thank you.

в последнее время всё для меня кажется таким серым. таким… неинтересным. безжизненным. бессмысленным. я думал, что это нормально. у меня уже были такие периоды, когда я чувствовал себя очень плохо. ужасно плохо, настолько, что меня тошнило. настолько, что я задыхаясь в слезах, не сдерживался и вновь проводил острым лезвием по коже. это было так отвратительно, я чувствовал себя полным кретином, особенно когда ты спрашивал, всё ли у меня в порядке. каждый раз у меня вставал ком в горле, я был так растерян, я не знал что ответить. мне хотелось соврать, сказать что я в порядке, что мне не нужна помощь. но когда я вглядывался в твои обеспокоенные карие глаза, сдерживаться было всё труднее и труднее… может я действительно хотел сказать правду. хотел рассказать обо всём, что меня тяготит всё это время, но я боялся, что ты будешь слишком сильно переживать. я знаю, как ты волнуешься за меня, как ты волнуешься за моё состояние. именно поэтому я стараюсь не светить своими усталыми глазами когда мы созваниваемся по видеосвязи. я чувствую себя таким ужасным другом, я чувствую, будто отталкиваю тебя. чёрт, прости, мне так стыдно за это. ты улыбаешься мне, а я не могу даже ради приличия выдавить небольшую ухмылку, потому что плохие мысли пожирают меня изнутри. я не могу как-то показать, что дорожу тобой. не могу показать, что мне нужна помощь.

***

ты зовёшь меня поиграть, нарочно включаешь камеру и стараешься показывать всё больше эмоций на лице. твои растрёпанные волосы добавляют шарма. ты не обращаешь на них внимания и продолжаешь смеяться. смеяться и не сдерживаться, смеёшься во весь голос, когда я глупо падаю в какую-то пещеру. я, кажется, немного дёргаюсь от этого и встаю в ступор, вслушиваясь лишь в твой звонкий смех и засматриваясь на твои сощуренные глаза. я застаю себя за небольшой ухмылкой, хотя это можно было назвать слегка приподнятыми уголками губ. это так… напугало меня? я правда не знаю почему, и я не смог тебе объяснить почему я так долго молчу и тяжело дышу. меня всегда пугало когда люди хорошо относятся ко мне. это было большой редкостью, и мне так надоела боль внешнего мира, что мне пришлось закрыться в доме, огородить себя от солнечного света и контакта с людьми. я просто не хотел, чтобы мне снова было больно. я даже не могу вспомнить, как вообще подпустил тебя к себе. ты был таким… добрым? светлым? ты очень широко улыбался, когда показал мне своё лицо, наверное, спустя всего полгода нашего общения. а я… я показал совсем недавно. это было тяжело, потому что я думал, что я не твой уровень. но я прекрасно помню, как билось моё сердце, как восторженно ты пищал лишь в первые секунды, когда я включил камеру. ты смущённо закрыл рот рукой и начал тихо хихикать. я знаю, ты не мог поверить, что это происходит. я лишь мог наблюдать, как твои ресницы слегка дёргались а пухлые губы сильнее расплывались в улыбке. карие глаза казались почти янтарными от яркого света лампы, и я помню, тогда ты выглядел просто божественно. я вновь задумался, что я вообще такого сделал, что заслужил тебя?

***

как-то ночью мне снова стало плохо. паническая атака, истерика — стандартный набор. я был почти на грани, чтобы снова взять лезвие. мои руки сильно дрожали, а на них падали крупные бусинки слёз, которые немного блестели в ярком свете от монитора. мне так хотелось исчезнуть, потому что я думал о тебе. о том, как ты прекрасен и том, как же сильно я отстаю от тебя. я полностью изолирован от общества, бледный и лохматый с огромными мешками под глазами.

ты часто гуляешь со своими друзьями, и даже берёшь меня с собой на прогулки по звонку. ты чуть загорелый, всегда чистый и даже в помятой домашней одежде выглядишь великолепно.

я всегда грустный и унылый. мне кажется, я уже потерял способность показывать искренние эмоции.

ты всегда улыбаешься мне, стараешься согреть своими лучами позитива и будто отдать немного эмоций мне.

я так часто стал звонить тебе по ночам, что мне уже начинает казаться, что я действительно тебе надоедаю этим. я правда стараюсь справится сам, но как только я делаю первые попытки меня пробивает на слёзы от обиды. у меня не получается, что бы я не делал. мне помогаешь лишь ты, твоё присутствие. я чувствую себя таким отвратительным из-за этого, и меня пробивает пулей, в очередной раз, когда я задыхался в слезах и шмыгал прямо в трубку. дрим. я был уверен, что это отозвалось эхом несколько тысяч раз у меня в голове. твой голос звучал так мягко, так тепло. ты действительно хотел меня успокоить, и мне стало лишь хуже от этого осознания. ты что-то шептал в микрофон, и это пробивало меня до мурашек; ты попросил меня обернуться в одеяло и представить, что ты обнимаешь меня. дрожащими руками беру большую подушку и впиваюсь в неё бледными пальцами. я пытаюсь всеми силами понять, почему ты так добр ко мне. я каждый день сижу у тебя на шее тяжёлым грузом, а ты с улыбкой продолжаешь нести меня, вводя в новый день. и так снова и снова и снова… это пугает меня, ты же в курсе.

***

после той ночи мне становилось немного лучше, но я просто был спокоен. я не был грустным, но и счастьем я особо не искрился. по крайней мере до того дня, пока ты невзначай не спросил мой адрес. через пару часов ты уже звонил в дверь и как только я открыл её, ты накинулся на меня с объятиями. меня трясло. сильно трясло, но я нашёл силы чтобы обнять тебя от ответ, откнуться в твоё плечо и не оттолкнуть тебя, когда ты начал не спеша гладить мои длинные волосы. всё было как в тумане, но мне так нравилось гулять в нём. я видел лишь тебя. ты снова тепло улыбался мне, твои шоколадные глаза светились от счастья, а тёмные волосы не спеша завивались на ветру. мне было так тепло в твоих объятиях, мне кажется, это было именно тем, чего мне не хватало. я не помню сколько времени прошло. минут пять? десять? двадцать? это было так неважно. ты мягко хлопал меня по спине, будто понимал, как мне тяжело принять действительность. будто понимал, что мне трудно отойти от шока. ты… ты всё понимал, и понимающе молчал, даря мне возможность справится самому. я справлялся сам, но ты был рядом. ты был рядом, как и все эти несколько лет. ты сумасшедший но я люблю тебя.