Это реально?

Мы провели вместе всё утро, не делая ничего особенного, просто болтали о пустяках и о вещах, которые не имеют для меня смысла, но важны для Луны. Я была рада, что она больше не затрагивала тему Гермионы. Казалось, она понимала, что воспоминания о моей драме в отношениях с ней только ввергнут меня в бессмысленную депрессию, поэтому я поблагодарила её улыбкой, прежде чем продолжить разговор. Я обожала проводить время с этой девушкой, ведь она моя лучшая подруга. На самом деле люди были слишком глупы, чтобы судить её так жестоко. Да, это правда, Луна не похожа на нормального человека. Но если бы вы её знали, то поняли бы, что она по особенному умна. Луна чуть ли не на коленях умоляла меня взять её на командные тренировки. Я знала, что теоретически ученики других факультетов не могут их посещать, но Луна была своего рода исключением, поскольку она чаще болела за Гриффиндор, чем за Когтевран. Мы уже собирались идти, когда вдалеке я увидела несколько учениц, среди которых, как ни странно, учитывая мою удачу, была и она. Я попыталась не придавать этому значения и проигнорировать её, но вдруг, она повернулась, пристально посмотрев на меня, как в одном из тех романтических маггловских фильмов, о которых она мне так много рассказывала. Меня сверху донизу пробрал озноб, а ноги стали ватными. Как же я ненавижу эти чувства, охватывающие меня, когда Гермиона рядом, или когда она сверлит меня взглядом издалека как сейчас. Я мысленно упрекнула себя за это и продолжила идти чуть ли не бегом, пытаясь успокоить своё сердце, которое билось у меня в груди как сумасшедшее. От Луны не укрылось моё состояние. Любой другой человек на её месте засыпал бы меня вопросами или смущал бы многочисленными шутками и комментариями, но она - нет. Она знала, когда надо промолчать, когда говорить, а когда никому ничего не рассказывать. Это было ещё одной причиной, почему я обожаю Луну. Вместо этого она взяла меня за руку, даря свою поддержку. Её рука была немного холодной и успокаивающей, но всё же я не могла не почувствовать некоторого её опасения перед этим прикосновением. Несмотря на то, что Луна была ласковой, она избегала прямого контакта с другими людьми, какими бы близкими они ни были. Вероятно, тут имела место быть какая-то травма из прошлого. Я не хотела доставлять ей неудобств, поэтому никогда не расспрашивала. Именно поэтому её прикосновение так меня удивило. Я этого не ожидала. Я нервно улыбнулась Луне и мы продолжили путь, но она ни на секунду не отпускала мою руку, по крайней мере, пока мы не дошли до места назначения. Там мы расстались: я направилась в раздевалку, где было пусто, поскольку я пришла слишком рано, а она - к трибунам. Я не спеша переоделась и сделала глубокий вдох, прежде чем выйти на поле. Чудесно. Просто чудесно. Ухоженный, почти идеальный газон, на который практически не ступала нога человека. Он источал свой восхитительный характерный аромат и был слегка влажным из-за дождей, что прошли на прошлой неделе. Солнце играло с тенями от трех обручей, возвышающихся по обе стороны поля, создавая ощущение спокойствия. Всё это меня так расслабляло. Трибуны величественно возвышались и были совершенно пустыми, если не считать Луны конечно. Прошло немного времени, постепенно начали прибывать кандидаты в команду. Я была рада видеть знакомые лица. Что меня не очень обрадовало, так это то, что пришло так мало людей. Мне вспомнилось, как я боролась когда-то за место охотницы как минимум с пятнадцатью другими людьми. Я смиренно вздохнула и подошла к небольшой группе так уверенно и спокойно, как только смогла, и широко им улыбнулась. Я решила говорить уверенно. - Я рада видеть, что всё ещё есть люди, которые хотят быть частью команды. Половина присутствующих бросила на меня нервный взгляд, другая половина была дружелюбна, так как они уже занимались этим видом спорта раньше. - Всё ещё есть люди, которые любят квиддич. Хотя я не знаю, так ли сильно, как и ты, рыжая. Демельза Робинс, такая же милая, как всегда*. Я улыбнулась ей, ни в коем случае не притворно. Мне не нужно было проверять её навыки. Демельза всегда будет частью команды, в конце концов, она лучше всех уклоняется от бладжеров. - Что ж, позвольте мне посмотреть, что вы можете сделать. Первым делом мы начали испытания одновременно для охотников и вратарей, а после уже провели испытания для загонщиков. Очевидно, что искать ловца было не нужно, поскольку им была я. Как только все места в команде были распределены, я поблагодарила всех остальных за участие и любезно попросила их покинуть поле. Они были несколько обескуражены, но я уже отвернулась к команде, испытывая некоторую жалость к выбывшим. Поскольку у нас ещё оставалось время, я решила начать тренировку с нескольких простых упражнений. В течение трех часов, что мы там провели, за нами с любопытством наблюдал один радостный взгляд. Мы уже собирались заканчивать, как я заметила её присутствие. Мне стало дурно, когда я поняла, что забыла про Луну, хоть и неосознанно. Я мысленно проклинала себя, и когда тренировка закончилась, я поторопилась к ней на моей метле, чтобы сэкономить время. - Мне очень жаль, Луна. Тебе наверно было здесь скучно, - попыталась я извиниться, но она только мило мне улыбнулась. - Ничего страшного, мне было довольно интересно наблюдать, как ты летаешь туда-сюда. У тебя это очень хорошо получается. Кроме того, я думала о том, что когда-нибудь отправлюсь в путешествие на поиски морщерогих кизляков. Не все в них верят, но я докажу, что они существуют. Я попыталась обнять её, чтобы поблагодарить за то, что она не сердится на меня, но, заметив, что Луна напряглась, я просто дружески похлопала её по плечу и пошла в раздевалку, чтобы принять ванну и немного расслабиться. Попрощавшись с моей драгоценной светловолосой подругой, я направилась к гриффиндорскому столу в Большом Зале. У меня перехватило дух, когда я увидела, что там сидит Гермиона и ест, читая небольшую книгу, размером не больше моей ладони. Я сделала глубокий вдох и села прямо перед ней. Она, казалось, не заметила моего присутствия, поэтому я немного поёрзала на месте. - О, привет, Джин, ты меня напугала. Я не видела тебя целый день. В её голосе звучало разочарование и, возможно, печаль. - А мне казалось, что я тебя видела утром... Я собиралась продолжить разговор в том же духе, но решила, что лучше сменить тему. - Я была с Луной практически всё утро, а потом пошла на отборочные по квиддичу. Ты же знаешь, я капитан и всё такое. Я приняла расслабленную позу, что сильно противоречило тому, что я на самом деле чувствовала. Но, в конце концов, Гермиона была моей лучшей подругой. Я не могла быть с ней холодной и отстранённой. - Теперь, когда ты сказала, если я правильно помню... Я видела тебя утром, ты держала Луну за руку... неужели вы двое...? Я подняла глаза, немного напуганная этим вопросом. - Нет! То есть я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду. Но если это то, о чём, как мне кажется, ты думаешь, клянусь, это не так. В её глазах я увидела проблеск надежды. Это показалось мне странным, но я не стала спрашивать. Я неловко заёрзала, но постаралась, чтобы это не было заметно. - А ты? что ты делала? Гермиона немного поковырялась в своей тарелке. - По правде говоря, ничего особенного. На самом деле я провела почти всё утро за домашней работой и чтением. Потом пришел Кут и сказал, что они ищут меня, чтобы я помогла им с некоторыми вопросами насчёт Арифмантики. Хотя на самом деле они просто хотели узнать подробности, эмм, очень личные, о Великом Гарри Поттере. Она произнесла это скучающим тоном, будто уже привыкла, что её снова и снова спрашивают о Гарри. И я её понимала, меня тоже преследовали с этими глупостями. Неизбежно я вспомнила Гарри. О том, как после поцелуя с ним во время битвы за Хогвартс я почувствовала себя самым жестоким и нечестным человеком в мире. Потому что я нагло врала ему. Я не любила его, не хотела быть с ним, по крайней мере, не в романтическом смысле. Ведь я любила Гарри, он был одним из моих лучших друзей, и у меня остались очень забавные воспоминания, чаще постыдные, как я преследовала его по коридорам "влюбленная" или наблюдала за ним при каждом удобном случае. Но это была не любовь. Это было больше похоже на нездоровую навязчивую идею, чем на то, чего все ждали. Как девочка-подросток может быть не влюблена в Гарри Поттера? Изо всех сил я старалась почувствовать к нему нечто большее, чем просто дружбу, скрывая свои истинные чувства. Но всё чаще и чаще мне было трудно скрывать их. Должно быть, я слишком долго размышляла, ничего не говоря, потому что заметила, как Гермиона слегка дернула меня за руку, привлекая моё внимание. - Эй! Джин, у тебя что-то случилось? Я непонимающе посмотрела на неё. - А? Что? Что? Ах, да, извини, Герм, я задумалась кое о чём... Гермиона недоверчиво приподняла бровь, но на её лице появилось беспокойство. - В последнее время ты то и дело витаешь в облаках. Куда делась та Джинни, которая болтала о всякой ерунде и всегда заставляла меня улыбаться? В её голосе чувствовалась смесь ностальгии, юмора и упрёка. Я сглотнула. Я действительно изменилась, и это мне не нравилось. А всё из-за того, что я подавляла в себе все эти чувства к ней. Я помедлила с ответом, пытаясь придумать, как извиниться какой-нибудь шуткой, чтобы разрядить обстановку, но ничего не придумала, поэтому ограничилась ироничной улыбкой. - Извини, дело в том, что... у меня что-то кружится голова, и я не... Я не знала, как закончить, поэтому я оставила эту фразу висеть в воздухе, сама не понимая, что хотела сказать. Любой, кто не знал её так хорошо, как я, подумал бы, что Гермиона удовлетворилась ответом, поскольку она просто кивнула и продолжила обедать. Но я знала, что это не так. И я боялась того, что могло прийти ей в голову, чтобы выбить из меня ответы. Мы поужинали, и я пошла за Гермионой в гостиную Гриффиндора. Я действительно устала, но в то же время и нервничала, находясь так близко к ней. Когда мы подошли к портрету Толстой Дамы, я четко произнесла пароль, и мы вошли. Я плюхнулась на диван, не желая идти спать в комнату. Да, я чувствовала себя совершенно измотанной, но несмотря ни на что, мне хотелось побыть с Гермионой. Мы хорошо провели время: я рассказывала о квиддиче, а Гермиона - о литературе. После мы не смогли избежать разговора о том дне, о котором мне стыдно было вспоминать. - Прошлой ночью ты так внезапно ушла, извини, если ты не хотела об этом говорить. Всю эту неделю мне казалось, что Гермиона слишком часто извиняется, особенно учитывая, что она ничего не сделала. - Не переживай, я просто повела себя как маленькая. О, ради Мерлина... надеюсь, ты не думаешь обо мне ничего такого. После этих слов на моих щеках вспыхнул румянец, когда я вспомнила, что через несколько минут после того, как убежала, я вытворяла совсем не детские штучки. Неловкое молчание нависло над нами. Я нервно теребила пальцы, глядя куда угодно, кроме Гермионы. Я не забыла тот мимолетный поцелуй, который она подарила мне, когда думала, что я сплю. Мой румянец заметно усилился, привлекая внимание подруги. - Джин, ты в порядке? Обеспокоенный тон её голоса показался мне слишком похотливым, даже если у неё вышло это непреднамеренно и, на мой вкус, слишком быстро. Я подняла взгляд, пристально глядя в эти прекрасные карие глаза. Поддавшись импульсу, моё тело начало действовать само по себе. Не думая о последствиях, я внезапно наклонилась к Гермионе и накрыла её губы своими губами**, поначалу несколько резко и отчаянно и более мягко в конце. Моё тело будто пронзил электрический разряд. Поцелуй был совсем не таким, как я представляла. Её губы были несколько тоньше и холоднее, но не это мешало мне насладиться этой ситуацией. Чего-то не хватало. И это что-то было ответной реакцией моей лучшей подруги. Осознав, что она не отвечает мне взаимностью, я медленно отстранилась и замерев увидела её шок и растерянный взгляд, полный ужаса. В этот момент я пожалела о своих действиях и почувствовала себя виноватой за то, что получила удовольствие от этого насильственного поцелуя. Неуклюже, я попыталась всё исправить. - Мне очень жаль, Герм. Я не знаю, что на меня нашло, - сказала я хриплым и умоляющим голосом. Гермиона же отреагировала совсем не так, как мне хотелось. Не говоря ни слова, она встала, посмотрев на меня непонятным выражением лица, а затем поднялась по лестнице в комнату. Я тихонько лежала на диване. Единственным, что я могла слышать, были моё сильное сердцебиение и учащённое дыхание. Как я могла быть такой глупой? Не всё бывает как в мечтах, где постоянно сбываются твои самые сокровенные фантазии. Нет. Это была Гермиона Джин Грейнджер - одна из самых смелых людей, которых я когда-либо видела, но довольно застенчивая в отношениях. Я правда поцеловала её? Да. И благодаря этому я потеряла одного из самых дорогих мне друзей. Единственные мысли, которые приходили мне в голову, совсем не обнадеживали. Как мне смотреть ей в лицо? Что мне теперь делать? Вести себя так, как будто ничего не произошло? Или, может быть, попытаться извиниться ещё раз и поговорить начистоту? Вероятно, этот её поцелуй прошлой ночью был обычным дружеским жестом, а не чем-либо ещё... В течение нескольких часов я не могла перестать думать об этом. В эту ночь из-за моей смелости я пролила море слёз. Когда я открыла глаза, то обнаружила, что комната совершенно пуста, а значит, что уже очень поздно. Странно, ведь я обычно вставала одной из первых. Я вытерла глаза, заметив, что мои щеки слегка влажные, вероятно из-за того, что я плакала во сне. Ещё одна вещь, за которую я упрекаю себя, ведь я не имею привычки плакать. Я считала это признаком слабости, а я не слабачка. Но, как это ни странно, это было единственное, чего мне сейчас хотелось. Я была обескуражена и обессилена, как будто не спала всю ночь. Я встала с кровати, пытаясь вести себя нормально, как и в любой другой день. Хотя по правде я не представляла как это сделать.