Её голос в голове находит Shazam

Девочкам очень повезло. Если бы они ещё чуть-чуть замешкались, то у них был бы сто процентный шанс встретиться с Щербаковой. Правда, в таком состоянии, она, скорее всего, даже бы не обратила на них внимание. Пролетев мимо регистрационной стойки, она, уставшая, красная от слёз, поднимается на свой этаж. Отрыв у себя в сумке ключи от номера, Аня пытается попасть в замочную скважину, но получается это у неё только с пятого раза. Наконец попав внутрь, Аня сначала даже не закрывает до конца дверь, сразу падая на пол на колени. Истерика. Снова и снова солёные слёзы катятся по слегка розовым щёчкам, не давая девушке свободно дышать. "Что со мной происходит?"— думает Щербакова, из последних сил пытаясь подняться и пройти на кухню. Вспомнив про то, что она оставила своих подруг одних в клубе, шатенка мысленно ударяет себе подзатыльник и пишет в общий чат, что ей стало плохо, и она уже в лагере. "Почему? Ну почему опять? Почему всегда есть человек, который для них значит больше, чем я?....я же так стараюсь...." Слёзы опять текут рекой. Душа обливается ярко-алым цветом. А жгучая боль всё никак не хочет отступать. Выпитые залпом стаканы воды никак не помогают ни успокоится, не выйти из опьянения алкоголем. Аннушка, на ватных ногах, чуть ли не падая, кое-как добирается до своей кровати. Сев на неё, она сворачивается калачиком, жалобно поскуливая, прям как маленький котёнок, брошенный на улице под дождём. Там он остаётся совершенно один, как и она сейчас, здесь. Нагрянувшая истерика очень сильно выматывает Щербакову, она засыпает. Но поднявшийся на улице ветер безжалостно начинает трепать жалюзи и хлопать окном на балконе, что побуждает Аню проснуться. Она пытается встать и пойти выпить ещё воды, но, как на зло, конечно же, фильтр стоит пустой, в бутылках вода закончилась после школьной прогулки, а из крана её выключают после 12 и не включают до 6. Брюнетка нехотя поднимает руку, смотря на наручные часы чёрного цвета с золотыми латинскими цифрами. 5:19. Блееееск! Придётся подниматься на 3 этаж, чтобы добраться до кулера. Посмотрев на себя в зеркало, она решает, что с лицом ничего сделать не получится, оно было сильно опухшем и красным. Но ещё было сильно рано, чтобы ученики разгуливали по холу. Поэтому Аня быстро выходит из номера, прикрывая за собой дверь. Еле поднявшись на верх из-за очень сильной усталости, она видит стоящий в углу кулер, и направляется к нему. " Всё равно тут никого нет" — думает она, поглощая один стакан с водой за другим. Как же она ошиблась. Из-за поворота появляется коричневая макушка, и два любопытных глазика, которые и с интересом, и с каким-то небольшим испугом смотрят на учительницу. Конечно же, кому как не Валиевой надо было проснуться посередине ночи и захотеть попить воды. И, как ни странно, у неё была точно такая же проблема, как и у Анны Станиславовны, поэтому ей пришлось выйти в холл. Аня сначала не замечает младшую, так что тянется к своим щекам и вытирает ещё не высохшие слёзы, размазывая по ним не стёршуюся тушь. Камила тихо стояла в уголочке, держась за косяк двери. Она была очень заинтересована в происходящих делах, но не хотела нечаянно напугать Анну Станиславовну резким движением, ведь явно та не ожидала встретить кого-то в пять утра, когда все нормальные люди спят как минимум до 9. Поэтому, Валиева не придумала ничего лучше, как негромко кашлянуть себе в ладонь, привлекая таким способом внимание. Аня вздрогнула. "Блять"— быстро проносится у старшей в голове. Медленно повернувшись, она видит перед собой Камилу, одновременно непонимающе, сонно и любопытно заглядывая прямо ей в глаза. — Здравствуйте— протягивает Камила тихим голосочком. — Привет— также тихо отвечает Щербакова, шмыгая носом, и тянется к лицу, чтобы ещё раз вытереть слёзы. — Анна Станиславовна, у вас всё нормально?— Камила замечает состояние учительницы и перепугано смотрит своими карими , почти чёрными глазами, неуверенно начиная подходить ближе к старшей. —Д..да, всё в полном порядке— запинаясь, выдавливает из себя Щербакова, держась из последних сил, чтобы не дать волю чувствам. — Вы уверенны? Помойму вам нехорошо — настаивает Камила, пытаясь приблизится к Щербаковой ещё ближе. — А ты почему не спишь?— перескакивает на другую тему Аня, пытаясь уйти от разговора. — Да так, попить захотела— мягко отвечает младшая, склоняя голову в бок.— А вы? — По той же причине. — Анна Станиславовна, вам плохо?— жалостливо говорит Камила, пытаясь проявить тактильность. — Хм, всё хорошо — повторяет заученную фразу Аня, хмыкая и улыбаясь одним уголком губ. — Анна Станиславовна, я же хочу помочь— уже чуть ли тоже не плача, повторяет Камила, а внутри всё сжимается от страха. — Вы плакали, я же вижу... — Камил, иди спать— заботливым тоном отвечает старшая.— Со мной ничего не случилось, я в порядке— ну да..... — Даже по глазам видно, что врёте— Камила скрещивает руки в замок около груди, приподымая одну бровь— Я никуда не пойду, сначала вы расскажите, что происходит. " Упрямая какая"— подмечает Щербакова. От этой девчонки на душе становится как-то не так тяжело, как будто груз спадает с плеч. " А ведь они правду сказали. Заботится так....только зачем интересно..." — Ну...пошли тогда— предлагает Аня, и замечает, как хитрые глазки младшей как-будто разгораются ярким пламенем. "Красивая"... — Пойдёмте— радостно, но всё так же тихо, проговаривает Ками, подбегает к Щербаковой и аккуратно берёт её за руку, начиная идти к лестнице. Аня послушно следует да ней. *** — Так что же у вас случилось?— всё ещё пытается разузнать младшая, когда они уже доходят до двери нужного номера. — Камил, я же сказала, что всё хорошо—Даже с каким-то раздражением говорит Аня— дверь открыта, я не закрывала — Ну Анна Станиславовна, ну как хорошо? Ну я же правда вижу, что вы врёте! У вас тушь размазана по всему лицу, не думаю, что вы это сделали из-за хорошего настроения...— срывается Камила, но тут же замолкает, испугавшись, что её сейчас выставят за дверь. — Эх....ребёнок ...ну что с тобой делать— тяжело вздыхает Щербакова.— проходи на кухню. Анна аккуратно подталкивает Ками в следующую комнату, а после сама проходит вслед за ней. Свет был включен. Аннушке было не до него 10 минут назад. Но сейчас он мешал. На кухне воцарилась такая атмосфера, когда Камила зашла туда, цвета стали теплее, мягче, как будто от этой девчонки царила странная аура, успокаивающая, нежная, любящая. Помимо обычного света лампочка в люстре на кухне могла служить в качестве светильника на ночь. Щербакова посчитала, что слишком яркий свет сейчас не уместен и включила второй режим. Тусклый, слегка оранжевый лучик пробежал по помещению. Затем ещё, и ещё. Красиво. Уютно. Как в кино. По телу Камилы пробегает табун мурашек, когда старшая проходит мимо, нечаянно касаясь её плеча. Отодвинув стул, Щербакова садиться прямо рядом с Камилой. А та замирает на месте, не имея возможности сделать какое-либо движение или вымолвить хоть одно слово. Тело просто замирает от красоты, которая находится перед ней. По телу снова разливается тепло. Карие глаза, смотрящие прямо в душу, становятся более светлыми, можно разглядеть жёлтый ободок вокруг них. А ближе к центру Камила замечает сероватый цвет, который как-будто то появляется, то опять исчезает. Прекрасные ресницы, обычно такие пушистые и длинные, сейчас немного слиплись из-за туши, но не перестали быть такими же прекрасными. Розовые щёки, словно прямо после прогулки в зимний морозный день, они прямо таки горят от жаркой температуры в комнате......и...слеза...., Одна одиноко скатившаяся с этих румяной щеки слеза, которая капает вниз и полностью разрезает сердце Камилы. Она видит разбитый взгляд. Хочется просто обнять, прижать к себе изо всех сил, укутать в теплый плед и посадить на подоконник, напевать какую-нибудь красивую песенку и никому ни за что не отдавать, а бережно хранить, как своё сокровище. Чувства берут вверх. Камила просто встаёт, подходит к Щербаковой и утыкается своим носиком ей в плечо, обвивая руками спину. — Анна Станиславовна......расскажите мне......п.. пожалуйста— запнувшись, сказала младшая, пытаясь говорить максимально искренне, как чувствует душа. Аня рефлекторно начинает поглаживать волосы, но спустя мгновение останавливается, вспоминая кто стоит перед ней. — Ребёнок...что мне тебе рассказать то?— уже чуть веселее спрашивает Аня, но голос дрожит и в нём слышится неугасшая боль. — Всё...что с вами?— обеспокоенно повторяет Валиева, поднимая черные глазки наверх. Тут Аня нечаянно заглядывает в эти прекрасные глаза и видит в них бесконечные моря, самые глубокие их расщелины, самые дальние уголки вселенной, украшенные миллионами звёзд, лучики первого весеннего солнышка, после жгучей и суровой зимы. Образ ледяной королевы рушится за секунду, от такого искреннего, нежного, понимающего взгляда. Аня сдаётся. Ей так хочется вывалить кому-то весь этот тягостный груз, который преследует её несколько лет. Хочется услышать утешающие слова. Почувствовать снова эти поглаживает я по голове и услышать пение песен на ночь, чтобы спалось слаще. — Нуу....как бы сказать....— начала с запинками. Голос дрожит. Становится очень непривычно, ведь такого никогда не было перед, можно сказать, незнакомыми людьми. Но Щербакова решает продолжить, тем более градус выпитого алкоголя понемногу давал о себе знать.— В общем..ммм...человек, которого я...который очень мне дорог...и да, которого я люблю, оказалось, не считает меня настолько же важной в своей жизни, возможно, для него я просто игрушка....мне ...мне просто хотелось побыть счастливой— слёзы не катятся ручьём, как полчаса назад, нет, она не может разреветься перед своей ученицей как маленькая девочка, у которой отняли леденец. Во-первых это подорвет её авторитет .....а во-вторых....если начнёт, то уже не закончит.. Сердце разорвалось на мелкие стёклышки, рухнув куда-то в Марианскую впадину. " Господи, Камил, какая же ты дура! Ты реально думала, что она обратит на тебя внимание?! Пффф....ты всегда будешь недостойна её. Она же просто совершенство! Ага, от улыбки до жестов.... А ты сплошное разочарование, даже влюбиться нормально не смогла. В училку втюрилась....дура, дура, дура!"— плотный ком подступает к горлу, да и нахлынувшие мысли ничуть не лучше. Всё тело почему-то сначало немеет, а потом начинает трястись. Сначала несильно, после больше, больше, больше....пустота внутри заполняется раздирающей грудную клетку болью....очень сильной болью... Посмотрев на учительницу, во взгляде Камила видит мелкие слёзы, которые вот-вот прольются на невинную бархатную кожу. Из-за переизбытка эмоций, младшая ещё больше прижимается к Щербаковой почему-то тихо всзлипывая, обнимая крепко-крепко, защищая ценой собственной жизни, не отдаая никому. Станиславовна явно не ожидала такой реакции от маленького ангелочка, но через секунду прижала к себе также сильно, но в тоже время нежно и бережно, будто боялась сломать хрупкую фарфоровую статуэтку, сделанную лучшими мастерами. В животе у Камилы запорхали миллионы фиолетовых, голубых и белых бабочек, обжигая стенки кожи горячими укусами.....( лучше бы это были не бабочки....) И всё это из-за прекрасной девушки, которая стоит сейчас прямо перед ней и обнимает. Крепко, нежно, как умеет, наверное, только она в этом мире. Камила сама не замечает, как начинает таять в её руках, расплываться огромным океаном, в котором бушуют моря страсти и безграничной любви. И тут наступает роковой момент. Видимо, мелкие кристаллики на глазах старшей затуманивают разум Камилы, она становится как-будто под гипнозом этих блестящих от стеклянных слёзных глаз, поддаваясь каждому их движению. Вот она, та самая мимолётная решительность, которая может поменять жизнь навсегда. — Анна Станиславовна— отстраняясь, тихо проговаривает младшая, запинаясь в словах от страха— Я.......я....я вас л..... Поворот ключа в дверном проёме....Ну конееечно, конечно это должно было случиться именно сейчас, когда, можно сказать, решается судьба двух сломленных людей, которые никогда не узнают о друг друге больше.... "Чёрт!!! Сука!!! Да почему именно сейчас?" — Камила не знает, кого проклинает больше, себя, тех, кто пришёл, нет, по последующим звукам, кажется, вломился в номер, или всё таки свою нерешительность...."а может оно и к лучшему?" Щербакова сначала непонимающими глазами смотрит на Камилу, затем слегка поворачивает голову в бок, всё так же не сводя взгляда с юной девы, и слегка прищуривает глаза, но после щелчка тяжело выдыхает, и аккуратно отпускает младшую, направляясь к входной двери. Камиле приходится расстаться с предметом своего обожания. Дойдя до двери, Аня видит двух своих подруг. Пьяных в хлам упавших прямо на пол, из-за небольшого порожка в коридоре. — Пиздец...— тизо шепчет Щербакова, чтобы её ученица не услышала браныз слов из уст учительницы...хотя тут Камиле надо завязывать глаза, чтобы она не увидела всего происходящего. — Оооо, Аннушка, а мы...тебя..искаали— весёлым тоном говорит Медведева, прерываясь паузами на последних словах. — Просто пиздец— ещё раз повторяет Щербакова — Ну и куда ты делась с тусовки? Мы тебя там вообще-то ждали—в диалог вступает Алина, тоже неразборчиво произнося все фразы. — Молодцы блять, а ещё учительницы основных школьных предметов— даже не столько им, сколько себе шапочки Аня, поглядывая в сторону кухни, чтобы не дай Бог оттуда не вышла Камила и увидела всю суть образования. И как же вовремя. Из-за поворота показалась коричневая макушка и два любопытных глазика. Но они сразу пропадают из виду, скрываясь за углом кухни, когда Щербакова хмурит брови и машет Камиле рукой внизу, чтобы она села на обратно на стул. — Ой, кстати, прикинь, мы с...с Алиной теперь встречааааемся— смеётся Женя, и переплетает свои пальцы с пальцами Загитовой и тянется за поцелуем. Странно, но в груди Ани не возникает никакого жгучего чувства ревности, никакой грусти или раздирающей боли, возникает только чувство отвращения и непонимания. Она не сразу соображает сказать подругам про Валиеву, сидящую буквально за углом в их номере. Поэтому вспомнив об этом, она округляет огромные глаза, резким движением разворачивается в сторону и, конечно же, видит перед собой стоящую Камилу, с открытым ртом и максимально ахуевшими глазами смотря на Щербакову. Мдаааа....повезло так повезло... — Камил.....это...это не то о чём ты подумала...— начинает оправдываться Щербакова, что странно, абсолютно спокойным тоном, и даже кажется прячет руки в карманы, ведь обычно в таких ситуациях все начинают суетиться и яростно что-то доказывать, но Камила же уже не пятилетняя девочка, и она прекрасно знает, что значат сказанные учительницам слова. — Ань, ты чё? Какая Камила блять? Тут твоей любви нет, не переживай, она щас тихо сопит у себя в кровати— и вот хрен поймёшь, соображает сейчас Женя, не соображает, на полном серьёзе это было сказано, или в шутку, но всё уже донеслось до ушей Камилы, и она даже чуть собственной слюной не подавилась, поворачиваясь на Щербакову, делая ещё большие глаза и заливаясь алой краской с ног до головы. Точно в такой же цвет окрашивается и Аня, очень сильно смущаясь перед младшей и непонимая, к чему Женя сморозида такую хуйню. — Женя бл....блин, заткнись сука— поворачивается Станиславонна к Медведевой, готовясь убить её. — Ахахах, да что такого-то? Я же шуч...—она не успевает закончить свою фразу, как видит за спиной у Аннушки одновременно перепуганные, но и искрящиеся глазки. —Ебааа....ой...а ты...а вы....а она чё тут делает вообще?— непонимая абсолютно ничего, спрашивает Загитова, так же округляя глаза, ахуевшая от ситуации. — О жизни блять разговаривали— Аня разводит руками и достаточно сильно опускает их, хлопая себя по ногам, с нескрытой, хоть и не сильной агрессией отвечая подругам. — Понятно...— продолжает Алина, пытаясь не заржать деже не столько над абсурдностью происходящего, сколько над реакцией Щербаковой. — Бляяять...— несумев сдержаться, протягивает Аня максимально тихо, потирая переносицу правой рукой, чтобы её подопечная ничего не услышала. Но Камила стояла уж слишком близко. Её, конечно, не смутил ниодин мат, вылетевший из губ Анны Станиславовны. Они просто ещё с Алёной не дружили. Но всё же учительницы хоть как-то пытались сохранять субординацию, хотя и получалось плохо. Абсолютно растерянная, Камила хочет повернуться и случайно касается Аниной руки. Щербакова оборачивается в её сторону, внимательно наблюдая за действиями младшей, от чего Камила заливается алой краской ещё больше. — Эээ....ну я это.....пойду, наверное — единственное, что смогла выдавить из себя Валиева и попыталась сделать шаг в сторону двери. На её удивление, ей никто не стал ей мешать, останавливать и т.д, даже не начали оправдываться что это было. Нуууу.....оооууукей??? Разве это не хорошо? Да хрен его знает....сейчас даже лишние движение может плохо сказаться на ситуации..... Прошмыгнув в коридор, Камила срывается с места и пулей несётся в свой номер к девочкам, думая по пути, стоит ли говорить о всём случившимся, или лучше немного подождать?..