Исповедь

Я не желал тебе такой судьбы И, видит Бог, рвать волосы готов я, За то, что столько лет твои мольбы Я убирал под Карла Маркса томы. Я ненавижу всеми фибрами души То время, что из памяти исчезло. Быть может, вспомнив, разобрался бы во лжи, Что красной тряпкой мне в глаза так долго лезла. Мне так невыносимо представлять, Какие муки адские ты принял, Когда, ослепший, был готов тогда стрелять Не дрогнувшей рукой в тебя, любимый. Я ненавижу все, что было там, Когда был взгляд мой алым дымом затуманен. На миг вернувшись к Красным уголкам Я каждый флаг на лоскуты порвал бы. Разбил бы каждый ненавистный бюст, Стоящий, как святыня, повсеместно. Тем молотом, что как тягчайший груз, Серпом бы всем им горло перерезал. Их коммунизм бы изрубил, не жаль! Когда бы знал, что он потом отнимет, Тебя бы я воздвиг на пьедестал, Вернул тебе, Петра творенье, имя. Не знаю, сможешь ли когда нибудь Простить мою животную жестокость, Когда покрылась сталью моя грудь, Когда меж нами пролегла на годы пропасть. Я за тебя готов убиться и убить И сотни лет за это гнить в гулагах, И всем святым лишь о тебе одном молить, Чтоб никогда не видеть, как ты плакал. Мне никогда не расплатиться за ту боль, Что выжигала твою душу горьким ядом. Мне никогда не позабыть твою любовь, Что еле-еле теплилась лампадой. Я за тебя взвалю на плечи все грехи Прогнившего, протухнувшего мира. И, в кандалах, позволю им себя сломить, Изрешетить ножом, оставив дыры. Мне никогда не позабыть тот горький взгляд, На дне которого - скупое безразличье. И в этих муках только я лишь виноват, Сражённый алчностью и злобой псов столичных. Я на коленях у тебя готов молить, Как манну божью, твоё тихое: «- прощаю..», Но никогда себе не дам я позабыть, Какой ценой мне это слово прошептал ты. Я никогда так не хотел быть не Московским, Но за тебя приму тех лет тяжёлый крест. « - Мани для ласк», как написал Островский, « - Гони и бей, коль ласка надоест.» Готов смиренно от тебя принять Напор лавины праведного гнева, За то, что я посмел тебя предать, Того, кому поклялся перед небом. Я не заслуживаю чувствовать твой взгляд И не имею права рук твоих касаться. О, Господи! Я все б вернул назад! Не дал бы друг от друга оторваться! Я за тебя готов гореть хоть сотни раз, Хоть миллион, лишь только б знать: когда-то, милый, Твой дивный голос, что дороже всех богатств, Как раньше, с нежностью, прошепчет мое имя.