Брачный танец

      Лариса не могла сказать точно, после какого момента Уэнсдей изменила к ней отношение. Но явно это ощущала.Девушка как будто озлобилась,действовала метко, нанося ей,Ларисе, как можно больше урона. Речи Уэнсдей стали более язвительны, а взгляды полны презрения.       С каждым днем школьница становилась все более невыносимой, постоянно сбегала и предпринимала бесконечные попытки в поисках монстра. Директриса назначала ей наказание за наказанием, сама же была не в состоянии применить их. Девчонка как будто чувствовала эту уязвимость Уимс и охотно ей пользовалась.       Дав когда-то Ларисе шанс, Уэнсдей упрекала себя в бесхребетности.Едва смягчившись,она озлобилась, готовясь уничтожить директрису. Уэнсдей поняла,что ей позволено всё. Пока остальные ученики школы тряслись в страхе перед директором,Уэнсдей видела ее ранимость под маской строгости и безжалостности.       И кажется девушка узнала причину особого отношения к себе. Родительский день, приезд Гомеса и Мортиши многое прояснил в их взаимоотношениях. Как и в свой первый день в школе Невермор, семейка Аддамс снова очутилась в кабинете директрисы, снова обсуждая судьбу Уэнсдей.       Все они бесконечно говорили о ней, всем своим видом показывая, что она- единственное, что всех их связывает, единственная тема для беседы. Может быть она действительно была предметом для разговора, но не его центром. Уэнсдей понимала, что никто не замечал ни ее, ни ее опасений касательно ситуации в городе.       Находиться в кабинете с этими тремя было невыносимо. При внешней расслабленности, чувствовалась напряженность, электрический ток, исходящий от каждого, способный одним разрядом положить всех замертво. Лариса улыбалась Мортише, та улыбалась в ответ, вспоминая что-то из их юности. Гомес восхвалял обеих.       Уэнсдей возненавидела их всей силой, на которую была способна. Обошла стороной только отца, слишком невинны были его мотивы. Уэнсдей возненавидела мать,ее скрытность, невероятное лицемерие, бессердечность. Младшая Аддамс давно привыкла к натянутым отношениям с матерью. При всем своем взаимном неодобрении поступков друг друга, они, кажется, заключили негласное соглашение по невмешательству в личную жизнь. Но тут мать перешла границу, сама того не понимая.       Но больше всех Уэнсдей возненавидела Ларису, ее нервные смешки, взгляды на Мортишу исподтишка. Едва Уэнсдей поверила Ларисе, позволила завладеть своими мыслями,как узнала об истинной причине ее поведения. Уэнсдей было все равно на прошлое Ларисы и Мортиши, все равно на их старый любовный треугольник. Только кажется он не остался в прошлом.       За это время, проведенное в Неверморе, Уэнсдей успела исследовать характер директрисы, узнать ее болевые точки. Непонятный для Уэнсдей импульс не позволял ей надавить на них. Внезапно появившаяся жалость заставила Уэнсдей оберегать директрису. Но не в этот раз.       Предательство она простить не могла. Уимс должна была тоже изучить поведение школьницы, чтобы понимать, что любое сравнение с матерью ей противно. Уэнсдей намеренно сторонилась всего, чем когда-либо занималась Мортиша. И теперь, она снова оказалась на втором месте. Как всегда.       Уэнсдей привыкла выигрывать. Этому ее научил отец.Но она не была в состоянии конкурировать с матерью. Особенно в любовном вопросе.       Теперь она испытывала терпение Ларисы, ждала, когда та сломается или окончательно прогнется.