Их ангелы встретились раньше

      Их ввели в большой облачный зал и громко представили.       Верховный Архангел, сидящий в кресле за столиком, полускрытый ширмой, потягивая из бокала, обернулся и оживлённо воскликнул:       — О, а вот тебе и зрелище! А то, видишь ли, скучно ему, — бросил уже кому-то за ширмой, и Тиму показалось, что из-за неё торчат копыта.       «Чёрт!» — помотал он головой, и копыта быстро исчезли, втягиваясь за ширму, предоставляя возможность хоть на недолго отогнать плохие предчувствия.       — Это ж про вас мне только что докладывал Соглядатай, — обратился уже к ним Верховный, вставая и потягиваясь. — Хотел за вами послать чуть погодя, а вы сами явились.       Он нехорошо засмеялся. И у Тима по спине побежали мурашки, возвращая плохие предчувствия на место. Он посмотрел на Арми, который перевёл растерянный взгляд от ширмы на приближающегося к ним Верховного.       «Значит, не показалось», — совсем приуныл Тим, но вида не подал, чтобы не пугать Арми.       — Ну и с чем же вы пожаловали? — Архангел скрестил руки на груди, с интересом разглядывая пару ангелов.       Тим слегка откашлялся и произнёс всё равно хриплым голосом.       — Мы пришли испросить вашего великодушного разрешения уйти нам на Землю.       — Ого, как изъясняется, — подмигнул Верховный Арми и кивнул на Тима. — Чувствую, будет весело. А письменное заявление принесли?       — Да, — Тим, как фокусник, вытащил из рукава небольшой свиток. Арми с удивлением вытаращил на него глаза. Когда только успел?       — И подписи имеются?       — Пока только одна. Сейчас…, — Тим сунул свиток подмышку, выудил из-за пазухи маленькое пёрышко из крыла Арми, которое носил на шее на тонкой, едва заметной тесёмке, и, схватив руку любимого, ткнул им в его палец.       —Ой! — вскрикнул от неожиданности тот и дёрнулся. Но Тим держал его крепко.       Он встряхнул свиток, расправляя и прижимая к груди, и приложил палец с капелькой крови возле имени.       Арми толкнул Тима локтем и прошептал:       — Когда ты успел? Почему мне ничего не сказал?       Тим в ответ толкнул его тоже и сердито шикнул на него.       — Подумаешь, — надулся Арми и уставился на картину, изображающую райские кущи.       — Вот, — Тим протянул совсем готовый документ Верховному.       — Это у вас всегда так? — ухмыльнулся тот, обращаясь к Арми. — Я бы на твоём месте задумался, прежде чем сигать с ним на Землю. Вы здесь то договориться не можете.       — Разберёмся, — буркнул Арми, не оборачиваясь. — Позже!       — Ну-ну, кхя, — крякнул Верховный. — Посмотрим, что вы тут насочиняли, — и принялся изучать написанное.       — А у тебя красивый почерк, кстати, — зыркнул он на Тима. — Так, тут вот говорится: «Просим отпустить на Землю в порядке исключения, заменив статус «ангел» на статус «человек».       Он вперил изучающий взгляд в Тима, потом перевёл его на Арми и прищурил глаза на обоих.       — Вы же в курсе, что исключение подразумевает существование правила. Пра-ви-ла! Причём общего! А вы предлагаете мне поменять его из-за двух свихнувшихся ангелов. Разреши я вам это, — он помахал листком перед их лицами, — щас все начнут ломится сюда со своими писульками и отпрашиваться почём зря на Землю в порядке исключения.       — Мы тихонечко, — подал голос Арми, — никто и не заметит.       — Он всегда такой? — поинтересовался Верховный у Тима.       Тот неопределённо пожал плечами и твёрдо посмотрел в его глаза.       — Я люблю его!       — Сочувствую, — вздохнул Верховный и ещё раз пробежался по написанному.       — Так вот, ребятки. Разрешить я вам этого не могу. Не хватало нам ещё всяких нехороших прецедентов, сами понимаете, — и он медленно разорвал заявление. Тим вздрогнул и, схватив Арми за руку, крепко её сжал.       — Чёрт, — выдохнул он, наблюдая, как их надежды мелкими обрывками ложатся на облачный пол. Из-за ширмы снова показались копыта.       — Сами понимаете, парни, — притворно вздохнул Верховный и развёл руками, — наказать мне вас придётся. Не со зла, нет. Я ж понимаю — любовь и все дела. А чтобы другим не повадно было беспокоить меня такими вот исключениями, — он кивнул на обрывки и почесал затылок. — Только вот надо решить как, чтоб понагляднее было.       — Да чего там решать, — раздалось вдруг из-за ширмы, и она с треском сдвинулась, являя пред собравшимися Чёрта-распорядителя с бокалом в руке.       Тим с Арми, не сговариваясь, отступили на шаг, испуганно уставившись на него, и крепче сжали пальцы.       — Давай их ко мне. Как раз несколько вакантных мест в штрафной бригаде образовалось, — Чёрт подошёл ближе, в свою очередь рассматривая провинившихся. — Ну, чего застремались? Я сегодня добрый, — он хохотнул и, отпив из бокала, отсалютовал им хозяину. — Ох, и отменное вино у тебя в этом году, Верховный, — тот польщённо кивнул в ответ. — А добавить в него слёзы ангелов, — он секунду помолчал, выразительно глянув на них, — и вообще будет настоящая амброзия, м-м.       Он обошёл вокруг, оценивая, и продолжил словесную экзекуцию.       — Выдам вам рога и вилы, и будете вы у меня грешников — прелюбодеев и извращенцев кошмарить за милую душу. Свой своего, ага, — и он мерзко расхохотался, радуясь произведённому эффекту, и посмотрел на Тима. – А тебе и выдавать не надо. Поди, собственные отрастил под кудрями — так часто меня поминаешь, — не переставал он потешаться.       — Ну, что застыли как соляные столбы? Расслабьтесь. У нас там тепло, светло и мухи не кусают. А потому что дохнут, — он снова расхохотался своей шутке, обливаясь вином из бокала и стряхивая его со своей неопрятной шерсти. — Я сегодня чертовски остроумный. Правда, здоровяк? — обратился он к Арми, рассматривая с головы до ног. — Совратил честного ангела с пути истинного, а, инициативная группа? Ну-ну, дыши глубже! И кто ж тебя такого ладного сотворил. Прям постарался на славу.       Арми горделиво приосанился. Тим тут же ткнул его локтем, и тот, опомнившись, заменил самодовольную ухмылку на сердитую складку между бровей.       — Ревнуешь? — подмигнул Чёрт Тиму, — и правильно. Я парень видный. Да и ты ничего…, — он протянул было руку к лицу Тима, но Арми выступил вперёд, закрывая его собой.       — Ладно-ладно, — ухмыльнулся Чёрт, — ничего личного. Так что, Верховный, отдаёшь мне мальчиков на перевоспитание?       — Заманчивое предложение, но обыденное, да. Скучное.       — У нас скучно не бывает, — обиделся Чёрт.       Верховный зябко повёл плечами от проплывших в мозгу картинок.       — Ну да, — примирительно подтвердил он. — И всё же. Проблема для нас новая. Это вам не косячок в кулаке. Покурил и на работу. Здесь текучка кадров намечается. А если это заразно? Мало того, что нагоняй получим по полной от…, — он закатил глаза, — так ещё и разнарядку на сотворение выбивать придётся. А это ещё те круги ада.       Чёрт глумливо ухмыльнулся.       — И из Рая теперь людей не допросишься. Обленились. Им бы только яблоки жрать и блудить потихоньку. Посему новую проблему и решать придётся по-новому.       Он подошёл к ним и вздохнул.       — Да, парни, задали вы нам задачку, — он почесал затылок. — Вот что. Вы пока отдохните, а мы всё обмозгуем. Лады?       Не дождавшись ответа, которого не особо и ждал, он щёлкнул пальцами, призывая стражу.       За их спинами тут же возникли два дюжих ангела и скрутили им руки за спины, отрывая друг от друга. Арми с Тимом попытались было сопротивляться, но Верховный плавно обрисовал пальцами окружность возле их лиц, и они обмякли в руках конвоиров.

***

      За ними пришли, когда Тим и Арми по-прежнему вели безмолвный диалог. За столь короткое время они так хорошо изучили друг друга, что плотная облачная стена им совсем не мешала. Арми просил прощения у Тима, говорил, что это он виноват в том, что с ними случилось, а тот успокаивал его, убеждая, что сам почти сразу думал о том, чтобы уйти, но не сразу решился, что он любит его и они обязательно будут вместе. Входная стена раздвинулась и их выволокли наружу.       — Арми!...Тим! — потянуло их друг к дружке, как магнитом, но им не дали и повели на место решения их дальнейшей судьбы.       — А вот и наши герои-любовники пожаловали, — задорно поприветствовал их Верховный. — Мы уж заждались. Посмотрите, сколько народу собралось ради вас, — он обвёл рукой угрюмо притихших ангелов, огромной толпой выстроившихся амфитеатром до горизонта. — Оторвали от дел, вызвали внеурочно, чтоб только на вас полюбоваться. Цените! Приветствие считаю законченным! Пора приступать к тому, зачем собрались, — он поманил к себе зевающего Чёрта-распорядителя. — Мы тут посоветовались…, — он хотел было приобнять его, но вспомнил его козлиный запах вперемешку с дымом и передумал. Но выдержал театральную паузу для пущего эффекта, глядя то на одного ангела, то на другого, — …и решили вас отпустить.       Арми с Тимом вздрогнули и переглянулись.       — Но радоваться пока не стоит, — Верховный пресёк надвигающуюся реакцию. — Это ж наказание, забыли? Итак, мы приготовили вам захватывающий квест, так, кажется, это на Земле называется. С интригующим нюансом, да, — он поднял палец вверх и тут же опустил его. — Как только окажетесь внизу — сразу забудете всё, что здесь с вами было. Абсолютно всё! Кроме неотступной маниакальной мысли найти кого-то, с кем сможете снова летать, образно говоря. Романтично звучит, да? То есть — друг друга. Не помня имён, не зная внешности, пробуя и ошибаясь. Долго, очень долго. Вспомните что-то — считайте, вам повезло. Процесс пойдёт быстрее. Но мы очень постарались, чтобы этого не произошло. Но мало ли. Кстати, о сексе, — он криво усмехнулся. — Вы, кажется, ради него и собирались к людям? Так вам бонус от Чёрта, — тот отсалютовал им двумя пальцами. — Секса у вас будет много! Не гарантирую, что хорошего. Хороший только в конце квеста, если у вас всё получится, конечно. Методом проб и ошибок, да. Я, кажется, говорил уже…       — А что с нашими людьми? — мрачный Тим прервал тираду, стараясь, чтобы голос не дрожал.       — О, с вашими людьми всё будет в порядке. Не беспокойтесь, они не останутся без присмотра, — загадочно улыбнулся Верховный и обвёл их взглядом. — Итак, начнём без лишних церемоний, пожалуй… с младшего.       — Арми! — рванулся к нему Тим, но его крепко держали сильные руки.       — Я найду тебя, Тимми! Слышишь! Я найду тебя! — исступлённо выкрикивал Арми, оборачиваясь, пока его волокли к краю.       Не дойдя до него, Верховный остановил нестройную процессию.       — Ну-ну, мы все поняли, что ты усвоил основную цель этого мероприятия, — с сарказмом обратился он к тяжело дышащему Арми. — Побереги силы — они тебе пригодятся. Прямо сейчас.       Он повернулся, обвёл собравшихся взглядом, смакуя интригу, и театрально воздел руки.       — Мы решили оставить вам крылья. Может, ещё понадобятся, а? — он подмигнул Тиму, с ненавистью смотревший на него поодаль. — Но, надёжно спрячем от посторонних глаз…       Тим весь напрягся от ужасной догадки, глядя в растерянное лицо Арми, который всё ещё шептал слова клятвы, не отрывая взгляда от своего Тимми. Не замечая ничего вокруг, кроме него.       Верховный махнул рукой, и двое ангелов схватили Арми крепче. За его спиной сверкнул нож, рассекая хитон и тело между лопаток. Раз и ещё раз…       Арми вскрикнул и застонал, дёрнулся вверх, желая улететь от боли, но распятые руки не дали, надёжно удерживаемые исполнителями.       Тим вдохнул муку с лица Арми и упал на колени, выворачивая руки в цепких захватах. На его глаза опустилась пелена, как будто они подёрнулись мутной слюдой.       Он так закричал, что облака двинулись быстрее, пригоняя чёрную тучу. И полился тёплый дождь, смешиваясь со слезами, мешая собрать их суетящемуся Чёрту; омывая кровь с отверзших ран Арми, пока в них пытались затолкать непокорные крылья, которые снова и снова вырывались на свободу. И, наконец, преодолев сопротивление, стянули суровой нитью. Подвели к самому краю.       — Твоё последнее желание, ангел? — участливо поинтересовался Верховный. Арми поднял лицо к первым лучам солнца, несмело пробившиеся сквозь медленно уползающую тучу, и посмотрел на Тима, в его заволоченные страданием глаза.       — Хочу, чтобы они были зелёные, — твердо произнёс он.       И Верховный, проследив за его взглядом, усмехнулся:       — Это я тебе обещаю!       И, ткнув его пальцами в лоб, столкнул в неизвестность.       — Загадай! — успел крикнуть Арми, протягивая руки к Тиму, прежде чем исчезнуть.       И в этот же миг из-за тучи выглянуло солнце, и сквозь прощальные капли дождя расцвела яркая радуга, которая уже не могла отразиться в затуманенных глазах Тима.       Он кинул на неё взгляд, полный слёз, и отчаянно подумал:«Я больше не смогу пролететь под ней, Арми, но я все равно загадаю!»       Тим мысленно расправил крылья и руки, распахивая всего себя на встречу радуге. И пролетая под ней, он повторял и повторял, как заклинание: «Найди меня! Найди меня! Чтобы вместе!». Не замечая суеты за своей спиной, почти не чувствуя пронзившей его боли, не ощущая слёз, что беспрерывно лились и капали во флягу, расчётливо подставленную Чёртом, походя растоптавший копытом маленькое лёгкое пёрышко, сорванное с шеи Тима — всё, что осталось у него от Арми.       Радуга растаяла, а он очнулся уже на краю облака.       — Твоё последнее желание я могу угадать и сам, — усмехнулся Верховный. — «Пусть его глаза будут голубые», — передразнил он и прошептал ему в ухо: «Могу тебя заверить — они и так голубые».       И рассмеялся, когда Тим перевёл на него растерянный, непонимающий взгляд.       — И ещё кое-что — только тебе, которое тоже забудешь…       Он снова нагнулся к Тиму и прошептал что-то от чего тот дёрнулся, как от разряда и вскинул на Верховного ненавидящие глаза.       — Прощай, — невозмутимо изрёк тот и толкнул пальцами в лоб, отпуская его в бездну беспамятства.       Эпилог       Арми резко проснулся от холода и сел на кровати. Он поёжился и пошевелил лопатками — туда, под кожу как будто набили льда, и злые мурашки побежали по всему телу, вонзаясь льдинками.       — О, ты наконец-то проснулся? — заглянула в комнату Лиз. — Уже подумала, что этого никогда не произойдёт, — она стремительно подошла к окну и раздёрнула шторы.       Арми недовольно зажмурился и снова поёжился.       — Почему так холодно? — он закутался в одеяло, с неприязнью взирая на манипуляции Лиз.       — Не знаю, почему ты мёрзнешь. Батареи горячие, — она потрогала их рукой. — Ещё скажи, что это от меня веет холодом.       Арми пожал плечами. Под лопатками снова кольнуло.       — Ну конечно, — закатила глаза Лиз.       — Давай разведёмся, — задумчиво предложил Арми.       Лиз подозрительно на него посмотрела.       — Ты ещё и напился вчера, что ли? Память отшибло напрочь? Мы месяц назад подали документы. Господи, как хорошо, что мы с детьми сегодня съезжаем. И у тебя теперь будет масса времени найти себе кого-нибудь потеплее, — ехидно добавила она.       — Непременно, — буркнул Арми, и правда ощутив всем нутром сильную необходимость в этом.       Сполз, укутанный одеялом, с кровати и поплёлся в ванную.       Перед дверью он скинул его, и перед Лиз предстал обнажённый греческий бог с неровными отметинами между лопаток, похожими на свежие царапины.       Она сглотнула и зло прошипела:       — Ещё и трахался. Чёртов ублюдок!       Арми, не оборачиваясь, показал ей средний палец и скрылся за дверью.       Лиз, обиженно поджав губы, набрала номер своего теперешнего бойфренда.

***

      Тимоти вздрогнул и застонал — между лопатками как будто сжалась ледяная пружина, и тело пронзил уже знакомый холод. Он и раньше приходил к нему, но не такой сильный, как сейчас.       Тим распахнул глаза. Над ним ритмично и самозабвенно трудился Итан, жмурясь от удовольствия.       Тогда Тим прислушался к себе — ничего, кроме льда внутри он не ощутил.       — Я сейчас, сейчас, — шептал Итан сбившимся от усердия голосом, приняв дрожь Тима за нечто другое.       Лопатки снова свело, и Тим выгнулся, замерев на пару секунд. Потом резко скинул с себя Итана.       — Отвали!       — Блять, что случилось? — растерянно заморгал тот, глядя, как зло дышит Тим, присев и обхватив себя руками. — Всё ж нормально было.       — Не нормально! Понял? Не нормально! — выкрикнул Тимоти и спустил ноги с кровати. — Мне холодно…       — Можно включить обогреватель, — всё так же недоумевал Итан, разглядывая неровные продолговатые отметины на спине любовника, похожие на отпечатавшиеся складки простыней.       — Мне с тобой холодно, — не оборачиваясь, пояснил Тим.       — А-а-а, — Итан опустился на локти и ухмыльнулся, — то-то я смотрю, ты последнее время какой-то отмороженный. Это значит, я во всём виноват?       — Я знаю, ты стараешься, но…, — Тим, по-прежнему не поворачиваясь, уставился в заоконную даль, — но, я с тобой не летаю, — он сам удивился настигшей его вдруг мысли. — Я ухожу от тебя, Итан. Прости!       — Отлично! — рассерженно выдохнул тот и начал набирать злые обороты, повышая голос. — Давай, вали! Не очень-то хотелось терпеть под собой холодное бревно.       — О’кей! Только в душ схожу.       Тим поднялся и пошёл, обнажённый, по-кошачьи мягко ступая босыми ступнями, предоставляя жадному взору Итана своё худое гибкое тело.       Тот облизал внезапно пересохшие губы.       — Чёртов ублюдок! — бросил ему в исполосованную спину, наблюдая, как мерно перемешаются соблазнительные ягодицы.       Тим выбросил вверх средний палец и скрылся за дверью.       — Чёртов ублюдок…, — уже тише повторил Итан, откидываясь на подушку и обхватывая рукой снова взбодрившийся член.

***

      Они оба стояли под струями горячей воды, которая обжигала, но не согревала. Разделённые временем и пространством, но объединенные одной и той же навязчивой идеей. Мечтой, без которой жизнь, казалось, не имела никакого смысла.       Один уже начал свой путь, чтобы осуществить её. Другой только собирался…       И теперь каждую ночь им будет сниться один и тот же сон, будто они ангелы со связанными крыльями и падают с небес на землю. Но утром сны таяли, как тают звёзды на заре. Не оставляя следа на небосклоне, не оставляя следа в памяти…