Зима в Михайловском

Зима. Февраль. Начало ночи. Вовсю метель в трубу хохочет, Но дом внутри дремотно-тих. Час проползает вязкой глиной, И няня возится с периной — Пора ваять небрежный стих. «Я Вас любил на поле брани, У нас в свидетелях Луна. Но кто найдёт её в буране?» Стих не идёт в метельной рани. — Алаверды! — сказала няня, Разлив по кружечкам вина. Я к Вам писал, чего же боле? Кружит метель в белёсом поле, И ветер воет в городьбе... А нам простуду не поймать бы. В буране пляшет ведьмы свадьба, Но, слава Богу, мы в тепле. Писать стихи пока что в силах. Перо испачкано в чернилах, В ночи вздыхает старый дом, Сушняк во рту, и в кружках сухо, И няня рифмы мне на ухо Диктует мягким шепотком. Там королевны, принцы, маги, А у меня листы бумаги, Но время воском истекло... В окошке ветер непокоен, Зима костлявою рукою Моё царапает стекло. Ну что же, Ночь, пора ложиться. Скрипит у печки половица, Шлафрок срывается с плеча. Давно за полночь, но не спится. Там стол, и чистая страница, И всё ещё горит свеча!