Сообщение доставлено

Ночь. На электронных часах неоново-зелёные полоски выстроились в цифры: «одиннадцать тридцать три». Сейчас время портовой мафии ходить по улочкам, освещённых яркой лунной и россыпью звёзд на небе. Так почему же Ацуши Накаджима, работник детективного агентства, не спит? Ответ прямо сейчас разгуливает по тёмным переулкам Йокогамы в поисках своей новой жертвы. Как его вообще угораздило влюбится в одного из опаснейших мафиози портовой мафии? Чёрные, будто смоль, волосы, плавно перетекающие в молочные кончики, глаза, цвета асфальта, на который так и хотелось упасть, содрать коленки в кровь, а после неспешно встать, наблюдая, как кровь стекает по коже ног, смотря на кроваво красный отпечаток на земле, а после снова упасть, а потом ещё раз и ещё раз, пока не будет видно кости, пока эти безжизненные глаза не обретут, хотя бы какой-то цвет жизни. Кожа, светлее любого фарфора, на которую хочется выплеснуть банку краски, чтоб оживить её, придать оттенок, который будет хоть немного похож на человеческий, живой, но, скорее всего, на земле не найдётся столько краски. Всё это так манило к себе обладателя тигра. А каждый раз, когда Акутагава сгинался в приступе кашля, боже… Ацуши был готов сам это терпеть, сгибаться, разламывая позвоночник пополам, чувствовать, как разрывает лёгкие, горло, лишь бы не видеть, как Рюноскэ подносит ладонь к обветренным губам и начинает громко и болезненно кашлять. И каждый раз приходилось напоминать себе, что для Рюноскэ он даже не друг, а скорее простой идиот, над которым можно поиздеваться и которого иногда приставляют к нему, как обузу. И от этого хотелось забить на всё и начать кричать, выть, скулить и рвать всё, что попадётся под руку. Но он мальчик воспитанный и квартиру, которую ему так любезно одолжило агенство, он портит не собираеться. Месяц назад Накаджима решил твёрдо и уверенно, что так продолжаться не может и надо признаться, но понял, что о псе портовой мафии ему не известно толком ничего. Что он любит? Что ненавидит, помимо него? Какого числа день рождения? У Дазая спрашивать слишком рискованно, сразу начнутся расспросы зачем ему такая подробная информация, ненужная для боя, и он о всём догадается, хоть и косит под дурачка, но, зараза, гений, каких ещё поискать нужно. Есть вариант разузнать у Кёки, но как она отреагирует на расспросы о Акутагаве? Старший был, мягко говоря, не доброй овечкой, что за любые проступки лишь гладил по голове и говорил как всё исправить. Это очевидно. Накаджима знает не понаслышке, какими неприятными могут быть воспоминания о прошлом, о котором и вспоминать не хочется. Тогда они вечером вместе ужинали. Домой с агентства вернулись оба уставшие и голодные. Младшая взяла палочки и положила их на стол напротив друг друга. Накаджима взял электро чайник и налил в него воды. Сил хватило только на лапшу, которую нашли в конце ящика. Надо будет купить ещё, хотя они ей явно злоупотребляют. Обладатель тигра обдумывал, как можно спросить о Акутагаве, и чтобы не испортить вечер им двоим, облокотившись копчиком об тумбу и постукивая пальцем по ней же, смотря в одну точку. Так в раздумьях и не заметил, как закипел чайник, так что звук, оповещающий о том, что вода уже кипяток, заставил детектива отпрыгнуть и активировать способность, что проявилась в виде ушек на голове, а Кёка уставилась на парня, как на больного. — Ты в порядке?— девочка в красном кимоно встала и невозмутимо подошла в зелёному электрическому чайнику, а после, обходя парня, который пытался спрятать кошачий атрибут, заглаживая руками, словно умывающийся кот, подошла к столу и налила в два стаканчика с сухой лапшой горячей воды. — Да, просто задумался,— детектив сел за стол, ставя на него две чашки с, пока не готовым, чаем. Изуми плеснула в них кипятка, по комнате поплыл аромат. Кёка быстро вернула чайник на место и сама села. Накаджима нервно постукивал палочкой по поверхности, крутя её в руках, пытаясь упорядочить мысли в черепной коробке. — О чём? — Кёка смотрела прямо в глаза парню. — Ты можешь рассказать о Акутагаве?— Ацуши сжал штанину свободной рукой и поджал губы. Девочка медленно перевела взгляд на старшего, обдумывая его вопрос. Тишина неприятно давила на уши. У парня снова вылезли тигриные пушистые органы чувств кошачих, фиолетовые глаза прервали зрительный контакт. — Он работает в портовой мафии,— Изуми взяла палочки в руки и ухватила несколько лапшинок. — Нет, я не про это,— Накаджима поматал головой, взял вторую палочку и начал перемешивать лапшу,— может ты знаешь, что он любит, например? — А зачем тебе?— девочка сидела спокойно, а вот Ацуши уже не знает куда деться из под пристального взгляда сожительницы. — Ну… Я… — детектив положил палочки в стаканчик бич пакета и начал разминать пальцы. Изуми все так же пристально смотрела,— Мне, наверное, возможно, скорее всего, он, ну,— Кёка наблюдала за этими жалкими попытками оттянуть время и не понимала чего такого парень напротив хочет сказать,— В общем! Он мне нравится!— Ацуши зажмурился. — Я не знаю,— Изуми спокойно продолжила есть лапшу, уже разглядывая еду. — Что?— детектив открыл глаза и посмотрел на девочку. — Я не знаю ничего про Акутагаву. Это был провал. Мало того, что он рассказал о своих чувствах кому-то, кроме Рюноскэ, так ещё информации никакой не узнал. Он тогда был подавлен несколько дней, ходил сам не свой, переживал, хоть Кёка никому ничего не расскажет, но тревога какая-то была. Плюсом ко всему Дазай начал что-то вынюхивать. Чего стоит одна его фраза "Так ведут себя люди, когда переживают о своих секретах", сказанная в сторону Ацуши. Надо было себя как-то успокаивать. Причем срочно. Например признаться. Сначала Накаджима пытался искоренить эту идею из головы, забыть о этом, но с каждым днём эта мысль всё сильнее въедалась в мозг. И вот уже месяц он не может набраться смелости. Ацуши смотрит в потолок каморки, будто пытаясь найти ответы на все свои вопросы, будто там написано всё его будущее. Футон Кёки заправленный и на нем никто не лежит: сегодня Изуми ушла к Наоми на ночёвку. Секретарша давно приглашала девочку в гости, и наконец сегодня Кёка согласилась. Накаджима ощупывает кровать, ища рукой свой телефон, а после того, как ощупал весь футон, хмурится и вспоминает, что оставил его на столе. Принимает сидячее положение и, как обычно, бьётся головой об потолок, жмуриться и шипит. На четвереньках, лишь на ощупь добирается до стола. Шарясь по плоскости в поисках устройства, задевает чашку с недопитым чаем из-за чего она падает и жидкость разливается на пол. Ацуши быстро активирует способность, что помогает увидеть насколько ситуация плачевна. Телефон не залило и это радует. При включении, свет от экрана заставляет жмуриться, но через минуту глаза уже привыкают. По привычке открывает мессенджер. Когда-то Осаму заставил их с Рюноскэ обменяться номерами, чему сейчас Ацуши невероятно рад. На фото профиля стоит котёнок с белыми лапками. Наверное, кто-то завставил поставить: не верится, что вечно хмурый Рюноскэ сам поставил такую аватарку. Детектив долго смотрит на маленького голубоглазого котенка сидящего на синем одеяле. Так. Все. Пора брать судьбу в свои руки! Никто за тебя не признается! Вдох. Выдох. Он сейчас признается. Прямо сейчас! Только после того, как посоветуется с Кёкой! Парень выходит с приближенного просмотра фото и начинает печатать пальцами по клавиатуре. Ты спишь? ¹¹·³⁵ Нет¹¹·³⁵ Что делаешь?¹¹·³⁶ Ничего¹¹·³⁶ Кёка, как думаешь¹¹·³⁶ Я люблю тебя, Рюноскэ — это нормально? ¹¹·³⁶ Накадзима выключает экран, складывает руки на столе и утыкается в них. Если бы он был чуть смелее. Чуть настойчивее Ты мне тоже симпатичен¹¹·³⁹ Нет, почему Рюноскэ? Я же не настолько с ним знаком, а ты как думаешь? ¹¹·⁴¹ Что?¹¹·⁴¹ Что?¹¹·⁴² Кёка, что ты имеешь ввиду?¹¹·⁴² Кёка?¹¹·⁴² Ацуши быстро бегает глазами по экрану и замечают большую, нет, огромную ошибку. Он забыл выйти из чата с Акутагавой и писал всё это ему. Телефон выпадает из рук, а тело начинает трясти. Как он мог не заметить, кому пишет? Телефон вибрирует от новых уведомлений, но Накаджима страшно смотреть от кого весь этот поток. Он на все сто уверен, что это мафиози. Несколько секунд затишья, а после звучит звонок. «Акутагава» Сейчас будет хуже если он не возьмёт трубку. Трясущиеся руки берут телефон, почти роняя, а Накаджима в отчаянии смотрит на имя абонента, просто молясь, что ему это всё сниться. Но не взять нельзя. Потому что мафиози не шутит. Потому что сам детектив боится потерять шанс навсегда. — Ало?— голос из трубки по первому ощущению спокойный. Будто владелец Расёмона предполагал такой исход. Будто сейчас ситуация полностью в его руках. — А-ало,— голос у Ацуши жутко дрожит. Он сейчас взволновал настолько, что и сам уже труситься как кленовый лист на ветру. — Тигр, почему на сообщения не отвечаешь? — Т-ты про ч-что?— Накаджима пытается косить под дурачка, но не уверен что это прокатит. Рюноскэ тоже не идиот. — Ты мне пишешь такое, а потом в-выходишь из сети!— голос на другом конце тоже уже начинает дрожать. Акутагава щас сорвётся. И неизвестно, насколько долго он будет держать в себе обиду, одаряя напарника ранениями, которые для него смертельными хоть и не будут, но приятного в них явно мало. Ацуши должен что-то ответить, но он понятие не имеет что такого он должен сказать мафиози, чтобы его при следующей встречи не проткнули, как шашлык, в лучшем случае. — Я тебя люблю,— слова вылетают быстрее, чем беловолосый парень успевает подумать. Сразу же Накаджима бьёт себя по лбу. Что он несёт? Он же хотел попытаться исправить ситуацию. Вывести всё в шутку, получить пару укоризненных взглядов и зарыть свои чувства в песок. — П-повтори,— голос на другой стороне провода приглушённый, не верящий, почти шепот. — Я тебя люблю,— детектив прикрывает глаза и улыбается себе. Глубокий размерянный вздох вырывается из груди. Дыхание успокаивается, ведь всё самое страшное позади — Я тебя тоже,— на другом конце тоже слышно выдох. Немного рваный. Кажется, Рюноскэ тоже сейчас восстанавливает дыхание. Ацуши готов побиться об заклад, что парень сейчас расплылся в доброй улыбке.