avant et après

Девушка с длинными и каштановыми прямыми волосами входит в ресторан винтажного стиля с комбинированным освещением желтоватого цвета. Она прямо держит голову, чуть вздернув подбородок, ее осанке позавидует каждый, кто сидит здесь. Все взгляды моментально направлены на ее белоснежную дубленку и маленькую сумку-клатч, которую она обхватывает своими прекрасными длинными пальцами, на которых красуется маникюр нежно-розового цвета, что не сильно бросается в глаза. Девушка идёт не спеша: на длинных ногах черные бархатные туфли на платформе, а ее чёрное платье с мелкими блестками и глубоким декольте плотно обтягивает ее изящные формы. Взгляд девушки направлен только на нужный ей столик — за ним сидит мужчина, выглядевший абсолютно спокойно, а на столе уже стоит бутылка шампанского, свечи и пустые тарелки. Она садится напротив своего «кавалера», что обводит ее тело жадным взглядом, а после в его глазах проявляется капелька сомнения. — О чем ты хотел поговорить и почему мы не могли это сделать дома? — бархатный и приятный голос девушки звучит как колыбельная. — Разве ты не любишь такую романтику? Я думал, что хорошо знаю тебя, — мужчина открывает шампанское и аккуратно разливает игристое по бокалам. — Ближе к делу. Я заинтересована, — она слабо улыбнулась, вытягивая свою миниатюрную руку, дабы взять бокал. — Сначала выпьем, — после этого их бокалы звонко чокнулись друг об друга. Несколько минут тишины и проба на вкус нового неизвестного для обоих алкоголя, ну, а после, как девушка и хотела, звучит то, зачем они здесь. — Ёнми, мы расстаёмся. Улыбка шатенки, безусловно, спала с лица, но иных эмоций она не показывала. Или же показывала, но их было сложно прочесть — что она испытывает сейчас? Горечь, обиду или злость? — Понятно, — Ёнми вновь улыбается. И нет, в этой улыбке нет обиды, она искренне улыбается. — И всё? Это всё что ты скажешь? — А что мне говорить? Ты думаешь я не знала, что ты спишь со своей секретаршей? — она перевела взгляд на бокал, немного взболтнула его, наблюдая за тем, как по краям стекают капли алкоголя. — Мы планировали свадьбу! — мужчина говорит это громким шепотом, ему обидно, что его решение не вызвало у нее никаких эмоций. Вероятно, он надеялся на то, что она будет просить остаться и не разрывать отношения, и уж тогда он подумает, верно ли он поступает. Да и вообще… как она так спокойно реагирует на его измену? Она знала это давно и уже смирилась? — Если бы мы планировали свадьбу, ты бы не повелся на ее грудь третьего размера, Джисон, — спокойно отвечает Ёнми. Она неспеша допивает все шампанское и поднимается. — Просто так уйдешь? Ёнми! — Задерживаться здесь мне больше нет смысла, Джисон, всего наилучшего, — не успела девушка сделать и шаг, как он схватил ее за кисть руки, останавливая. Ёнми поворачивает голову к нему и смотрит через плечо. — Что ты хочешь услышать? Что я прощаю измену? Остаться? Смешно, отпусти руку. — Почему у тебя такая спокойная реакция на измену? Я действительно думал, что у нас любовь… — Я не собираюсь плакать из-за тебя, ты не последний мужчина в этом мире, — нервы уже не выдержали эту крепкую мужскую хватку, так что она тряхнула рукой скидывая другую. — Я не прощаю измены. Девушка уходила под его обиженный взгляд, а людям, которые застали эту перепалку, она спокойно улыбалась, все так же гордо подняв подбородок. Дойдя до выхода, она кивнула на прощание симпатичному администратору и, только схватившись за ручку двери, снаружи ее кто-то резко дёргает на себя, что Ёнми еле остаётся стоять на ногах, немного пролетев вперёд. Юноша, который чуть не свалил ее с ног и даже об этом не догадывался, придержал дверь, выпуская девушку. А она, поправив свою дубленку, поднимает голову и сердце пропускает один удар.

Четыре года назад

— Ты настолько сладкая, что от тебя тошнит, Ёнми, — парень собирает свои вещи в чемодан, даже не складывая их, а просто кидает, как есть. — Я пробовал все то, о чем ты боишься даже спросить. Ёнми сидит на полу, притянув к себе колени, и плачет в них, громко и истерично, не в силах сдерживать своих эмоций. — Прекрати реветь, слабачка! — кричит он, бегая по всей квартире. — Я не последний мудак в твоей жизни, будут и хуже. И таким образом, то самое сладкое и мечтательное «навсегда» продлилось полтора года, а потом тот, с кем она представляла свадьбу, переспал с официанткой, которая принесла ему ароматный карамельный макиато. — Ты должна быть сильной, — он резко сел на корточки напротив нее и попытался взглянуть в глаза. — Повесила перед глазами розовую тряпку, сними ее! Он поднялся, медленно оглядел полупустую квартиру и бардак, который устроил сам же, в попытке быстро собрать все вещи. — Я сожалею, Ёнми. — Минхо! Я прощаю тебя, только прошу, останься, не уходи, у нас же было столько планов, — на коленях она подползла к нему и схватила за штанину, подняла свои заплаканные глаза и умоляюще смотрела на него. — Я себя не прощаю, я не смогу жить с этим дальше и ты не должна меня прощать! — он попытался убрать ее руки от себя, а потом просто пустым взглядом посмотрел на стену. — Людьми не стоит дорожить. Девушка вновь отползает к стенке и прикладывается затылком, чуть ли не выдергивая волосы в истерике. Минхо оказался рядом с ней и, едва ли сам не заплакав, притянул ее голову и прижал к своей груди. — Прости, что я разбил твои розовые очки, я не хотел, чтобы это получилось таким образом. Пообещай, пожалуйста, что будешь сильной, дабы не было так же больно, как сейчас, обещаешь? — он гладил ее по волосам, сожалея о таком раскладе событий. Девушка что-то промычала и один раз кивнула головой. А через десять минут он ушел. Ушел навсегда.

Настоящее время

Мой Минхо, который причинил мне огромную моральную боль, после которой я долго восстанавливалась. Мой Минхо, из-за которого я сидела на антидепрессантах. Мой Минхо, которому я дала обещание быть сильной. Мой Минхо, благодаря которому мне больше не больно. Девушка пару секунд смотрит на юношу, который держал ей дверь. Прошло четыре года, а она все ещё видит его черные глаза, в которых раньше видела весь мир. Он был всем миром для нее. Он был первым поцелуем, первым сексом, первыми мечтами и первым, просто первым во всем. Не показывая своих чувств, она выходит на улицу и провожает бывшего любимого взглядом, возможно надеясь на то, что он обернется, как это сделала она. Но этого не случилось. Она сильно изменилась как внешне, так и внутренне. Ёнми, остановившись и заглядывая в окно ресторана, тихо шепчет: — Спасибо, Минхо, что разбил мои розовые очки.