Рациональные люди

      — Этот корабль не плывёт потому, что у него нет имени! — громогласно провозгласил Рюсуй, заложив руки за спину.       — Конечно, — Сенку даже не поднял глаз от чертежей. — А ещё потому, что у него дыра в борту.       — Сенку, — Рюсуй резко повернулся к нему. — Корабль без имени — как человек без судьбы! Мы должны дать ему имя. Сейчас же.       — Ага, — Камуи скрестил руки на груди, скептически глядя на Рюсуя. — И какое же?       — Золотое крыло! — объявил он.       — Звучит как название дешёвого бара, — фыркнул Сенку.       — Тогда «Феникс»! — не сдавался Рюсуй, не обращая внимания на комментарий. — Символ возрождения и силы.       — Мы строим корабль, а не птичий питомник.       — А как насчёт чего-то звёздного? — Рин, опиравшаяся на подоконник, задумчиво предложила. — Например, «Млечный путь» или «Звёздный»...?       — О-о-о, — Ген театрально всплеснул руками. — Наша Рин в романтическом настроении! Может сразу «Поцелуй кометы» или «Космическая любовь»?       Рин нахмурилась и бросила на него укоризненный взгляд, но Сенку заметил, как она слегка покраснела. Он едва заметно улыбнулся и тихо добавил:       — Кто-то просто слишком внимательно слушал мои лекции по астрономии.       — Энтелехия, — неожиданно предложил Ген.       — Чего? — Кохаку скривилась. — Это вообще слово такое есть?       — Это философский термин, — пояснил Ген, взмахнув рукой, словно раскрывал тайну вселенной. — Величие в развитии.       — Или корабль, название которого никто не сможет выговорить, — буркнул Рюсуй.       — А что насчёт «Камея»? — предложил Юкио, тихо подняв голову. — Как символ прочности и стойкости.       — Название для ювелирного изделия, — отмахнулся Рюсуй.       — Морская звезда? — предложила Юдзуриха, ободряюще глядя на остальных.       — Или "Морской огурец", — съязвил Ген. — Раз уж мы по морской фауне пошли..       — Слишком просто, — недовольно покачал головой Рюсуй. — Мы можем больше!       Предложения посыпались со всех сторон:       — Северное сияние?       — Вечный ветер?       — Тайфун?       — Стоп! — Рюсуй хлопнул в ладоши, заставив всех замолчать. — Всё! Хватит абсурда! Предлагаю сосредоточиться и подумать серьёзно хотя бы минуту. Этот корабль заслуживает имени, которое будет говорить за него.       Команда притихла, осознавая, что за этими словами скрывалось не только желание Рюсуя блистать, но и настоящая решимость сделать их миссию особенной. Наступила напряжённая тишина, лишь лёгкий ветер разбрасывал пыль вокруг чертёжного стола. Сенку, не отрывая взгляда от одной точки, вдруг произнёс:       — Персей.       Все взгляды обратились к нему.       — Это созвездие, которое видно и летом, и зимой, — продолжил он спокойно. — Олицетворяет героизм. Но не слепую силу, а хитрость и находчивость.       Рюсуй скрестил руки на груди, задумчиво глядя на него:       — Персей… Он ведь ещё спас Андромеду и победил Медузу Горгону.       — Герой, который использовал разум, чтобы преодолеть невозможное, — Сенку чуть улыбнулся.       — Прямо как мы, — протянул Ген с хитрой усмешкой. — Символично.       Камуи пожал плечами, но в его глазах мелькнуло одобрение:       — Если это заставит всех вернуться к работе — я за.       — Оно звучит гордо, — тихо добавил Юкио.       Рюсуй, который секунду назад был готов спорить до хрипоты, широко улыбнулся:       — Великолепно! Персей! Это имя вдохновляет.       Сенку, облокотившись на ограждение, почувствовал удовлетворение.       — Персей… — задумчиво повторил он. — Пожалуй, даже я доволен.

***

      Прошло несколько дней, но никто так и не смог понять, в чём проблема корабля. Даже Сенку, обычно находивший ответы мгновенно, ходил нахмуренный, отмалчиваясь.       Рюсуй, стоя у деревянного стола с разложенными картами, нетерпеливо постукивал пальцами по поверхности. Ген прислонился к стене неподалёку, лениво крутя в руках маленькую деревянную фигурку.       — Это странно, — заговорил Рюсуй, не глядя на него. — Такое чувство, будто сам корабль не хочет, чтобы его достроили.       — О, капитан, — протянул Ген с иронией, делая задумчивое лицо. — Вы хотите сказать, что ваш великолепный «Персей» чувствует себя… недостойным имени?       — Это не шутка, Ген! Мы теряем время. Если что-то не изменить, мы застрянем здесь до весны.       — Да я понял, просто шучу.       — Всё должно было быть идеально! — выпалил Рюсуй, ударив ладонью по столу. — Ни я, ни Сенку не понимаем, в чём проблема.       В этот момент в дверь вошёл Сенку, с виду всё такой же спокойный, как всегда, но его глаза выдавали усталость. Он коротко кивнул Гену и Рюсую, затем бросил на стол ворох испачканных бумаг.       — Вы говорили, что корабль не хочет быть достроенным? — с лёгкой насмешкой спросил он.       — Что у тебя там? — спросил Рюсуй.       — Просто неправильная конструкция.       — И что это значит?       — Вчера я провёл ещё несколько тестов, — начал Сенку, указывая на диаграмму. — Проблема кроется в распределении нагрузки. Центр тяжести корпуса из-за небольшого перекоса сместился ближе к носу. Это вызывает дополнительное напряжение на балки.       Он постучал пальцем по чертежу, а затем указал на небольшую трещину, схематично обозначенную на рисунке:       — Вдобавок влага, которая проникает в древесину, создаёт деформации. Соединения разбухают и увеличивают трение. Из-за этого напряжение перераспределяется нерегулярно, и слабые места начинают ломаться.       Рюсуй и Ген молчали, ошеломлённые сложностью объяснений.       — Всё это нужно было понять сразу, — продолжил Сенку, качая головой. — Но кто бы мог подумать, что зима окажется настолько суровой?       Рюсуй шумно выдохнул и облокотился на край стола:       — И что теперь?       Сенку поднял указательный палец:       — Во-первых, я переработаю чертежи. Мы добавим усиленные крепления в слабых точках и сделаем временные распорки, чтобы выровнять центр тяжести. Во-вторых, нужно обработать древесину составом, который предотвратит проникновение влаги.       — А в-третьих? — спросил Ген, хитро прищурившись.       — А в-третьих, — Сенку улыбнулся своей фирменной улыбкой, — я докажу вам, что никакие духи корабля нам не помеха, если мы правильно используем мозги.       Рюсуй покачал головой, явно не желая соглашаться:       — Знаешь что, Сенку? — он внимательно посмотрел на него. — Ты бы не заметил этого раньше.       — Потому что не было достаточно данных...       — Нет, — Рюсуй покачал головой. — Потому что ты не чувствовал корабль.       — Ты хочешь сказать, что если бы не имя, я не заметил бы нагрузку на балки? — Сенку скептически прищурился.       — Это не про имя, — Рюсуй говорил на удивление серьёзно. — Это про процесс. Когда ты взаимодействуешь с чем-то, что стало частью тебя, ты начинаешь улавливать детали, которые раньше упускал. Корабль... он сам подсказывает, что нужно исправить.       — Могу согласиться, что улавливать детали сложно. Остальное — бред, — сказал он, слегка улыбаясь.       — И всё-таки признай — ты начал замечать больше, когда стал относиться к кораблю не как к груде досок, а как к... Персею.       — Ладно, — Сенку закатил глаза. — Можешь передать Персею благодарность за помощь в решении проблем с нагрузкой. Надеюсь, он рад, также как и я.       Рюсуй фыркнул и поджал губы, но в глазах его всё ещё светилась победа.