Воспоминание из далёкого мира

      У маленького Тамамори был свой любимый закуток.       Он был немного отдалён от деревни — точнее, скрывался в одном из ближайших лесов, на небольшой опушке с маленьким, почти пересохшим прудом. Кто-то и вовсе мог назвать его "большой лужей" — настолько миниатюрным он был. В нём сгодилось бы лишь окунуть пятки или умыть лицо. Но Тамамори и не нужно было больше. Всё равно прибегал он к нему не чтобы купаться.       Цель была иной, куда более прозаичной: сочинять, фантазировать и писать о всём том, что рисует его мечтательная голова.       Просто как-то так вышло, что именно в этом закутке это было делать особенно приятно. Никто не мешался под боком, никто не бурчал недовольно о бессмысленности его фантазий...       Однако порой Тамамори даже жалел об отсутствии рядом своих друзей. Он, конечно, часто с ними спорил, ругался или обижался на них по мелочам. Но это всё ещё были его сверстники, да и, что уж, самые близкие люди в деревне помимо бабушки с дедушкой! Без Минаками, без Ханадзавы, даже без Кавасэ Тамамори страдал бы от дикого одиночества.       Но однажды им всем повезло стать друзьями. Совершенно случайно, даже нелепо, но так уж всё сложилось!       И Тамамори, при всей своей капризности, всё равно ценил это. Пусть ему, как настоящему свободолюбивому ребёнку, и хотелось порой побыть исключительно одному и полностью погрузиться в свои фантазии.       Не всем взрослым это нравилось, да и друзья к этому по-разному относились, но Тамамори не мог от такого отказаться. Они приносили в его жизнь столько разных, неизведанных эмоций! Помогали увидеть мир по-новому!       Разве можно просто взять и отказаться от чего-то столь волшебного и сказочного?       Это как отказаться прыгать в кроличью нору за зайцем с моноклем. Может, прыгать и правда безрассудно, но ведь безумно любопытно узнать, куда и зачем он торопился! Да и кто не хотел оказаться на месте Алисы, что попадает в свою загадочную Страну Чудес?       И Тамамори, пусть никогда и не читал эту сказку, уже желал стать её главным героем.       Вот и сейчас, в очередной спокойный день, когда солнце нежно гладит лучами полянки и деревья, когда лёгкий ветерок игриво пробегает между ветками и иногда весело кружится в одних и тех же местах... Тамамори снова застыл в своих мечтательных картинах, спрятавшись в своём любимом закутке. Он нарочно прикрыл глаза чтобы ещё лучше чувствовать и слышать звуки и движения леса вокруг него. Они удивительным образом наполняли его фантазии жизнью, некой толикой реализма, которая лишь помогала поверить в правдивость этих иллюзий.       Почему-то Тамамори и правда нравилось ощущать себя на грани между истиной и ложью, настоящим и фантастичным. Он словно бы стоял на той самой линии горизонта, что отделяла между собой два совершенно разных пространства, два геометрических измерения, противоположных друг другу.       Если бы Тамамори захотел, то представил бы, как он ходит по небу вместо земли. Или плывёт в траве, пока вода становится твёрдой как камень. А, может, и вовсе бежит вверх ногами: сверху земля, снизу - бесконечное пространство воздуха, а ещё глубже — синий космос с белыми звёздами, рассыпанными точками по небосводу.       Как платья в горошек, как обёртка Калспи!       — Тамамори?       Мальчик вздрогнул и резко открыл глаза, услышав неожиданный, но всё-таки столь знакомый голос.       Минаками! Прямо здесь!       Как он его нашёл?!       — Ты шёл за мной?       Тамамори казался очень недовольным тем, как его внезапно потревожили. Минаками же неловко посмеялся, только сейчас осознавая, в каком положении он застал своего друга.       — Нет. Просто гулял тут и увидел тебя. Я... помешал?       Тамамори хотелось буркнуть обрывочное "да" и отвернуться, но он сдержался от такой грубости. Выглядел он всё ещё растерянным, но будет лучше объясниться, чем пытаться продолжать фантазировать прямо при Минаками.       Да и не получилось бы, настрой уже сбит!       — Нет... Ну, точнее, да, но это не так страшно! Просто я тебе ещё не говорил об этом месте.       Минаками понимающе кивнул, подошёл ближе и осторожно присел рядом с Тамамори, оглядев полянку. Ему здесь уже нравилось.       — Это моё потайное место. Здесь есть такой маленький пруд, тут иногда бывают лягушки и... только ты о нём теперь знаешь. Кавасэ и Ханадзаве я не показывал. И не хочу показывать.       — Почему так?       Минаками искренне удивился. Тамамори же стало неловко от такого прямого вопроса.       — Так место ведь секретное. Да и представь, что было бы со здешними лягушками, приди сюда Кавасэ! Затоптал бы всех...       Послышался немного нервный, но понимающий смех.       — Да, это в его духе. К тому же... нет ничего плохого в том, чтобы хранить такие секреты.       – А я о чём! Сам ведь понимаешь!       Тамамори немного повеселел, а потому окунул одну из пяток в воду пруда, словно бы желая немного охладиться.       — Наверное, я тоже не должен был узнать об этой полянке.       Тамамори слегка отвернулся, немного смущаясь от такой простой догадки. Вот же умный этот Минаками, ничего от него не утаишь!       — Я не знал, стоит ли рассказывать тебе... Но я не против того, что ты знаешь сейчас! Здесь просто хорошо мечтается, понимаешь? Закрываешь глаза и отдыхаешь, думаешь о чём захочешь! И никто не тревожит и не беспокоит... Всем так иногда хочется!       Что ж, с этим Минаками был согласен как никто другой. Сейчас он был даже рад сознавать, что Тамамори тоже нуждался в подобном. Попытайся бы сам Минаками объяснить подобное раньше, вряд ли бы что-то вышло: Тамамори бы его особо не понял, да и мог бы не воспринять всерьёз.       Но сейчас, когда они оба сидели на этой, казалось бы, обычной полянке, всё становилось проще и лучше.       Словно бы на душе становилось легче от одного времяпровождения здесь.       Может, здесь когда-то были священные, благодатные земли, которые и делали этот закуток таким умиротворяющим?       Минаками не знал точно, но интуиция ему это подсказывала.       — Да, мне тоже иногда хочется побыть одному. Здесь и правда хорошо.       Тамамори не стал отвечать Минаками сразу, зато снова прикрыл глаза и вытащил пятку из воды. Он медленно разлёгся на зелёной траве, устраиваясь на ней как в незавёрнутом футоне.       — Даже спать захотелось...       Он нарочито широко зевнул. Минаками не стал ложиться, но сел поудобнее и достал из ткани одежды тонкую книжку.       Спустя несколько минут умиротворяющей тишины Тамамори всё же хитро приоткрыл один глаз.       — А, так вот почему ты молчишь...       Голос звучал куда ехиднее, но Минаками это никак не потревожило. Он лишь кивнул, не желая отрываться от процесса.       — Что читаешь?       — "Клуб бедных людей".       — Впервые слышу! Можно будет посмотреть потом?       Минаками ответил не сразу: долго обдумывал просьбу Тамамори.       — ...Да, конечно.       — О, спасибо! Но да, не буду болтать много. Ты почитай, а я... помечтаю, наверно! Только, если я вдруг усну прямо тут, разбуди меня, хорошо?       — Угу.       Тамамори спокойно вздохнул и вновь закрыл глаза. Ветерок трепал его волосы, а на лице сама собой выросла милая улыбка.       Всё-таки хорошо, что закуток нашёл именно Минаками! Он так хорошо его понимал!       Как никто другой из его друзей.       Каким же он был хорошим...       Тамамори даже пару раз бросал на него короткие, хитрые взгляды, приоткрывая лишь один из своих глаз.       Умный, тихий, нежный, заботливый... мог ли он желать большего?       Не достаточно ли для него столь простого, детского счастья?

***

      Как только Тамамори открыл глаза, он понял, что весь вспотел во сне. Не от страха или волнения — их не было в том чудесном сне, что он видел.       Он теперь вспомнил тот момент из детства. Вспомнил, как мило и по-детски общались тогда и он, и Минаками, и все его друзья детства.       ...И он жалел, что вспомнил.       Рука Тамамори крепче сжала бусины чёток, что оказались зажаты в его руке.       Ему хотелось разрыдаться — как никогда раньше и как никогда сильно.       "Будь ты проклят, Минаками"