i am just a freek

" Тебе не надоело врать? Скоро ты потеряешься в собственной лжи. Рано или поздно за все поступки придется отвечать." Сынмин уже пол часа прожигает взглядом клочок бумаги, который нашел в маленьком конвертике в своей сумке. — Детка, ты просил прийти? Что-то случилось? - садится на скамейку позади здания школы Хенджин возле Сынмина. — Да, смотри, - последний протягивает ему записку. Хенджин читает выведенную аккуратным почерком надпись. — Что это? Ты знаешь, кто это написал? — Нет, - качает головой Сынмин, - я нашел ее в своей сумке сегодня утром. Это же просто чей-то тупой прикол, да? — Конечно, детка, - улыбается ободряюще Хван, - интересно только, кому делать нечего. На перемене после третьего урока, Хенджин измотанный идёт к своему шкафчику, чтоб сменить учебники, когда на него налетает злой Минхо. — Это твоих рук дело? - тыкая какой-то бумажкой прям в лицо Хвана, орет на всю школу Минхо. — Что это за херня? - парень пытает понять, чего от него хотят и взглянуть на несчастный листок, но Хо не переставая водит рукой прямо перед лицом, чуть ли не в глаза пихая, из-за чего Хенджин не выдерживает, хватая его за руку, - calm the fuck down already. Вырвав листок, он понял, что это какая-то записка: "Хан Джисон. Милая маленькая белочка. А все ли ты знаешь о своем парне? Лучше ходи и оглядывайся, милашка. " — Повторюсь: Что это за херня? — Это же ты ее подкинул, да? И мне, получается, ты их тоже строчишь каждый божий день! Чего ты добиваешься? — Мне делать, по-твоему, нехуя, только записочки стремные строчить? Мир не крутится вокруг тебя. — Даже не пытайся оправдаться, это же пиздец, как очевидно, - фыркает Хо, - и это объясняет, каким образом эти записки попадают ко мне домой, ты ведь наш сосед и спокойно можешь влезть в мое, почти всегда, открытое окно на первом этаже. — Бля, я кто, по твоему? Псих? Залезать в твое окно... Если кто тут и ёбнутый, так это ты! — У меня хотя бы нет проблем с самооценкой, - ухмыльнулся Минхо, видимо довольный собой. — Посмотри на меня, у меня дома есть зеркало, тупица, - фыркнул Хван, - придумай что-нибудь пооригинальнее, - добавив, он разворачивается, чтоб дойти наконец до чертового шкафчика, этот придурок итак отнял у него много времени и его утомило разбираться с ним прямо сейчас. Ещё эти записки, он не успел разглядеть почерк на записке для Джисона, чтоб сравнить его с сынминовской. — Звучишь слишком самоуверенно для человека, который выблевывает все, что побывало в его желудке каждый раз после еды, - хохочет Ли, заставляя парня застыть и в следующую же секунду прижать его к стенке, злобно нависая над ним. — Ты сейчас что спизданул, уёбок? - Хван бьет кулаком в сантиметре от головы Минхо, чем заставляет дверцу школьного шкафчика смяться в месте удара, создавая слишком много шума, привлекая внимание остальных учеников и заставляя Минхо чуть съежиться. — То, что ты нажираешься, как полная свинья, срываясь каждый раз, а потом выблевываешь все вместе со своей душой, может, поэтому ты такой психанутый. И это было последней каплей. Хенджин разбил ему нос. Он хотел бы целиком уничтожить этого ебаного Ли Минхо, того самого сына-маминой-подруги, но его сразу же оттянули друзья, умоляя успокоиться. Как он мог успокоиться? Этот ублюдок перешёл на личности. Но тихий шепот на ухо: "Пожалуйста, Джинни, хватит" , заставил его прийти в себя. — Тише, прошу, - почти плачет Сынмин. — Хорошо, детка, прости, - выдыхает, успокаиваясь, Хенджин и уходит, направляясь к выходу из учебного заведения. — Мне никто помочь не хочет? - хрипит с пола Минхо, на что кто-то из толпы отвечает "нет". --- — Хван Хенджин! - голос матери заставляет парня вздрогнуть. Он лежал на кровати, читая учебник по истории Кореи, когда вдруг понадобился ей. Закатив глаза, парень встал и, размяв затёкшие от долгого нахождения в одном положении, мышцы, отправился в гостиную. — Да, мам, - вежливо кивает Хван, - что-то случилось? — Как тебе не стыдно, - не церемонясь, женщина сразу же отвесила ему подзатыльник, - позорить нашу фамилию! Только этого нам не хватало. Хорошо, отца давно уже нет с нами... — Не приплетай отца! - не сдержавшись, вставляет Хенджин, за что получает ещё один подзатыльник. Сильный. Больно. Но больно по большей части именно от ситуации, морально, нежели от силы удара. — Замолчи, паршивец! Почему мне звонит твоя учительница и говорит, что ты задираешь Ли Минхо?! Теперь ты у нас, помимо всего прочего, ещё и задира? Так ещё и на кого пошел? На Ли Минхо! — Ну, Ли Минхо и Ли Минхо, - пожал плечами, хоть и знал, что после этого последует, - он такой же человек, как и все. Тем более он сам ко мне полез. — Простой человек? Ну он хотя бы не разочарование своих родителей, в отличие от некоторых. А если полез, значит, дал повод. И, казалось бы, давно пора привыкнуть, но, черт, каждый раз парню больно, как в первый. Слова режут ножом по сердцу. Его мать всегда докучала ему своей гиперопекой, что приводило Хенджина к мысли о том, что если бы они с миссис Ли, которая в целом на сына внимания не обращает и смотрит только в его дневник, поделили пополам свои материнские качества, то вышли бы две идеальные матери. Пропустив монолог матери о том, какой он раздражающий, бестолковый и никчёмный, преправленный словами с очередным напоминанием "я вложила в тебя лучшие годы своей жизни", мимо ушей, Хенджин поднялся в свою комнату, думая о том, как такое возможно, что вся его жизнь стала олицетворением одной из фраз "сборника золотых цитат" его матери , а именно "одно сплошное разочарование". --- Следующий учебный день начинается для Хенджина с криков. Стоит ему зайти в школу, как перед глазами предстает картина полная Хауса: кто-то куда-то бежит, все что-то громко обсуждают, кто-то даже плачет, а возле подсобки собралась большая толпа. — Что случилось? - ловит Хван пробегающего мимо него ученика. — Ты же парень Ким Сынмина? - вместо ответа, испуганно уточняет этот самый ученик, Сан, кажется. — Ага, так что случилось то? — Сынмин, он в подсобке. Иди сам посмотри, - на одном дыхании выпаливает он и быстро бежит в направлении мед пункта. Хенджин быстро добегает до подсобки, рассталкивая всех на своем пути. То, что он видит, заставляет его отшатнуться: его парень лежит на полу, бедный-бледный, а над ним сгорбившись рыдает Минхо. — Какого хуя здесь происходит? - не своим голосом басит Хван, привлекая внимание последнего. — А тебе-то какое дело, - язвит тот. Хенджин падает на колени с другой стороны и мягко целует своего парня в лоб. Холодный. Тело Хвана окутывает страх: а что если Ким не откроет глаза? Нет-нет-нет-нет.... Не может быть, ему это снится. — Солнышко, очнись прошу, - он начинает покрывать поцелуями лицо Сынмина, - умоляю, детка, я ещё не успел сказать тебе, как сильно люблю тебя. Прошу, открой глаза ради меня. Помнишь, ты говорил, что сделаешь ради меня что угодно. Пожалуйста, - слезы льются непрерываемым потоком, но Хенджин не обращает на них никакого внимания, сжимая в руках руку Сынмина. — Какого хера ты творишь, извращенец?! - возмущается Минхо, - отойди от него, - отталкивает Хвана, - вы даже не были знакомы, что ты себе позволяешь?! — Только попробуй ещё раз тронуть меня, мразь, - шипит Хенджин, вновь прижимаясь к телу Сынмина, - он мой парень, придурок. В дверях появляется медсестра и выталкивает сопротивляющихся парней из подсобки, говоря, что сынмину нужно больше воздуха, а сама начинает делать ему массах сердца. — Что ты, блядь, несёшь? Какой у черту парень? У Сынмина не было парня! - уже в коридоре возмущается Минхо. — Блядь, сука, Сынмин не должен существовать в сослагательном наклонении! - в открытую рыдая, орет на парня Хенджин. — Джинни, пожалуйста, - хватает его за руку пришедший на шум Феликс, - оставьте разборки на более подходящее время. — Что с ним? Почему мне никто ничего не говорит? - хнычет Хван, утыкаясь носом в плечо Фелиса, согнувшись в три погибели из-за разницы в росте. Со стороны выглядит смешно. Только смеяться что-то не хочется. — Кто-то его душил, его нашли полчаса назад. Какой-то паренёк пошел в подсобку за швабрами, а там он лежит, - избегая имени Сынмина, как триггера, объясняет подошедший к ним Банчан.