Договор: Доверие

      Лайт тихо вздохнул, чувствуя, как тело расслабляется под воздействием горячей воды. Повернувшись к струям лицом, он умылся. Бейонд в это время нежно водил руками по его телу, медленно, будто с благоговением прослеживая пальцами каждый изгиб. Изредка его губы легонько целовали омеге шею, трогали метку на ароматической железе. Лайт не возражал — Бейонд не настаивал на чём-то большем, и казалось, на данный момент был вполне доволен просто возможностью прикасаться.              Лайт не мог отрицать, что всё его тело почти что пело в руках мужчины. От того, что он сейчас находился так близко к своему повязанному альфе, его охватывало ощущение, близкое к эйфории. Лайт попросту… нуждался в этом. Он не смог бы объяснить это словами, это было нечто большее, чем просто инстинкт или желание… в данную минуту это была буквально необходимость.              Большие пальцы Бейонда прослеживали плавный изгиб его тазовых костей, даря удовольствие и успокоение, но это вовсе не было прелюдией к чему-то большему. Лайт пока что не был готов к более интимным вещам, и знал, что Бейонд его понимает и согласен подождать. И именно это делало всё таким замечательным. Не было никакого принуждения, они просто наслаждались теплом друг друга.              В дверь ванной комнаты тихо постучали.              — Д-да? — пискнул Лайт тонким голосом, возвращаясь к реальности.              — Я оставил за дверью халаты для вас обоих, — прозвучал из-за двери голос L, и сердце Лайта упало.              — Думаю, тебе пора идти, — сказал Бейонд, убирая руки, и омеге захотелось разрыдаться — его тело буквально кричало о том, чтобы они вернулись. Повернувшись, он со всхлипом обхватил Бейонда руками за шею.              — Пожалуйста… просто обними меня, — шепнул он, положив голову альфе на здоровое плечо. — Прошу тебя…              — Всё хорошо. Я никуда не уйду… — ответил Бейонд, послушно заключая юношу в объятия. — Хочешь, я помогу тебе вытереться?              Лайт кивнул и не стал противиться, когда альфа помог ему выйти из душа. Он был очень смущён тем, насколько уязвимым вдруг себя почувствовал, насколько сильно хотел, чтобы Бейонд оставался рядом. Альфа тщательно его вытер, точно как бывало в Бьюде, когда они вместе принимали душ или ванну, потом взял один из пушистых халатов, быстро завернул в него Лайта и нерешительно прижался губами к его брачной метке. И только потом оделся сам.              Лайт улыбнулся ему в ответ, стараясь не делать очень уж очевидным то, насколько его внутренний омега расцвёл от такого внимания. Взяв Бейонда за руку, он повёл его за собой, следуя за яблочным ароматом. Запах привёл их в гостиную. L сидел на диване с ноутбуком на коленях и что-то печатал. Взгляд детектива при их появлении остался прикованным к экрану, а пальцы ударяли по клавишам почти… сердито. Лайт усадил Бейонда на противоположный от L край дивана, отпустил его руку, после чего устроился напротив них обоих.              — Думаю, нам всем надо поговорить, — заявил он.              L поставил ноутбук на журнальный столик, посмотрел омеге в глаза, и Лайту стало больно от того пустого, тщательно контролируемого выражения, которое сейчас было на лице супруга. И, должно быть, по нему это было видно, поскольку спустя всего пару секунд вся холодность L пропала, взгляд смягчился.              — О чём ты хочешь поговорить, Лайт? — спросил он, опуская подбородок на колени.              — Я не хочу обижать никого из вас, но, очевидно, что бы я ни делал, это неизбежно происходит, — начал Лайт, устраиваясь поудобнее и подбирая под себя ноги. — Я изо всех сил пытаюсь найти решение, но… кажется, у меня не получается.              Он вздохнул и устало потёр глаза.              — Думаю, ради нашего общего комфорта было бы неплохо очертить некоторые рамки. Это помогло бы свести к минимуму возможные обиды, — закончил Лайт, устремив взгляд между мужчинами.              Несколько долгих секунд альфы молчали.              — Что именно тебе нужно? — спросил, наконец, Бейонд, наклоняясь вперёд и упираясь локтями в колени.              — Да, это была бы полезная информация для нас обоих, — поддержал его L.              Лайт закусил губу. Такого он не ожидал. Он думал, что альфы в ответ на его предложение выскажут свои требования, а не начнут спрашивать у него о его нуждах и желаниях. Теперь необходимо было действовать осторожно.              — Я не хотел бы озвучивать этого первым, поскольку переживаю, что тогда вы просто подстроите свои ответы под меня. Это, конечно, здорово и всё такое, но мне хотелось бы узнать, что у каждого из вас на уме на самом деле, — пояснил омега. Стянув со спинки дивана плед и закутавшись в него, он посмотрел на Бейонда: — Может, начнём с тебя?              Бордовоглазый альфа нахмурился, несколько раз открыл и закрыл рот.              — Я не уверен…              — Будь честен, — подбодрил его Лайт. — Всё нормально, правда. Я думаю, нам всем стоит подходить к вопросу непредвзято и понимать, что хотя ситуация неординарная, но делиться своими чувствами — нормально. Да, это нелегко, но мы должны во всём разобраться. Ради всех нас, — он нервно шевельнулся, бессознательно положил руку на живот. — Иначе ничего не получится…              — Ладно, я могу это сделать, — с покорностью вздохнул Бейонд, проводя рукой по всё ещё влажным волосам. — У меня, наверно, не совсем, э-э… реалистичная просьба, но… — он поморщился, — когда вы двое трахаетесь, я слишком многое из этого чувствую, и было бы неплохо, если бы вы малость предупреждали перед этим, чтобы я мог, не знаю там, попытаться дистанцироваться или вроде того…              Несколько долгих секунд L с Лайтом молча на него таращились, и на их лицах медленно проступал ужас.              — А ч-что именно ты… чувствуешь? — спросил Лайт, заливаясь краской.              — Ну, скажем так, я знаю, что недавно ты дважды кончил.              Лайт, до смерти смущённый, потянул плед на голову. «Быть такого не может…» — подумал он, когда снова осмелился посмотреть на Б.              — Да, и временами я вроде как слышу кое-что из того, что ты или L говорите, когда вы, э-э… ну, сами понимаете… — пробормотал Бейонд, мельком окидывая их взглядом и отводя глаза.              — Временами? — прохрипел L и прочистил горло. — То есть, это и раньше случалось?              Бейонд кивнул.              — В доме в Англии, — уточнил он. — Хотя по большей части это… в общем, это не то чтобы детальное изображение происходящего. Я, скорее, чувствую эмоции Лайта через нашу связь. И, кажется, в последний раз мне удалось немного от этого отгородиться.              Лайт ощутил его грусть, и у него заныло сердце.               — Мне это немного знакомо, — сказал он. — Я ведь чувствовал, когда тебя ранили, и обычно могу улавливать твои сильные эмоции... У тебя есть ещё просьбы?              — Мне просто нужно… — пальцы Бейонда нервно дёрнулись, и он нахмурился. — Ладно, неважно.              — Нет, всё нормально, просто скажи нам.              — Мне… мне нужно иметь возможность прикасаться к тебе и вдыхать твой запах, — признался Бейонд, глядя на Лайта. L тут же язвительно фыркнул.              — Кто бы сомневался, — зарычал он. — А потом ты заявишь, что всё, что тебе нужно — это его трахнуть…              — Я не про то говорю! — раздражённо рявкнул Бейонд и тут же, повернувшись к Лайту, игриво усмехнулся: — Хотя не скажу, что был бы против этого, сладкий.              Такой неприкрытый флирт заставил омегу весело хихикнуть. Он, в общем-то, тоже не стал бы возражать против подобного, но не хотел пока что обнадёживать Бейонда. Хотя бы до тех пор, пока не будет уверен, что мужчина готов действовать в соответствии со своими чувствами. Когда они принимали душ, в прикосновениях альфы к его телу было что-то такое правильное… что-то успокаивающее, но Лайт не мог не задаваться вопросом, каким будет Бейонд в спальне. Будет ли он самим собой, или же тем Бейондом, который играет роль L, как тогда, в Бьюде. Своё единственное представление об истинной сущности этого человека Лайт получил, пожалуй, лишь раз, и то во сне, когда они с L были в Италии…              «Чёрт… так идеально… ты будто создан для меня. Всё, чего я хочу — это снова и снова накачивать тебя спермой, пока она не начнёт течь из тебя, чтобы каждый мог ощутить на тебе мой запах, понять, что мы делали. Тогда всем было бы ясно, что каждый сантиметр твоего тела принадлежит мне…»              — Чёрт возьми… — задохнулся Бейонд. Его зрачки расширились от похоти, пальцы крепко вцепились в край дивана. — О чём это ты сейчас думаешь, что твой запах стал таким обалденным?              Лайт ощутил, как внизу живота собирается горячее желание, дыхание сбилось.              — Ни о чём! — выдавил он, пряча лицо в ладонях. — Вообще ни о чём… э-э, L? Почему бы тебе не продолжить?              — Ладно, — ответил детектив так резко, что Лайт удивлённо вскинул на него глаза. L сердито смотрел на Бейонда, посылая в его сторону волны доминирующих феромонов. — Мне нужно знать, что ты в безопасности. Неважно, со мной ты, с Бейондом или со своей семьёй… мне необходимо знать, что ни тебе, ни ребёнку ничего не угрожает.              — Ясно, и что же поможет тебе в этом увериться? — осторожно поинтересовался Лайт, готовый немедленно наложить вето на любое предложение, подразумевающее, что он будет круглосуточно заперт в четырёх стенах.               — Я бы хотел, чтобы, когда ты находишься за пределами пентхауса, с тобой всегда был телохранитель. Даже когда ты со своей семьёй…              — И речи быть не может! — тут же отрезал Лайт, скрещивая руки на груди и решительно сверкая глазами.              — Знаешь, Лайт, тут я, пожалуй, должен с ним согласиться, — тихо вступил Бейонд. L, услышав его слова, даже не сразу смог скрыть удивление. — Может, это и не мой ребёнок, но он твой, и я бы не хотел, чтобы с вами обоими что-то случилось, тем более, когда это можно предотвратить.              Лайт раздражённо фыркнул, однако Бейонд не отступил, его взгляд был полон беспокойства.              — Ты молодой, красивый омега, и всегда найдутся люди, которые попытаются забрать тебя у нас, несмотря на то, что ты повязан и беременен.              — Но…              — Ты спросил, что мне нужно. Так вот это то, что для меня важнее всего, — сказал L, покусывая большой палец. — Пусть я и не ношу нашего ребёнка, но не могу отрицать, что на меня влияет наличие беременного супруга. Доходит уже до того, что мне трудно просто выпустить тебя из поля зрения.              Его голос был напряжённым, глаза безмолвно умоляли Лайта прислушаться.              «Ладно, это я, пожалуй, могу позволить. По крайней мере, он не пытается запретить мне выходить на улицу», — смягчился Лайт. Он слишком хорошо знал о том, как тяжело дались L последние два месяца, и если для обеспечения душевного равновесия ему нужно именно это, можно хотя бы попытаться выполнить просьбу.              — Ладно, если это так важно, я согласен, — Лайт устало откинулся на спинку дивана. — Ещё что-нибудь?              — Да, — детектив прожёг Бейонда сердитым взглядом. — Я был бы крайне признателен, если бы кое-кто здесь прекратил свои очевидные попытки убрать с твоего тела мой запах.              — Ой, да брось, — ухмыльнулся Бейонд. — Ты пометил его изнутри и всерьёз думаешь, что от него до сих пор не пахнет твоей…              — Ладно-ладно! — прервал их Лайт, приглаживая обеими руками волосы и подавляя в себе желание заскулить… или зарычать. Он уже и сам не понимал, на кой чёрт затеял эту дискуссию. — Как насчёт того, чтобы позволить мне самому заботиться о собственной гигиене? Однако если вам обоим станет легче, давайте… ну, скажем так, проведём черту. Установим на моём теле условные границы, чтобы вы оба могли помечать свою территорию, не начиная каждый раз меряться пиписьками.              — И что ты предлагаешь? — с любопытством вскинул бровь Бейонд, и в уголках его губ появился намёк на усмешку. — Чур, я беру себе…              — Даже не суйся туда! — угрожающе прорычал L, чуть меняя позу.              Б ухмыльнулся:       — Туда я сунусь, только если он сам захочет.              — Ты, грёбаный…              — О, господи боже, заткнитесь оба! — рявкнул Лайт, ввергнув альф в шокированное молчание. — Моя помеченная железа будет территорией Бейонда, чтобы он мог нюхать её так часто, как ему нужно. Вторая железа будет принадлежать L для тех же целей. Надеюсь, вы оба понимаете, что ваши запахи будут довольно часто смешиваться, и вам придётся смириться с этим, потому что это то, что нужно мне.              Строго взглянув в удивлённые лица мужчин, он продолжил:       — Я чувствую острую потребность в том, чтобы прикасаться к вам обоим и быть в непосредственной близости… физически. Я сам не осознавал, насколько сильна эта потребность, пока не оказался вдалеке от вас, прилетев сюда, — Лайт с улыбкой пожал плечами. — Половину времени я действую инстинктивно, и мои гормоны заставляют меня искать то, что их удовлетворит. Но что именно это может быть, я, к сожалению, пока не могу сказать. Думаю, в процессе беременности это выяснится само собой, но пока что я должен просить вас обоих поумерить своё эго и проявить гибкость в данном вопросе, — мягко продолжил омега, опустив глаза и нервно пощипывая плед. — Я не хочу постоянно волноваться из-за того, что пока я провожу время с одним из вас, другой чувствует себя обиженным и забытым.              — Я постараюсь, Лайт, — задумчиво сказал L.              — Я тоже. Всё, что мне нужно — это чтобы ты был счастлив, милый, — добавил Бейонд.              Лайт едва успел благодарно им улыбнуться, как к его горлу подкатила тошнота. Вскочив с дивана, омега одним махом преодолел расстояние до L, прыгнул к нему в объятия и глубоко вдохнул запах. Не прошло и пары секунд, как неприятное волнение в животе улеглось.              — Фантастика… и правда работает, — подивился он, откидываясь назад и глядя в растерянное лицо супруга. — Я заметил, что с тех пор, как ты прилетел, у меня не было утренней тошноты, и подумал, что причина может быть в этом.              Бейонд хмыкнул и поднялся с дивана. Лайту было приятно видеть, что он, похоже, правильно воспринял его слова и не стал беситься, когда юноша забрался к L на колени.              — Лайт, я думаю сходить перекусить. Хочешь, я спрошу у Ватари, что у него для нас есть?              — Да, спасибо, — обрадовался омега. Впервые за несколько дней его желудок потребовал еды, и Лайт хотел воспользоваться этим фактом.              — Без проблем, — отмахнулся Бейонд, после чего с ухмылкой посмотрел на второго альфу. — Тебе макароны с сыром, верно?              — Нет, но спасибо за заботу, — саркастично ответил L.              — В любое время, — усмехнулся Бейонд и ушёл на кухню.              Лайт удовлетворённо вздохнул, теснее прижался к L и уткнулся носом ему в шею. Детектив поднёс руку к его горлу, потёрся запястьем о непомеченную железу, оставляя на ней свой запах, и Лайт улыбнулся — это жест отозвался во всём его теле волной непередаваемого счастья. Это дарило ему чувство безопасности и давало понять, что и он сам, и его ребёнок находятся под защитой двух сильных альф.