Больше.

Твоя любовь видна лишь сквозь призмы стеклянных бутылок. Тёмная комната и ты его ждёшь. Каждый раз на кровати, сидишь около окна и думаешь о нём. О том, не выбесил ли ты его случайно? Ты понимаешь, это зависимость. Ты пустой. Может как персонаж той истории, что читал недавно. Проще же читать, не жить. А затем ты поймёшь, что он не вернётся к тебе и идёшь дальше. А помнишь как он раскладывал тебя на всех плоских поверностях когда злился? Его эмоциональный диапозон меньше твоего самосохранения. Его руки касались везде. Твоя шея болела, горела от укусов. Он злился и психовал заставляя твоё сердце биться медленнее. Твоей слабость стало твоё же тело. Не выбрасывая энергию, которая внутри, ты умираешь. Ты не патрулируешь город и не думаешь о законе. Тебе всё равно. Ты уже не тот что раньше. Наверное, после первого секса тебя так понесло. После него. Твои глаза уже не такие яркие, а тело исхудало. Выглядишь как живой труп. Ты заучишь его имя. Оно будет всегда вертеться на твоём языке. Простое и необыкновенно родное. Тони. И ты пишешь ему записки подкладывая их под дверь. Чтобы не видел тебя. Ты знаешь его это злит. Обязательно поешь, это не то, что он хотел. И не то, что он может дать тебе взамен. В его игре лишь секс на шёлковых простынях, а утром тебя в его кровати быть не должно. Ты напьёшся в комнате и там же захлебнёшься в своих слезах. Ты же этого хотел? Бороться из последних сил ради не существующего счастья. Ради человека, что забросит тебя в дальний угол и найдёт лишь при удобном случае. Но мириться с этим ты не планируешь. Упёртый баран. Вы будете орать друг на друга. Бить посуду и бутылки дорогого виски. Ты будешь требовать от него любви. Единственное непостижимое. Тони оттолкнёт тебя, пошлёт куда подальше. Его любовь сквозь призмы и твоя странная зависимость от счастья. Тёплые лучи солнца косаются твоего лица и веснушки станут ещё ярче. Ты убежишь постараешься забыть. Закинуть в дальний ящик стола. У тебя есть текила без лимона и соли. Твоё личное счастье. В молодом возрасте алкоголизм - плохо, но кто тебя осудит. Ты поселился в своём вакууме. Никто туда не пройдёт, тебе этого не надо. Лишние. Пока не наступил на теже грабли. Ты знал, что твоя зависимость включает в себя следовать всегда за объектом воздыхания? Даже в космос против титана. Тебя просто понесёт от его взгляда. Ты завидуешь им. Красоткам с журналов. Их волосы послушны, большая грудь и вагина. Вот на что он тебя всегда променивал. А затем ты рассыпался. Исчез, умер, растворился в сухом воздухе. Пепел. Вот чего ты достиг. Твои цели и мечты медленно уходят. Боль что изначально была при смерти исчезает. Организм больше не борится. Требуй от жизни всё говорили они. Вот он и высосал все соки из своей скудной не продолжительной жизни. Больше ничего. Не будет, не было и не происходит. Питер. Я смотрел в твои глаза и понимал как трудно терять, постоянство. Ты говоришь о том, что не хочешь умирать, а я вспоминаю как просил тебя встать в новую позу. Мне не больно. Было. Ты кричал на меня, просил о большем чем секс, посуда летит на пол и разбивается в дребезги. И ты снова уходишь, но порою я захожу и спрашиваю пятницу, где ты или прошу позвать ко мне, но ты не придёшь. И я понимаю почему. Теперь понимаю. Твои чертовы вещи на моих полках и я теряю счёт во времени когда гляжу на них. Малыш, ты был так превосходен. Обыграл меня в два счёта. Мне говорили, что это отвратительно. Но твоё тело. Выделяющиеся ключицы и неестественно бледная кожа. Пушистые волосы за которые удобно хвататься руками. Те девушки не переплюнут тебя как бы я не хотел. Да и не хочу. Я как под марихуаной. Ты сильно меняешь меня. Поступки становятся более безрасудными, а чувства безбашенными. Ты меня злил и раздражал, будто нарочно. А потом порочно просил о большем. Или же это я выдумываю? А точно ли ты хотел секса? Твои записки разбросаны по мастерской. Представляешь, раньше я их разрывал, а сейчас склеиваю. Прости, что не склеил твоё сердце. *Обязательно поешь. * *Сегодня пасмурная погода, но моё солнце - ты! * *Люблю в три тысячи раз сильнее! * И таких сотни. Зачем ты так старался ради меня? Это садо-мазохизм. Ты отдаёшь всего себя, теряешься. И пытаешь меня. Я думал, что твоя смерть не скажется на мне. И в первый год так и было. Я терялся при упоминании тнбя, но не ломался, а затем ты будто начал меня преследовать. В снах, галлюцинации, видио. И все твои голосовые сообщения. Я их прослушал раз сто. И твои фотографии. Почему твой твиттер был таким мрачным? Ты же солнечный, наивный мальчик. Питер, ты умён. Твои глаза выдают тебя на этих фотографиях. Они не светятся. Лишь отдают горечью потери и смирением. Так что же ты потерял? Наверное, всё же себя. Я стал пить. Помнишь, ты учил меня справляться без алкоголя, но потом я по ночам пил без проглядки. Сейчас у меня нет никаких амбиций за душой, но ты не придёшь. Не напишешь и не отправишь голосовое на автоответчик. Твои прикосновения мучают меня. Как раскалённый воск, капающий на кожу. Хочется дёргаться от резкости, но через некоторое время это становится приятным. Одна секунда и ты зависим. Ты доводил меня до экстаза. Плёл паутину из тонких речей. Жил и мирился ради меня. Но при этом отравлял меня. Ты гораздо хуже арахнаида, которым являешься лишь по справке. Ты не святой. Хоть и все так считают. Ты гораздо хуже. Я стал твоим богом и идеалом, а ты моим личным бесом, что уже не отпустит свою жертву. Знаешь, мы оба друг друга стоим. И рядом стоим. Пятница говорит мне нужна помощь. Хоть я и не вижу смысла. Я же в порядке? Я начал покупать такие же лёгкие одеколоны, как у тебя. Их запах не стойкий и не терпкий, но ты пах ужасно нежно. Моей последней петлёй стал пятый год без тебя. Я начал искать тебя в людях. Променял кучи девушек и заводил новые интрижки. Хотя и первым плейбоем меня уже не назовёшь. Не давно я нашёл твои тетради в библиотеке. Мне казалось там никто не бывал с момента построения, а ты там прятался. От своих страхов и сомнений. В тех тетрадях куча конспектов по предметам и твои рисунки. Ты знал, что у тебя талант. Я разрыдался как девчонка. Пятница сама вызвала врача. Мне кажется я отлично справился. Мои чувства остались там где ты бы не достал и боли в итоге меньше. А потом эти люди без лиц. Я знаю их, но почему они от меня требуют что-то? Они давят на больное. Я смогу тебя спасти? И я смог. Теперь мы в пылу войны. И ты даже не смотришь на меня, но я тебя обнял и ты ответил. Я знаю ты плачешь. Мне тоже страшно. Я ужасно боюсь. Малыш, ты так превосходен. Твои глаза больше не светятся, но они так же прекрасны. Будто кедровые орешки, что ты щёлкал когда наблюдал за мной. А твои волосы они как маленькое оболочко, мило трясётся при малейшем движении. Малыш, прости. Я уйду, но ты не смей возвращаться. Как думаешь любовь существует? Поговаривают, что да, но я не верю сплетням. Ты же сам знаешь. Почему ты трясёшься и плачешь? Мы же победили, ты сам так сказал. Хотя смысл я не уловил, ведь ты снова назвал меня по имени. А скажешь ещё раз? Я буду очень скучать, но ты не беспокойся. В твоём шкафу всегда будет пополняемый запас мармелада с глинтвейном. Малыш, ты же знаешь. Я не так далеко. Гораздо ближе чем все остальные. И чувствую больше. Гораздо больше. Ведь, это и есть любовь?