Зелье Лунной принцессы

Мне снился сон. Холодный, мрачный туман окутывал со всех сторон. Повсюду была зловещая тишина, что заставляла мое сердце биться еще сильнее. Словно я не могла вырваться из плена этого кошмара, продолжая быть главным лицом этого действия. Пробираясь сквозь сизую дымку, я поняла что нахожусь в лесу. Но лес уже не был тем, что был прежде: животные и птицы исчезли из него, оставляя лишь мрачную тишину. Деревья и кустарники полностью сгорели, уродливо выглядывая сквозь туман. Морская вода вышла из берегов, отчего большая часть Лунной Долины, вместе с поместьем Мерривезеров, была затоплена. Все исчезли. Мой взор обратился в противоположную сторону, к замку де Нуар. Подхватив подол платья, я побежала вперед, надеясь увидеть свою семью. Каменная крепость одиноко высилась на гористой поверхности, как и ранее. Сухие ветки деревьев старались закрыть мне путь, царапая лицо и руки. Ломая сучья и раздвигая их в стороны, я видела, как они превращаются в уродвивые руки. Эти страшные пальцы цеплялись за мою одежду, или пытались схватить за запястья. Яростно отбиваясь от них, я спешила попасть домой, чтобы увидеть родных и близких. Ворота в крепость были распахнуты настежь, когда я добралась до места. Во внутреннем дворе никого не было, отчего мне стало страшно. Оглядываясь по сторонам, я несколько раз звала имя своего мужа и детей, надеясь, что кто-нибудь отзовется мне.       — Мамочка! Я обернулась на звонкий голос своей младшей малышки. Белокурая, синеглазая Аврора бежала мне навстречу, протягивая свои крохотные ручки. С облегчением, я прижала тело дочери к себе, радуясь, что она рядом со мной. Целуя ее светлое личико, я заметила, что в руках у нее был лунный камень.       — Где ты его взяла, Аврора?       — Мне его подарила одна фея, что находится рядом с той тетей. Девочка указывает своей ручкой в сторону красивой, темноволосой женщины, что сидит на ступенях крепости. Подле нее был большой чан, полный прозрачной, чистой воды от которой шел колдовской свет. Незнакомка медленно водила руками по поверхности воды, что-то шепча себе под нос. Мгновенье, и во дворе замка начали появляться различные гномы, эльфы, феи и другие волшебные существа. Все они торопились в сторону темноволосой женщины. Кто-то из них держал в маленьких руках различные магические ингредиенты, что тут же пропадали в котле незнакомки, едва они их туда опускали. Я прижала к себе малышку Аврору. Что-то говорило мне о том, что эта женщина опасна для меня и моей дочери. Я хотела бежать от нее прочь, желая спасти ребенка, но мои ноги не могли пошевелиться, словно они были заколдованы.       — Ты не можешь уйти отсюда, дитя мое. Ты и твоя дочь принадлежите нам, а не людям. Ваше место подле нас. Темноволосая незнакомка обратила на меня свое внимание. Ее бездонно-голубые глаза были почти прозрачными и бездушными. Словно она была не человеком, а каким-то неземным созданием.       — Кто Вы?       — Богиня. Создательница всех волшебных существ, что ты видишь. Идем с нами, дитя мое.       — Где моя семья? Что Вы сделали с Лунной Долиной?       — Это твое будущее, если ты и твоя дочь не пойдете вместе с нами. Лунные принцессы должны быть с своей семьей.       — Но Вы не моя семья. Проклятие Лунного Жемчуга было разрушено несколько лет назад. Как моя дочь может быть новой Лунной принцессой?       — Дитя, неужели ты думаешь, что в Лунной Долине нет больше места магии? Лунные принцессы всегда будут существовать и стремиться сюда, к себе домой. Идем со мной.       — Нет. Мой дом и моя семья — это не Вы. У меня уже есть любящая семья и никакая другая мне не нужна! Темноволосая незнакомка ничего не ответила. Таинственно улыбнувшись, она подула в свой чан. Вода заколебалась от ее дуновения и вышла наружу. Поначалу это были лишь тоненькие струйки, что вскоре превратились в огромные, большие волны. Эта стихия всем своим существом стремилась в нашу сторону, отчего я лишь сильнее прижала к себе Аврору, пряча ее в своих объятьях. Вода мягко окутала нас. Я чувствовала, как стихия мягко обволакивает меня, заставляя забыть обо всех проблемах и тревогах. Воспоминания о родных потихоньку ослабевали и исчезали из моей памяти. Сонное томление медленно овладевало мной, заставляя ослабить кисти рук. Я почти выпустила из рук Аврору, как малютка сжала мою ладонь.       — Мамочка, смотри! Вон папа вместе с братьями и сестрами. Лунный камень, что держала Аврора засветился мягким светом, озаряя нас и все вокруг. В нем я смогла увидеть очертание нескольких людей. Они находились в одной из комнат замка де Нуар, перед большим, ярко-горящим камином. На софе сидела красивая, статная рыжеволосая женщина, подле которой находились две девочки-близняшки. Они мягко прижимались к своей матери, что изредка склонялась над ними и поцеловать их в темно-кудрявые волосы. Подле ног женщины, сидел крепкий и сильный мужчина в кожаном одеянии. Рядом с ним были два рыжеволосых мальчика и малютка Аврора. Все вместе, они внимательно слушали, как их отец читал истории про рыцарей Круглого стола. Глубоко вздохнув, я отбросила прочь морок, которым хотела меня очаровать эта колдунья. Вода тут же ушла прочь, утратив свои волшебные чары, являя мне эту темноволосую женщину.       — Не пытайтесь понапрасну. Ваши чары на меня не подействуют. Я не откажусь от своей семьи.       — Ты сделала свой выбор, Лунная принцесса. Но помни, что цена в этот раз будет высокой… Мария резко распахнула глаза, тяжело дыша. С тревогой оглянувшись по сторонам, женщина поняла, что она находится у себя дома. Облокотившись на высокие подушки, рыжеволосая прижала холодные ладони к горящему лбу. Несколько раз она глубоко вздохнула, чтобы прийти в себя и собраться с мыслями. Этот жуткий кошмар повторялся уже несколько ночей, отчего Марии становилось тревожно. Кем именно была эта непонятная чародейка, что хотела забрать ее вместе с дочерью к себе? Быть может, Лавдей знала о ней и могла помочь в этом? Как бывшая Лунная принцесса, она тоже должна была предчувствовать беду, что вновь грозила Лунной Долине. Рыжеволосая бросила взгляд своих светло-карих глаз в сторону спящего мужа. Робин спокойно спал, не догадываясь о тревогах любимой жены. Мария нежно коснулась темных кудрей, что упали на его лоб, убирая их в сторону. Легко поцеловав его в щеку, женщина поднялась с кровати. Дрожь все еще била ее тело, заставляя покрываться липким холодом. Было еще совсем раннее утро, когда она решила накинуть на себя батистовый халат и выйти из комнаты. Коридоры замка не успевали полностью прогреться от теплого, майского солнца, поэтому сквозняки охотно гуляли по крепости. Но Мария не обращала внимания на утреннюю прохладу, торопясь в детскую. Тревожное предчувствие все еще овладевало ею, пока она торопливо ступала по переходам замка. Приоткрыв дверь в детскую, женщина тихонько вошла внутрь. Все переживания ушли прочь, когда рыжеволосая увидела всех своих детей в кровати. Заботливо поцеловав каждого из них, она подошла к Авроре. Беспокойство вновь овладело Марией, едва она увидела знакомый лунный камень. Белокурая девочка прижимала его к своей груди, мирно сопя в своей кровати. Женщина тут же забрала из рук своей дочери предмет, спрятав в кармане своего халата. Определенно, ей требовалась помощь Лавдей. Тихонько выйдя из детской, Мария направилась в сторону дозорной башни. Несколько ястребов уже проснулись, смотря своими желтыми глазами на хозяйку. Покормив одного из них, женщина написала небольшое послание Лавдей, прося ту встретиться с ней сегодня. Привязав бумагу к лапке птицы, рыжеволосая выпустила ее в воздух, наблюдая за ней, пока та не скрылась за лесом. Солнце взошло над Лунной Долиной, обогревая местность своими лучами. Мария медленно спускалась по каменным ступеням, смотря на окрестности. Еще немного и все это может исчезнуть: сизый туман накроет эту местность, если она вновь не спасет Лунную Долину от нового проклятья.       — Госпожа? Тяжелые думы Марии прервала Глоу — старшая служанка замка де Нуар и «правая рука» хозяйки. Черноволосая женщина была удивлена увидев свою подругу в столь ранний час.       — Доброе утро, Глоу. Ты уже встала? — поздоровалась с ней рыжеволосая, стараясь оставаться спокойной. Но зеленоглазая женщина заметила состояние своей леди.       — Да, я как раз хотела отдавать приказания на кухне, чтобы готовили завтрак. Миледи, с Вами все хорошо? Вы ужасно бледная и встревоженная.       — Все хорошо, не беспокойся. Небольшая усталость в связи с началом полевых работ, — соврала ей Мария. Глоу сделала вид, что поверила своей хозяйке, не беспокоя ее лишними расспросами.       — Вы правы, госпожа. Благо, солнце сегодня взошло с самого утра. Несколько дней был такой сильный дождь, что задержал всю работу в полях. Крестьяне жаловались на то, что все посевы всплыли на поверхность: вода так и не ушла в глубь земли.       — Я помню. Робин мне говорил об этом вчера за ужином, — рассеянно произнесла рыжеволосая, теперь понимая отчего так случилось.       — А сегодня ночью уже случилась новая напасть — вода вышла из моря — первые несколько домов в деревне затоплены. Господин сегодня отправится туда, помогать крестьянам и считать убытки. Непростой выйдет этот год у нас, даже не знаю, как нам с сыном быть, — тяжело вздохнула Глоу.       — Ричард тоже едет вместе с Робином? — осторожно спросила Мария, смотря на свою подругу. Та лишь пожала плечами.       — Откуда я знаю? Его дело — куда хочет, туда пусть и едет. Мне нет до него никакого дела.       — У вас с ним общий сын растет, в котором он души не чает. Быть может я смогу помочь тебе, Глоу? Что случилось между вами, что ты настойчиво избегаешь его? — рыжеволосая обхватила ладони своей подруги, заглядывая в ее зеленые глаза. Но старшая служанка лишь мягко отстранилась.       — Спасибо тебе, Мария, но не стоит. Сами как-нибудь разберемся. Я не противлюсь, когда он берет моего сорванца с собой на охоту, или учит его стрелять из лука. А на этом хватит.       — Хорошо. Извини, что влезла не в свое дело.       — Все хорошо, Мария. Ты всегда заботилась о всех нас, как об одной большой семье, — тепло ответила ей Глоу и тут же приняла серьезный вид, взглянув в окно, — Утро настало, госпожа. Прикажете подавать завтрак немедленно?       — Через полчаса. Мне необходимо разбудить сыновей. Артур и Генрих сегодня отправятся вместе с Робином. И Глоу, есть одна просьба — если прилетит ястреб из поместья Мерривезеров, сообщи мне об этом немедленно.       — Как прикажете, миледи, — поклонилась ей черноволосая женщина, отправляясь на кухню. Мария отправилась к себе в спальню. Необходимо было привести себя в порядок и умыться, прежде чем она вновь появится в детской. Осторожно войдя в комнату и прикрыв за собой дверь, она увидела, что Робин еще не проснулся. Вынув из кармана халата лунный камень, женщина спрятала его в своей шкатулке, намереваясь потом показать Лавдей. Взяв с туалетного столика деревянный гребень, рыжеволосая присела на кровать, расчесывая свои длинные, кудрявые волосы. Голова ее все еще была полна тревожными думами, когда теплые, мужские ладони коснулись округлых плеч. Мария почувствовала, как их чуть сжали, и слегка наклонила голову. Губы коснулись рыжих завитков, у ее виска, вдыхая нежный аромат женских прядей. Нежно скользя по мягкой коже, Мария чувствовала, как эти ласковые руки прижимают ее к сильной и крепкой обнаженной груди. Женщина откинула свою голову на плечо мужа, что обвил своими руками ее плечи, не прекращая своих ласк. Его руки аккуратно коснулись женского подбородка, поворачивая его в свою сторону. Ласковый поцелуй коснулся их губ, когда они нежно прижались друг к другу.       — Где ты была? Его настойчивые ладони сжали мягкую, батистовую ткань на плечах любимой. Он желал снять с нее эту бесполезную ткань, что скрывало от него драгоценное тело. Материя легко соскользнула с белоснежной кожи, оставляя свою владелицу в одной невесомой ночной рубашке. Мужчина чуть повернулся своим корпусом, желая взять в свой плен стройные, женские ноги.       — Мне не спалось. Я вышла в коридор, чтобы немного развеется и проснуться. Твердая, мужская рука властно обхватила женское бедро, притягивая его к себе. Она мягко покорилась его воле, обхватывая своими руками его крепкую шею. Притянув ее поближе к своему телу, он ласково уложил свою принцессу на мягкую ткань их постели. Рыжеволосая женщина лежала под ним, с любовью смотря в его темно-карие глаза. Пальчики ерошили его кудри, заставляя вновь коснуться ее нежных губ.       — Разбудила бы меня. Я с удовольствием бы дал тебе очнуться ото сна. Самым верным и лучшим способом.       — Робин! Мужчина довольно усмехнулся, приникая к ее белоснежной шее. Она вновь трепетала в его руках, покоряясь настойчивым ласкам. Как бы принцесса не строила из себя светскую леди, он всегда сможет склонить ее на свою темную сторону. Млея в заботливых руках, женщина крепко прижимала к себе его голову.       — В последнее время ты встаешь раньше меня, принцесса. А ведь когда-то ты любила поваляться подольше в постели.       — Потому что раньше у нас не было пятерых детей, а ты не был главой клана, Робин. Рыжеволосая заботливо чмокнула его в нос, целуя заросшую щетину, что была на его лице. На мгновение, мужчине показалось что на любимом лице появилась мрачная тень тревоги и волнения. Он уже хотел спросить, что именно беспокоило его принцессу, но женщина ласково взглянула в карие глаза, вовлекая в волнующий поцелуй. Словно, все свои чувства, она вложила в это касание. Крепко сжав ее талию в своих объятьях, темноволосый мужчина позволил себя поцеловать. Его ладонь заскользила по ее телу, обхватив небольшую грудь. Ласково сжимая ту, он страстно целовал ее шею и ключицы, опускаясь ниже. Желанная окружность была спрятана за белой тканью ночной рубашки, что уже раздражала его. Он властно коснулся своим языком ткани, беря в плен розовую горошину.       — Робин… Отзвук ее голоса был для него дивной мелодией. Рыжеволосая скользила своими руками по его обнаженным плечам, стараясь удержаться за них. Ее рыжие кудряшки метались по постели, создавая вокруг себя огненный ореол, о который он мог обжечься. Но ее светло-карие глаза, нежные руки, розовые, чуть припухлые губки, и вся она сама — никак не могли причинить ему боль. Она отдавала себя ему без остатка! Его ладонь бережно накрыла женскую грудь, сминая ту в своей руке. Он был готов разорвать весь этот белоснежный хлопок, чтобы прикоснуться к желанному телу. Мужская рука скользила по женскому бедру, сминая ненавистную ткань и желая добраться до бархата ее ног. Но едва его пальцы коснулись нежной кожи, как женщина остановила его.       — Робин! Время уже позднее. Нам нужно одеваться и спускаться к завтраку.       — Всего пять минут, принцесса. Что может случиться?       — Твои пять минут могут растянуться на полчаса. Нужно вставать, Робин! Я уже отдала распоряжения слугам о завтраке, стол вот-вот накроют. Кроме того, ты сегодня берешь Артура и Генриха вместе с собой в деревню и на поля.       — Боже, какая же ты у меня зануда, принцесса. Любимая и единственная, но зануда. Тебе стоило было стать моим личным секретарем, а не супругой.       — Вот тебе, как раз, выдала распорядок на половину дня. Пожалуйста, нам нужно уже с тобой вставать, Робин. Мужчина не мог отпустить свою принцессу. Много лет назад, когда их семьи враждовали, он назвал ее маленькой ведьмой. С годами она прочно закрепила за собой этот статус, очаровывая и заставляя его делать все, что ей было необходимо. Вот и сейчас, держа драгоценное тело в своих руках, он не мог отпустить ее. Прижавшись губами к виску и пропуская сквозь пальцы мелкие кольца рыжих кудрей, мужчина вновь чувствовал колдовство женских чар. Быстрый топот маленьких ножек по коридору не дал им разомкнуть объятий. В комнату влетели их дети, отчего Робин тут же накрыл одеялом свою супругу. С укором смотря на Марию, он перекатился на свою половину постели.       — Мамочка, папочка, доброе утро! — воскликнула маленькая Аврора, залезая к родителям на постель. За ней, в комнату вбежал рыжеволосый мальчик шести лет, что присоединился к родителям и сестре.       — Ты не закрыла дверь, принцесса, — шепнул Марии на ухо Робин, обнимая белокурую девочку, — Что если бы дети подловили нас? Как бы потом ты с ними объяснялась? Смущенная женщина бросила на своего супруга виноватый взгляд, отчего тот хитро ухмыльнулся. В следующую секунду он уже прижимал к себе четырехлетнюю малышку, весело подбрасывая ее к потолку. Та радостно засмеялась у отца на руках, крепко обнимая его. Мария нежно обнимала сына, ласково целуя его. Генрих крепко обнимал свою маму, шепча ей о том, что сегодня утром она очень красивая. После чего начал жаловаться на двух старших сестер-близняшек Анну и Лиззи. Десятилетние девочки не хотели их пускать к родителям, говоря о том, что это неприлично.       — Не вижу здесь ничего неприличного, — заявил Робин, трепля по голове рыжеволосого мальчугана, — Дети могут приходить к своим родителям в любое время. Но перед этим, лучше постучаться в дверь. Поняли?       — Да, папочка, — бодро ответила Аврора, прижимаясь к отцу, — Просто Анна и Лиззи мнут себя светскими барышнями, вот и стараются учить нас. Зануды.       — Аврора! — воскликнула Мария, недовольно смотря на свою младшую дочь, — Не стоит так говорить о своих сестрах. Они всего лишь хотят быть воспитанными леди.       — Как их и учила покойная миссис Догвуд, — заметил де Нуар, с любовью смотря на их семейство. И тут же серьезно взглянул на супругу, — Однако стоит с ними поговорить, Мария. Девочки не должны быть столь манерными и чопорными. Даже если хотят стать, в будущем, фрейлинами самой королевы.       — Я поговорю с ними, — утвердительно кивнула Мария. Поцеловав детей, родители отпустили их. Наскоро одевшись, умывшись и приведя себя в порядок, они спустили вместе с обеденный зал. Старшие дети уже были за столом, ожидая своих родителей. Собранный и сдержанный рыжеволосый Артур, что сразу же поклонился родителям, целуя руку своей матери. Кудрявые и темноволосые близняшки Анна и Лиззи поприветствовали отца и мать, слегка поклонившись. Рядом с ними были ближайшие соратники Робина в виде светловолосого Ричарда и темноволосого Генри. Кучерявый Дэвид оставил их компанию, после смерти своей любимой супруги Вилли. После рождения единственной малышки, светловолосая женщина покинула Лунную Долину, неожиданно исчезнув. Дэвид, вместе с друзьями, бесследно разыскивал ее по всем окрестностям, но найти Вилли так и не удалось. Покинув замок де Нуар вместе с маленькой малюткой, он стал жить в деревне, как затворник. Мария иногда навещала мужчину и его девочку, принося им разные подарки. Плотно позавтракав в дружеской и семейной обстановке, мужчины начали собираться в дорогу. Артур и Генрих должны были сегодня ехать вместе с отцом, работать в поля и разбирать дела со старейшинами деревни. Услышав об этом, Артур спокойно принял эту весть и тут же поинтересовался у отца, когда он отпустит его в военно-морской колледж? Мария с тревогой взглянула на Робина и на сына, услышав этот вопрос. Старший сын был карьеристом, что не желал оставаться в Лунной Долине, а быть военным офицером. Робин эти затеи не поддерживал, не желая, чтобы его первенец шлялся по всему свету. Из-за чего между ними часто возникали размолвки, если бы не уговоры рыжеволосой женщины. Та металась между мужем и сыном. С одной стороны она понимала Артура и его тягу к военному ремеслу с самого детства. Но с другой, ее душа всякий раз болела, вспоминая печальную судьбу своего отца. Женщина боялась, что и ее сына может постигнуть та же участь. Глава семейства сдержанно ответил своему старшему сыну о том, что этот вопрос они обсудят позднее. После чего приказал всем собираться и готовится в путь. Мужская половина тут же поднялась из-за столов, следуя приказу де Нуара.       — Госпожа, Вам письмо от миссис Лавдей, — Глоу незаметно вошла в зал, передавая письмо своей хозяйке. Мария нетерпеливо развернула послание от миссис Мерривезер, что была согласна встретиться с ней сегодня, в старой пещере. У нее тоже были некоторые новости, что не терпели отлагательств.       — Что пишет сестра? — поинтересовался Робин, видя как его жена судорожно сжала в руках бумагу.       — Она хотела бы встретиться со мной сегодня и обсудить некоторые вопросы по поводу поместья. Это касается ее сада и теплиц.       — Мамочка, можно мне с тобой? — нетерпеливо воскликнула Аврора. Малышке порой бывало скучно одной в замке. Старшие девочки играли с ней, но были куда взрослее, чем их четырехлетняя сестра.       — Нет, моя радость, — улыбнулась ей мама, — Сегодня ты останешься вместе с Глоу и поможешь ей на кухне. Как только я вернусь, то мы сразу же пойдем с тобой к ручью и ты поможешь мне собрать лекарственные травы. Белокурая девочка заметно погрустнела, когда услышала эту новость. Она лишь кротко кивнула Марии, с завистью смотря на то, как ее братья собираются ехать вместе с отцом.       — Почему ты не берешь с собой Аврору? — тихо спросил свою супругу Робин, подойдя к ней, — Обычно ты всегда берешь ее с собой, когда отправляешься к сэру Бенджамину.       — Не в этот раз, — мягко улыбнулась ему Мария, нежно проведя рукой по щеке, — Лавдей просила чтобы мы были одни, без свидетелей.       — Что за секреты, принцесса? — хитро прищурился де Нуар, стараясь не поддаваться женской ласке, — Что именно такого задумала моя сестра, что ты не берешь с собой нашу младшенькую? Взгляни на нее: она вся нахохлилась, как маленький воробушек.       — Прям как ее папа, когда ему что-то запрещают, — усмехнулась рыжеволосая и слегка чмокнула его в уголок губ. Робин уже хотел прижать к себе свою принцессу, но женщина ловко вывернулась из его рук. Отдав все необходимые распоряжения по замку Глоу, Мария простилась с супругом и детьми. Близняшки Анна и Лиззи тут же отправились готовится к урокам, в то время, как Аврора грустно поплелась вслед за старшей служанкой. На мгновенье, Марии стало жалко, что ее покойный свёкр — Кер де Нуар — так рано покинул их. Дедушка из него был прекрасный. *** Мария нетерпеливо ожидала Лавдей, возле пещеры, где женщина пряталась в свое время. Лунный камень уже был с ней, спрятанный в глубине холщовой сумки. Оглядываясь по сторонам, женщине казалось, что от волнения у нее начались различные галлюцинации: повсюду слышался подозрительный топот маленьких ножек, непонятный звук, больше похожий на трепетание крыльев, или отзвук тоненьких голосов. Рыжеволосая глубоко вздохнула, стараясь прогнать все свои тревоги. И лишь услышав знакомый шум шагов, она приободрилась. Белокурая женщина спешила той навстречу, опираясь на палку. С годами она почти не изменилась, став только более статной и величественной. Лишь болезнь ног усугубляло ее положение, отчего супруга Бенджамина теперь ходила всегда с тростью.              — Мария! — приветливо улыбнулась Лавдей, завидев свою подругу       — Рада, что ты откликнулась на мою просьбу и пришла. Но, почему именно, возле пещеры? Я думала прийти к вам и все обсудить в саду, или библиотеке.       — Не стоит тревожить Бенджамина. В последнее время он все больше волнуется, когда получает вести. Особенно, если они идут из замка де Нуар, — чуть улыбнулась женщина, отчего Мария лишь покачала головой.       — Дядюшка не меняется. Все еще думает, что я попала в плен к разбойникам и меня следует спасти, словно маленькую девочку?       — Мне было бы спокойнее, если наш сын приехал в отпуск и побыл рядом со своим отцом. Но он постоянно в разъездах и это печалит Бенджамина. Но не будем об этом, — бодро произнесла Лавдей и тут же склонила свое лицо к рыжеволосой подруге, — Мне необходимо кое-что рассказать тебе, Мария. Идем в пещеру, там нас никто не подслушает. Вместе, они спустились под своды подземелья. Бывшее жилище миссис Мерривезер не было заброшенным или неухоженным: она периодически бывала здесь, занимаясь лечением больных животных или птиц. Усадив свою белокурую подругу в кресло, Мария начала разжигать камин, рассказывая своей подруге о страшном сне. Девушка делилась своими переживаниями и страхами, что несколько недель держат ее в напряжении. Так же, рыжеволосая спросила ту: не знает ли она, кем была эта женщина?       — Да, я догадываюсь о ком ты говоришь, — ответила ей Лавдей, смотря на пылающий огонь, — Темноволосая женщина с чаном, полной прозрачной, голубой воды — это богиня Дану. Когда-то давно, еще до того, как на свете появились люди, миру явилась эта богиня. Она была прародительницей всех мифических созданий и верховных божеств. Дану воплощала в себе энергию созидания, материнства, женственности и весны. Все те эльфы, феи, гномы, гоблины, домовые и другие создания — это все ее дети. Лунные принцессы не являются исключением и так же стали дочерями небесной богини. Об этом говорит и лунный камень, что ты нашла у своей девочки.       — Вот почему она называла меня «дитя мое». Но почему, только я и моя дочь? Почему она не пришла к тебе, Лавдей?       — Сухое дерево уже не сможет расцвести и дать плоды этой земле. Сколько мне лет, Мария? Я стара и не могу интересовать ее. Но ты и малютка Аврора еще находитесь в самом расцвете, своей силы и энергии. Отдай лунный камень своей малышке. Что-то подсказывает мне, что он должен защитить ее. Возможно, что если бы не камень, то Дану переманила бы вас на свою сторону.       — Но как мне избавится от этого, Лавдей? Я не хочу, чтобы моя дочь становилась каким-нибудь эльфом или феей, чтобы прислуживать этой женщине! И как я, сама, могу покинуть детей и мужа? Это немыслимо!       — Именно поэтому я и попросила тебя прийти сюда, — спокойно произнесла женщина, видя переживания своей подруги, — Подойди к той нише, там лежит большая, старая книга. Это книга рода де Нуар. В свое время моя бабка отдала ее мне, увидев во мне талант целительницы. В этой книге собраны все магические ритуалы, обряды, зелья и снадобья. Нам необходимо найти одно зелье, что поможет богине отказаться от тебя. Долго и старательно изучая книгу, они смогли найти нужное снадобье. Это было зелье всевидения. Оно позволяло тому, кто вкусит его увидеть прошлое, настоящее и будущее любого создания.       — Рецепт довольно сложный и весьма трудный, — сказала Лавдей, изучив состав и способ приготовления, — Тебе придется готовить его в полном одиночестве. На его готовку потребуется три месяца. Все травы нам знакомы, и некоторые из них весьма опасны и ядовиты. Тебе придется изготовить специальные повязки, чтобы не иметь возможности вдохнуть аромат этого снадобья. Иначе, ты можешь быть одурманена или полностью задохнуться. Так же здесь говорится, что тот, кто будет его готовить, должен отказаться от любого контакта с людьми.       — То есть? — непонимающе взглянула на нее Мария.       — Это значит, что ты постепенно должна будешь отказываться от всех нас. Вначале будешь ограничивать в объятьях и поцелуях, а потом в присутствии. В момент завершения зелья, ты должна быть абсолютно одинока. Если же ты будешь нарушать это условие, то на твоем теле будут появляться уродливые шрамы, волдыри и сыпь. Рыжеволосая вновь взглянула в книгу, пробегая глазами по составу зелья и особенностям его готовки. Три месяца… Без детей, без Робина, без друзей и родных… Как в ее кошмарном сне…       — У меня нет иного пути, Лавдей. — твердо заявила Мария, тяжело вздохнув, — Если это единственный шанс спасти мою семью и Лунную Долину, то я готова на этот шаг. Лавдей крепко прижала к себе рыжеволосую, что положила свою голову ей на плечо. Молчаливо поддержав свою подругу, белокурая женщина мысленно корила себя за то, что мало чем сможет помочь Марии.       — Ты можешь использовать мою пещеру, — дала свое добро Лавдей, — К тому же, я помогу тебе собрать все травы, прежде чем ты начнешь готовить зелье.       — Ты же знаешь, что я не хуже тебя разбираюсь в травах, — слабо улыбнулась ей Мария.       — Но хоть в чем-то, я должна помочь тебе, — ободряюще улыбнулась Лавдей и тут же добавила, — Если что будет непонятно, трудно или возникнут вопросы — пиши мне. В книге нигде не говорится о том, что запрещено передавать друг другу письма. Поговорив еще какое-то время, женщины тепло расстались друг с другом. Лавдей направилась в свою сторону, а Мария поспешила к себе домой. Тяжелые думы еще сильнее овладели ею, пока она шагала по лесной дорожке. Понимая, что в ближайшее время ей придется отказаться от семьи, ей становилось только хуже. Прозрачная пелена слез накрыла ее глаза, когда рыжеволосая прижалась лицом к дереву. Находясь в одиночестве, она позволила себе немного облегчить душу. Слезы лились из медовых глаз, освобождая внутреннюю боль. Немой крик сорвался с ее уст, потонув в весеннем стрекотании птиц. Они даже не догадывались о том, как тяжело было Лунной принцессе. Время шло. Марии нужно было вернуться домой, где ее уже, наверное, ожидали дети. Девочки томились в ожидании, желая поскорее погулять вместе со своей мамой. Мысль о своих детях дала женщине силы, и она бодро зашагала в сторону родного дома. Однако увиденное заставило ее замереть на месте: главные ворота в крепость были распахнуты настежь, повсюду бегали обеспокоенные люди, что с тревогой глядели друг на друга. Среди толпы лиц, Мария смогла разглядеть лица Ричарда и Генри, что отдавали приказы слугам.       — Мама, матушка! Наконец Вы пришли, мы так волновались! — Анна и Лиззи подбежали к своей матери, испуганно прижимаясь к ней.       — Что случилось? Почему такой шум? — требовательно спросила их мать, обнимая своих девочек.       — Только что привезли отца. Его ранил бешенный вепрь, когда он возвращался из деревни. Как такое могло случится? Лесники ведь всегда отслеживали больных и раненых животных. Земля ушла из-под ног. Перед глазами вновь появилась та темноволосая женщина, что колдовала возле своего магического чана. Первая кровь упала в тот котел, растворившись в нем, словно ее и не было. Ты и твоя дочь принадлежите нам, а не людям… Цена в этот раз будет высокой… Крепко прижав к себе своих дочерей, Мария закрыла глаза. Первый шаг был сделан. Богиня дала ей предупреждение в виде частых дождей, что обрушились на Лунную Доину. Теперь же она била прямо по ней, причиняя боль тому, кого она любила с ранней юности. Но рыжеволосая не намерена была сдаваться.       — Как Артур и Генрих? С ними все хорошо? — обеспокоенно спросила их мать.       — Да, матушка. С братьями все хорошо, но только они ужасно напуганы произошедшим.       — Возьмите с собой Аврору и идите на кухню к Глоу. Подождите меня там, пока я не вернусь к вам.       — Как пожелаете, мама, — покорно кивнули ей дочери, но женщина остановила их, вручив им свою сумку.       — В ней находится одна, очень нужная мне вещь. Посторожите сумку, но не открывайте ее ни в коем случае! Анна, Лиззи, вы меня услышали?       — Конечно, мама, — мать поцеловала их обеих на прощание, устремляясь к своему мужу. Сейчас она нужна ему. Он лежал на кровати, почти обескровленный. Бледное лицо, в обрамлении темных кудрей, было неподвижно. Темная, кровавая рубашка лежала на полу комнаты, в то время, как Робину перевязывали и обрабатывали открытую рану.       — Госпожа, — поклонились ей слуги, когда Мария вошла в комнату. Рыжеволосая не обращала на них внимание, подойдя к постели супруга. Рядом с ним уже находилась местная знахарка Дарина, с которой они были в хороших и дружеских отношениях.       — Как он? — спросила ее Мария, убирая пряди волос с его лба.       — Все хорошо, госпожа. Рану обработали и перевязали, кровь удалось остановить. Будем надеяться, что все окончится хорошо. Рыжеволосая лишь поджала губы. Тело Робина дрожало от лихорадки, покрываясь холодным, липким потом. Женщина видела, как мужчине становится плохо, несмотря на оказанную помощь. Предчувствие говорило ей о том, что удар этого вепря может оказаться смертельным для ее супруга. Темноволосая знахарка увидела решительный блеск, в глазах своей подруги, когда та обратила свое внимание на нее. Дарина не успела возразить, как рыжеволосая властно приказала всем покинуть комнату, оставив их одних.       — Мария, я не буду этого делать! В прошлый раз, когда ты решилась на это, мы еле вытащили тебя с того света! Знахарка с негодованием обратилась к своей подруге, что крепко заперла дверь. Мария тут же кинулась к тазу с прохладной водой, вымыв в нем свои пыльные руки. Достав острый нож, она решительно повернулась в сторону Дарины, что по-прежнему качала головой.       — Ты должна мне помочь! Речь идет о моем муже.       — Его организм сейчас борется с жаром. Рану я обработала, и наложила лекарственные травы, вместе с повязкой. Нужно всего лишь время!       — Это был не просто бешенный вепрь, Дарина, — резко ответила рыжеволосая, беря свою подругу за руку, — Я боюсь, что Робин может скончаться от полученных ран. Пожалуйста, прошу тебя, помоги мне! Я не могу всего рассказать тебе, но совершенно уверена в том, что следующий день он может не увидеть! Мария обхватила ладони своей подруги, все еще сжимая в руках острый нож. Знахарка увидела в глубине янтарных глазах полное отчаяние своей подруги. Всегда сдержанная и собранная леди, что с добротой относилась ко всем людям Лунной Долины не была похожа на эту опечаленную женщину. Похоже, что дело действительно было серьезным.       — Хорошо, — решилась Дарина, и сразу же открыла свой сундучок с лекарственными травами и мазями, — Только помоги мне снять с Робина все повязки и убрать травы. Но потом, я все равно, еще раз смажу и наложу новые повязки! Рыжеволосая не стала спорить, садясь на стул, рядом с Робином. Как только его раны были открыты им, Мария поднесла лезвие к своему запястью. Решительно разорвав тонкую кожу, она надавила на свою руку, заставляя кровь вытекать тонкой струйкой. Алая жидкость коснулась мужского тела, постепенно превращаясь в светлую субстанцию. Она светилась ярким светом, ослепляя присутствующих. Женщины видели, как уродливые раны на теле де Нуара исчезают, оставляя безупречно чистую кожу. Но чем быстрее исчезали рубцы и шрамы, тем бледнее становилась Мария. В конце-концов она потеряла сознание, уронив голову на грудь. Дарина тут же перевязала запястье подруги, останавливая кровь. Яркий свет постепенно гас, прекращая магическое действие Лунной принцессы. Но знахарка не обращала на это внимание, заботясь о дорогих ей людях. Магия магией, а новый пациент у нее прибавился! Вновь этот густой, сизый туман. Он был похож на неспешное течение реки. Словно я находилась в каком-то замедленном, сонном царстве из которого нет выхода. Нет даже сил подняться на ноги, чтобы уйти. Вся эта пелена окутывала мое тело, отчего мне хотелось только спать. Сон — лучший способ все забыть и забыться. Ты слишком много болтаешь Лунная принцесса… Я слышала чей-то голос. Он был мне знаком, этот женский, нежный голос, что таил в себе опасность. Будто кто-то сердился моей непокорности и сопротивлению. Но что я сделала? Твоя кровь ценна для меня, дочь моя. Я не хочу, чтобы ты тратила ее на спасение смертных… О чем ведется речь? Я кого-то спасла? Но почему не могу вспомнить? Все как в тумане: расплывчато, непонятно и неясно. Мне кажется еще немного и я забуду, как меня зовут. Я даже не могу вспомнить лиц своих родителей. А были ли они у меня? Твоя семья здесь, рядом со мной. Оставь их всех. Тебе не нужно будет испытывать страшные муки в течении трех месяцев. Я вижу темноволосую женщину, что протягивает мне свои белоснежные руки. Ее ясная улыбка озаряет меня, давая надежду. Так хочется коснуться ее ладоней, чтобы навсегда вырваться из этого тумана. Это был ее голос? Она моя семья? Идем со мной. Не будет больше ни страха, ни боли, ни смерти. Ты начнешь новую жизнь, со своей истинной семьей. Протягивая свою ладонь, я хочу коснуться этой женщины. Она мне знакома. Я видела ее раньше? Но почему же тогда не могу вспомнить? Возможно, что она моя матушка, которую я уже почти забыла? Наши пальцы почти соприкоснулись друг с другом, как из-за спины этой женщины появилась маленькая, синеглазая девочка с белокурыми волосами. Держа в своих руках лунный камень, она задорно воскликнула: А папочка уже очнулся! Мама, проснись и ты, чтобы папа смог увидеть тебя! Морок тут же спал. Сизый дым рассеялся, как и малютка Аврора. Теперь я стояла один на один с богиней. Та смотрела на меня с удивлением и даже с легкой долей уважения. Смогла преодолеть мои чары, даже несмотря на то, что потеряла так много крови. И все из-за кого? Из-за грязного разбойника? Я уже говорила Вам ранее, что не откажусь от своей семьи. И не меняю своего решения. Тогда готовь зелье всевидения, дитя мое. Три месяца у тебя на это уйдет. После чего, ты покажешь мне его, а я уж подумаю, стоит ли мне отказываться от тебя? И еще, я скажу тебе то, что не было написано в той книге. Все травы и ягоды, что нужны тебе будут для приготовления, можно взять только ночью и только на кладбищах, дабы зелье напиталось волшебной магией. Готовь его вместе со своей младшей дочерью, чтобы аромат напитка мог коснуться и ее. Но помни: с той минуты, когда ты начнешь свою работу, и до тех пор, пока ее не закончишь, ты не смеешь раскрывать нашего уговора. Если же ты, твоя дочь, бывшая Лунная принцесса, или кто-либо другой проболтаетесь, я тут же обрушу свой гнев на Лунную Долину. Запомни же это! Богиня резко оттолкнула меня от себя. Ее удар был таким резким и сильным, что я невольно пошатнулась. Лишь несколько теплых, ласковых рук помогли мне не упасть, поддерживая меня. Мария очнулась, медленно раскрыв глаза. Рыжеволосая лежала на постели, в окружении своей семьи. Робин, что уже был почти здоров и весел, играл со своими детьми, расположившись на кушетке. Аврора и Генрих сидели под боком у отца, в то время как Лиззи и Анна были рядом с матерью. Увидев, что женщина пришла в себя, близняшки радостно воскликнули об этом, обнимая свою маму. Младшие тут же подбежали к ней, даря свои объятья и поцелуи. Мария чуть приподнялась с подушек, с надеждой смотря в сторону мужа.       — Ты очнулся, — облегченно вздохнула она, ощущая, как его пальцы переплетаются с ее рукой. Нежный, теплый взгляд темно-карих глаз коснулся ее, когда она привстала с постели. Светло-карие глаза скользили по мужскому телу, что уже было спрятано под любимой черной рубашкой. Здоровый, цветущий вид ее мужа явно говорил о том, что с ним все хорошо. Робин ласково присел рядом с Марией, прижав ее к своему плечу. С нежностью, коснувшись рыжих завитков волос, он вдохнул любимый аромат своей принцессы. Та крепко прижалась к его сильной груди, обвивая своей рукой его шею. Мужчина почувствовал, как супруга оставила почти невесомый поцелуй на ключицах, едва слышно прошептав:       — Я волновалась за тебя.       — Ты никогда меня не потеряешь, принцесса. Я всегда буду рядом с тобой, — тихо ответил де Нуар, с любовью смотря в любимые глаза. Дети тут же подсели ближе к своим родителям, развлекая их своими рассказами. Они старались говорить обо всем, лишь бы не касаться событий сегодняшнего дня, что омрачило их день. Чуть позже, к ним зашел Артур, чтобы узнать о самочувствие своих родителей. Старший сын уже хотел отчитаться отцу о сделанных за день делах, но Робин лишь махнул рукой, откладывая это на потом. Рыжеволосая мать протянула руку своему первенцу, привлекая его в их круг. Почтительно сжав ту, он присел рядом с ней, позволяя близняшкам облокотиться о себя. Те довольно улыбнулись ему, изредка ероша идеально расчесанные волосы. Но Артур нисколько не возражал против хулиганства младших сестер, с теплотой смотря на своих родителей. Запомни этот миг, Мария! Отложи его в самом глубоком уголке своего сердца. Об этом ты будешь вспоминать в холодной, одинокой пещере, когда будешь одна варить зелье всевидения. Позволь побыть себе со своей семьей еще чуть-чуть, прежде чем вступишь в смертельную схватку с богиней!