Метро 2033 - Самара

Данил Калугин - об экспедиции в Бункер в Жигулях. Я, Данил Калугин, заместитель командира Отряда Дальних Изысканий Самарского Метро, могу сказать, что за срок существования нашего отряда положения нашего заселенного людьми участка Метро значительно укрепилось и знание нами мира вокруг себя стало более полным. Нам удалось найти в нашем полуразрушенном Катастрофой двадцать лет назад Городе здравых выживших - так называемых "сталинистов" во главе с Зурабом Берулавой, с которыми мы поддерживаем постоянную связь по радио, делимся информацией о мелких бандах, пришедших из - под Самары и могущих представлять опасность, и о группах более мелких и менее адекватных - адептах культа Космоса, живущих в Музее Космонавтики и "имперцах", занявших заброшенную станцию Метро "Российская" и имеющих претензию на всесамарскую и даже всероссийскую (!) экспансию. Однако это малореально для них - у них много самомнения и мало боевых навыков, чего и показал наш молниеносный рейд к ним, позволивший разведать обстановку там, на "Российской" и обошедшийся без жертв и с нашей, и с их стороны (если не считать разбитую нашим командиром Серегой Рорбахом физиономию тамошнего "императора"). Однако мы можем обеспечивать связь по нашим рациям только на расстояние в четыре - пять километров.Хотя мощный приемник есть в Центре Связи при Ставке Главы Метро Меркулова, со времени Катастрофы он безмолвствует, хоть и включен постоянно. А ведь даже я, оказавшийся в день Катастрофы с отцом в Метро в девять лет, помню, что в России и в странах СНГ метрополитены были во многих крупных городах. Ну, естественно, в Москве, Питере, Минске, Киеве, Тбилиси, Ереване. Было метро и в Казани, в Новосибирске, строилось Омское метро. И везде, в каждом из этих городов, могли выжить и уцелеть люди. Почему же ни разу за почти двадцать лет мы не получали оттуда сигналов? Я даже во время рейдов Наружу брал свой приемник "Грюндиг", с которым мы с отцом в день Катастрофы и вошли в Метро, и включал его на длинноволновый, а потом и на коротковолновый диапазон. И ни разу не услышал ничего, кроме шипения эфира. На средних волнах - то же самое. И мне становилось грустно - неужели, кроме Самары с округой, никаких людей на Земле не уцелело? Это же самое я читал в глазах нашего Главы Меркулова, когда мы с Сергеем Рорбахом докладывали ему о делах отряда. Он смотрел задумчиво как бы через нас, взгляд его словно пронизывал стены бункера, уносясь туда, где стояли уцелевшие здания Верхней Самары, и дальше, в поисках людей, переживших Катастрофу и сохранивших себя... Однажды, в раннем августе 2033 года, когда уже близилось двадцатилетие Катастрофы, Константин Иванович созвал нас к себе в Ставку. После успехов первых наших рейдов телефонные кабеля служебной связи из Ставки были проведены ко всем нашим жилищам. В блоке, где я живу вместе с отцом - мама умерла от рака восемь лет назад, зазвонил телефон, и адъютант Меркулова объявил сбор нашего Отряда назавтра в полдень у него в Ставке. Я ответил - "Есть!", положил трубку, встал и подошел к фотографии Ассы, висевшей на стене. Снимок был сделан Наверху, "Поляроидом", на фоне обычной девятиэтажки и чахлого дерева. Мне показалось, она улыбнулась мне... Назавтра в полдень весь наш Отряд в полном составе явился в Ставку, ребята отдали честь главе Метро и уселись вокруг его знаменитого стола с зеленым сукном. Все , кроме меня, были в камуфляже, я же был в своей обычной черной форме, которую - ну, так сложилось - я люблю больше зеленой. Меркулов же был, как почти всегда, также в камуфляже, лишь в торжественных случаях он надевал китель советского образца - ну нравился такой фасон ему... Меркулов посмотрел на нас, улыбнулся и сказал: - Бойцы, сначала хочу поблагодарить вас за верную службу. Вы для меня - как самое дальнодействующее "око государево", никто доселе не пробирался по Верхней Самаре дальше вас , и поэтому ваши доклады имеют для меня особую ценность и позволяют оценить возможные опасности для нашего Метро раньше всего. У меня есть еще в распоряжении отряды "Дракон" и "Богатырь", но они - более ближнего радиуса действия. Благодарю за службу! Тут мы все вскочили с мест и гаркнули "Служим Метро!" Меркулов рукой дал нам знак садиться и продолжал: - А теперь, когда благодаря вам мы в Метро узнали многое о творящемся в Верхней Самаре, можно и заняться поиском и людей вне Самары. Внутри неё, как известно, кроме вполне приличной общины "сталинистов" нет никого, кто бы жил достойно. Может быть, такие люди, владеющие высокой техникой хотя бы типа радио, уцелели в других городах? Вы спросите, как это узнать? Отвечу. Еще во времена Предпоследней Войны, в 40х годах прошлого века, в Жигулёвских горах на севере нашей области московским Метростроем был вырыт Резервный командный бункер, находящийся в толще скал и практически неуничтожимый с земли, для целей оперативного командования войсками при потере столицы в ходе войны. Он был заложен настолько глубоко, что, по расчётам, даже взорвавшаяся рядом атомная бомба не должна была ему повредить. Путь к нему проходит по тольяттинской трассе, по местам, где в годы моей молодости и зрелости проходил Грушинский фестиваль бардов - а ведь вы тоже своего рода барды? - тут глаза Главы Метро на миг подёрнулись мечтательной дымкой, но он спохватился и продолжил: - А в последние десятилетия перед Катастрофой там размещался пункт управления Ракетными войсками стратегического назначения. И естественно, там должна быть самая совершенная в стране система связи - с группировками войск и ракетных соединений, но также и со службами Гражданской обороны и Метро крупных городов. В городах, где было Метро, система обороны города и выживания его населения создавалась на его базе, с резервными источниками питания и системами связи. Системы связи нашего, Самарского Метро маломощны, поэтому считаю необходимым задействовать систему связи Бункера Ракетных Войск для поиска выживших в других городах. Неужели и вам интересно жить двадцать лет как на острове? Итак, цель ясна? Все дружно кивнули. - Уровень радиации над нашей Ставкой - всего две с половиной довоенных нормы, так что поедете в своем камуфляже, разве что возьмите что - нибудь тёплое про запас. Ну и костюмы химзащиты возьмите на всякий случай - вдруг наткнетесь на участок повышенной радиации или химического заражения? И палатку - вдруг придется заночевать в чистом поле? И, естественно, возьмите вашу стандартную выкладку - в смысле оружия и подсобных средств. И рацию возьмите, как же без нее? Коды и график выхода на связь - стандартные. А тетрадь с кодами открытия Резервного Бункера - здесь, - и он постучал по лежащей на столе в плотной обложке большой синей тетради. Они же в электронном виде будут на флэш - карте, которую я вручу капитану Рорбаху. И еще - есть у меня транспортное средство, идеально подходящее для вашей миссии, - таинственно улыбнувшись, заявил Глава. Прямо сейчас - прошу к выходу, этого "зверя" смотреть, - шутливым тоном произнес он. На выходе из Ставки четыре охранника взяли Главу Метро в кольцо. Друг мой Серега Рорбах попросил позволения идти спереди. "Это для нас честь"- сказал он. Глава не возражал. Так все вместе мы дошли до вспомогательного выхода со станции. Там все мы по установленному порядку надели противохимические костюмы. Выйдя и пройдя сотню метров, мы, члены Отряда, и Константин Иванович с охраной увидели стандартный квартал из типовых девятиэтажек, образовавших замкнутый двор. Внутри него была П - образная конструкция из стоявших бок о бок гаражей, не замкнутая только с одной стороны. У торцов этого проема стояли два охранника. А на площадке перед гаражами возились два автомеханика. Объектом их работ был "УАЗ - Патриот" Ульяновского автозавода, его последняя модель, судя по трубе с широким раструбом, проходившей по краю лобового стекла, даже с турбонаддувом. Я видел такие "наддувы" в каталогах УАЗа и "Тойоты", случайно попавших в Метро. На вид этот "Патриот" защитного цвета был совершенно новый, даже с невыгоревшей на солнце панелью приборов. На его стеклах не было ни пятнышка пыли. - Вот, - сказал Меркулов, показав на джип рукой, - это самая новая на момент Катастрофы модель джипа из соседнего Ульяновска - "Патриот", прошу любить и жаловать! Крепкий, неприхотливый отечественный джип. Мы его взяли из одной военной части на Красной Глинке, - тут он махнул рукой через улицу, - и его механик отлично за ним ухаживал! У него широкие шины, привод на все колеса, отключить можно, но не рекомендую. А выезд ваш 21 августа - знаете какая это дата? Ровно двадцать лет назад в этот день и был нанесен ядерный удар по Самаре, - тут он погрустнел, но продолжил, - А знаете, в крыше есть люк, и за эти два дня туда будет поставлен пулемет ДШК, но обратно закрыть его не удастся, и поедете "на свежем воздухе" - согласны? - все кивнули. -Ну, тогда два дня вам на сбор припасов - и двигаете на Тольятти, - тут все кивнули еще раз. - А теперь, значит, двигаем на нашу малую родину - и он указал в сторону буквы "М" над "Победой". Мы отсалютовали Охранникам у гаражей и вместе с Меркуловым вернулись внутрь Метро. Оказавшись внутри Метро и сняв костюм химзащиты, Меркулов по дороге в Ставку обернулся к нам и сказал:" Ребята, а ведь в джипе всего 4 сидячих места, пятерым уже будет тесно. Кому - то из вас придется не поехать." Но ему тут же ответил Андрей: " Мне поехать будет сложно, у меня мама заболела, так что я - пас." "Ну, пусть будет так" - ответил Меркулов и отпустил нас по домам. В полдень 11 августа мы в полной выкладке, загрузив еще и резиновую лодку в багажник, завели подготовленный для нас Изыскателями джип и покатили по городу в сторону Тольятти. "Главный водитель в этом походе - я, - объявлял нам , пока мы пробирались по городу, основной регламент Серега, если что или в случае выхода меня из строя, - и ни один мускул не дрогнул на его лице, - то за руль садится Данил, остальные - по возможности или по необходимости". Мы полностью заправили джип из запасов Метро, прихватив еще две дополнительные десятилитровые канистры. Вскоре мы оказались на дороге в самом окраинном, хоть и очень протяженном районе Самары - на Красной Глинке. По счастью, машин, раскорячившихся поперек дороги, там было не очень много, лишь пару раз нам пришлось отодвигать специально поставленным на джип "кенгурятником" с дороги ржавые остовы "Жигулей - 03" и "Лады - Калины". Вскоре мимо нас промелькнули внушительные, но пыльные и проржавевшие корпуса завода "Пепси - кола" и шоколадной фабрики "Нестле", и еще нескольких складов, так же запыленные, но на вид абсолютно целые. Ну да, ведь именно близ Красной Глинки и упала та самая нейтронная бомба, и поэтому они и стояли целые среди валявшихся по бокам дороги скелетов мгновенно погибших двадцать лет назад людей, среди проржавевших остовов машин и чахлых деревьев, которым нейтронное излучение тоже не оказалось особо полезным. А вообще ландшафт поражал своей относительной нетронутостью. Стоявшие у обочин машины не мешали нашему проезду в середине шоссе, только более "общипанной" стала листва деревьев. Лишь ближе к концу района мы увидели пару - тройку разбитых витрин автосервисов и частных магазинчиков. здесь явно дейтствовали мародеры, но когда - вчера или десятилетие - полтора назад? Вот вопрос... А у самого выезда из района по краям шоссе стали явственно различаться звериные тропы, а у знака выезда из Самары мы увидели быстро пересекшую шоссе... косулю! - О. есть здесь свежая живность! В случае чего - не оголодаем! - прокомментировал ее "явление" Серега Рорбах и подмигнул всем, ни на секунду, однако, не отрывая взгляда от дороги. Затем справа и слева от нашего УАЗа промелькнуло несколько мертвых рощ - наверное, "пригородные" деревья, непривычные к городскому смогу, не вынесли нейтронного удара и скоропостижно скончались. Пару раз на лужках вдоль шоссе нам встретились коровы с висящей клоками шерстью на боках, а еще однажды наперерез нам с громким ржанием пронеслась лошадь, отвернув от нашего джипа лишь в последний момент. Так мы и ехали среди пожухлых лугов по обоим сторонам шоссе с редко встречавшимися машинами, пока не пересекли реку Царевщину. Солнце уже клонилось к закату, и мы, изрядно уже утомленные путники, решили искать ночлег. Нам, с момента Катастрофы привычным жить под защитой бетонных стен Метро, было бы комфортнее заночевать в каком - нибудь капитальном здании, нежели чем разбивать в чистом поле нашу палатку, в скрученном виде лежавшую в багажнике. Но по дороге попадались только скромные сельские дома , в отличие от окраины Красной Глинки, очень часто с выбитыми стеклами. И тут я внес на суд Отряда свое предложение: - Мужики, - сказал я, - ведь последние двадцать лет перед Катастрофой в России строили капитализм, и где - то тут близко должны находиться целые кварталы богатых особняков, я думаю, чуть вдали от дороги. Может найдем один такой - и там и заночуем? - А это выход... - кивнул Рорбах, и мы стали искать. И правда, вскоре мы увидели отходившую от шоссе узкую двухполосную дорогу с превосходного качества асфальтом и решили проехать по ней. Дорога привела нас к целому огороженному кварталу краснокирпичных особняков. В заборе, естественно, были ворота, но Серега, бывший за рулем, снес их по ходу, почти не снижая скорости. Затем он остановил наш "Патриот" у крайнего особняка, с выложенным по фасаду узором из красного и белого кирпича, окруженным двухметровой кованой оградой. Ребята вышли из джипа и подошли с автоматами навскидку к наглухо закрытой металлической с деревянной окантовкой, но не выглядевшей супермощной двери. Двух небольших кусков пластида хватило, чтобы снести ее с петель. Внутренняя, деревянная дверь вообще запиралась на простой шпингалет. Мы вошли внутрь, прикрыв эту деревянную дверь. На первом этаже сразу оказалась столовая с многочисленным скарбом - электромясорубкой, пароваркой, соковыжимателем, микроволновой печью. На плите стояла кастрюля с засохшими остатками какого - то кушанья, на столе, накрытом скатертью, стояли тарелки и бокалы. За двадцать лет это все покрылось густым слоем пыли. - А есть вероятность, что хозяин был дома в момент Взрыва? - спросил тут Артур. - Вероятность всегда есть, и может быть что угодно...- задумчиво ответил Рорбах. Сид, видя эти остатки мирной жизни, выглядел подавленным. Также на первом этаже была детская, но в ней среди игрушек - машинок, паровозиков, моделек самолетиков, огромного плюшевого мишки и жирафа - никого не было. При мыслях о том, ЧТО мы могли бы здесь увидеть при ином раскладе, у всех у нас подступил ком к горлу. А так...даже пыли здесь было меньше, чем на кухне, так как дверь детской оказалась плотно закрытой. Хотя...выглянув в окно детской, я среди чахлых плодов выродившихся огурцов увидел тонкий скелет в джинсах и темной плащевке с рассыпавшимися поверх нее длинными светлыми волосами. - А вот, ребята, спешите видеть, - сказал я, здешняя садовница, она же , может, и кухарка. Давно тут лежит... Все сразу поняли и лишь понимающе покачали головами. Слава Богу, никто не схохмил на тему: "Живая?" Затем Серега Рорбах вступил на лестницу, ведущую на второй этаж, и подал всем знак следовать за ним. Наверху было четыре комнаты. Сразу налево была комната со строгим офисным столом и шкафом с книгами - очевидно, кабинет хозяина. Затем, правее, находилась комната с надписью на двери псевдоготическим шрифтом(и поэтому я даже с ходу не разобрал,что было написано) . Внизу надписи был нарисован рыцарь на коне в латах с огромным красным сердечком вместо щита. - О, а хозяин, оказывается, был романтиком... - не сдержавшись, бросил Сид. Следующей комнатой была "Гостевая" - табличка была исполнена уже стандартным шрифтом, а внизу шел шутливый и слегка "страшный" стишок: А под столом сидит гость, А в голове его гвоздь, А это я тот гвоздь забил, Чтобы гость не уходил! - А он был еще и с чувством юмора! - бросил Сид уже намеренно. Войдя в последнюю комнату, мы, даже самый бывалый из нас Сергей, слегка оторопели. Широкое окно комнаты было прямо по курсу, и в лившемся из него желтоватом свете было видно, что большую часть комнаты занимают охотничьи трофеи - шкуры медведя, тигра, волка, лисы и оленя. Пушистый хвост лисы лежал рядом с плинтусом, рядом с которым был расстелен ковер с сюжетом на охотничью тему. А в середине комнаты под потолком было укреплено чучело головы оленя с ветвистыми рогами. А под головой оленя, уставившись глазницами иссохшего черепа в навеки погасшую плазменную панель на другой стене, сидел покрытый пергаментной кожей скелет человека, одетый в бежевую льняную рубашку, добротные белые льняные брюки и обутый в мокасины - да, именно мокасины, я видел такие на рекламных плакатах докатастрофных времен. Парочка из них перед Катастрофой была вывешена даже на рекламе в Метро - на Победе и Безымянке... В его коротко стриженных волосах почти не было седины, значит, он был еще молод. Под его рукой справа стоял журнальный столик, на котором возвышалась полная на 3/4 и закрытая крышкой бутылка виски "Гленливет" и стакан - оттуда, надо думать, виски за двадцать лет испарился... - Ну здравствуй, хозяин...- задумчиво процедил я - совершенно непроизвольно. Все остальные кивнули. -Однако, он был эстет! - промолвил Рорбах, отойдя от "неожиданной встречи". "Гленливет", насколько я помню - очень хороший и очень дорогой сорт виски... - И умер он с шиком - как техасский ковбой - за любимым виски! - выкрикнул Сид. - По мне так уж лучше помереть за коньяком "Наири" - спокойно заметил Артур. - Но для него, - тут он кивнул на скелет хозяина, - может быть, так было наиболее стильно... Что ж, Артур, однако, человек колоритный, и даже при скромных возможностях Метро в смысле одежки любил помодничать, и даже получил прозвище Стиляга, а уж одноименный фильм, вышедший за шесть лет до Катастрофы, из молодежи Метро многие смотрели - и я, грешный, тоже...А мать Артура - портниха - из имеющейся серой ткани пошивала ему штаны и рубахи необычного кроя, и он заметно выделялся на общем фоне. Даже те кителя, что он носил в Службе Охраны, были с широкими лацканами. - А кстати, где его семья? спросил Сид.- Кроме игрушек, ничего, напоминающего о детях , тут нет. - Может быть, он отправил жену с детьми отдыхать за границу? До Катастрофы многие богатые так делали. Может быть их убило радиацией уже там... - задумчиво протянул Артур. - Да, знать этого наверняка мы не можем, - ответил ему Сид. - Но что мы должны сделать прямо сейчас? - Готовиться к ночлегу, очевидно, - внес свое "веское суждение" я.- Думаю,на звериных шкурах и стоит залечь прямо здесь, но померить перед этим их радиоактивный фон... Фон померили. Ничего смертельного - 30 микрорентген в час, всего две довоенные нормы. И тогда Сергей Рорбах прямо распорядился принести их наверх, в детскую. Затем по рации, на пределе слышимости, он связался со Ставкой, сообщил, что мы готовимся к ночлегу и ничего опасного пока не заметили. Потом со словами "Прости , хозяин!" переставил на шкаф в углу и еле початую бутылку виски " Хоть вспомнить, что это такое,"- подмигнув нам, как бы про себя пробормотал он. "Будете?" - дежурно признес он при этом. Но мы все, ошеломленные быстрым изменением обстановки, дружно мотнули головами. В этой комнате, кроме охотничьих трофеев, стояла также одиночная кровать и довольно длинный стол у окна. - Ну, места для ночлега - на кровати и на шкурах на полу - сегодня всем хватит. Только один останется на страже - возьму вот я эту медвежью шкуру, и улягусь на нее на стол - вслух размышлял Рорбах. - Вот только "хозяина" надо унести отсюда в его законный кабинет - чтоб здесь ночью жути не нагонял... По его знаку кресло с "хозяином" Артур и Сид подхватили за подлокотники и вытащили его в коридор, а затем протиснули в двери кабинета. Артур, перетащив "хозяина" к его офисному столу, нагнулся и открыл ящик его стола, покопался в лежащих там документах... -А его звали Сергей Юрьевич Демидов! - выкрикнул он имя "хозяина", очевидно, вычитанное в контрактах, лежавших в ящике. - Запомните нашего гостеприимного хозяина! Никто даже не улыбнулся в ответ, и ужин из консервов, сервированный на том длинном столе, прошел в тягостном молчании. Мы посовещались, и было решено, что первые три часа лежать на столе с автоматом наперевес и смотреть через край забора за обстановкой вне коттеджного поселка будет Рорбах, затем я, затем Артур. Ну, выпили малость виски "за почин".Оставшийся "не при делах" Сид ничего не возразил, решив, видимо, что "значит, судьба такая". Решив вопрос о дежурстве, мы положили шкуры на ковер, затем сходили на первый этаж за подушками, в изобилии имевшимися в детской - светло - розового и небесно голубого цвета. Отсюда было ясно, что детей у нашего гостеприимного хозяина было двое, и оба "нежного возраста" - мальчик и девочка. В углу комнаты Сид случайно нашел и небольшой круглый медальончик хозяйки с портретом миловидной белокурой женщины с пронзительными синими глазами - по всей видимости, хозяйки дома. Скорее всего, она погибла вместе с детьми, но , может быть и нет... может, как - то и выжила на отдаленных тропических островах... Когда мы улеглись на наши шкуры, мне вспомнилась история, которую как - то при случае рассказал мне Рорбах. Шестнадцатилетним пацаном, еще задолго до Катастрофы, он с родителями поехал отдыхать на Кипр - это , насколько помню, остров на Юге, южнее Черного моря. Однажды он решил изучить город Лимассол - это крупнейший порт Кипра - самостоятельно и уперся на ночь глядя в самую старую, полудеревенскую часть города - и заблудился. Он шел уже впотьмах по узкой улочке вдоль глинобитных заборов, плохо понимая, куда он идет - и тут слева из темного переулка прямо на него вывернулись три дюжих молодца из местных, каждый в два Сереги шириной, да и ростом Господь их всех троих не обидел... Тут Серегины рефлексы стали просто вопить: "Щас бить будут!" И он сжался в предчуствии "нанесения физического ущерба". Но его предчуствия не оправдались. Те трое подошли к нему, широко улыбнулись и сказали на нехарактерном для тех мест английском языке: "Парень, есть какие - то проблемы?" Серега из - за нахлынувшего на него огромного облегчения сначала лишь что - то невнятно промычал, но затем собрался и выдавил из себя "по - иноземному": "Где тут дорога к морю?" "Там!" - еще раз широко улыбнулись киприоты, указав на тот переулок, из которого только что вышли."Желаем удачи!" махнули они ему вслед руками и пошли вниз по улице. Серега потом с трудом поверил, что так легко отделался. Так может и симпатичную блондиночку с детишками кто - то ТАМ взял под защиту? Ведь все возможно, только вот уже не позвонишь туда...чисто узнать... Тем временем начало смеркаться. Рорбах занял свою "наблюдательную позицию", остальные парни еще не спали. Я встал и подошел к окну. Солнце уже почти ушло за горизонт, и роща вдалеке, почти на линии горизонта окрасилась кроваво - красным цветом. Было красиво, даже несмотря на блеклое солнце в дымке и пожухлую траву в огороде. Посмотрев на эту всю красотищу, я пошел к своей "лежанке". Как рассказал мне потом Серега, он тоже задремал на своей медвежьей шкуре, но его полудрему прервали неожиданная автоматная очередь - пули от нее попали в стену "нашего" дома, застряв в ней на уровне как раз между первым и вторым этажом. На полтора метра выше - и пули бы влетели в комнату... Тут все члены Отряда проснулись, схватили свои автоматы и , не высовываясь (хотя огня, привлекающего внимание, мы все равно не зажигали!), глянули в окно.И в последних отблесках заката мы увидели, как по дороге у той самой рощи на горизонте проезжает большой пикап (TOYOTA, NISSAN?) с включенными фарами и пулеметной станиной на крыше. Наверное, лихие люди (или мутанты?), им управлявшие, показывали ухарским поведением, что ничего не боятся. Тут сон слетел со всех мгновенно. Рорбах спросил, обращаясь ко всем: - Как думаете, эти, на пикапе с пулеметом, нас заметили? Или они палили беспорядочно, в белый свет, как в копеечку? - Да, теперь надо держать ушки на макушке... - протянул я.И внес предложение - При таких делах надо охранять и другую сторону дома. Поэтому я спущусь в столовую и займу оборону там - там как раз стол удобный... А у вас Сид без дела сидит - пусть он заменит меня через четыре часа. - Служу Метро! - стандартной формулировкой отреагировал Сид. - Итак, рации не выключаем, через каждый час связываемся. Если кто - то будет ломиться - извещу вас тут же. Ну, я пошел , - сказал я, забросив за плечо автомат и потянув с пола оленью шкуру и розовую подушечку. - Воистину, спокойной ночи! - сказал я и вышел в коридор. Одобрительный смех был мне ответом. Внизу я подтащил стол к окну и , расстелив на нем шкуру, улегся. Под боком у меня лежал автомат. Было тихо, и скоро неудержимо стало клонить ко сну. "Нет, так дело не пойдет!" - подумал я, так можно и "звездочку проспать", и вколол себе дозу боевого стимулятора из личной аптечки - пусть вредно для здоровья , зато хорошо для дела. Сон сразу пропал, и даже очертания темных объектов стали четче. В означенное время я выходил на связь. Повезло нам или нет, но в эту ночь больше ничего не происходило. Через четыре часа меня заменил Сид. Я отдал ему рацию для связи. Но после стимулятора сон ко мне не шел, и я даже не стал возвращаться наверх, а завернулся в шкуру и лег на полу рядом с "наблюдательным столом". Лишь через два часа мне удалось немножко задремать. Наступление утра было встречено нами с облегчением. Наверное, те лихие ребята на пикапе были залетные, и ехали "с гоготом и свистом" по своим делам, а в стену нашей "резиденции" попали случайно. Дай - то Бог...в которого я не очень верю, но крестик ношу... Однако появление этих лихих ковбоев на пикапе означало, что здесь обитают существа не только живые, но и разумные и владеющие техникой! Это уже не дало никому расслабиться - и когда окончательно рассвело, собрались мы все быстро! Приняли "по писят" грамм того самого виски на брата, забрали из столовой хозяина еще пару бутылок коньяка - французского и армянского, забрали из его запасов еды еще каких - то концентратов и отъехали от дома на нижайшей - второй - передаче, стараясь как можно меньше шуметь двигателем, и на ней же дотянули до съезда на тольяттинское шоссе. Тут уж "двигательный бог" Рорбах втопил по полной, перейдя на пятую передачу. Шоссе, в общем - то, было пустынным, если не считать шмыгавших по его краям одичавших кошек, диких кабанчиков и лосей размерами, как сказал Серега, меньше, чем до Катастрофы. Ну и естественно, ржавые остовы машин ближе к обочине тоже иногда мешали проезду. Но радиационный фон был невысок - 26 - 28 микрорентген, всего две довоенных нормы. Чуть отъехав от этого "буржуйского поселка", Рорбах решил, что машину надо заправить, то, что запасные канистры были еще полны, его не утешало. Минут через двадцать пути мы нашли заброшенную (а какую еще?) бензоколонку "Татнефть", со всего одним "крутым" "Лэндкрузером Прадо", стоявшем у крайней колонки с надписью "АИ - 98 Нано" Но нашему "коню" требовался бензин попроще, и Рорбах попросту встал у резервуара с горючим, хитрыми фигурными отмычками открыл его, и с помощью какого - то механического насоса, взятого в багажнике, "добыл" полведра бензина. Оказалось, у него был и анализатор бензина по нефтяным фракциям. Померив и покрутив приборчик в руках, он сказал: "Нормально, ребята, за 95 -й бензин при нашей бедности сканает!" И мы засунули шланг насоса в бак и заправились "до упора". И поехали дальше. Часа через полтора мы домчались до объездной дороги у Самарского Международного Аэропорта "Курумоч", как он гордо назывался до Катастрофы. Когда - то это огромное поле с замершими на нем железными птицами дышало жизнью, самолеты из разных стран тут садились, дозаправлялись, при необходимости ремонтировались - и снова уходили в полет в другие страны и другие города еще существовавшей тогда страны России... На хвостах этих уже навеки замерших "птичек" красовались эмблемы самх разных авиакомпаний - на них можно было увидеть и тянувшегося ввысь журавлика "Люфтганзы" (а кстати, когда я в последний раз видел летящего в небе журавля?- давно, однако), и стилизованную арабскую ввязь "Эмирэйтс Эрлайнз", и строгую латиницу "Бритиш Эйруэйз", и символы местных , российских компаний - "ЮТэйр", "Трансаэро", "Самары - Авиа",и, конечно же, крылатый серп и молот "Аэрофлота" - да, помню, в восемь лет с родителями я на таком в Сочи летал. Но, естественно, за двадцать лет запустения хвосты самолетов покрылись потеками ржавчины, а шины шасси спустились, так что сейчас самолеты стояли "на ободах". Здание аэровокзала выглядело целым, только несколько пыльным, что было понятно - "Курумоч" реально был расположен в чистом поле, никакого крупного города рядом с ним не было, а и от Самары и от Тольятти его отделяло по полсотни километров. И курочить аэровокзал никому смысла не было - ведь тут размах нужен! И техника тоже... Но и безо всякой техники под действием ветров, дождей и коррозии часть навигационных вышек покосилась, а от бело - красных "чулков", показвавших направление ветра, осталось только несколько жалких лохмотьев выгоревшей ткани, бесильно повисших на входных обручах... Да еще грузовик службы техпомощи беспомощно замер, впечатавшись в забор совсем рядом со зданием аэровокзала. При виде этого жалкого зрелища грусть охватила всех нас, отяготившихся мыслями о величии совсем недальних предков... - Эти шикарные самолеты уже никогда не взлетят...- задумиво произнес я, - Их дальнейший удел - лишь ржавчина и тлен, пока они по частям не попадают на землю...А ведь когда - то они летали, и я еще на них летал... А сейчас мы ведем пещерную жизнь, и уже то хорошо, что худо - бедно сыты... - Ну почему, может, кто - то и поднимет их когда - нибудь в воздух... - мечтательно возразил мне Сид. - И полетит в дальние страны... - Ну - ну , надейся, стихотворец , - чего - то я стал злиться. - Вам, творческим людям, все просто - захотел - стишок написал. А вот если даже ты найдешь, как подкачать шины этой махины и как залить керосин в его баки, то где ты возьмешь энергию для его аккумуляторов, если в округе нет электричества? А ты знаешь, сколько приборов управления в кабине каждого из них? - и я кивнул в окно. - Свыше девятисот! Это тебе не "Ньюпор" с Первой Мировой войны, где в кабине - рычаг и два циферблата! Это серьезная машина! А вот нам, если захотим полетать, придется снова начинать с парусиновых самолетиков статридцатилетней давности! - Да, это грустно, - только и пожал плечами Сид. Остальные от моей тирады тоже как - то сникли. - Ну ничего, - сказал на все это Серега Рорбах, как - то странно дернув щекой. Сейчас мы едем к Бункеру, а там - компьютеры, там спутниковая связь - и этим мы сможем управлять, если туда доберемся. Так что - не хандрить и не вешать нос! При этих его словах слева показался поворот на проселочную дорогу...ну как проселочную...плохонький асфальт на ней был и до Катастрофы, а затем за двадцать лет бесхозности он совсем растрескался, и наш "Патриот" запрыгал на нем, как норовистый горный козлик Отчего - то вспомнилось, что "козликом" называлась в народе предыдущая модель "УАЗа" - 469я, именно из - за ее "прыгучести" на ухабах - да, ездил и я с родителями пару раз на такой... И отец говорил мне, что он хотел купить такой "уазик" для поездок за грибами. А вот После - за грибами уже ходить далеко не надо было.. И по этому проселку наш джип , несмотря на ухабы, резво помчался к селу Прибрежному. Впрочем, самого села мы так и не увидели. Дорога, ведущая на берег Волги, проходила по его дальней окраине. Переправляться на волжский полуостров Самарской Луки, по рекомендации Констанина Иваныча Меркулова, надо было у села Задольное, пару километров не доезжая до него. Серега Рорбах считал, что оно так и спокойнее, кто знает, какие персонажи сейчас обитают в этом селе... Поэтому, когда, чуть не доезжая села, домики которого уже показались на горизонте, дорога свернула в широкий овраг, в глубине которого синели волжские воды, Серега вздохнул с облегчением. И вот, "УАЗ - Патриот" нашего Отряда "причалил" к берегу Волги. До Катастрофы тут был пляж, любимое место отдыха сельчан и гостей из двух крупнейших городов Самарской области. На другом берегу высился огромный холм, один из дальних отрогов Жигулевских гор. Он был весь покрыт лесом - соснами и елями вперемежку, а почти в его середине тремя "зубьями дракона" выступали на фоне деревьев три гранитных "клыка" почти правильной треугольной формы. Выглядело это неожиданно и красиво. От берега этот холм отделяла пара километров. Примерно посередине пути к холму, согласно нашей карте, которую дал Меркулов, мимо протекала мелкая речушка. А именно у подножия этого холма и был резервный вход в бункер Главного Командования Ракетными войсками. А пока требовалось переправиться на другой берег. Для этого наши парни подготовили большую пятиместную резиновую лодку. Но уже начинался вечер, а надувание лодки ножным насосом ( да и где нам было возможно взять электрический?) заняло бы изрядно времени. Поэтому решено было заночевать на берегу Волги. Под себя мы положили взятые из дома покойного бизнесмена шкуры, на них спалось лучше и приятнее, чем в штатных спальниках. Естественно, установили караул, который должен был сменяться каждые два часа, первый на караул заступил Рорбах, остальные улеглись у кузова машины. Стемнело.. и не происходило ничего, и ни одного огонька не виднелось из лесов и из близлежащего села. Значит, село все - таки было покинуто. Все вокруг было настолько хорошо, что это даже нервировало. Сергей Рорбах провел эти два часа очень спокойно, и как он рассказывал мне чуть после, впервые за долгое время, глядя на волжские волны, ему даже захотелось закурить...Затем дежурил я, и в мое дежурство никакой опасности не наблюдалось. Опасность появилась ранним утром, в дежурство Сида. Когда на горизонте уже появилась первая светлая полоса, неожиданно о стороны села набежала целая свора бродячих собак. Однако "интеллигент" Сид не растерялся и поднял всех " в ружье" возгласом "Подъем! Атака!" - и, только проснувшись, все уже знали, чего делать.Увидев, что их атакуют не люди, а собаки, мои коллеги широко улыбнулись и втопили до отказа спусковые крючки своих автоматов. И буквально через пять минут все было кончено. Из атаковавших нас примерно двадцати дергающися, ожесточенно лающих, брызгающих слюной собак не меньше двенадцати было убито сразу, три - четыре - чуть погодя, а а развернувшийся, чтобы убежать, пяток собак мои друзья добили в спины, безо всякой жалости. "Во избежание распространения инфекции", - как выразился Артур, выщелкнув затвором последнюю гильзу. Их трупы оттащили подальше от джипа. Тем временем уже светало, и мы решили готовить лодку для переправы на другой берег. Где - то час ушел на ее накачку ножным насосом. В поход к Бункеру каждый из нас взял рюкзак с запасом патронов, сухой паек на сутки и спальный мешок. УАЗ мы отвели к к довольно крутому лесистому склону холма, прикрыли ветвями деревьев и разросшейся до гигантских размеров травы так, чтоб с дороги его было незаметно. Взяли с собой и несколько килограммов взрывчатки. Безо всяких проблем в наступившем блеклом дне мы переправились на другой берег. Здесь мы спустили из лодки воздух и забросали ее среди зарослей прибрежных камышей имевшимся тут в изобилии еловым лапником. Дальше предстояло идти пешком, а через мелкую речушку на пути перебраться вброд. В нужном направлении шла тропинка, и чувствовалось, что до Катастрофы это была не тропинка, а хорошо накатанная проселочная дорога. Первую пару километров никто из наших ребят ничего подозрительного не заметил. Однако, когда в воздухе ощутимо повеяло рекой, мы, завидев ее, остановились под сенью деревьев озадаченные. Еще бы - через реку был наведен капитальный деревянный мост, а за рекой были расположены крепкие деревянные дома, крытые сеном, с крестом с двумя перекладинами на каждой крыше, с забором в виде плетня из толстых жердей! Поселение стояло прямо перед мостом, обойти его можно было только по нешироким проходам справа и слева. - Ого, - буркнул Серега Рорбах, покрутив свой ус, -Ну и отстроились же селяне! Затем мы присели в разросшихся там густых кустах и стали обсуждать ситуацию. Речь шла о том, что делать дальше. Рорбах был за то, чтобы открыто - но быстро - взойти на мост и попросить у поселян разрешения пройти по их землям, мол, "мы не местные и совсем по другому делу". Ведь до нужной нам "трезубчатой" горы осталось меньше трех километров! Я же был за то, чтобы форсировать речку вплавь и обойти это поселение "огородами", тайно. За это же был и обычно бесшабашный Сид. Но Рорбах убедил меня, что в нашем походе мочить одежду и рюкзаки, а также рации и запасы автоматных патронов - не самая лучшая идея. И я вынужден был с ним согласиться. Обсудили мы и обходной маневр, с правой стороны от входа в поселение. Рации решили включать, только если нас атакуют и придется разбегаться врассыпную. И тут же выступили. Ворота поселения были капитальные, из толстых струганых досок. Слева от них виднелась калитка, тоже из досок, но потоньше, с деревянной же ручкой. Мы, появившись из густых кустов на обочине, с автоматами наизготовку, быстро перешли мост и подошли к воротам. Тут Рорбах зычно крикнул: "Эй, стража! С каким - то начальством можно переговорить?" За воротами началось шевеление, они открылись вовнутрь, и в их проеме мы увидели часть стены явно церковного строения с иконой Спаса Нерукотворного над дверью в его торце и большим вырезанным из дерева крестом наверху. Рядом со строением мы увидели с десяток воинов с ...деревянными дубинами в руках, в домотканой одежде, лаптях и с бородами. Впереди этого отряда стоял персонаж с длинной полуседой бородой, еще крепкий мужчина лет пятидесяти с небольшим. Одет он был в черную хламиду до пят, белую шапку, похожую на надетую на голову половинку гигантского яйца - и тут я откуда - то вспомнил, что такой формы должен быть головной убор православного священника высокого ранга - куколь. На груди у сего духовного лица виднелся отливавший серебром крупный крест, а в руках был посох. Как только ворота полностью открылись. он прокричал: - Убирайтесь, язычники! Я не хочу, чтоб вы своим поганым присутствием нарушали покой села Благолепное ! - и тут же, вне всякой логики, скомандовал своей дружине: - Взять их! И его дуболомы ринулись на нас. Видно, сильна была их вера в помощь Святого Духа, ибо это не слабо - ринуться с дубинками на автоматы! Я пустил предупредительную очередь в землю перед ними, но это остановило их только на секунду Затем они снова, подняв дубины, ринулись на нас. Тогда Рорбах скомандовал:"Все за мной, автоматы - к бою, рации - в эфир!" - и рванул вправо, вдоль забора. Мы помчались вслед за ним, а за нами бежали эти "благолепные" с дубинами. Пока наш отряд бежал быстрее, нам мешали только разросшаяся у берега речушки полынь и лебеда и ветви молодых деревьев, разросшиеся у забора (а ведь поселку с его сермяжным антуражем не могло быть больше 15 - 18 лет!) Однако внезапно целая секция забора - плетня упала на землю и еще десяток таких же дубинщиков ринулся нам наперерез из открывшегося проема. - Эээ, это неспортивно! - саркастически воскликнул Артур на бегу. - Да уж! - ответил ему Рорбах и влет скосил очередью двух ближайших к нему детин - "дубинщиков" Их еще только выбегавшие из - за забора "коллеги" остановились как вкопанные. Похоже, они в жизни не видели действия огнестрельного оружия. Увидев, что произошло, остановился и задний отряд преследователей. Между ими и нами оставалось пространство где - то в 20 метров. - Эй, братва! - вспомнил тут Серега словечко из своей юности, -Кто хочет быть следующим покойником? - и повел стволом автомата для убедительности. - Но отец Теофил сказал поймать и привести вас, - шмыгая носом, - сказал блондинистый детина с красным лицом из заднего отряда. Остальные из отряда приблизились и встали метрах в пяти от нас. - Однако он забыл, что в этом мире существуют автоматы и люди, способные неплохо с ними управляться. И вот результат, - он указал на лежавших на траве двух покойников, у одного из которых пулями была прошита грудь, а у другого - живот.- А кто такой этот ваш Теофил? - Отец Теофил - епископ нашей деревни Благолепное, Мы ходим к нему в церковь спасаться от геенны огненной, ведь кроме нашей деревни, она наступила уже везде. А отец Теофил основал нашу деревню, уйдя из греховного города Тольятти, когда там вспыхнул адов огонь... И мы должны молиться, ибо иначе сами туда провалимся, и адов огонь над нами снова запылает и сожжет всех, - детина снова шмыгнул носом. - А вы кто? - Отряд спецназначения, - не стал особо распространяться Рорбах и далее продолжал: - Мы ничего против вас не имеем, но если у вас нет ружей, мы вас перестреляем как кроликов, охнуть не успеете. Но мы хотим лишь пройти мимо вашей деревни к воон той горе - и он указал поверх леса на возвышавшийся над ним холм, и ничего плохого лично вам не хотим. Тогда давайте так - вы возвращаетесь в деревню и хороните своих мертвых, а мы идем в лес по своим делам и больше вас не тревожим. Лады? - Ага, - почесал бороду детина, - хотя Саньку и Ваньку все равно жалко... - Сами виноваты, ходите следующий раз с ружьями, или пусть отец Теофил для вас автоматы добудет...Мир ведь во зле лежит...- и он подмигнул нам.- Так расходимся? - вопросил он детину. - Ну да...- детина махнул своим. Те взяли двух покойников и и вереницей потянулись к поваленной секции забора. Рорбах с облегчением опустил свой автомат, мы тоже. И двинулись в сторону "трезубчатой горы", обойдя поселение Благолепное и найдя с тыльной егостороны след прежней дороги. - И что это было ? принтересовался Артур, когда забор селения Благолепного стал уже не виден.- "Благолепные" какие - то, с бородами, с религией, и огнестрельного оружия не употребляют...Я думал, после Катастрофы чудики вымерли, так нет же, оказалось, уцелели... - Ну, тут уж кто во что горазд, - усмехнулся Серега, - Но нам до них, в принципе, никакого дела, лишь бы к Бункеру подойти не мешали Дальше шли молча. В лесу также было тихо, лишь блеклое солнце пробивалось через листву и хвойные иголки. Мимо проскакал заяц, прошмыгнула довольно больщая ящерица, Пролетела летучая мышь. Я аж покрутил головой - и здесь летучие мыши летают днем? Странно...Чирикали воробьи, были слышны даже крики ласточек. Но опасности не ощущалось - все тот же блеклый день, все тот же лес... И вот мы вышли к подножию холма, так долго "светившего" нам издали. Холм вблизи выглядел довольно пологим и полностью заросшим лесом, и "три зубца" на этом фоне смотрелись сюрреалистически, как угодившие прямо на холм с неба "зубы дракона" А у его подножия валялась плоская глыба - темно - коричневого цвета валун высотой выше человеческого роста. По приметам, полученным Сергеем от Меркулова, нем и находился резервный вход в Бункер, оборудованный не так давно - в девяностые годы прошлого века, лет за двадцать до Катастрофы. Край валуна спускался к земле почти отвесно, но справа на уровне половины человеческого роста был треугольный выступ шириною в две ладони, с тремя углублениями внизу. Рорбах сунул пальцы в эти углубления и надавил. Тут вся пирамидка уехала в сторону, обнажив в углублении клавиатуру с гнездом для флэшки внизу. Серега тут же извлек из закромов своей "разгрузки" флэшку, вставил ее в гнездо и отбил на клавиатуре десятизначный код. Я знал, что не будь у него флэшки, пришлось бы вводить совершенно другой, двадцатизначный код - фиг запомнишь такой... Но все сработало, на маленьком экранчике вверху клавиатуры возникли слова "Принято. Подождите" и массивная железная дверь , замаскированная под поверхность валуна, открылась внутрь. Мы немедленно просследовали внутрь , а дверь, подождав немного, плотно закрылась за нами сама. Тут же включились красноватые фонари аварийного освещения. Значит, датчики присутствия во входном коридоре были установлены. Оставалось лишь надеяться, что в этом бункере не было боевых роботов, настроенных на уничтожения всего проникшего изнутри. А все ведь могло быть, и фантастику на эту тему сопливым пацаном в Метро я читал... - Ну, приступим, помолясь...- обронил Серега и первым зашагал по коридору, понадеявшись на всегдашний русский авось. А мы - за ним. Значит, с системой безопасности Бункера разберемся по ходу... Коридор оказался довольно длинным, в нескольких его местах мы наткнулись на брошенную впопыхах армейскую амуницию - брюки, рюкзаки и ботинки, носами расположенные по направлению к выходу. Судя по отсутствию трупов на входе, эти обитатели Бункера его успешно покинули и нашли свою раннюю кончину - а может быть, и нет? - уже "на воле, в пампасах". Что ж, это был их выбор, хотя в момент ядерного удара легче всего было выжить именно в Бункере. Наконец мы пришли к стене с двумя дверьми. Одна, безо всякого замка, выходила на целую анфиладу комнат. Туда мы пока заглядывать не стали. А вот другая была защищена магнитным замком с гнездом для флэш - карты и клавиатурой на маленькой панельке. Туда Рорбах и вставил свою флэшку. Через несколько секунд рядом с дверным замком зажегся зеленый огонек и дверь открылась. Затем внутри толстой железной двери клацнули затворы, но все равно для ее открытия пришлось крутить находящееся в ее середине колесо из крепкой стали. Я подумал, что в случае полного отсутствия электричества ( а кстати, откуда оно здесь?) это было бы единственным способом открыть дверь. Внутри был короткий коридор, кончавшийся тупиком. Слева находилась комната с до боли знакомой табличкой "Аккумуляторная". Справа же была комната с кодовым замком, но он был выпотрошен, и его мелкие части валялись на полу. Серега подошел к этой двери и приоткрыл ее. Внутри была кромешная тьма. Однако при этом создавалось ощущение большого помещения - звук открытия двери вызвал эхо, которое после долгой тишины вокруг почти оглушило нас. Осмотревшись, я и Серега Рорбах первыми, а за нами и все остальные вступили в комнату. Лучи наших фонарей, осветившие тьму, позволили оценить ее размеры - это была не комната, а целый зал! В неверном свете фонариков нам удалось рассмотреть ряды терминалов компьютеров в этой очень большой комнате, а большой экран на дальней стене напомнил мне виденные в раннем детстве фотографии из Центра управления космическими полетами в Москве. (Комментарий автора - на самом деле Центр Управления Полетами находится в подмосковном Королеве.) - Судя по всему это и есть главный зал управления Ракетными войсками России, - посмотрев на все это, заявил Серега. - Но как привести его в рабочее состояние? - Элементарно, Ватсон, - зевнув, высказался Сид.- Аккумуляторная комната рядом, скорее всего надо что - то подключить там. Тем более, что электронные замки работают... - Чего уж там, чего судить - рядить, искать надо, - эмоционально, рубя рукой воздух. высказался Артур. - Да, скорее всего все питание подключается через аккумуляторную. Но войти и посмотреть по - любому же надо, - внес реалистическое суждение я. - Тогда пойдем уже , однако...- подражая чукотскому гиду, произнес Рорбах. После этого мы зашли в аккумуляторную. По углам тут светились аварийные огни - светодиодные, очень малоэнергоемкие.В их мрачноватом серо - белом свете был виден ряд больших серо - зеленых, то есть традиционного армейского "защитного" цвета шкафов. А вот в самом углу комнаты стоял шкаф светло - серого цвета, казавшийся на фоне этих гигантских "сундуков" еще почти сталинских времен инопланетянином (да, смотрел я этот известнейший фильм 1982 года!). Да и по происхождению он был почти "инопланетянином" - на его передней панели красовалась табличка "GE - General Electric Corporation - Gifted to Russian Federation Army by United Commandment of NATO Forces, 1999". На боковине этого шкафа было написано опять же по - английски "Emergency Control" и дублировано по - русски "Аварийное питание". - Даа...- протянул при виде этого шкафа Рорбах. - Не знал я, что наша родная армия принимала от НАТО такие подарки... Вдруг там куча шпионских жучков? Впрочем, сейчас и для наших целей это неважно...- махнув рукой, закончил он.- Вот теперь открыть бы его... Но этот шкаф открывался обычным замочком даже без ключа, надо было лишь повернуть вертушок в его центре. Когда Серега повернул его, створки шкафа открылись и нашему взору в его в верхней части показался большой рубильник. Рорбах дернул его рчку вниз, и в аккумуляторной стали загораться лампы дневного света - их свет, сначала неяркий,стал разгораться все ярче и ярче. Потом они разгорелись до той яркости, которую я помнил из своего раннего детства - и Серега, я думаю, тоже. Затем наш командир изрек вполне резонное предложение: - А пошли в Зал Управления! Наверное, и там все лампы уже зажглись! Когда мы возникли на пороге Главного Зала Управления РВСН, то потолочные плафоны освещения там только еще загорались в полную силу.Зато засветились синим цветом со знаком Windows Professional экраны всех компьютеров и началась их загрузка.Через несколько секунд вспыхнул и главный экран с изображением европейской части Российской Федерации и окраин Европейского Союза - Литвы, Латвии, Эстонии, Польши, Словакии... На их фоне даже были отмечены траектории ядерных ударов - последнее, что было загружено в память этих компьютеров в 2014 году. А на экранах перезагрузившихся компьютеров возник транспарант -"Система ПРО РФ готова к работе. Ваш пароль?" В системном блоке каждого компьютера в Зале Управления - плоском, а не в виде башни, как это было популярно перед Катастрофой - кроме кнопки включения и устройства ввода дисков было гнездо для флэш - карты. Тут Серега нащупал в кармане данную ему Меркуловым флэшку с необходимыми кодами и обратился к нам: - Ребята, - сказал он, - Осмотрим сначала нашу страну со спутников или попробуем связаться с другими городами? - Попробуем связаться с другими городами, - ответили сталкеры хором, и даже я. - С городами или со службами их Метро? - уточнил Серега. - С их Метро, где Метро было, больше вероятности, что кто - то выжил, - резонно заявил Артур. - Да, я тоже так думаю...- подытожил Рорбах. - Тогда ввожу коды доступа - сказал он и засунул флэшку в гнездо ближайшего компьютера. На экране на фоне все той же заставки возникло небольшое окно со словами "Ваш код принят". Затем окошечко пропало и на полном экране возникли строки возможного выбора: "РВСН Московского округа ВС РФ" и еще 7 округов. Как рассказывал как - то Серега, незадолго до Катастрофы границы армейских округов были слиты с границами "гражданских" территориальных округов, введенными вторым (он же четвертый) президентом России Владимиром Путиным вскоре после вступления в должность в 2000 году.Затем высветились строчки "Главный штаб ВМФ РФ" - "Ну, флотские нам сейчас ни к чему!"- не отрывая глаз от экрана, хмыкнул Рорбах. Следующим было "Управление МЧС по г. Москве" - "Потом свяжемся, если надо будет," - откомментировал это Серега.Остальные с любопытством смотрели на экран."ГО МЧС Метрополитена г. Москвы - гласила следующая надпись.Сразу вслед за ней - "Управление ГО Метрополитена г. Санкт - Петербурга" -"Эти все - потом," - отреагировал Серега. Далее следовало "Управление ГО и ЧС г. Казани"., то же - Новосибирска, далее с улыбкой мы увидели надпись "Управление ГО и ЧС г. Самары", И много еще интересных надписей там было...Новосибирск, Омск, даже вроде как "иностранный" Минск... Создатели электронной начинки Бункера резонно предположили, что именно тоннели Метро крупных городов в случае атомной войны окажутся наилучшим убежищем для людей, дадут им наибольший шанс выжить. И в нашем - то случае, случае Самары, они оказались правы! А вот сейчас надо было искать других таких же счастливцев... Тем временем Сергей, смахнув двадцатилетнюю пыль со стула, уселся перед клавиатурой компьютера. Мы встали рядом. Сначала Серега выбрал в окне выбора объектов связи Управление Гражданской Обороны и Чрезвычайных Ситуаций города Москвы, но...после пяти минут ожидания связи (а Сергей надел наушники и нашел на небольшом пульте рядом с компом кнопку включения громкой связи) стало ясно, что на "том конце" никто не отвечает. Должно быть, их Управление находилось на Поверхности и в момент атомных взрывов никто не спасся... Следущим нашим "абонентом" стало "Управление Гражданской Обороны Метрополитена г. Москвы". Но и там никто не отозвался. - Что там у них, во всей Москве никто не выжил или междоусобная война какая? - высказал Серега мысль вслух.- Или они там скатились до пещерного уровня - всей Москвой? Мы в ответ лишь пожали плечами. - Ищи уж, Серж, - только и сказал я. - Авось кого и найдем... Затем в списке выбора абонентов Серега кликнул "мышкой" на "Служба ГО Метрополитена г. Санкт - Петербурга". И вот тут сработало. Я услышал в Серегиных наушниках бодрый, хорошо поставленный мужской голос и включил кнопку громкой связи. - Управление гражданской обороны Метро Санкт - Петербурга слушает! - произнес этот уверенный молодой голос. - С вами на связи Резервный бункер Ракетных войск Стратегического назначения в Жигу левских горах, на Волге! - произнес Серега. - У вас что, кто - то выжил в вашем Бункере? И почему тогда на связь вышли только через двадцать лет? - осведомился этот бодрый голос. - Нет, мы - отряд Изыскателей Самарского Метро, пришли сюда совсем недавно. Нам нужен был доступ к средствам дальней связи, мы - то, единственные цивилизованные люди в Самаре, могли связываться лишь по телефонным линиям нашего Метро и по рациям на дистанцию не свыше пяти километров. И хороших дальних раций у нас не оказалось. Вот и пришлось нам проехать почти сто километров к Бункеру по Поверхности. Это было непросто, скажу я вам... А я - капитан Сергей Рорбах, командир Отряда. - А я - мичман второй статьи Морского Управления Петербургского Метрополитена Иван Гладков. Мы тоже в свое время спаслись в Метро, у нас правят моряки, и кто хочет работать для Метро, приносит клятву верности Флоту, и я в том числе. Гражданских у нас около трех тысяч человек, обеспечивать их необходимым для жизни получается не без труда. - А у нас "гражданских", как Вы говорите, Иван, больше двух тысяч человек, и все, кроме младенцев, работают для Метро. И худо - бедно выживать получается. Живем мы не изобильно, но не в обиде и кусок хлеба или еще чего покушать у каждого имеется. А лидер наш Константин Меркулов - тоже военный, полковник из штаба Приволжского военного округа. - Рад, что установилась связь с вами, - сказал мичман. - А то у нас была связь с людьми из Московского Метро, но вот уже пара лет, как они пропали со всех горизонтов. Заварушка у них какая - то, что ли... И с Казанью связывались, ну, поговорили...Ведь наши интересы не пересекаются, далеко они от нас. Можете попробовать с ними связаться. Затем было слышно, как он переговаривается с людьми в своей радиорубке, но слов было не разобрать. Затем мичман снова взял микрофон и сказал: - Сергей, у нас есть мощный цифровой радиопередатчик, не скинете ли нам коды связи с вашим Метро? И с вашим руководством мы по нему свяжемся. После этого Серега на пару секунд задумался,будет ли это безопасно, затем сказал : - Ладно. Высылаю коды по компьютерной связи. Сможете их принять? - Да, вполне, - раздалось в ответ. Тогда Серега вывел на экран меню флэшки и скопировал в окно письма один из файлов. И нажал на виртуальную кнопку "Отправить". Затем сверху экрана загорелось: "Сообщение отправлено". - Спасибо, - через пару секунд отозвался мичман.- Сообщение ваше получили. А сейчас мне надо связаться с начальством для полного рапорта. Так что я отключаюсь. - Хорошо, удачи Вам, мичман, - отреагировал Рорбах. И тут же на экране возникла надпись в прямоугольной рамочке "Сеанс связи закончен". - Ну вот. и в Питере кто - то уцелел... - сказал Серега, обернувшись к нам. И это наши коллеги, хоть и морячки. Да, умеют военные организовывать правильную жизнь...- усмехнулся Серега в усы. - Что же делать...- заявил Артур, - Если с Москвой связи нет, попробуем, как мичман говорил, связаться с Казанью - соседи все же... И тут Рорбах кликнул на "Службу ГО Метрополитена г. Казани." Гудки вызова шли достаточно долго, и в момент, когда Серега хотел уже отрубить связь, раздался слегка усталый голос: - Салям алейкум, здравствуйте! Это Метро Казани.Это вы вызываете из Бункера Ракетных войск? Как вы там выжили? И почему двадцать лет не выходили на связь? Это говорит дежурный по внешнему наблюдению Ренат Сафиуллин. А с кем я сейчас разговариваю? - Это Отряд Службы Изысканий Самарского Метро, а я его начальник капитан Сергей Рорбах. - Капитан? У вас тоже, что ли, морячки заправляют, как в Питере? - Я знаю, что там в Питере, мы уже связались, - мягко сказал Рорбах. Но мое звание - сухопутное, а наш лидер - бывший полковник Российской армии. А в Стратегическом Бункере в Жигулях мы оказались в результате организованной им экспедиции. А у вас кто заправляет? - У нас, по сути, бывшие МЧСники и Совет Улемов. Они так в начале жизни в Метро договорились - о совместной власти. У нас полностью соблюдаются все мусульманские обряды, - сказал Ренат, человек, судя по голосу, молодой, с гордостью в голосе. - А русских у вас что, немного? - резонно вопросил Рорбах. - Да нет, хватает, - заявил Ренат смешливо. - Больше сорока процентов. Мы их не притесняем. Но абсолютно все в нашем Метро знают татарский язык. Ведь это НАША земля. - тут его голос стал серьезным. -А так в нашем Метро несколько тысяч человек и у нас все уже давно хорошо организовано. И вылазки в Верхнюю Казань производим часто, хотя у нас там до сих пор серьезный уровень радиации. А скажите, - тут голос Рената приобрел заинтересованные интонации, - когда вы ехали по Поверхности в Бункер, мутантов много встретили? - Этих - то нет, - ответил Серега, - А вот вполне здоровых двуногих хищников - это да... - А у нас вот они по окраинам встречаются.. - и тут неожиданно он вопросил: - А может, когда - нибудь мы встретимся Наверху? - Ну, все может быть...- пробормотал тут Рорбах задумчиво. - Извините, Сергей, а пока я отключаюсь, поговорю о вашем "явлении" с руководством. Оно, может, пришлет для связи более "весомого человека", и он поговорит от лица властей Метро Казани с вами. Я думаю, этот уважаемый свяжется с вами в течение суток. Вы в это время еще будете в Бункере? - Да, думаю, - посмотрев на нас и увидев наши кивки, заявил Серега. - Можно последний вопрос, Ринат? С кем вы связывались, кроме Питера и Москвы, которая не отвечает? - Я не знаю всего, но с Метро Екатеринбурга и Нижнего Новгорода мы точно связывались. Ну все, мне надо доложиться начальству.Я отключаюсь. Рад был пообщаться. До связи! - Пока, Ренат...- произнес Серега устало. На экране компьютера тем временем возникло сообщение "Сеанс связи закончен". - Ну что, ребята? - затем, собравшись, начал он.- Вот, один короткий разговор - и мы узнаем, что не одни в этом Мире, что есть пережившие катастрофу и на Урале, и на Верхней Волге! И мы еще не можем до них дотянуться, но уже знаем, что мы не одни! Это воодушевляет? - мы кивнули на это головой.- Ну что свяжемся сейчас со своими? Доложим, чего тут "накопали"? - и, получив от нас почти синхронный кивок, выбрал в списке адресатов "Управление ГО Метрополитена г. Самары". Я тем временем представлял, как в пункте связи нашего Метро на станции "Победа" впервые за двадцать лет ярко засветился экран компьютера Дальней связи, который ранее включался лишь для проформы, и в помещении зазвучал модулируемый компьютером сигнал. На сей раз на сигнал ответили очень быстро - маленькую, хай - тековских серебристых тонов трубку поднял помощник Меркулова по связи, давний мой знакомый Андрюша Костюшкин и громко спросил: "Алло, это Бункер Ракетных войск?" Наверное, бывшие рядом с ним дежурные тут же притихли и прислушались. - Говорит Резервный стратегический бункер Ракетных Войск Российской Федерации! - ответил ему Серега, назвав Бункер его полным "титулом" - На связи капитан Сергей Рорбах. Наш Отряд Дальних Изысканий из Самары успешно дошел до Бункера и вернул его в рабочее состояние. Прежнего личного состава или его останков мы тут не обнаружили, наверное, они ушли в момент Катастрофы. Мы здесь одни, а системы Бункера в рабочем состоянии, резервное питание мы задействовали. Андрей, ты не мог бы пригласить сюда Константина Иваныча, если он рядом, я хочу обрадовать его одной новостью. Он у себя? Дежурным уходить от компьютера связи не надо, ничего секретного в ней нет... - Да, вроде бы у себя, в Ставке...- задумчиво произнес Андрей. - Сейчас позову...- далее пару минут в трубке слышались лишь шорохи и приглушенные разговоры. Затем в трубке послышался бодрый голос Меркулова. - Сережа, вы в Резервном Бункере? Вы дошли? Потерь нет? - Да, Константин Иванович, все нормально, все живы и здоровы, - воодушевленно заявил Серега. -И у меня для вас потрясающая новость - через систему здешней дальней связи мы связались с Метро Питера и Казани. Они выжили в Катастрофе, они живут и действуют! А казанцы сказали, что они связывались с Екатеринбургом и Нижним! И там есть живые! Еще жива , значит, наша Россия! Как я рад, ей - Богу! - Да, я тоже рад это слышать, - сдержанно сказал Меркулов, - Знать, что мы не одни - это важно. - Но есть одна проблема, - мгновенно сориентировался Серега. - Питерцы - а у них морячки там правят , спросили наши коды Дальней связи, и я дал. Да и казанцы, наверное, их скоро запросят....Правильно ли я сделал, что дал эти коды? - Ах, так вот что это были за сигналы на пределе слышимости двадцать минут назад! - Мне доложили, и я как раз раздумывал, что делать, и даже отдал приказ попытаться увеличить мощность приемника, Значит, это питерцы... Что ж, я был бы рад поговорить с другими людьми двадцать лет спустя... И как они выжили, интересно... Так что ты правильно поступил, Сергей! Пусть связываются! Это все, капитан? - спросил Глава более официально. - Не совсем, - отрапортовал Серега. Питерцы сказали, что свяжутся с нами в течение суток. Может, выйдут на связь и казанцы. Так что сутки мы вынуждены ждать в Бункере, раз уж обещали... - Там вы не встретили ничего опасного? - и после короткого Серегиного "да" Глава Метро распорядился:- Тогда ждите с данного момента ровно сутки, затем - возвращайтесь! Попробуйте также связаться с другими городами. И доброй вам дороги домой! - и отключился. Мы стояли перед погасшим экраном компьютера в эйфорическом состоянии. Мы не могли несколько минут сдвинуться с места. Хотя дел было много - ведь надо было еще устроиться на ночлег, найти здесь дополнительные запасы воды и провизии, дождаться выхода на связь питерцев и , весьма вероятно, казанцев... Оставалась и " творческая задача" выйти на связь с Метро других городов - и не только России, но и Минска в братской Белоруссии, а вот Метро крупных городов Украины в общем списке связи я не увидел... И все таки ощущение, что отныне мы не одни, что есть и в других местах территории, до Войны называвшейся Россией, выжившие и делающие доброе дело люди, наполняло душу радостью. Да и дорога домой, до подземелий Самарского Метро, не казалась особо легкой, кто знает, на какие приключения по ходу ее мы могли еще нарваться... И все - таки, как мне было видно по взглядам товарищей, в душах у нас было ощущение наступившей новой эры, ощущение, что двадцать лет безвременья, одиночества в разрушенной стране и трудной борьбы прошли, и перед нами отныне расстилается лучшее будущее, каким бы оно не было... Все отныне возможно, и все зависит только от нас. И это вселяет в нас, членов Отряда, большие надежды.