Мраморное море Стамбула.

Новый Год. 31 декабря. Всегда эту волшебную ночь мы связываем с чудесами. Верим, что наши мечты о любви, счастье, семье, финансах сбудутся. Такова эта ночь была и для нашей героини. О чем она могла мечтать? Молодая, влиятельная, живущая в особняке близ Мраморного моря девушка. Какие у нее могут быть мечты? Ведь она имеет то, что нам и не снится. Деньги, власть, влияния на турецкие сми, она стала той которой кричали «мимо», а в итоге она использовала свой единственный шанс и вопреки сумела подняться. О чем такой мечтать? Грезы госпожи — Мерьемдже Асланбаш, были очень и очень простыми, приземленными до боли знакомой каждому детдомовцу— найти свою семью. И вот она зажгла свечи по дому, включила телевизор, и держа в руках бокал безалкогольного мохито, вслушивалась в бой главных часов на площади Таксим, снова она загадает свое несбыточное желание и заснет крепким сном, в котором есть то что не могли заменить деньги. — Девять, десять, одиннадцать… Двенадцать, –прошептала она, делая глоток своего коктейля и закрывая глаза — С Новым Годом тебя, Мерьемдже, с Новым Годам! Несколько секунд она смотрит в плазменный экран, смотрит на господина Эрдогана, а после со вздохом выключает его. Взгляд девушки падает на расстеленный диван, и Мерьемдже ложится на него, закрыв глаза. Почему она выбрала сегодня не свою спальню с бесконечным количеством шелка на простынях? Просто именно в гостиной, она не чувствовала себя так одиноко, потрескивал камин за окном снежинки бились в окно. Никакого одиночества. Девушка, рисует себе волшебный мир, погружаясь в теплые объятия Морфея. Еще один стук. Нет, ну вот кто решил, сейчас побеспокоить ее? У Далвы — прекрасной женщины, что занималась уборкой ее дома неделя выходных. Кто решил сейчас войти в ее жизнь? Повторный, но более назойливый удар в дверь, заставляет Мерьемдже встать, накидывая на плечи тонкий халатик. — Странно, мы вроде с Пырыл и Мехмедом только завтра собираемся поехать в Паландокен. — проговорила она для самой себя, скорее от недосыпа и усталости не посмотрев в экран видеодомофона, а так открывая дверь. Холодный ветер и люди, что стояли у двери, которых она увидела, заставили ее проснуться полностью. Во-первых, все они были странно одеты, во-вторых, они были одеты явно не по погоде, хотя возможно это косплейщикики, которые хотели подзаработать. Пока леди Асланбаш, думала, что сказать и как мягко намекнуть данной компании, что нет сегодня, она не занимается благотворительностью. Она живой человек и сегодня, она отдыхает, мужчина с ярко-рыжими волосами и с зелеными глазами, одетый в голубой кафтан, и прижимавший к себе девушку готической внешности в белом платье, покрытым тонкими слоями бисера на лифе, спросил наглым и очень строгим тоном: — Кто ты такая, Хатун? Мерьемдже посмотрела на него с усмешкой. Бывает, ошиблись домом. Вошли в образ, наверное, кого-то из Султанов. Согнув брови в две дуги и вздохнув, девушка проговорила: — Вы домом ошиблись, потому что костюмная вечеринка в соседнем поместье, — она брюнетка вспомнила как Ахмед Болат, ее молодой сосед, приглашал на бал-маскарад, в новогоднюю ночь. Вежливо улыбнувшись, хозяйка вознамерилась закрыть дверь, но ей не дали сделать это, поставив ногу в щель между стеной и дверью. — Как ты смеешь закрывать дверь, Хатун! Перед тобой сын Султана Сулеймана, шехзаде Селим! — грубо проговорил мужчина. — Ребят, пошутили и хватит. — говорит брюнетка, она оглядывает компанию и взгляд цепляется за девушку, что дрожала в объятиях высокого мужчины, слишком холодно на улице, да и саму госпожу Асланбаш не радовал холод. — Хорошо, давайте, вы пройдете в дом, я позвоню Ахмеду, и он заберет вас на свою тусовку. — после пары секунд раздумий сказала Мерьемдже, пропуская их в свой особняк. Когда все собрались в ее огромном холле, Мерьемдже повела их в зал, оглядывая компанию, а также взглядом разыскивая собственный смартфон. Компания, остановилась на пороге её большого зала, рассматривая его убранства. Настольная лампа. Планшет. Ноутбук. Все это было в новинку, для них. — Посмотри, моя Михриниса! Как думаешь, что это? — спросил у своей спутницы мужчина в белом кафтане, с темными волосами. Он обнимал свою дрожащую от холода спутницу, а рукой сжимал ладонь взрослой женщины в зеленом платье. — Я не знаю, –прошептала девушка с интересом рассматривая фен, который леди Асланбаш оставила на комоде. Мерьемдже шокировано моргнула, с одной стороны в ее голову пришла идея, о том, что, наверное, зря она решила под музыку сегодня укладывать свои волосы, а с другой стороны ей было страшно, кто эти люди? Как на зло, телефон лежал в другом конце комнаты. Она не понимала они или притворяются психами или на самом деле сбежали с психиатрической лечебницы? Но у нее был, и третий вариант происходящего: возможно в ее мохито был ром или водка. Вот ей и мерещится такое. Из мыслей ее вывел тихий голос парня, что был с горбом. — Извини, Хатун, а что это? — спросил он, держа в руках ее телефон. — Так, –она осторожно забрала смартфон, как на зло, батарейка разрядилась, прекрасно. У Мерьемдже возникло чувство, что она попала в малобюджетный фильм ужасов. — Простите, может мы познакомимся. — она машинально, отошла на несколько шагов назад взглядом, выискивая провод, что мог бы зарядить гаджет. -Мое имя — шехзаде Мустафа Хан, моя Валиде Хасеки Махидевран Султан, моя супруга Михриниса Султан, — сказал тот, кто был старшим из их компании— мужчина в белом кафтане. Удивительно, он решил не скрывать, о том кто он, возможно потому что это место пугало его, впрочем что могла сделать девушка против них. —Я— Шехзаде Селим, моя наложница Нурбану Султан, –произнес рыжий юноша, вздернув брови. —Я— Шехзаде Баязид Хан, — сказал парень в черном кафтане. —А я— Шехзаде Джихангир, а эта девушка— Армин Хатун, –тихо сказал парень с горбом. «Хатун, Шехзаде, Султан…» — у мисс Асланбаш закружилась голова, она присела на край дивана, а после тихо проговорила, словно пытаясь убедиться в собственных подозрениях: -Так… Какой сейчас, по-вашему, век? -16 — сказали все хором. — А ты кто Хатун? Отвечай. — властно произнес Селим. — Мерьемдже, мое имя Мерьемдже –девушка вздрогнула от его голоса, а после все же нащупала провод от своего устройства — Простите, Вы должно быть выпили слишком много коктейлей. Давайте успокоимся, сейчас 1 января 2018 года. Сейчас 21 век. Понимаете? Много лет назад, те чьими именами вы названы, отправились в рай Аллаха. -Что ты такое говоришь? Ты хочешь сказать что мы мертвы? Как? Ты соображаешь, что говоришь? — спросил Баязид. — Так спокойно, —- проговаривает она, прикрывая глаза, —- Я плохо помню историю, но эпоху Сулеймана Великолепного, я всегда любила, наверное, только об Ататюрке, я читала больше. Ты говоришь, что ты Шехзаде Баязид? Его казнили в 1561 году в сентябре, к сожалению, его и его сыновей. — Как? —воскликнул Мустафа, не желая верить, ведь был только один человек способный казанить шехзаде — их отец—Почему? —За мятеж, –ответила брюнетка, ее голос немного дрожал, приходилось говорить немного громко, только так она и могла не выдать своего приступа истерики где-то внутри, –Шехзаде Мустафу казнили в октября в 1553 году, его и его сыновей за лже-предательство. Хюррем Султан и Рустем Паша подстроили ему ловушку… — А кто сел на трон? — очень тихо спросила та, что назвалась Нурбану. — Султаном стал Селим II-Пьяница, –сказала девушка, –умер он в 1574. Тут историки расходятся во мнении, почему. Все сидели напротив друг— друга, пытаясь переварить услышанное, кажется их это шокировало, задело, словно бы все это действительно было их историей. Девушка чуть сжалась, поняв, что она немного переборщила. Михриниса сидела и плакала, прижимая лицо к кафтану Мустафы. Она что-то шептала, но разобрать было трудно, Махидевран стояла у окна, ничего не говоря, лишь плечи что дрожали, выдавали животный ужас и страх. Джихангир сидел около своего брата — Мустафы и что-то ему говорил. Баязид закрыл лицо руками, он не хотел разговаривать, хоть Селим сидел рядом положив свою ладонь на его плечо. Ей стало невыносимо там находится Мерьемдже вышла на кухню. Она не знала, правильно поступает или нет, но взяв большую кастрюлю, заполнила ее двумя литрами молока и включила конфорку. Тем временем Мерьемдже достала бокалы, поднос, баночку меда, и палочки корицы. Когда молоко начало кипеть, она сняла его с плиты и наполнила бокалы им, предварительно добавив в них две ложки меда. Глядя на бледно-желтую жидкость, палочки корицы заменили чайные ложки, наполняя кухню успокаивающим ароматом, держа этот тяжелый поднос в руках, Мерьемдже вернулась в зал. Кажется, компания немного успокоилась, но тихие всхлипы были слышны. Поставив поднос на стеклянный столик, девушка взяла два бокала и подошла к Мустафе и его супруге — Выпейте, это успокоит — сказала девушка. Мустафа с благодарностью взял оба стакана. Потом так же она обошла остальных, и в конце концов взяв последние два бокала, она подошла к окну. Один бокал она отдала Махидевран, второй держала сама глядя на рассвет: как солнце медленно поднимается, отражаясь в Мраморном море. Помешивая жидкость в стакане палочкой корицы, девушка улыбнулась и произнесла: —Странно… Мое желание было найти свою семью, а не головную боль.