Глубокое синее море

Не думал я, что когда-то смогу быть настолько довольным и счастливым. Казалось, всё благоприятствовало счастью и вселенскому удовольствию. Никогда дома не было настолько хорошо, комфортно, уютно. Вместо обсуждений всяких ужасных сделок, теперь главная тема – предстоящие свадьбы. Требовалось предусмотреть целую кучу всего, начиная от костюмов, заканчивая гостями. Совсем никого позвать нельзя, ближайшие партнеры должны видеть, что всё официально и что с новыми членами семьи теперь тоже надо считаться. Гостей со стороны Порша и Че не будет совсем. Грустно, но иначе нельзя. И если у Порша уже было достаточно знакомых среди телохранителей, то Че останется совсем один на этом празднике жизни. Да и потом, метки Че и Кима будут скрыты под подавителями. В институте не должны узнать, что Че связан с Кимом, а карьера Вика не переживёт, если вскроется, что у него уже есть вполне официальный муж. Че вроде пока бодрячком, но, как мне кажется, это пока из-за того, что тот не понимает, на что себя обрекает. Со свидетелями – всё достаточно просто. У Кинна – отец и я, у Кима – отец и Кинн, у Порша – Арм и Пол, у Че – Порш и Чан. Роль свидетеля Че предлагали мне, но, хм, я спать по ночам не смогу, думая, что причастен к этому. В остальном, подготовка шла своим ходом. Декораторы работали, повара корпели, дизайнеры отрабатывали свой гонорар. Задний двор особняка уже полностью преобразился. Столы, стулья, шатры, украшения. Самая большая загвоздка в том, что надо было предусмотреть два варианта декора. Сначала преобладание зелёного цвета на свадьбе Кинна и Порша, потом за полчаса надо будет полностью поменять всю расцветку декора на бело-желтую. А ладно, думаю всё получится. Не зря же людям деньги платятся. Вегас не ошибся. Питер действительно пах морем, как и его брат Пит. Только, если Пит пах тёплым, ласковым морем, с мягкими волнами, такое, как у нас на побережье, то Питер – пах севером, холодом и трескучим морозом. И это сводило с ума. Вот чего так мне не хватало в запахе Пита. Спокойствия, умиротворения, и, вместе с тем, какой-то бешенной энергетики. Секс с ним это в тысячу, сотню тысяч раз лучше, ярче, острее, чем с самым искусным омежкой до этого. Да и назвать моего Питера «омежкой» как-то язык не поворачивается. В этом, Питер и Пит, оказались похожими. И даже стили одежды в повседневности у них были очень похожи. Что-то максимально удобное, не броское, в темных оттенках. Вот только, Питер носил очки в тонкой оправе, а без них близоруко щурился. Пит же предпочитал линзы, которые постоянно терял. Надо бы им обоим сделать коррекцию зрения. Хотя, очки Питера меня даже возбуждают. Их можно оставить. Но только их. Ну и белый халат весьма и весьма неплох. Его тоже надо оставить. Так же, не знаю почему, но я не стал никому рассказывать о Питере. Знал Вегас, как же без него то. Арм и Пол были в курсе, что у меня появился постоянный партнёр, но не такая уж это и редкость. Раньше я тоже с кем-то, да встречался. Всегда был уверен, что как только у меня появится истинный, то сразу всем всё расскажу и пусть трава не растёт. Сложно сказать, почему не рассказывал. Может не хотел Питера перетаскивать в свой мир? Или же, хотел сохранить его как можно дольше только для себя? Не знаю. Хочется с ним проводить каждую свободную минуту, но увы. Питер ходит на свою чёртову работу каждый день, пропадает там с утра до вечера, не звонит мне каждые пять минут и вообще, заставляет меня ревновать его к каждому, с кем он общается. И плевать, что по работе. Вот что, спрашивается за работа такая, общаться с психами всяко-разными? Я еще молчу, что там, среди психов, полно поехавших альф, а уж сколько этих самых альф среди его коллег, вообще молчу. Теперь я лучше понимаю Вегаса, когда он орал на меня, чтобы я не трогал его Пита. Да, определённо, мысль о том, что кто-то прикасается к Питеру, сводит с ума. Спустя две недели, Пит, вернулся. Отдохнувший, позитивный, похорошевший. Прямо светился весь от счастья и позитива. С удовольствием присоединился к подготовке. Ну да, набирайся, дружок, опыта. Когда там твоя свадьба? 3-го числа? Приходилось, конечно, его под разными предлогами отмазывать от переноса всяких тяжестей, но ничего. Мне не сложно, а ему приятно. И да, теперь стало заметно, что он набрал пару килограммов. Тут Пит очень изящно отмазывался, заявив, что во время отпуска кушал за двоих, а двигался меньше, чем за одного. Умничка. Уверен, даже не соврал. И всё бы ничего, но постоянно чувство паранойи не покидало меня всю неделю, между возвращением Пита и свадьбами. Всё чаще ловил на Пите взгляды Порша и Кинна, всё чаще эти двое замолкали сразу же, как только видели в поле зрения Пита. Первые пару раз можно было списать на случайность, но на двадцатый, уже становится как-то не по себе. Всю голову сломал, как бы узнать, что у этих двоих в головах? Сложность в том, что Пит работал все дневные смены у меня, а при нём они либо вообще ничего не говорили, либо начинали обсуждать погоду и цвет салфеток на свадьбах. Кинн теперь нигде один не оставался. Раньше можно было ввалиться к нему в кабинет и немного понапоминать тому о том, что у него есть старший брат. Теперь же, всегда и везде рядом был Порш. А с ним, впрочем, как и у Пита, отношения у меня не очень. Я рад, что Кинн нашёл своего человека и счастлив с ним. Это многое искупает, каждый из моих братьев заслуживает всего лучшего. Но как переступить через инцидент с Макао, я не знаю. Порш ни грамма не жалеет о своём поступке. «Проучил говнюка» - вот как он это называет в своих рассказах, а то, что этот как он выражается «говнюк», потом плакал полдня от боли, потом заболел, так как всё же простыл, его не волнует. Пит тогда чуть с ума не сошёл, всё повторял, что это он виноват, ведь не догадался сразу обувь сухую принести и вообще должен был быстрее принести сухое, а, еще вполне мог бы сбегать на кухню, и принести тёплый чай, но, бестолочь такая, не догадался. И вот на фоне этого самокопания, слушать о том, как Порш кого-то там проучил, было выше моих сил. Про Вегаса я вообще молчу. С трудом представляю, как ему хватило выдержки, после всего этого, спасти Порша от Тавана. Думаю, он тогда долго договаривался со своей совестью и считал себя закоренелым эгоистом, раз вынужден был мало того, что не убить Порша самому, так еще и защищать его. За два дня до свадьбы, ночью неожиданно позвонил Вегас, и этим окончательно забил последний гвоздь в гроб моего самообладания. - Танкхун, что, все перья начистил? - Что происходит? - Блёстки у всех стриптизёрш округи отобрал? - Вегас, ау. - Хуйня творится, вот и всё. К сожалению, некоторые мои источники более не доступны, приходится довольствовать крохами с барского стола. - Дай угадаю, Биг? - Какой догадливый, куда бы деться. Ну теперь стало ясно, откуда у Вегаса была порой прям эксклюзивная информация обо всём, что творилось в доме. - Танкхун, пока информации крайне мало, но держи, пожалуйста, Пита всегда рядом. Он постоянно должен быть в зоне твоей видимости. Пусть даже смотрит твои дурацкие сериалы, но ты всегда должен его видеть. - Даже не спросишь, что стало известно мне? - Нет. Ещё не хватало использовать тебя и Пита в качестве шпионов. Куда уж ниже падать? Плюс — это слишком опасно. - Я обратил внимание, что в последнее время - Не надо. Остановись. Правда. В общих чертах я в курсе, уверен, что если бы было прямо что-то опасное, ты бы связался сразу со мной. Остальное – твои догадки. Они могут быть верными, но не хочу, чтобы это всё задело каким-то образом тебя. - Опять всё пытаешься сделать один? Может хватит и пора забить на гордость? - Может быть и пора. Давай по-другому тогда. Я буду говорить, а ты лишь соглашаться или нет. - Давай. – хороший компромисс между моим желанием поделиться переживаниями и не желанием выдать какую-то тайну. - Полным ходом идёт подготовка к свадьбам. Все счастливы, ссут кипятком от радости. Так? – не дожидаясь ответа, продолжил. – в последнее время, примерно с того момента, как Пит вернулся из отпуска, Кинн и Порш стали больше времени проводить наедине. Ну а что такого? Влюблённые люди, всё такое. Вполне нормальное поведение. Так? - Предположим. - Внешние поездки почти исключены, никаких бизнес-проектов нет или сроки перенесены на потом? - Похоже на то. - Понятно. Ок. Держи Пита рядом. - Больше ничего говорить не будешь? - Пожалуй, нет. - Хорошо. Твоё право. - Не дуйся, я ценю твоё желание помочь. И более того, мне нужна твоя помощь и я об этом открыто тебе говорю. Пит должен быть с тобой эти два дня. Но использовать тебя как источник информации я не буду. Возможно, пока не буду. - Ладно. А почему два дня? - Ну а сколько ему быть ещё телохранителем-то? Нет уж, пусть со мной остаётся. Эти три недели, не считая ежедневных истерик Макао, лучшее, что было в жизни. - Как, кстати, дела у Макао и Нопа? - Как у двух баранов. Один слишком гордый, чтобы признаться в своих чувствах даже самому себе, второй думает, что первый всё ещё ребёнок и не делает первого шага. Забавно за ними наблюдать. Удивительно, но после разговора с Вегасом стало легче и спокойнее. Предположим, что у него есть ещё какая-то информация, либо её обрывки. Кто-кто, а Вегас точно может использовать любой мизер в свою пользу. Если исходить из этого, то у него есть догадки по поводу странного поведения Кинна и Порша, и раз он открыто просит держать рядом с собой Пита, то он точно знает, что это поведение каким-то образом связано с ним. В то же время, видимо, информации всё же не достаточно, раз он не может точно предугадать следующие шаги моего брата. Скорее бы прошли уже эти чёртовы свадьбы, и наступил бы мир и покой. Спокойствие после разговора с Вегасом длилось не долго. Утром следующего дня, опять всё вернулось на свои места. Пит же старательно делал вид, что ничего не замечал, не видел, никак не реагировал. Хорошо играет, молодец. Конечно, сложно не замечать, когда тебя так палевно рассматривают и демонстративно умолкают при твоём появлении. Пит лишь улыбался целый день и лишь под вечер, оказавшись на моём вечерне-ночном марафоне по просмотру Сумерек, улыбка сошла на нет. Усевшись с ногами, в уже свое любимое кресло, завернулся в одеяло с головой так, что только глаза сверкали, уставился пустым взглядом на экран. Блин, и Арма с Полом никуда не отправишь, марафон же. А это совместное мероприятие. Окончательно настроение упало, когда ко мне в комнату ввалились Кинн и Порш. Зато магия удалась. Враз из серьёзного и задумчивого, вернулся дневной улыбчивый и глуповатый на вид Пит. Зачем они вообще сюда припёрлись? Кто их сюда звал-то? Посмотрев два фильма, Пит не выдержал обстановки и отпросился спать. Ничего удивительного, учитывая, что встал он в жуткую рань и был на ногах с семи утра. Хорошо, что на следующий, уже сегодняшний, день ему можно будет поспать подольше, потом одна смена и вот уже день свадеб, а далее свобода. Степень моей паранойи достигла своего апогея, когда весь день перед свадьбой меня под различными предлогами держали как можно дальше от дома. Вот как отправили выбирать свежие цветы днём, так и мотали потом по всему городу. То сюда съезди, то туда. И вроде бы, ничего особенного, но меня до ужаса пугало, что я весь день не мог никаким образом увидеть Пита или хотя бы понять, где он, не привлекая лишнего внимания. И Вегасу позвонить не мог, так как постоянно был под присмотром кого-то из телохранителей. Только вернувшись затемно домой, весь в мыле, мне удалось отловить Чана, и от него удалось узнать, что Пит всё время был дома, бегая по разным поручениям отца. Хм, ну предположим. Стал бы мне в открытую Чан врать? Зачем ему это? Всё утро в беготне, заботах и тревогах. Где, блин, Пита носит? Он что, сквозь землю провалился? К 12 стали подтягиваться гости, в том числе и вторая семья. Вегас шёл, держа брата за руку, не позволяя тому отходить от себя ни на шаг. Увидев меня, всучил брата Нопу в охапку, что-то прошептав тому на ухо, направился прямо ко мне. - Где Пит? – между прочим, спросили мы одновременно и друг у друга. А я и не знал до этого, что значит липкий сковывающий страх. Более того, я в душе не знал, что Вегас, оказывается, тоже может чего-то бояться