Поворот не туда

      Каждый день Гарри Поттера замечательный. Сегодня не исключение.       С вечера он заказывает у Луны розы, чтобы Кикимер доставил их на Площадь Гриммо. Джинни обрадуется. Идеальная жизнь. Его всё устраивает. О чём ещё может мечтать волшебник с любимой женой, высокооплачиваемой работой и собственным бизнесом? Возможно, о разнообразии, но это не важно, когда каждое утро на соседней подушке спит счастливая умиротворённая Джинни.       С утра Джеймс обляпывается джемом, а жена Поттера спокойно пьёт кофе, переглядываясь с Гарри после серии страстных поцелуев в ванной. Джинни позволяет их сыну размазать кусочки клубники по щекам и одежде, и даже не вздрагивает, когда тарелка с кашей ударяется о пол. Идиллия.       Улыбка не сходит с его лица, пока он идёт по коридору Министерства, сжимая налоговую декларацию. Никто и ничто не сможет испортить его настроения. А хмурая, тонущая в их бумажках и отправившая ему кричалку позавчера Гермиона — тем более.       Гарри насвистывает детскую мелодию о малыше-акуле себе под нос, продолжая блаженно улыбаться и представляя, как в эти выходные они втроём — Рон, Джинни и Гарри — поедут играть в квиддич в Нору. Недавно им как раз удалось оборудовать там целое поле, несмотря на зудящие крики Молли.       Телефон в кармане вибрирует, и на экране появляется сообщение.

Цветы замечательные, но вчерашняя ночь лучше;)

             Удар в плечо. Толчок. Кто-то наступает на его мысок — острая боль. Гарри чуть ли не падает, пытается сохранить равновесие. Документы с телефоном выпадают из рук. Он замечает фамильную печать на мизинце и носы чёрных лакированных ботинок с двумя сворачивающимися золотыми драконами в цвет блестящей талии над подошвой, прежде чем поднимает глаза.       — Смотри, куда прёшь, Поттер! — знакомая интонация, раздражающий голос. Малфой горделиво поднимает острый подбородок, зло зыркая на Гарри, пока он собирает бумаги. — И вообще…       Вдруг Малфой прерывается, открывает рот и неожиданно краснеет. Гарри замирает в неуверенности, разглядывая его потерянное лицо. Проходит секунда, прежде чем Малфой возвращает презрительную усмешку, бормочет под нос: «Дракл тебя дери, Грейнджер». После резко отворачивается от Гарри, чиркнув каблуками по полу. Через минуту его спина исчезает в проёме, а Гарри пожимает плечами, недоумевая, почему Малфой бросается фамилией Гермионы вместо привычных проклятий. Как же странно всё это! Но, опять же, сегодня ничто не сможет испортить ему настроение! У него ещё будет шанс спросить у Гермионы, что происходит, когда он вернется в офис «Волшебной электроники». Возможно, это всё его домыслы.       Кажется, необычных происшествий с него на сегодня достаточно. Но после того, как у Гарри не принимают налоговую декларацию без подписи Гермионы, и самолётик от Кинглси с приглашением на ужин влетает ему прямо в лоб, больше всего ему хочется вернуться домой, чтобы зажимать Джинни у недоделанной ванной стенки. Тем не менее, Гарри отправляется в Косую Аллею, чтобы заняться работой и проследить за обновлённым цехом компании.       Каково же его удивление, когда, подходя к офису, вместо шуршащей стопки бумаг, он видит, как Гермиона убирает очки за уши, сбрасывает туфли, закидывает ноги на стол и вздыхает. Отпивает кофе, берёт конверт из отложенной стопки, оглядывается, прежде чем открыть письмо и погрузиться в чтение, терзая зубами губу.       Мерлин, она улыбается? Ему ведь не кажется? Через минуту её глаза расширяются, брови вздрагивают, и она давится кофе, поспешно возвращая кружку на стол и отбрасывая письмо подальше от себя. На щеках расползается румянец. Гермиона поправляет галстук, несколько раз моргая.       Гарри смотрит на неё через оконное стекло, воспринимая увиденное. Гермиона ловит его взгляд, замирает в нелепой позе, прежде чем раскраснеться сильнее, вскочить и скрыться за дверью.       Гарри издаёт смешок, гадая, что же настолько сильно её взбудоражило.       Через час он контролирует движение палочки стажёра Дугласа над ноутбуком на заказ. Тот постоянно отвлекается, будто вчера проводил вечер в баре, а не с рунами чар, которые Гарри дал ему на разбор.       Ещё чуть-чуть, и они смогут избавиться от ужасной особенности магловской техники сгорать при повышенном уровне магии в помещении. Гермиона с затянутым, как удавка, галстуком, приглаженными волосами и серьёзным выражением лица выходит из своего кабинета, явно стараясь не сталкиваться с Гарри взглядом, и сразу же направляется к секретарше, чтобы передать расписание их встреч на будущую неделю. Перо прыгает за ней по воздуху, пока она не ловит его, чтобы записать что-то в блокноте.       — Гермиона… — начинает он, отходя от стажёра, и тот, кажется, выдыхает от облегчения.       Подруга не даёт Гарри договорить, перекидывая косу с плеча назад: — Гарри, ты помнишь, что я ухожу сегодня во второй половине дня?        Гермиона изо всех пытается скрыть несобранность, но Гарри сразу же замечает в её движениях отрывочность и нервозность. Несколько локонов подпрыгивают от выразительной жестикуляции, и там, аккурат над воротником выглаженной белоснежной рубашки огромная красная плямба. Мерлин, это же правда то, о чём он думает! Его глаза не обманывают.       — Что? — переспрашивает Гарри, продолжая разглядывать раздражение на её шее.       — Я отпрашивалась у тебя неделю назад, Гарри. Помнишь?       — Я… — тянет он, прежде чем выпалить. — Вы сошлись с Роном?       Гермиона хмурится, стискивая грифель пера настолько, что костяшки пальцев белеют: — В смысле? При чём тут Рон, Гарри?       — Но у тебя… У тебя… — Гарри касается шеи, как бы пытаясь показать неудобное слово, когда Гермиона поднимает одну бровь. — У тебя как бы там… Эээ….       — Гарри, Мерлин! У меня нет времени выслушивать всю эту ерунду. Ты хоть представляешь….       — У тебя засос, Гермиона! — произносит он, одним словом, на выдохе и поднимая палец, чтобы указать на него. — Вот там… Да!       Дракл, как же неловко.       Гермиона прижимает ладонь к шее, опуская вниз глаза и снова краснея: — Мммм…. С чего ты вообще это взял? Я просто расчесала укус.       — Тебя укусил вампир? Серьёзно? — усмехается Гарри.       Стажер перестаёт делать движение палочкой, а раздражающий скрип пера секретарши Кристен прекращается. Лицо Гермионы сравнивается по цвету с драконьим пламенем. Она прочищает горло, прежде чем кивнуть Кристен и проигнорировать его вопрос:       — Увидимся завтра, Гарри.       Она взрослый человек, Гарри. Имеет право не отвечать, если хочет.

Гарри укоризненно смотрит на приоткрывшую рот Кристен, чтобы та вновь уткнулась в бумаги.

      Он погружается в дела компании, и так незаметно рабочий день заканчивается. Стрелка часов останавливается на одиннадцати, когда Гарри накладывает чары на последний телефон. Кристен уходит, а через полчаса он отпускает страдающего от похмелья стажёра. Джинни присылает ему фотографию в белье, поставив несколько огонёчков в сообщении. Всё же его сегодня ждут дома, и это радует, куда больше, чем папка, лежащая на его столе с пометкой «срочно».       Руки лениво тянутся к ней, чтобы изучить. Только перечитывая документацию, Гарри вдруг понимает, что забыл взять у Гермионы подпись для налоговой декларации. Завтра последний день сдачи отчётности, а приёмная Министерства работает всего два часа с утра в субботу. Им влепят семизначный штраф, если компания нарушит сроки. Он проклинает Мерлина, стараясь придумать как выкрутиться. Через десять минут в голове появляется идея, и будь Гермиона на его месте, она бы явно её одобрила.

***

      Гарри отряхивается от пепла, выходя из камина. В нос ударяет привычный запах жасмина — любимый ароматизатор Гермионы для дома. Она специально зачаровывает цветы, чтобы те сохраняли аромат дольше, чем обычно.       В квартире идеально убрано. Гарри не удивляется. Рон не раз жаловался на фанатизм Гермионы в данном вопросе. И, видимо, Гермиона не здесь, так как никто не окликается на его голос.       Он проходит на кухню, рассматривая ровный ряд кружек, повернутых в одну сторону ровно на сорок пять градусов. Веер ножей. Гарри готов поклясться, что Гермиона высчитывала расстояние между ними. За столько лет ничего не меняется. Единственное, в этот раз на спинке стула, касаясь полами дерева, висит чёрный мужской пиджак. Гарри долго не может оторвать от него взгляд. Возможно, Гермиона просто не хочет говорить ему о том, что Рон вернулся к ней. Возможно, чтобы просто не сглазить их отношения. Он бросает налоговую декларацию на стол, снимает обувь и движется по гостиной. Книги в её шкафу — настоящая система. Всё расставлено по размеру, цветам и сериям.       Он проходит в спальню, заставленную его любимыми школьными колдорографиями. Когда Гарри толкает дверь, то слышит, как за ней что-то падает. Переступив порог, Гарри спотыкается о метлу.        Новая Молния. Гарри сам недавно заказал такую, только из дуба, а не из Эбенового дерева. Слава Мерлину, Джинни тоже любит квиддич. Любая другая женщина убила бы его, узнай она стоимость метлы. Молния «Ника», легкая, как пёрышко, с идеальной балансировкой. Гладкая поверхность без единой засечки. Она ложится в его руку, как будто всегда должна быть там, продолжая пальцы и перенаправляя силу мышц. Эта метла — способ укротить свободное строптивое небо. Её ворс никогда не будет препятствовать скорости. Вся она — выражение полного контроля и независимости. Явно сделана на заказ. Такой вывод он делает, рассматривая гравировку «ум превыше добродетели» и инициалы «Д.М» на ручке.       Д.М.? Дуглас Монтьерт? Откуда у Гермионы метла его стажёра?       Гермиона же на дух не переносит метлы.       Гарри хмурится, откладывает метлу и подходит к прикроватной тумбочке. Все колдографии на месте, кроме той, где они с Роном вдвоём. Та рамка пустует. Он забирает его любимую, с четвертого курса, когда после недопонимания и ссор им удается всё-таки прийти к примирению и попозировать Джинни на фоне Могучей Ивы. В груди теплеет. Гарри откладывает рамку и поворачивается обратно к двери.       Телефон в заднем кармане вибрирует. Пока Гарри пытается достать его, он роняет палочку на пол. Древко закатывается под кровать, и Гарри чертыхается, когда видит очередную смс-ку от Джорджа, пытающегося его разыграть. Он в который раз пишет ему сообщения с неизвестных номеров, притворяясь то гоблином из Гринготтс, то воскресшим Аластаром Грюмом. Мерлин, иногда он жалеет, что подарил тому кнопочный камень на открытие нового магазина вредилок.       Гарри убирает телефон обратно, опирается на колени и рыщет рукой по полу под кроватью, стараясь найти палочку. Но та лишь закатывается дальше, оттолкнувшись от кончиков его пальцев. Гоблин, неужели ему, правда, придётся туда лезть. Он устало вздыхает, падает на живот и медленно передвигается под основание кровати.       Пальцы нащупывает древко, очки съезжают на кончик носа, а едкий воздух оседает на его гландах. Гарри подтягивает палочку к себе и уже собирается двигаться обратно, когда слышит, как входная дверь в квартиру открывается, а после с резким звонком захлопывается. У него пересыхает во рту.       Пьяный низкий смех разносится по спальне, когда пара изящных женских ног в строгих чёрных туфлях на высоком каблуке появляется в проходе. Гермиона! А вслед за ними сзади и пара мужских в дорогих лакированных ботинках. Гарри не может отгадать, кто это, как ни старается. Тела людей сталкиваются. Лодыжки спутываются. Напряжение растёт.       Влажные звуки поцелуев. Длинные пальцы с перстнем задирают край юбки-карандаша, и Гарри, кажется, догадывается, почему Гермиона в следующую секунду издаёт низкий грудной стон.       Дракл! Это не похоже на Рона. Совсем. И даже, если бы это был Рон…       Они же… Стоп, они же не собираются заняться сексом сейчас? Правда же?       О, Мерлин, что же ему делать? Надо что-то придумать. Немедленно. О, Мерлин, помогите ему кто-нибудь.       Он ёрзает, дотягивается до заднего кармана и достаёт телефон. Гарри судорожно ищет номер Джинни в контактах.       Гермиона хныкает и снова стонет. Медленно парочка перемещается к кровати. Женские вещи одна за другой падают на ковёр.       О, нет.       Нет. Нет. Нет.       Пальцы еле попадают на кнопки, пока он пытается сформировать предложение.

21:55. Отправлено: ПОМО03ГИ МНЕ?!

21:56. Получено: Гарри? Что происходит?

21:56. Отправлено: Позвони Гермионе сейчас же и попроси приехать. ПОЖАЛУЙСТА! Чем быстрее, тем лучше.

21:56: Зачем мне звонить Гермионе?! Сейчас почти полночь. Она, наверное, уже спит.

      О, нет, не спит. Гермиона совсем не спит!!!       Ступня подруги откидывает красные кружевные трусики. Те чуть было не попадают Гарри в лицо, пролетая мимо его плеча и вынуждая его сдвинуться глубже.       — Больше всего ты мне нравишься без одежды, Грейнджер, — этот голос, он уже слышал его.

21:58. Отправлено: Я в квартире Гермионы сейчас, Джин.

21:58. Получено: И?

21:58. Отправлено: Я под кроватью.

21:59. Отправлено: Я под кроватью. ПОЗВОНИ ей! Отвлеки! Придумай что-нибудь!

22:20. Получено: А почему ты под кроватью, дорогой?

22:00. Отправлено: Моя палочка закатилась под неё!

             В этот момент кровать прогибается над ним, и Гарри видит два лакированных блестящих мыска на уровне глаз. Знакомых лаковых носка с драконами и позолотой. Брови Гарри поднимаются вверх, а телефон чуть ли не выпадает из рук. Неужели… Да не может такого быть!       Ноги Гермионы раздвигаются. Мужчина падает на колени, по-видимому, опираясь локтями о край кровати. Ещё один протяжный томный стон. Пальцы на ногах Гермионы поджимаются вместе с этим звуком.

22:01. Получено: Просто уйди оттуда, Гарри. Зачем ты прячешься под кроватью в квартире Гермионы? Просто возвращайсяя домой!

22:02 Отправлено: Я не могу, Джинни!

      

22:02. Получено: Не можешь? В смысле «не можешь»?

22:03 Отправлено: Потому что Гермиона здесь, и… Тут Малфой!

22:03: Получено: Гарри, Малфой? Он что, вломился туда или что?

             Гарри не успевает допечатать ответ, когда слышит, как тягучий, мурчащий рык, не похожий на голос Гермионы, его сдержанной и строгой лучшей подруги, раздаётся сверху: — Даже не надейся заговорить меня, Драко. Ах, чёрт… Я не могу… Не могу оставить твоё поведение безнаказанным. На что ты рассчитываешь… — звуки поцелуя, хлюпанье, дрожашие ступни. — На что ты рассчитываешь, когда присылаешь мне…. Эту жуткую пошлятину на работу? Чёрт, твои пальцы… Иди ко мне.       Поцелуй, на этот раз более короткий, но не менее шумный. Матрас снова прогибается от веса, и Гарри пытается собраться с мыслями в пухнущей голове. Ему вдруг становится нестерпимо жарко.       Этот едкий хриплый смех. От него внизу живота Гарри теплеет. Драконье дерьмо, отвлекись, Гарри. Голая Амбридж, Гарри. Голая Амбридж. Или дрочащий Флитфик. Хоть что-нибудь!       Но… Чёрт, Малфой?! Драко Малфой?!

22:04. Отправлено. Нет, Малфой не вломился к ней. Он просто

             — Признайся, Грейнджер. Тебе нравится, когда я испытываю тебя.       — Ты так плохо ведёшь себя последние несколько дней, малыш. Вряд ли я могу оставить такое безнаказанным.       — Ммм, мне страшно, Грейнджер.       Гарри ведь не ослышался, правда? Гермиона только что назвала Малфоя этим отвратительным сопливым словом? У него галлюцинации?       В какой же он заднице…       Щёки жжет оттого, что Гарри не может сбежать или уйти отсюда. Тепло в животе распространяется до паха, пока Гермиона и Малфой целуются сверху.       Неожиданно все недостающие части пазла складываются в одну картину, и Гарри чувствует, как с виска скатывается капля пота на тыльную сторону ладони. Вот, откуда метла. Вот, почему Гермиона настолько странно вела себя сегодня, когда он обратил внимание на засос. И то, как Малфой прикусил язык во время их столкновения в коридоре.       Мерлин, все ещё хуже, чем он мог себе представить! Мерлин, ему надо убираться отсюда. Пока всё не зашло слишком далеко.       — Что мне сделать для тебя, Грейнджер? Как искупить вину?       — Ты знаешь, малыш. Вставай и раздевайся.

22:06. Получено: Он просто что? Гарри, просто прекрати прятаться. Думаю, Гермиона не обидится на тебя! Что с тобой не так?

             Малфой встаёт. Чёрный пиджак падает на пол, вслед за ним тяжелый ремень и свитер из мягкого кашемира. Малфой сбрасывает туфли, стягивает штаны с носками, а после бельё. Чёрт возьми, шёлковое бельё!       — Руки за спину, Драко, — хрипит Гермиона. — Вот так. И не двигайся.

22:07 Отправлено: Я не могу вылезти из-под кровати, Джин!

22:08. Получено: Гарри, ты разыгрываешь меня? Нахватался от Джорджа?

22:09 Отправлено: ПРСОТО ПОЗВОНИ ГЕ6МИОНЕ! СЕЙЧАС ЖЕ!

             — Ближе, — две ступни перемещаются по полу. — Ещё ближе, Драко.

      

      22:09. Получено: Дорогой, Гермиона просила не беспокоить её. У неё свидание. Я не хотела говорить тебе, чтобы ты не донимал её на работе. Она даже отдала нам кота, потому что у её парня аллергия!

22:10. Отправлено: Она собирается заняться СЕКСОМ С…С МАЛФОЕМ сейчас! ОНИ ВМЕСТЕ В ЕЁ КВАРТИРЕ! Звони ей! Немедленно!

             — Смотри на меня, Драко. Я хочу, чтобы ты наблюдал за мной, пока я отсасываю тебе.       Член в его штанах напрягается.       У него эрекция. Только не это.       Перед глазами появляются картинки, которые Гарри никогда не хотел представлять. Секс лучшей подруги и Малфоя не то, что он имел в виду, когда думал о разнообразии. Тем более, он даже представить не мог, что настолько забитая Гермиона на самом деле может командовать в постели над кем-то вроде Малфоя. Всё это взрывает мозг. Возбуждает. Совсем немного. Чуточку.       Чёрт возьми, отвлекись! Нет, он явно не хотел быть частью этого дурдома. Гарри потеет, утыкаясь лбом и потираясь бёдрами об пол. Не специально, но от этого напряжение в его штанах не спадает, а только усиливается.       — У тебя невероятно красивый член. Но я не позволю тебе касаться меня, пока сосу. В наказание за то, что ты сделал сегодня. Ты понял меня?       — Да, мэм, — голос Малфоя дрожит.       — Хороший мальчик.       До ушей доносится пошлый сосущий звук губ, вбирающих в себя головку. Гарри стонет в унисон с Малфоем то ли от разочарования, то ли от возбуждения. И тут же затыкает рот, но благо хрипы Малфоя заглушают его голос. Так продолжается несколько минут, прежде чем в комнате раздаётся спасительный приглушённый рингтон. По звуку Гермиона отвлекается от своего занятия.       — Ты слышал?       — Что…       — Не смей трогать себя, — предостерегает она Малфоя железным голосом, прежде чем уходит искать телефон.       Неужели Джинни все-таки сжалилась над Гарри.       — Алло? Джинни? Что стряслось?       Гарри не различает слова, разглядывая идеально ровные розовые ногти на ногах Малфоя. Сверху слышится только его тяжёлое дыхание.       — Да уж, я точно не ожидала! — раздражение, а после пауза, —В смысле, Рон убил Живоглота? Клянусь, Джинни, если ты… — снова тишина, только помехи из трубки, — Да ладно, я выхожу. Я поняла, буду через десять минут.       Гермиона сбрасывает вызов, прежде чем вздохнуть и бросить нежное Малфою: — Что-то стрялось, малыш. Одевайся, закончим завтра.       — Серьёзно? Ты обещала мне! Мы договорились, Грейнджер! Сегодня, без увиливаний! — в голосе Малфоя столько искреннего недоумения.       — Абсолютно. Ты прав во всём! У тебя очень привлекательный член, Драко, но мне правда надо идти. Где же они… — Гермиона встаёт на колени, пытаясь вслепую найти трусики.

Блять. Если она заглянет под кровать, то увидит его.

      Гарри костяшкой подталкивает кружево к ней, стараясь дышать как можно тише. Гермиона подцепляет трусики пальцами, чуть на задев волосы Гарри ладонью.       — О, вот же они!       — Грёбанные Уизли со своими грёбанными магловскими штуковинами! Каждый раз, гоблиновы яйца! Каждый грёбанный раз…. Я выброшу эту грёбанную раскладушку из окна, клянусь!       Гермиона с Малфоем собираются, несколько раз задерживаясь на поцелуи и ужасные пошлые вещи, которые Гарри даже не хочется воспроизводить в памяти и когда-либо повторять. Через несколько минут звуки в квартире стихают, входная дверь хлопает, и Гарри вываливается из-под кровати, утирает пот со лба и смотрит наверх, на белый ровный потолок. Он, наконец-то, один, но с эрекцией и пронизывающим ощущением стыда где-то под ребрами. Такое не забывается.       Несмотря на абсурд того, что он наблюдал последние двадцать минут, Гарри всё же улыбается, истерически посмеиваясь и думая: «Насколько же непредсказуема его счастливая жизнь!»