Скоротечная любовь

      Можно родиться во вполне благополучной семье, но что с ней случиться потом не ясно. Роберт Вишневский родился в небольшом подмосковском городке, где его семья была уважаема и имела особое положение. Казалось, этот мальчонка катается, как сыр в масле, утопая во внимании родителей и их любви. Была бы тут хоть капля от того, чем жил ребенок, то этой истории бы не было.       Отец еще до рождения Роберта увлекся алкоголем. То корпоратив, то городские мероприятия и вот так потихоньку этот яд плотно пропитал его жизнь. Уставшая от всего этого, мать скандалила и истерила, изводя себя до белого колена. Все это стало обыденностью для пятилетнего Роберта. Он жил в этом не подозревая о том, что может быть лучше или хуже. Для ребенка это было миром и он любил его. Любил родителей, какими бы они не были, любил детский сад номер девять, в который его водили, любил бабушку, к которой он приезжал на лето.       Вот только как известно однажды наивный детский мир разрушится об суровую и жесткую реальность. Кто-то просто со временем снимает розовые очки с динозавриками, а кого-то бросают лицом в эту грязь и гниль взрослого мира. Так и случилось с Робертом. Его судьба в тот день была предрешена, хотя кто знает, как все могло бы обернуться.       Наступила золотая пора осени. В такое прекрасное, как казалось, время плохое просто не может произойти. Золотистые листья устилали собой асфальтные дорожки. Погода была сухая, поэтому не было противной хлюпающей каши под ногами, которая так раздражала многих. На голубом небе плыли неспешно облака, которые с интересом разглядывал мальчик. Роберт сидел на скамеечке, пока остальные дети увлеченно играли. Он с большим интересом разглядывал причудливых зверей на небе.       - Робик, ты чего сидишь? - подходя к мальчику, спросила воспитательница, Галина Андреевна, - Иди вон с ребятами поиграй.       Роберт вздохнул, еще смотря на манящее его взгляд небо, но послушался. Он встал и побежал к остальным быстро вливаясь, в какую-то новую детскую забаву. Воспитательница присела на скамейку, задумчиво наблюдая за детьми. Сердце не давало покоя, будто где-то рядом ходила беда.       Так в этом беспокойном настроении и подошел к концу день. Детей потихоньку начали забирать. За Робертом пришла мама. Она было очень уставшей с чернотой под глазами. Женщина сухо поздоровалась с воспитательницей и быстро забрала сына, уводя мальчика к машине. Галина Борисовна хотела что-то спросить у нее, но не успела. Женщина осталась стоять в коридоре детского сада. Она даже не догадывалась, что могла предотвратить.       Мать ехала быстро, спеша домой. Видимо дома уже был пьяный отец, с которым она собиралась устроить очередной скандал. Женщина была просто вне себя от ярости на этого человека. Ее одолевали сразу тысяча мыслей: « И как же я могла связаться с ним, зачем я рожала от этого козла». А на заднем сиденье мирно дремал Роберт, которого могло укачивать в машине, и поэтому тот засыпал обычно во время поездок.       Наконец-то, автомобиль затормозил останавливаясь напротив типовой девятиэтажки. Мать заглушила машину, быстро вышла из нее и, потащив за собой сына, закрыла ее на ключ. Они вошли в прокуренный подъезд, затем поднялись на седьмой этаж и вот уже стояли перед дверью 26 квартиры и мать судорожно начала проворачивать ключи в замке.             Мальчик уже зевал, но при этом оставался внимательным. Сейчас они придут домой и мама даст макарон по-флотски, папа будет смотреть телевизор в гостиной..       - Шаболдаа!! - донеслось из открытой двери.       - Ах, ты подонок! Не смей при ребенке выражаться, - тут же крикнула в ответ женщина. Она толкнула сына внутрь квартиры , закрыв дверь лишь на щеколды и понеслась на кухню.       Роберт замер в растерянности. Он уже привык к таким сценам, поэтому начал потихоньку развязывать шнурки ботинок. Вдруг на фоне словесной перепалки самых разных выражение не самого цензурного содержания прозвучал страшный крик.       Что-то тяжелое упало там и голоса умолкли. Мальчик не на шутку перепугался и побежал туда, забыв про один не снятый ботинок.       На полу кухни растекалось кровавое пятно. Мать лежала в ней, хрипя и издавая страшные стоны. Шея была кажется разорвана в клочья, а рядом лежал нож.       - Иди пожалей мамочку, сынишка, - икая, приказал отец, уходя куда-то.       Слезы навернулись сами собой на лице Роберта. Он громко заплакал морща нос от запаха крови и алкоголя. Мальчик прижался к уже бездыханному телу тормоша его, постоянно пытаясь разбудить маму, которая спала мертвым сном.       - Мама! Ну , мамочка! Пожалуйста скажи что-нибудь.. - рыдая, продолжал кричать мальчик.       Его руки были все в крови, да и одежда тоже. И вдруг на алом фоне появилась тень. Роберт обернулся и увидел нечто. Женщина с длинной белоснежной косой до пола стояла прямо за ним. Ее ярко-голубые глаза были очень холодными и почти безжизненными. Она вздохнула и что-то записала в свой блокнот.       - Мы еще увидимся, Роберт.       На ее лице проскользнула зловещая и в тоже время чарующе загадочная улыбка. После мальчик потерял сознание.