Кровь и сперма

Столас вошёл в запущенную, убитую временем квартирку своего возлюбленного с крайне мрачным выражением лица. Вот уже примерно месяц, как череда отвратительнейших событий его адской жизни, в лице откровенных сплетен и глумливых смешков за спиной, никак не хотела прекращаться, от чего некогда знатный и уверенный в собственном «я» принц в одно мгновение обернулся безжизненным сгустком депрессии, гонимым всем и каждым из статных кругов общества Гоэтии. — Чёрт, как же много знакомых ходит по этой улице… может вообще перестать выходить из дома? — в очередной раз опущенный ниже некуда демон обессиленно рухнул на кровать, стиснув руками попавшую под его тело подушку с крайне печальным выдохом. — Ох-х, ну, почему? Почему это происходит именно со мной… и главное, как долго оно будет продолжаться? — Меньше, чем ты думаешь. Знакомый голос собеседника, прозвучавший совсем неподалёку, мгновенно заставил лежащего на кровати Столаса встрепенуться, устремив встревоженный взгляд в сторону распахнутого окна. — Блиц? — принц не хотел показаться владельцу квартиры напуганным, но невольно замешкался, обнаружив на одежде возлюбленного крупные багровые пятна, отдающие характерным запахом железа. — Что с тобой произошло? — Знаешь, Столас, — краснолицый сделал несколько шагов в сторону сидящего на кровати демона, внезапно поддев пальцами чужой подбородок. — Я тебя люблю. И оказывается намного… намного, блять, сильнее, чем я предполагал. То, что Блиц питал к нему те самые неподдельные чувства, именуемые любовью, отвергнутый прочей знатью принц знал и без всяких словесных доказательств. Однако, это знание вовсе не помешало пернатому взволнованно распахнуть глаза, затаив собственное дыхание. — Я тоже тебя люблю, Блиц, — тронутый чужими словами Столас с нежностью улыбнулся собеседнику, в ту же секунду переменившись в лице от никак не покидающей его мысли о том, где именно краснолицый умудрился получить такое обилие ссадин, кровоподтёков и чужой крови на собственной одежде. — Но я всё же не понимаю, почему… — Потому что смотреть на то, как ты страдаешь от всех этих аристократичных хуесосов оказалось гораздо тяжелее, чем я представлял. — Нет-нет, Блиц-и, я не страдал! — свергнутый принц поспешно замахал руками, словно желая в раз оправдать всю свою прежнюю подавленность одним неловким мельтешением пальцев перед чужим лицом. — Моя жена и её брат, Асмодей и прочие, они просто… — Я убил их. — Они… что? Потрясение в глазах Столаса не стало для краснолицего чем-то неожиданным и лишь побудило беса стянуть с плеча неприметный в сумраке ремень, удерживающий гладкоствольное ружьё за спиной своего обладателя: — Легендарное оружие, способное лишить жизни любого демона высшего ранга. Вырвать его из лап Страйкера оказалось ахуеть, как непросто. Однако, кокнув заносчивого ублюдка, я всё-таки смог добиться необходимой цели… — Блиц помолчал, внезапно ухмыльнувшись смотрящему на него собеседнику совсем невесёлой улыбкой. — Потом я кокнул твою жену и её брата, их гостью, странного мужика во фраке, несколько слуг и ещё целую кучку говнюков с нашивками знатных персон… — говоривший помедлил в очередной раз, даже не подумав при этом о том, чтобы отвести от принца пронзительный, практически немигающий взгляд. — Они довольно удачно собрались в одном месте для того, чтобы отпраздновать первый месяц вашего с истеричной совихой развода. — Блиц… — Знаешь, — краснолицый вновь перебил собеседника, не дав ему закончить так и не сформулированную фразу. — Страйкер был прав, убить высших демонов при помощи этой штуки действительно оказалось проще простого. — С тобой всё хорошо? — обеспокоенность в голосе Столаса, сама собой сменившая прежний испуг, невольно спутала и без того хаотичные мысли беса, побудив его издать нечто вроде отчаянного смешка. — Пхах! Со мной? О, со мной всё хорошо… просто охуенно! Честно говоря, до сих пор я ещё никогда не ощущал в себе такой власти, такого огромного количества мощи… — рука говорившего неспешно отпрянула от лица принца, переместившись на чужое, прикрытое одним лишь тонким слоем шёлкового халата плечо. — И такого сильного желания пролить чьей-то крови. Взгляды присутствующих вновь пересеклись между собой, и от этой жуткой, не предвещающей ничего хорошего узости бесовских зрачков, стройная фигура Столаса невольно напряглась. — Блиц?.. Ауч! — демон Гоэтии зажмурил глаза, ощутив, как ещё недавно спрятанные клыки собеседника невыносимо-болезненным захватом сомкнулись на его шее, в одно мгновение прокусив нежную кожу насквозь. — Ч-что ты делаешь? — Убери, — холодным терпеливым голосом произнёс краснолицый, слегка отпрянув от окровавленного участка кожи партнёра и не мигая уставившись на чужие руки, обессиленно уперевшиеся в его грудь. — Но это больно! — Убери, — настойчивым, по прежнему спокойным тоном повторил бес, в ту же секунду оставив на покорно открывшейся ему шее Столаса ещё один окровавленный след. — Блиц, мне… — Руки, — очередная попытка принца закрыть доступ к собственной коже невольно побудила наёмника задрать чужие верхние конечности, туго прикрутив их к изголовью кровати при помощи ремня. — Но мне не нра… — Не пизди, если бы тебе правда не нравилось, ты бы уже давно применил магию и свалил от меня куда подальше! Учащённое дыхание беса и его горячий рот, жадно собирающий кровь с оставленных им же меток, настойчиво перемещался по изгибам партнёра, лишая Столаса не только трезвости рассудка, но и желания оказывать хоть какое-то сопротивление. — Можно подумать, ты бы позволил мне уйти? — Можно подумать, ты бы стал уходить. — Бли-иц… — принц жалобно простонал имя краснолицего, резко запрокинув голову от очередного укуса, павшего на его грудь. — Ты же так на мне живого места не оставишь… — Не скули. — Я не скулю, — демон Гоэтии зажмурил глаза, стойко приняв торсом очередной натиск чужого помешательства. — Вот даже в живот твой укус вытерпел, а ты говори… нет-нет-нет, только не та-ам… — боль от острых клыков наёмника, безжалостно вонзившихся во внутреннюю поверхность его бедра, оказалась настолько внезапной и нестерпимой, что в одну секунду вынудила Столаса напрячься всем телом… дёрнуться, всхлипнуть, хрипло застонав в потолок, и тотчас обмякнуть в пленительных тисках ещё крепче сжавших его рук и зубов. — Ну, надо же, — стоило бесу слегка отстраниться от партнёра, распахнув полы его халата и явив свету чужой, истекающий спермой член, как прежнюю ярость краснолицего мгновенно сменил еле слышный, но крайне самодовольный смешок. — И ты ещё будешь говорить мне о том, что боль тебе не по душе? — Чёрт, — дыхание Столаса было громким и сбитым, что значительно затрудняло способности пернатого демона издавать какие-либо звуки, помимо частых поверхностных вдохов. — Как же это… — Вот только попробуй сказать, что… — Охуенно, — лишённый возможности двигать руками демон, порывисто стиснул корпус наёмника коленями, поспешно скрестив ноги за его спиной. — Как же охуенно, что эти ублюдки, наконец, подохли! Как же охуенно то, что подохли ВСЕ! И как же охуенно то, что их убил именно ты… Плывущий взгляд принца, кое-как сфокусированный на партнёре, невольно вынудил оказавшегося между чужими бёдрами Блица осклабиться: — Хах, а вот это уже мой принц. — По-другому… — Моя сучка, — шёпот беса, проникший в сознание Столаса вместе с чужим языком, скользнувшим в его тело, невольно вынудил демона Гоэтии сжать привязанные к изголовью кровати ладони в кулаки. — Да-а~ На этот раз краснолицый коснулся партнёра уже совсем по-другому. Гораздо настойчивее, но при этом без какого-либо желания причинить боль, Блиц сильнее прижал лежащего под ним Столаса к кровати, разведя ноги демона ещё шире… проникнув языком гораздо глубже и неспешно собрав с одного, прокушенного им прежде бедра, алую дорожку крови, распределив её и сперму партнёра по собственному члену. — Кровь и сперма — хорошее описание наших отношений, не находишь? — У…угу… — Развязать тебе руки? — Трахни меня, Блиц… *** — И после этого ты жёстко отымел меня, привязанного к кровати. Пронзил своим твёрдым несгибаемым членом до самого конца и безостановочно долбил всю-ю ночь до тех пор, пока я не лишился остатков сил и не отключился, очнувшись уже в реальности… по прежнему воодушевлённый и пребывающий в этом невероятном ощущении эйфории! — не имея возможности подавить радость в собственном голосе, Столас с тихим писком натянул одеяло по самую голову, игриво спрятавшись под ним от недоумённо смотрящего на него беса, лежащего рядом. — Кхм-кхм, ма-аленькое уточнение: то есть я, покрошивший половину адской верхушки, практически сожравший тебя заживо, и в догонку ко всему затрахавший до потери сознания, по твоему нескромному мнению был… — Дико-дико возбуждающим! — резко выпорхнувший обратно из-под одеяла Столас мгновенно уложил собственную голову на руки, посмотрев на краснолицего с таким видом, будто ожидал от него не менее восторженной реакции. — А к чему вообще мы начали этот разговор? — Я решил рассказать тебе о том, что мне приснилось. — И зачем мне эта информация? — бровь краснолицего приподнялась на лбу своего обладателя настолько скептически, что невольно повергла пернатого демона в пристыженный шок. — Ах… ну, знаешь, эм-м… да не за чем! — поспешно отвернувшись от собеседника к стене, Столас уже собрался было притвориться спящим. Однако, эта жалкая попытка слиться с разговора не обернулась для него успехом. — Эй, ты чего? — Ничего… — Знаешь, я спросонья крайне туго соображаю, поэтому пока так и не допёр: ты сейчас обиделся на то, что я сказал пару минут назад? Или на то, что я сделал с тобой в твоём сне… — обняв возлюбленного со спины и пристроившись к нему как можно плотнее, Блиц внезапно продолжил свою мысль гораздо более заискивающим и вкрадчивым шёпотом. — Или же на то, что я всё ещё не сделал ничего подобного в реальности? — Я… с чего бы мне злиться на это? — побагровевшие щёки верховного демона были явным сигналом того, что их обладатель думал совершенно иначе. — Не знаю, может то, что я не воплощаю твои влажные мечты в действительность, заставляет моего принца усомниться в том, что я его люблю? — А ты меня любишь? — Конечно, — бес крепче обнял собеседника, намеренно взволновав этим словом и действиями чужое сознание. — Кстати, если нужно, я вполне могу доказать подлинность своих чувств, грохнув парочку твоих родственников. — З-зачем? Статус пропавших беженцев нравится мне куда больше звания самых разыскиваемых преступников ада. Мы же, в конце концов, цивилизованные существа. — Хорошо, тогда план «Б», в качестве доказательства своей любви, я от всей души погрызу тебя за самые чувствительные места, окей? — Не надо… — в глазах развернувшегося к партнёру Столаса намертво застыло ожидание. — Блять, ну, тут уж прошу прощения! — За что? — Заранее, — на губах Блица, успевшего чёрт знает как привязать руки принца к изголовью кровати и остаться при этом незамеченным, мелькнула та самая многообещающая улыбка из чужого сна. — Просто я уже настроился.