When we fall.

На следующее утро, Натаниэля разбудил бумажный пакет из магазина дорогой одежды, брошенный ему на лицо. Пакет с шелестящим звуком соскользнул на пол, приоткрывшись. Только сейчас он вспомнил, что совсем забыл про установку будильника на нужное время, и они могли бы проспать, но Рико уже был на ногах, завязывая галстук на черном, как воронье крыло, смокинге, и Натаниэль был удивлён этим выбором. Все же, они идут на обычным матч, и их одежда явно будет выделяться на фоне других зрителей и ярко оранжевой обивки всего университета. В голову Натаниэля резко пришло сравнение с похоронами. Пару раз встряхнув головой, и убедившись, что все глупые мысли пропали, Нат предположил, что его костюм тоже черного цвета, и убедившись, встал с постели, направляясь в ванную. Он щелкнул замком на двери максимально тихо, пользуясь удобствами гостиничного номера, ведь замок на их с Жаном ванной был давно выкручен. Он стянул с себя вчерашнюю одежду, пропахшую грязью, в которой он ползал по земле, и нацепил подготовленный Рико костюм, севший на него как влитой. Натаниэль был уверен, что больше никогда в жизни не наденет его, и поэтому даже не взглянул на себя в зеркало, чтобы приметить какие-либо детали. Вместо этого, его мысли вернулись к вчерашней ночи и тому, когда и в каком состоянии Рико вернулся в их номер. По утру он даже не заметил, что Натаниэль спал в одежде. Рико был сосредоточен на Кевине в последнее время, и ему не хватало времени следить ещё и за Натаниэлем. Он проверил свой мобильный телефон, который переложил из кармана своих спортивных штанов в брюки, но сообщения от Жана не требовали какого-либо ответа, и он оставил это так, как было вчера. Время показывало, что пора выходить из номера, чтобы не опоздать, и он уже чувствовал каждой клеточкой своего тела предвкушение от встречи с каждым из Лисов. Возле стадиона собралась толпа сумасшедших фанатов как Лисов, так и Шакалов, желающих первыми пройти к своим местам, из-за чего создалась неприятная давка вокруг стадиона. Охранники и полиция старались держать ситуацию под контролем, но по их недовольным лицам было видно, что ничего не выходит. Рико и Натаниэль прошли к выходу на вип-места, проходя по тенистому лесопарку так, чтобы никто их не заметил. И когда это сработало, Натаниэль не был сильно удивлен. Обычно люди не могут обращать внимание сразу на несколько вещей, тем более, когда эти вещи максимально неочевидные. Лисий корт значительно отличался от Вороньего гнезда, и это чувствовалось в атмосфере и воздухе вокруг. Свет в длинном коридоре горел так непривычно ярко, что Нату пришлось зажмурить глаза, прикрывая их рукой. Оживлëнные голоса гудели вокруг, отражаясь от стен и сливаясь в один рокочущий звук, становящийся все сильнее по мере их приближения на трибуны. Все вокруг содрогалось, заставляя руки Натаниэля заметно подрагивать. Он начал заламывать их, оглядываясь по сторонам, и Рико недовольно посмотрел на него, приподняв брови. Через двойную дверь в конце коридора они вышли к трибунам, поднимаясь на свои места по отдельной лестнице. Оттуда открывался чудесный вид на поле. В Пальметто не было вип-башен, как в Эверморе, но Натаниэль по привычке чувствовал на своём затылке фантомные взгляды Ичиро Морияма и Кенго, которые неизменно наблюдали за ними каждую игру Воронов, выискивая любой признак слабости. Это заставляло напрячься, выжимая из себя все силы. Натаниэль начал стучать ногой об пол, тем самым получив несильный удар под ребро от Рико. Конечно, японцу приходилось контролировать себя, когда они были на публике, особенно когда через пару дней новость о том, что они присутствовали здесь, разлетится по всем спортивным новостям. — Не выдавай нашего присутствия раньше времени, Натаниэль. — Прошипел он сквозь зубы. Как будто это не было лишь вопросом времени, в этих чёрных смокингах они выделялись среди толпы, выглядя так, словно перепутали похороны и спортивный матч. Он наблюдал как камера медленно обходит трибуны, объявляя состав обеих команд, и это заставило Натаниэля опустить глаза, натянув маску безразличия. Он был уверен, что самый внимательный зритель перед экраном телевизора уже заметил их. Натаниэль наблюдал за объявлением состава, и его мускулы на щеках дрогнули, при упоминании Нила. Он сдержался, так и не посмотрев на выражение лица Рико. Команды начали выходить на поле, обмениваясь формальными рукопожатиями, ведь Нат знал, насколько сурово могут играть Шакалы, и Лисам придётся сильно постараться, чтобы не сломаться от первого же их удара о стену. Внезапно, по чистой случайности кто-то из Лисов поднимает глаза на трибуны, и это выглядит так, будто шестое чувство подсказало ему это. Нат щурит глаза, стараясь рассмотреть того, кто находится под шлемом, но Лисы уже начинают разминку, и это становится похожим на игру «найди мячик под стаканчиком». Глаза Натаниэля следят за фигурой, которая уже затерялась среди своих товарищей, и он надеется, что несмотря на это, Кевин или Нил заметят его первым. Он удивлён, что ещё никто из сидящих в паре мест от них не заметил их присутствия, даже не предполагая, что подняв свою голову они наткнутся на самых известных игроков первого дивизиона, и это заставляет его сердце биться сильнее. Прямо под ними сидит молодой парень и девочка, которая явно не понимает, где находится, и продолжает рассказывать мужчине какую-то забавную, по ее мнению, историю. Натаниэль отрывает от них глаза. Никто не ожидает увидеть их тут, но с каждой секундой к ним поворачивается всё больше зрителей. Слышится предупреждающий свисток, и судьи закрывают ворота, разыгрывая мяч. Натаниэль закрывает глаза, сосредотачиваясь на своём дыхании, и слушает первые удары снаряда о плексигласовые стены корта. Раздаётся удар, и открыв глаза Натаниэль замечает, как Горилла пытается подрезать Кевина, пока тот несёт в сетке своей клюшки мяч. Его дыхание останавливается, и он хочет ещё на мгновение оказаться на корте вместе с Кевином, чтобы почувствовать этот адреналин командной работы. Кевин был одним из тех редких людей, который занимался экси, только потому что это экси, а не только ради своего будущего. Безусловно, впереди его ждала блестящая карьера, и Натаниэль даже представлял медаль победителя на его шее. Он тот, кто должен быть первым. От этих странных мыслей он вздрогнул, кося глаза в сторону Рико, как будто он может прочитать его мысли. Натаниэль не замечает ничего подозрительного на его лице, и отчего-то он рад, что Кевин может играть в команде, которая так сильно отличается от Воронов, как будто это не может заставить Дэя развернуться и бежать обратно к ноге Рико. Хотя это и вправду может. Ворота над головой голкипера Шакалов загораются красным светом, и болельщики в оранжевой форме ликующе подскакивают со своих мест, разливая свои напитки на одежду и пол, среди них тот самый парень, сидящий снизу. Нат неприятно морщится от вида этого, и наблюдает как вратарь Шакалов что-то агрессивно кричит Дэн, пытаясь показать что-то на пальцах в своих вратарских перчатках. Дэн Уайлдс отворачивается от соперницы, что-то тихо говорит ей, и на её лице играет победная улыбка, когда она хлопает Кевина по плечу с высоты своего роста. Гул толпы успокаивается, когда судья дует в свой свисток, объявляя начало второго раунда. — Это не поможет им. — Говорит Рико, и его лицо неприятно сморщено от осознания того, что Кевин забил первый гол так легко, хотя с такими навыками это было вовсе не удивительно. — Разве нам не выгодно, если они встретятся с нами на поле в ближайшее время? — Натаниэль представляет вкус победы на языке, хотя игра против Кевина будет настолько интересной, насколько вообще может быть интересно экси в целом. Рико повернулся к Натаниэлю, пристально глядя ему прямо в глаза, стараясь выцепить оттуда что-то, что помогло бы ему лучше разобраться в своих следующих словах. Если только он вообще собирался в них разбираться. — Если он вернётся в гнездо раньше этого, то матч с Лисами будет одной из самых лёгких побед в истории Эдгара Аллана. — Рико расслабился, откидываясь обратно на своё кресло. Он даже не представлял, что только что выложил Натаниэлю то, что считает Кевина не таким уж простым противником, которого лучше держать в узде, а Эндрю Миньярд и Кевин Дэй в одной команде могут стать отличным и непобедимым дуэтом, если только Эндрю решит показать хотя бы половину своих возможностей. Но это было возможно только в гнезде, где место всем выдающимся игрокам. Натаниэль на секунду представил идеальную свиту, состоящую только из самых талантливых игроков, и смысл всего экси мгновенно терялся. — Эта победа всё равно принесёт много положительных вещей как для Воронов, так и для нашей репутации, а Кевин в любом случае поймёт, что сделал выбор в неправильном направлении и вернется. Нужно только правильно разыграть карты. — Рико ничего не ответил, внимательно следя за мячом, отскочившем от стены, и приземлившимся в клюшку Сета. Нападающий мгновенно влетает в стену из-за подставленной ему подножки, и старается подняться на дрожащих руках. Судья останавливает раунд, поднимая вверх красную карточку, а Сет поднимается с пола, улыбаясь кровавой улыбкой. Он вытягивает руку, показывая своим противникам средний палец, и это всё прекрасно видно на больших экранах над полем. Толпа ликует, ведь это и вправду выглядит эпично. Его зубы и нос в крови, защитное снаряжение не помогло защитить его от удара, и двери корта открываются, запуская его вперёд. Тренер Ваймак пользуется этим чтобы обновить состав, и на поле выходят Нил и Эндрю, сменяя Рене. Натаниэль считает, что это становится интересным. Он замечает напряжение в плечах Нила, и вспоминает что это его первая игра в университете. Это было бы очень мило, и Нат представляет, как кидает в него помидор, крича слова лживой поддержки, что-то по типу «давай малыш, мамочка болеет за тебя!», это почти заставляет его улыбнуться. Двери снова закрываются, и раунд продолжается с пенальти. Кевин успешно безуспешно пробивает по воротам противников, и вратарь в последнюю секунду успевает перехватить мяч, летящий прямо в левый угол. Шакалы разгневаны, но эта маленькая победа придает им уверенности, а большинство Лисов сильно устали, передвигаясь по полю с более медленным темпом. На их лицах больше нет тех уверенных улыбок, что были в начале, и Натаниэль видит лишь суровые выражения лиц, настроенные на победу. Они пасуют мяч друг другу, не отдавая отчёт в этом, и это выглядит как отработанная схема Кевина, или их запасной план. Нил бегает по полю словно от этого зависит его жизнь, или так, будто таракана заперли в террариуме, заставляя бегать в поисках выхода. Натаниэль не замечает, как слегка подаётся вперёд, и для полной картины ему не хватает бинокля, чтобы рассмотреть всё с большей тщательностью. — Выпрямись. — Командует Рико, и Натаниэль выполняет это указание, даже не обратив на это внимания. Он переводит взгляд на ворота Лисов, где сейчас стоит Эндрю Миньярд, и с удивлением рассматривает его расслабленную позу. Он стоит, оперевшись на свою тяжёлую вратарскую клюшку, и переминается с ноги на ногу, как будто ему порядком наскучило происходящее. Натаниэль хмурит лоб, глядя на Рико, но тот, кажется, ничего не замечает, продолжая следить за направлением мяча. Ему бы пришлось сильно помотать себе нервы, если бы им с Кевином в прошлом удалось завербовать этого вратаря в команду, но по мнению Воронов — это стоит того. Нат замечает, как Лаверетт — одна из нападающих Шакалов, с размаха ударяет Нила по клюшке, когда тот старается оббежать её, и тот морщится от боли, которая вероятнее всего обожгла его запястья. Ему удаётся вернуть мяч в сетку, но это стоит ему драгоценной секунды и Лаверетт ударяет его в живот, стараясь сбить с ног. Нилу удаётся прижать клюшку с мячом к груди, сохраняя добычу в сетке, и он начинает бежать в сторону Кевина, чтобы совершить передачу. Раздраженная нападающая Шакалов кричит ему что-то в след, и бросается в догонку, но совершив свои десять шагов Нил отдаёт пас Кевину. Между ними происходит какой-то спор, прежде чем Горилла — нападающий Шакалов, буквально вышибает клюшку из рук Кевина, и тот раздражённо прижимает свою травмированную руку к себе, защищая от внешнего мира. Через мгновение Мэтт Бойд налетает на Гориллу сверху, и Нат беспокоится, как бы на поле не началась кровавая бойня. Бойд ударяет Гориллу в ногу клюшкой, и разворачивается для побега, прежде чем разъяренный защитник Шакалов не бросился за ним следом. Эндрю, всё это время стоявший в своих воротах вышел вперёд, преграждая ему путь, и Мэтту удалось укрыться за его спиной. Натаниэль чуть ли не расхохотался, удивляясь куда заходила эта игра, и сдерживал себя от желания подскочить со своего места словно собака, и не побежать по трибунам задыхаясь от смеха. Ему показалось, что он на выступлении в цирке, где клоунами выступают Лисы. Судья свистнул в свой свисток, поднимая вверх жёлтую карточку, адресованную Мэтту, и он под громкие аплодисменты удаляется с поля вместе с Гориллой, чья нога повреждена настолько, что он не может продолжать раунд. И тут все вокруг начали аплодировать Кевину за игру, выкрикивая его имя хотя он находился на поле не более тридцати минут. Публике было достаточно того, что он просто сделал это, вопреки всем ожиданиям, и вот — Лисы строятся на штрафной линии, уступая игроку, сменившему Гориллу штрафной удар по воротам Лисов. Все зрители затаили дыхание, наблюдая за тем, как далее будет разворачиваться игра. Послышался сигнал, ещё пару секунд нападающий Шакалов прикидывал варианты, а затем пробил в угол белого прямоугольника ворот. Эндрю отразил удар с такой силой, что тот врезался в плексигласовую стену в противоположном конце поля. Это вызвало нервный рык у Рико, и Натаниэль заметил, как тот напряжён. Нил в этот момент, не теряя ни секунды помчался через всё поле со всей яростью, что была в нём до этого момента. Шакалы играли грязно, и Натаниэль знал это. Знал, насколько иногда могут быть болезненными удары Гориллы, если не сгруппироваться вовремя, но он лишь хмыкнул, глядя на подбитых Лисов и их гениальный, работающий план. Поймав мяч, Нил бросился к воротам Шакалов, игнорируя Лаверетт, которая снова гналась за ним словно кошка за мышью. Он явно не собирался отдавать ей мяч, и поэтому он стукнул её по клюшке, когда она попыталась сделать один из своих грязных ходов в его сторону. Она, кажется, вскрикнула, не ожидая сопротивления, и потерялась где-то позади. Теперь Нила ничего не отделяло от цели, и совершив заветные десять шагов он замахнулся, расчитывая правильный угол удара. На последнем, укороченном шаге он подался вперёд, размахнулся и пробил со всей силы, на которую был способен. На стене вспыхнули красные лампочки, Нил попал точно в цель, над головой загудела сирена и все Лисы радостно взликовали оттого, что наконец-то вырвались вперёд. Нил развернулся, и пошёл к центру поля, игнорируя ругательства, которые точно слышал от Лаверетт прямо сейчас. Кевин подходит к Нилу с другой стороны поля, хлопая его по плечу. И отчего-то Натаниэль считает, что это плохой знак. Он поворачивает голову, и прищуренные глаза Рико подтверждают это. Лисам удаётся одержать победу благодаря ещё двум голам от Кевина, и они явно готовы праздновать победу. После объявления конца матча, ликующая толпа отправляется к выходам, но ни Рико, ни Натаниэль не двигаются со своих мест, сохраняя свои позиции. Сердце Натаниэля всё так же быстро бьётся, как бывает после хорошей игры, и мельтешащие вокруг люди не мешают ему разглядеть происходящее на поле. Лисы начинают выходить за ограждение, Эндрю подходит к Кевину, чтобы что-то сказать ему, и Кевин поворачивает свою голову вверх, в сторону двоих Воронов на трибунах. Он находится достаточно далеко, но на его лице больше нет шлема, что помогает Натаниэлю отчётливо разглядеть его испуганные глаза на бледном лице. Он опускает глаза в пол, стараясь побыстрее убежать в раздевалку. — Вставай. — Говорит Рико, заставляя Натаниэля торопливо спуститься по трибунам вниз, пока остальные, ещё ничего не подозревающие Лисы не ушли в раздевалку. Они пьют воду, поздравляя друг друга с победой, когда Рико, словно ястреб подходит к ним, натягивая на лицо свою медийную улыбку. Люди вокруг них удивлённо таращатся на происходящее, когда они передвигаются, и Натаниэль представляет заголовки спортивных новостей ближайшую неделю. Он поднимает голову по мере того, как они приближаются к Лисам. Первая их замечает Элисон Рейнольдс, которая сначала бросает на них мимолётный взгляд, потягивая свой напиток, и кажется путая их с прессой, а затем её выпученные глаза вновь перемещаются на Рико и Натаниэля. Она хлопает рядом стоящую Рене по плечу, привлекая её внимание, и теперь все, даже тренер Ваймак, который до этого, по-видимому, рассматривал статистику матча в своём планшете, поднимает на них глаза. Натаниэль замечает Кевина, жадно хватающего ртом воздух, стоящего за спиной Эндрю, и своего позеленевшего брата. Теперь глаза всех Лисов смотрят сначала на Нила, а потом на Натаниэля. — Какого хрена?! — Кричит Элисон, и Натаниэль может поклясться, что цвет её лица стал ещё бледнее чем раньше. — Да они же, мать еë, близнецы! — Она хватает Рене за плечо, как будто она была единственной, кто заметил это, и начинает трясти. Голова Рене тоже трясется, словно та неспособна удержать шею. — О, Боже… — Мэтт роняет свой стаканчик, закашливаясь, и Дэн заботливо хлопает его по спине, не обращая внимания на происходящее вокруг. Тренер Ваймак поворачивается к Нилу, и его бровь изгибается на пару мгновений, но он приводит своё лицо в порядок, готовясь защищать команду. — Поздравляю вас с победой. — Произносит Рико со своей фирменной акульей улыбкой. — Кевин, почему ты не хочешь поздороваться со мной? Мы ведь почти братья. — Дэй вздрагивает, оглядываясь по сторонам в поисках камер прессы, и он почти уверен, что они следят за каждым его действием, принуждая выйти из укрытия. Эндрю следует за маленькими шагами Кевина, будто они оба шагают на эшафот, и Натаниэль почему-то улыбается этой мысли. Он не смотрит на Нила. Он знает, что тот делает это сейчас, и его глаза широко раскрыты, но он всё равно не посмотрит. Пока что. — Рико! Какой неожиданный сюрприз ты нам устроил, почему же ты не предупредил о своём приезде? Мы бы приготовили тебе замечательный тортик в честь этого! — Натаниэль вздрагивает от голоса Эндрю, который звучит слишком фальшиво для человека, который принимает таблетки. Это больше похоже на притворство, и Натаниэль думает, что это и вправду так. Эндрю переводит взгляд на Натаниэля, и поворачивается через плечо, чтобы увидеть Нила. — Нил, ты только посмотри, он, кажется, украл твое лицо! Я бы даже придумал ему кличку, если бы не боялся задеть тебя. — Он не смеётся, и Натаниэль подтверждает свои догадки, что он чист уже какое-то время. Эндрю несёт какую-то ерунду, сочиняя её на ходу чтобы показаться ещё тупее, чем он есть на самом деле. — Отойди в сторону. — Говорит Натаниэль, делая шаг вперëд, к Кевину. И он надеется, что чем быстрее Рико сделает то, что задумал, тем быстрее они уйдут отсюда. — Стоп, стоп, маленькая ворона-близнец, ты не в том месте чтобы отдавать приказы. — Эндрю не сильно толкает Натаниэля назад, и это выглядит словно дружеский жест, но Натаниэль читает в этом толчке предупреждение. Эндрю был из тех собак, которые кусают без предупреждения, и Натаниэль не хотел рисковать сейчас. — Эндрю. — Звучит предупреждающий голос Ваймака. — Не делай ничего глупого, ты же знаешь, чем это может закончиться. — Эндрю ничего не отвечает на это, но и с места не двигается, защищая Кевина словно упёртая мать-ослица. Он просто моргает на Рико, ожидая от него следующих действий. — Что вы тут делаете? — Спрашивает Кевин своим дрожащим голосом, и его глаза умоляюще смотрят на Натаниэля, умоляя помочь, как будто они были старыми друзьями. — Что мы тут делаем? Пришли забрать тебя в Эвермор. — Это звучит словно что-то обыденное, но Нат радуется, что Рико не выразился словом «дом», потому что в его голове уже звучал хохот Эндрю. — Он не вернётся туда. Это не его дом. — Подаёт голос Нил, который всё это время старался сделать хоть один глоток воздуха, и набравшись смелости всё же вступился за честь Кевина. Натаниэль был удивлен схожестью их мыслей, но он быстро отбросил это, словно надоедающую муху. — А где же его дом? Здесь? Не смешите меня. Вам следовало бы изменить своё решение как можно быстрее, потому что я не люблю ждать слишком долго. Кевин, хочешь ли ты этого или нет, вернёшься туда, где тебе самое место. — Произносит Рико, и Натаниэль реагирует на движение со стороны Эндрю. Он не слишком поздно осознаёт, что тот пытается схватить Рико за горло, и его рука перехватывает руку Эндрю. Не то, чтобы он хотел защищать Рико, но это движение он совершил на автомате. Он привык защищать Жана от подобных выходок Рико, и его инстинкты старались предотвратить происходящее. Все же, он был против насилия. На лице Эндрю не читается никаких эмоций, когда он выворачивает руку Натаниэля, удерживая её от одного движения до болезненного хруста. Нат чувствовал, что это действие предназначалось Рико, и он замер в согнутом положении, бросая взгляд на Нила. Его лицо было искажено болью, словно он сам ощущал это на себе. Он стоял в нерешительности, и выглядел слишком шокированным, чтобы что-то предпринять. — Эндрю! — Рявкнул Ваймак уже на пути к вратарю, но Рене сделала это быстрее. — Эндрю. — Произносит она, и ее голос звучит так мягко, будто Эндрю спасает котенка, а не причиняет боль человеку. — Отпусти его, ты же знаешь, что так будет лучше. — Натаниэль не может разобрать все ее слова из той позы, в которой находится, но через секунду Эндрю отпускает его, и он выпрямляется, поправляя свою костюм. Он чувствует, как его запястье обжигает огнем, и он уверен, что там останется след. — Держите своего пса на цепи. — Шипит Натаниэль, делая пару шагов назад и обращаясь к Ваймаку. Брови тренера хмурятся. — Вы первые, кто пришли сюда — чтобы сделать что-то плохое. — Отвечает он. — Довольно, мы уходим. — Рико разворачивается, следуя в обратном направлении, и Натаниэль следует за ним. Он замечает фотоаппараты вокруг их лиц, когда они идут к выходу и ему приходится улыбнуться. Его улыбка больше подходит на оскал, и когда он достигает Рико, они в полной тишине покидают корт по безлюдным коридорам. Ему было ужасно жаль, что они покидают стадион так быстро, не сказав Лисам ничего существенного. Но это был Рико, и он всегда предпочитал скурпулëзно разрабатывать каждый свой план так, чтобы никто не смог предугадать его действий. Натаниэль анализирует его лицо на предмет удовлетворения, но тот не выражает совсем ничего. «Это нехорошо» — Думает Натаниэль, перед тем как выйти в душный солнечный день. Солнце уже давно встало, и они стараются побыстрее дойти до отеля в своих чёрных смокингах. Рико всё ещё молчит, когда они поднимаются в номер, и Натаниэль ждёт следующего приказа. Он не знает, уезжают ли они сейчас, или им еще предстоит решить какие-то дела, и на сколько куплены билеты, потому что этим занимается Рико, и поэтому он просто стоит в проходе номера. — Натаниэль. — Внезапно, Рико подаёт голос, и он звучит слишком жестоко для этой ситуации. Все это выглядит настолько неестественно, будто звук его голоса был наложен. Нет, он не может быть зол, ведь не случилось ничего, что могло бы вывести его из себя, но по спине Натаниэля стекает капля пота в ожидании следующей фразы. — Кто твой король? — Эти слова были одними из самых унизительных, что можно только услышать. Наверное, Натаниэля всю оставшуюся жизнь будет преследовать эта фраза. Но ничего болезненного на самом деле в ней не было. Натаниэль стоит, широко распахнув глаза, так и не опустившись на колени, потому что это всегда происходит слишком неожиданно. Он словно ожидает, что Рико рассмеется, хлопнув его по плечу как старый знакомый. — Натаниэль! — Рико в одно мгновение пересекает комнату, грубо хватая Ната за рубашку. — Я повторяю последний раз. Кто твой король? — Ноги Натаниэля подкашиваются, когда он падает на одно колено, придерживая пол под собой двумя руками, будто он сейчас провалится под ним. Он думает, что его голос раздастся слишком хрипло, чем нужно, словно его пару раз ударили в живот, но это лишь иллюзия. — Ты. — Говорит он, так и не подняв головы. Он думает о Жане, и о том, как ничтожно выглядит сейчас. Если бы Жан увидел бы его сейчас, он бы снова попытался вскрыть себе вены канцелярским ножом, или ещё хуже. Он прекрасно помнит тот день, когда обнаружил товарища в ванной, залитой кровью. Это и вправду напоминает ему кровавый бассейн сейчас, когда у него есть время подумать. Это заставляет его дышать ровно, собирая остатки самообладания в кучу. Он нерешительно поднимает голову, чтобы посмотреть на действия Рико, но получает ботинком в лицо. Это было очень неприятно, но не одна из самых неприятных вещей, которые ему удавалось ощутить. — Я не разрешал тебе поднимать головы. — Шипит Рико, и это ужасно похоже на его очередную истерику после очередной неудачи в его жизни. Хотя, всю его жизнь смело можно было назвать неудачей. Челюсть начинает болеть, Нат проверяет целостность своих зубов, и те, на удивление, оказываются в норме. Он ничего не отвечает, потому что ему нечего сказать, и телефон оказывается тяжестью в его кармане. Натаниэль всегда хочет позвонить Жану в трудные моменты, но он никогда не делает этого, понимая весь абсурд ситуации. — Собирай свои вещи, мы улетаем отсюда. — Рико отходит в сторону, позволяя Натаниэлю встать со своего места на полу, и он, запинаясь шагает к своей сумке.

***

Натаниэль игнорирует желание обернуться назад, когда они проходят паспортный контроль в аэропорту Южной Каролины. Его спортивная сумка бьется о бедро с ровным стуком, и яркие огни Университетского городка прощально машут ему вслед. Он думает, что эта поездка и вправду была захватывающей, настолько, насколько могла быть, и он проверяет пластырь на своем лице. Рико уже выглядит спокойнее, но он отменил тот билет, что был куплен для Кевина. И Натаниэль хочет улыбнуться тому, что все в очередной раз пошло не так, как планировал этот заносчивый ублюдок. Мысли снова перемещаются на Жана, который сейчас на тренировке, и Натаниэль ждет не дождется, когда сможет играть с ним на одном поле, ведь завтра их совместные тренировки с Рико закончатся, и он перейдет в основной состав игроков, начиная тренироваться с остальными Воронами.