Урожденная злодейка.

      Я бегу. Сегодня, по приказу принца Бена, четверо детей с острова Потерянных приезжаю в Аурадон. Все считают это знаменательным событием — отпрыски самых коварных злодеев в Аурадоне. Я не смею опаздывать в школу, да и мне очень интересно посмотреть, какие они. Спотыкаюсь на лестнице, чуть ли не скатываясь вниз, но успела схватиться за перила. Не хватало ещё испортить новое платье! Я выхожу, когда лимузин подъезжает ко входу. Яркое солнце светит прямо в лицо, поэтому я отхожу в тень. Зато я не смогу привлечь лишнее внимание. Во дворе трубят музыканты и радостно визжат ученики, будто рады приезду новых лиц. Но я знаю, что они в ужасе. Каждый уже заучил, чьи дети сидят в этом лимузине.       Дверь открывается, и беловолосый мальчик падает на асфальт. За ним выскакивает другой парень: одетый в кожу, с длинными волосами и в шапке. Я прихожу в ужас, когда мускулистый и высокий парень начинает душить бедного мальчика, отбирая у того шарф. Их отличить легко: первый, теперь пригвозжденный к асфальту — сын Круэллы Де Виль, тот, кто его душит — сын Джафара. Нет нужды быть гением, чтобы угадать. Они слишком похожи на своих родителей.       — У тебя и так всё есть! — кричит сын Круэллы. — На кой тебе она?       — Чтоб тебе не досталось!       Оркестр замолкает, а из лимузина выходят две девушки. Одна из них с широкой улыбкой на лице, вторая быть здесь, по всей видимости, не очень рада. Но она старательно делает вид, что всё хорошо. Даже одергивает парней от их перепалки из-за какой-то тряпки. Сын Джафара рывком поднимает своего сожителя с острова Потерянных, нервно улыбаясь. Но держит в руках кучу приборов, возможно считая, что сможет забрать их с собой.       — Оставьте всё как было, — пропела Фея Крёстная, приветливо улыбаясь в ответ. — Просто киньте внутрь.       Бен и Одри стоят по разные стороны от Феи Крёстной. Бен смотрит на отбросов с улыбкой, явно надеясь, что в Аурадоне им будет лучше. А вот Одри задерживает взгляд на каждом, словно оценивая. Я фыркаю, ведь в её оценке никто не нуждается. Но остаюсь стоять в тени, ведь даже посмотреть на неё нормально не смогу, если окажусь перед ней. Я не считаю Аурадон своим домом, а его жителей не считаю своими друзьями. Мама — вот моя единственная компания.       И всё-таки из тени я выхожу. Уж больно мне интересно побольше узнать об этих детях. Но из их диалога с Беном, я могу сказать, что они — сущие лицемеры. Я даже не знаю их имен. Бен, под руку со своей невестой Одри, проводит отбросам с острова небольшую экскурсию. Только вот остальные ученики школы уже разошлись. И кроме Потерянных, единственный слушатель — я. Бен хлопает два раза, превращая статую своего отца в Чудовище. Сын Круэллы подпрыгнул от испуга, вцепившись в своего друга. Сын Джафара подхватил его на руки. Я изумилась, понимая, что мальчик боится собак. Неужели это его мать так постаралась? Бен лишь усмехнулся, но дал пояснения этой страшной, как показалось отбросу, статуе. Принц повёл детей злодеев дальше, а я осталась. Сын Круэллы тоже не пошёл следом, но и причиной стала не я.       — У тебя не получится, — не сдержавшись, тихо проговорила я.       Мальчик обернулся. Весь его рот был в шоколаде, а сам он смотрел изумленно. Точно не ожидал, что он не один. Я улыбнулась. Мы точно ровесники, но назвать его парнем у меня язык не повернулся. Слишком наивен, слишком мал. Слишком всё.       — Почему это?       — Так может сделать только сам Чудовище или его наследник, — тихо проговорила я.       А потом опомнилась и тут же отвела взгляд. Я старалась даже не дышать — вот так испугалась! Кажется, сын Круэллы расценил это как конец диалога и убежал за остальными. Я расслабленно выдохнула, только когда его и след простыл.       Я вернулась в комнату, переоделась в повседневную одежду состоящую из простенького платья, и немного прогулялась по двору школы, а когда стемнело, решила набрать маму. Достала своё новенькое зеркальце, которое мне мама же и подарила.       — Зеркальце, зеркальце, набери Динь-Динь!       Та, кого я зову своей мамой — сама фея мастерица Динь-Динь. Но как бы не стараться, найти моё с ней сходство невозможно. Даже характером.       — Приветик, Тесса! — улыбнулась мне мама, держа перед собой зеркало. С таким сосредоточенным лицом, что я усмехнулась.       — Привет, мам. Как дела?       — Ну, сойдёт, — взяв в руки молоток, ответила она. — Работаю то тут, то там. А у тебя как? Эти дети уже прибыли?       — Дела хорошо, — я придержала паузу, прежде чем продолжить. — Прибыли. И сын Круэллы, и Джафара, и дочь Злой Королевы, и Малефисенты.       — И как?       — Что как?       — Ты с ними встречалась?       — Я даже не узнала, как их зовут, — призналась я, но упоминать, что разговаривала с одним из отбросов не стала. — Надеюсь, мы вообще не поговорим.       — Советую поменьше мелькать перед ними.       — Знаю, мам, знаю.       — А что насчёт уроков?       — Уроки, да…       Моё внимание привлекло нечто другое, чем разговор с мамой. Из школы выбегали дети злодеев, явно спешащих куда-то. Я зажглась интересом узнать, куда они бегут.       — …Всё хорошо. Знаешь, я так сегодня устала. Люблю тебя, мам. Спокойной ночи.       — Ой, и я тебя люблю, — Динь-Динь уже отвлеклась на что-то другое.       Я отключила звонок, спеша догнать отпрысков злодеев. Сколько бы не бежала, смотрела только, как сверкают из пятки. Но это было даже хорошо — будь я ближе, меня бы могли заметить. Я почти спокойно добежала за ними до самого музей, где хранятся волшебные предметы из разных сказок. Островитяне подошли к входной двери, наблюдая за охранником, я же наблюдала за ними из-за дальней колонны. Они гнусно обкрадывают музей, но я, как бы не старалась себя переубедить, докладывать на них Фее Крёстной не хотела. Дочь Малефисенты взяла в руки небольшую книжку, нашептывая что-то. Но узнать что именно она сказала у меня не получилось.       — Отойдите, — пафосно по слогам произнёс сын Джафара и отошёл от двери подальше. Как же меня бесит, что я не знаю их имена!       Но дочь Малефисенты вновь прочитала что-то из книги, а дверь открылась первее, чем парень в коже её выбил. Я, поняв, что можно подойти поближе, пробралась в музей вслед за ними.       — Вставай, Джей, — нагнулся к парню сын Круэллы, поднимая его. Вот я и узнала одно имя!       — Не надо, — отмахнулся Джей, а я спряталась за дверьми, боясь быть обнаруженной.       Слышать больше я ничего не смогла. Но дочь Злой Королевы, в руках которой было зеркальце, указывала, куда нужно идти. Я по-прежнему не понимала, почему они здесь. Но идти дальше не решилась. Осталась на улице, лишь заглядывая в комнату охраны, чтобы смотреть по камерам. Это дало мне время, чтобы я анализировала ситуацию. Правда, чтобы я не прокручивала, в голове лишь всплыла мысль о том, что сын Круэллы проявил милосердие к другу. Хоть Джей и отвертелся, но отброс хотел помочь другому. Я не поверила, что такое возможно. Меня учили иначе.       В здании сработала сирена, а я так и не поняла, что хотели в музее дети злодеев. Впрочем, охранник проснулся, так что я поспешила обратно в школу. Не хватало мне попасться. Подростки то точно сбегут, ведь они — дети своих родителей. Точно выкрутятся. А меня воспитали иначе, не смогу я выбраться из передряги, если сейчас попадусь. Поэтому я бежала, как могла, чтобы не попасться ни охране, ни самим отпрыскам.       Но даже в кровати я не могла найти себе места. Вечно ворочалась с одного бока на другой, думая, какие же они — эти дети злодеев. Но к выводу я, как бы не старалась, прийти не смогла.