Soul melody

Деревня Аару то место в которое Люмин любила возвращаться, всегда. Особенно в самое тяжёлое время, когда казалось, что нет выхода, потому что там такие яркие звёзды, а ещё волшебная музыка, которую почему-то можно услышать только ночью. И как девушка не силилась по звуку мелодии найти музыканта, у нее никогда не получилось, словно этот неизвестный человек — призрак. Но она знала, что этого не может быть, призраки не осязаемы и не могут играть. В этот раз, находясь на склоне утеса над Аару, Люмин постелив плед на остывающий песок, стала ждать заката, когда в воздухе зазвучит щемящая душу мелодия, а на небосклоне загорятся невероятно яркие звёзды и круглый диск луны. Она себе пообещала, что не станет искать исполнителя, а лучше насладиться этим одиночеством, теплом и лёгкой грустью, когда на глаза почти наворачиваются слезы, но на душе так легко, словно за спиной выросли крылья, а слабая улыбка сама-собой трогает губы. Темнело сегодня красиво: небо постепенно окрашивалось рыжими, розовыми и фиалковыми красками, из деревни вверх поднимался аромат специй, выпечки и десертов с орехами аджиленах, где внизу слышался смех детей и скрип досок старых мостов. Ветер нежно потрепал волосы Люмин и затих, чтоб не мешать наслаждаться минутами покоя. — И всё-таки, немного одиноко, — прошептала девушка, обнимая колени и с грустью смотря вниз на зажигающиеся фонари. Она думала о том, что наверно не стоило отправлять Паймон спать в чайник, но ей хотелось побыть одной. Такие противоречивые чувства и эмоции. Люмин так долго ждала музыканта, что когда наконец зазвучала мелодия, она даже не поняла, потому что наблюдала за бытом жителей, таких неторопливых и уютных. Ведь ей тоже захотелось побыть обычной девушкой с совершенно тривиальными проблемами. Ироничная улыбка тронула пухлые губы. Она и обычность, совершенно не совместимые вещи. Когда Путешественница наконец услышала мелодию, замерла от неожиданности, потому что перебор струн звучал ближе чем обычно, хотя место она не меняла уже долгое время, потому что здесь слышно лучше всего. Сердце пропустило удар, любопытство взыграло с небывалой силой, но она уже себе пообещала, что сегодня никаких поисков таинственного музыканта. Вздохнув, Люмин решила сдержать данное себе обещание и целиком погрузилась в чарующую мелодию, в которой казалось скрыты все красоты алых песков пустыни, миражи, ветра и оазисы у вод которых танцуют прекрасные пустынные девушки. — Так тепло, — прошептала Люмин, все ещё видя перед своим взором красоту прошлого и настоящего, — Спасибо, — ни к кому конкретно не обращаясь и не надеясь, что ее услышат, сказала девушка, погружаясь в дрёму. *** Проснулась она от того, что что-то теплое сползло с ее плеч. Проморгавшись, Люмин заметила рядом с собой струнный щипковый инструмент, напоминающий лютню. С другой стороны зашелестели страницы. Обернувшись, Путешественница увидела Аль-Хайтама, который сидел в позе лотоса и в свете ручной масляной лампы читал книгу. А то что упало у нее с плеч, было накидкой секретаря. — Не знала, что ты умеешь играть, — тихо сказала Люмин искоса поглядывая на молодого человека, — И спасибо за накидку. — А я не знал, что ты такая ценительница музыки, — в тон ей ответил Аль-Хайтам, — Пожалуйста. — Почему играешь именно здесь? — Место красивое, — сказал парень. — А ты не многословен. — А это важно? Девушка замотала головой, ведь ей действительно не важно, у каждого свои секреты и скелеты в шкафу, и уж точно не ей их вытаскивать. Люмин подняла накидку с пледа, вновь положила себе на плечи, было довольно прохладно, и подобравшись ближе к молодому человеку, прижалась к его спине своей, укладывая голову ему на плечо и смотря на эти бесконечные скопления звезд. — Сыграешь ещё? Ведь это невероятно красиво, я словно вернулась домой, где так давно не была. Аль-Хайтам ничего не ответил, просто начал играть, перед этим мягко потрепав Люмин по волосам, как до этого делал ветер. — Спасибо.