна», «Мальтийский сокол», «Загадка Эндхауза», «Ребекка», «Голубой замок», «Человек-кресло», «Ночь нежна», «К востоку от Рая», «Цвет зла», «Роман-газета» Все части, «Дело Накаджимы Ацуши», «Дурная кровь». Так стоп! -Дело Ацуши?-детектив потянулся к этой книге. Увы листы бумаги небыли приклеены к обложке и переплеты. Так что книга развалилась стоило только Дазаю к ней притронуться. Детектив посчитал эту ситуацию довольно не ловкой, но все равно подобрал выпавшие листы и принялся читать. -бубубубу… -бубубубу… -бубу…-слегка приподнятый тон сменился озадаченным молчанием. «Вот она, улика!» Пронеслось в голове шатена. Осаму сложил бумагу вдвое и положил в карман своего пальто. Чуть ли не тут же в комнату ворвался Эдгар. Весь запыхавшийся стоял и оценивал обстановку. Если писатель заметит обложку, то шатену не сдабривать. Аллан начал приближать, а детективу не осталось ничего кроме, как пнуть корешок книги под стол. -Я слышал грохот…- нервно и с легкой злобой произнёс сероглазый. Детектив спрятал испуг и сделал скептическое выражение лица. -Да? На улице наверно, что-то зашумело.-Осаму был мастером масок и манипуляции. Для него не составляло труда обмануть социально не адаптированного писателя, что был готов убежать лишь бы ни с кем не разговаривать. -Я так не думаю…- поэт слегка прищурился и посмотрел за детектива, прямо в то место, где когда-то стояла написанная им книга. На этот блеф шатен задрал нос и набрал в грудь воздух, чтобы грудь казалась больше и ближе к темноволосому. Может Дазай и применял животные методы, но против природы не попрешь. Этот напыщенный вид, грудь колесом и высокомерный взгляд заставляли голубоглазого присогнутся и отойти на шаг. -Я бы хотел осмотреть комнату, где вы заперлись. -Хе… хотеть не вредно.- кривая и скромная улыбочка появилась на лице Эдгара, но стоило ему поднять глаза на Осаму, как улыбка стерлась с лица По. Шатен промолчал. -Ладно…- Аллан мялся на месте и от стыда не мог сдвинуться с места. Детектив цыкнул и проходя мимо писателя толкнул его плечом. Это был рисковый шаг, на который решился детектив. Писатель медленно проследовал за Дазаем бормоча что-то под нос. -Убью…убью…убью скотину… -Чего?-обернулся детектив. -Ничего…-прохрипел поэт смотря на Осаму исподлобья. Детектив пожал плечами и без какого-либо страха вошел в спальню. Комната была убрана и выглядела опрятна. Заправленная кровать, чистый пол, ровные занавески, идеально подобранные элементы декора, да только одно выбивалось из этой идиллии- это стоящие на прикроватной тумбочке засохшие амаранты. -Мило, не правда ли?- поинтересовался писатель. Детектив сначала хотел сказать что-то обидное или холодное, но, посмотрев на мягкое и немного покрасневшее лицо Эдгара, передумал. -Да… -Мне их такими уже подарили… засохшими…- Аллан сделал паузу, а затем вдох, чтобы добавить слов, как-то пояснить, продолжить идею, но По ничего не сказал. Шатен так же ничего не произнёс. Мужчины стояли и молча смотрели то друг на друга, то на комнату. По безумно наделся, что детектив не учует голову, да и как он мог бы это сделать, в конце концов, Эдгар осторожно выкинул её через окно. -Знаете, я все еще уверен в вашей причастности.- официально заговорил Осаму. -Почему? Что у вас такого на меня есть?- темноволосый повысил тон, что сильно выживало его недовольство и волнение. -Отпечатки.-холодно метнул Дазай. -Отпечатки..? Как..? Подождите…- к писателю пришло осознание. Он оставил кучу отпечатков пальцев. В голове вертелся один единственный вопрос: «Как я так мог?!» -Я забираю вас под присмотр, вы-главный подозреваемый.- шатен резко схватился за руку писателя и крепко её сжал. -Нет! Мне нельзя под арест!- начал брыкаться Эдгар. Детектив лишь сжал его руку крепче и направился к выходу. -У вас недостаточно доказательств! И… и нет письменного разрешения!- Аллан уперся ногами в пол и всеми силами старался не сдвинуться с места. -У нас всего достаточно.- блефовал Дазай, чтобы раззадоренный писатель выдал хоть какую-то информацию. По на это заскрежетал зубами и постарался выдернуть руку, но тщетно. Поняв, что Осаму так просто его не отпустит Эдгар начал всячески толкать детектива и стараться сбить его с ног. Шатен держался хорошо и даже смог вывести писателя из комнаты, что можно считать его раковой ошибкой. Писатель выдохся, но продолжал припирать. -Если вы продолжите оказывать противодействие в суде вам будет сложнее оправдаться.-подходя к лестнице отрезал кареглазый. -Мне не придётся…- пробурчал писатель и толкнул детектива. Оба мужчины полетели вниз по лестнице, но Эдгару повезло больше, ибо шатен падал первым и в приземлении он играл роль смягчающей подушки. Осаму ударился о железные перила головой и, кажется, не просто ударился, а еще и разбил лоб в дребезги. -Ты. Ты настоящий моральный урод! Душевно больной ублюдок..!- детектив машинально повернулся к преступнику, не хорошо показывать ему спину, так же Дазай дрожащей рукой инстинктивно потянулась к ушибленному месту. -Может я и душевно больной, но с тяжелыми приступами душевного здоровья.-усмехнулся поэт и протянул руку ко лбу детектива. Пальцы сразу испачкались свежей кровью. -Убери свои руки..!-сжав зубы отмахивался от чужой руки Дазай. У него мутнеет сознание и в глазах скачут маленькие разноцветные и мерцающие квадратики, которые складываются в пятна и мешают, что-либо увидеть. -Хорошо убираю.- Эдгар взял немного кровь на пальцы и убрал руку, как и обещал. И стоило руки оказаться у рта, как сдерживать свое любопытство было невозможно и По принялся слизывать с пальцев кровь. -Я даже говорить ничего не буду…- на лице Осаму вырисовывалась гримаса неприязни. -Четвертая положительная?-проигнорировав слова Дазая, поинтересовался Аллан. -Пошел в баню..!- огрызнулся детектив и попытался хоть как-то отдалиться от ненормального. -Разве ты не рад? Разве ты не мечтал о смерти? Разве я не исполнил твою мечту? Отвечай, ублюдок.- писатель больше не выглядел запуганным и безобидным, наконец-то, раскрылась его истинная натура, за которую его и не выпирают из гильдии и многое позволяют. -Не о такой смерти я мечтал.-выдохнул шатен закрывая глаза. Поэт схватился за волосы детектива и ударил его затылком о железные перила. -Ты еще и чем то недоволен.-раздраженно процедил темноволосый. -Да иди, ты, уже.- тихая улыбка красовалась на лице Дазая. Пускай он и мечтал не о такой смерти, но отказываться от предсмертного блаженства он не намерен. Измученный дух покидает тяжелое и бренное тело. Эдгар снова виновен в чьей-то смерти. -Что ж это было быстро…- выдохнул писатель не удовлетворив свою истинную жестокую натуру. -Как-нибудь повешу.- писатель оторвал взгляд от трупа и медленно направился к окну. Ему нравилось иногда смотреть в окна, пукай Эдгар и не любил солнечный свет. Деревья красиво шатались на ветру; трава танцевала вальс; ветер ласкался с ветками, одаривая из своими быстрыми и чувственными поцелуями; и небо. Небо было чистым, невинным, как Рампо, что заставило нос писателя покраснеть и медленно начать забиваться. -Рампо… почему тебя нет рядом, когда мне так хочется прикоснуться к тебе, к твоей макушке и рукам? Почему ты так холоден со мной и почему и любишь ласку? Я так плох? Эх… Рампо… я так тебя люблю, что даже слова подходящего нет.- поэт погружаешься в мысли и не обращает внимание за забитый нос и невесомые слезы, что сразу падают вниз, не задерживаясь на лице. -Рампо…- тихо произнёс голубоглазый. Это было его любимое слово. Оно казалось ему таким сладким на вкус, когда тот его произносил. Настолько сладким, что хотелось повторять и повторять лишь бы эта сладость не покидала измученного писателя. -Прошу… зайти ко мне лишь раз, я покажу каков я. Насколько нежен и заботлив. Прошу… нет умоляю! Явись передо мной…- тон темноволосого сказал от слова к слову и контролировать нарастающую грусть со слезами становилось невозможно. -И чувствую себя, я, как Чаадаев! Осужден! Безумцем меня кличут! За слова людские! Философическое письмо мне даже не пришлось писать! О за что? За что? Потом же объяснился я! Но все вам всем не впрок! Все такой же я безумец! Все не могу! Я ухожу! Ты слышишь? Ухожу! Нет нет, я не останусь, не проси! Ой ладно. Меня могут остановить лишь твои милые черты. Давай! Давай же улыбнись! Приблизься и прижмись. Что? Не уж то чувствуешь тепло? Ты спросишь: что? А я лишь робко промычу, как сильно я тебя люблю…- вымолвил По перед тем, как разрыдаться. Слабо соленая жидкость падала с худого лица. Эдгар первое время рукой смахивал слезы, но силы на столь мелкое действие покинули его и он позволил слезам украдкой целовать его в скулы и так же быстро падать. Казалось что Аллан может плакать вечно, но в один момент слезы почти закончились, а вместо них пришло осознание. -Я голову забыл с улицы забрать!- красный носик писателя задрожал и тот быстро двинулся на улицу, чтобы забрать голову. Писатель быстро преодолел препятствие в виде двери и расстояния до окна в его спальне и так же быстро нашел голову, чтобы снова, но в обратном порядке вернуться в дом. Уже в доме Эдгар быстро сообразил куда на первое время приставить голову и не долго думая поэт подошел к еле теплому телу детектива и нежно, как мама, положил бледную голову на коленки Дазая. -Прекрасно.-усмехнулся По и с нескрываемой радостью вновь пошел любоваться природой из окна…